Глава 2.3 Те, кто возвращается домой
Кровать и стул были поспешно перенесены в комнату рядом с лазаретом, на полках стояло минимальное количество медикаментов для оказания неотложной помощи. Помимо этих нововведений, в комнате было совершенно пусто, и в ней находилась только самая необходимая мебель.
Это была импровизированная палата, по-видимому, персонализированная для ее обитателя, Лакеш Никс Сениолис.
С того дня, как она впала в кому, девушка спокойно спала здесь. Не было слышно даже то как она дышит, казалось будто она мертва. И все же ее тело было теплым на ощупь, а выражение лица умиротворенным.
Может быть, весь этот разговор о разрушении личности был каким-то недоразумением, и она совсем скоро проснется со смущенным смехом? Если бы кто-то надеялся на такое чудо, разве можно было бы его винить в этом?
— Коллон.
Сидя на маленьком стуле рядом с кроватью, Коллон Рин Пургатрио медленно подняла голову. Она неуверенно моргнула, когда с ее щеки соскользнула прядь вишнево-розовых волос. — …Что случилось, Панибаль?
— Уже довольно поздно, да и к тому же ты выглядишь не лучшим образом. Тебе следует вернуться в свою комнату и нормально поспать.
Панибаль Нокс Катена открыла окно и тихонько запрыгнула в комнату Лакеш, сопровождаемая слегка холодным, хотя и приятным, ветром, колышащим занавески с цветочным узором. За окном было темно.
— Ах, уже так поздно?
Лайелл обладал технологиями, более продвинутыми, чем другие города, в том числе освещением, использующим электричество. Это были удобные приспособления, которые могли осветить комнату, словно миниатюрное солнышко, намного ярче, чем свеча или фонарь.
— Я хочу побыть рядом с Лакеш еще немного.
Коллон потерла глаза. Хотя она не была полностью уверена, казалось, что под ними образовывались мешки. — Самую малость... Ты все время говорить это. Сколько раз уже было?
— Я знаю, знаю. Но честно, еще немного…
— Я несколько раз уже это слышала. — Панибаль разочарованно покачала головой и села рядом с Коллон. — Возможно, говорить это будет жестоко, но вечное сидение здесь не вернет Лакеш.
— Да....
— Я волнуюсь за тебя, Коллон. Такими темпами совсем скоро ты сляжешь также как и Лакеш.
— Да… — пробормотала Коллон бесстрастным и глухим голосом. — Извини, что заставила тебя волноваться.
— И ты меня прости. — Панибаль слабо улыбнулась и протянула руки, чтобы заключить девушку в объятия, плотно прижав ее голову к груди. Коллон не пыталась сопротивляться, когда из ее рта вырвался приглушенный рыдающий звук.
Коллон Рин Пургатрио. Веселая девушка, которая ненавидела думать о трудных вещах, достаточно жизнерадостная, чтобы переполнявшая ее энергия воспламенила весь воздух вокруг нее. Ее тело, возможно, выросло, когда она стала старше, но ее детская душа никогда не изменится. Многие близкие ей люди видят ее таковой и Коллон изо всех сил пытается поддерживать свою веселую натуру.
Но всему есть пределы. Любой источник энергии может иссякнуть и перестать работать. Неизбежно бывали времена, когда неприятные мысли кружились у нее в голове. Иногда даже Коллон не могла оставаться веселой.
— …Не волнуйся, она уже совсем скоро проснется, — сказала Панибаль, нежно поглаживая Коллон по волосам. Ее голос как тихий шепот. — Лакеш доказала, что наш зажженный Яд может уничтожить Кроянс. Если все продолжится в том же духе, то, когда наступит день решающей битвы, мы втроем, вероятно, откроем наши Врата Фей. — Плечи Коллон дернулись. — Возможно, мы сделаем это в разное время, но во всяком случае мы закончим нашу жизнь таким же образом.
— …Это… совсем не радует меня…
— Ты должна думать об этом другим образом. Это может сделать тебя несчастной, но ты не будешь одинока.
— Я не хочу об этом думать!
— Такая капризная. В этом вся ты.
— … Ммм… — Коллон закрыла глаза, все еще прижимаясь к груди Панибаль. — Неужели… мы родились просто для того, чтобы выбросить наши жизни?
— Совершенно верно. Нам нужно увидеть наш путь.
— Ты имеешь в виду, найти наш путь?
— Хм, несогласна? То, что у нас разные мнения, немного огорчает.
"Мы все думаем о разном" - подумала Коллон.
Хотя все четыре феи-солдата, отправленные на 35-й Плавучий остров, преследовали одну и ту же цель, каждая из них видела свою ситуацию по-разному. Со своей стороны, Коллон признавала, что у каждой из них были разные цели. Несмотря на это, она надеялась, что они смогут встретить будущее, ожидающее их, вместе. Но казалось, что этого не случится.
Панибаль сказала, что они пришли сюда, чтобы увидеть свой путь. Коллон возразила, что они здесь, чтобы найти свой путь. Если бы Тиат была здесь, она бы сказала, что они должны открыть дорогу детям, которые ждут их на складе. И… если бы Лакеш была в сознании… она бы сказала, что они здесь, чтобы правильно пройти свой путь.
— Это разногласие печально… да, это печально.
— Интересно, что сказал бы Феодор, если бы услышал этот разговор?
— Ааа? — Воскликнула Коллон, слегка озадаченный внезапным смещением темы Панибаль. — Хм ... интересно...
— Он бы рассердился.
— Ах, он всегда на что-то злится.
— Ага, ты права. — Выражения ее лица и тона было достаточно, чтобы Панибаль рассмеялась.
***
Девушка существовала одна в этом мире.
Строго говоря, слово "этот мир" было неуместным. Тем не менее, она существовала.
Она забрела на другую сторону пропасти, которая жадно поглощала все, что ее окружало.
В ней была странная ярость. Вероятно, потеряв все, эта ярость была ее единственным достоянием, и она цеплялась за нее изо всех сил.
Ибо эта девушка была мертва.
Ей казалось, что она смотрит на что-то далеко-далеко.
Она думала, что это странное, похожее на руины место.
Она подумала, что там был кто-то, маленький человек с огненно-рыжими волосами.
Но она не была уверена ни в чем из этого. Она не понимала почему. Она не понимала, но каким-то образом могла это почувствовать, это место, когда-то давно, в далеком прошлом, было связано с ними. Оно исчезло спустя долгое время после перерождения множества душ, повторяющегося снова и снова.
Его связь с ней еще не прервалась. Вот почему она могла видеть это. Но связь совсем скоро разорвется и ей становилось все труднее замечать это.
"…Но даже так…"
Небольшое сомнение поднялось в уголках ее тающего сознания.
"Что я вообще такое?"
Ей казалось, что она мертва. У нее было что-то вроде предчувствия. Она поняла, что это не галлюцинация или иллюзия. Но уже сам по себе этот факт несет в себе всевозможные бессвязные противоречия. Это противоречило всей логике.
Считалось, что мертвые теряли все, но в ее сердце пылала особая ярость, которой некуда было деваться. Считалось, что мертвые не могут ничего делать, но по какой-то причине ей было позволено делать такие вещи, как думать или воображать.
"Что происходит?"
Обдумывая свои сомнения, она внезапно заметила маленький огонек, трепетавший в углу ее поля зрения.
Только что появился еще один вопрос. Это должно быть место, где посторонние предметы, кроме нее самой, не могут существовать. Так откуда же взялся этот сгусток бледного света?
— Что ты? — С досадой спросила она, но ей никто не ответ. Вместо этого свет начал идти прямо к ней, не останавливаясь и не колеблясь. Теперь она заметила, что он начал принимать форму человека.
Чем меньше расстояние между ними, тем ярче становился свет. Девушка прищурилась мысленным взором, как будто она чувствовала боль в невидимых роговицах. Все это время свет продолжал идти с той же скоростью, не останавливаясь и не меняя направления.
Нужно ударить его, - подумав об этом, девушка плотно закрыла мысленный взор и отключила зрение, чтобы темнота могла прогнать огромный сияющий свет. Она напрягла свое фантомное тело, готовясь к удару.
А потом девушку поглотил тот свет… наверное. Закрыв свое сердце в тот момент, она сама не могла знать, что случилось.
Но она понимала только одно.
Что с ней случилось потом…
***
Пружины мягко скрипнули. Коллон подняла лицо. Панибаль повернула голову.
Пока две девушки наблюдали за происходящим, источник звука медленно приподнялся.
Первым выражением лица Коллон было легкое замешательство, вызванное произошедшим невозможным. За этим последовало полное изумление, которое испытываешь, увидев нечто невообразимое.
— Ла...
После этого ей потребовалось всего несколько полных секунд, чтобы ее глаза и щеки наполнились чистой радостью. Улыбка расплылась по всему ее лицу, как распустившийся цветок, приветствующий весну.
— Лакеш...
— Лакеш ты проснулась. — Вырвавшись из груди Панибаль, Коллон бросилась к ее постели с раскинутыми руками, собираясь прыгнуть на кровать изо всех сил.
В последний момент ее остановил крошечный вопль логики; Сама она могла быть маленькой, но все же весила разумную сумму. Обычно это не было бы проблемой, но было бы лучше не делать так с одной из ее сестер, которая так долго находилась в коме. Если она собирается ее обнять, ей следует хорошенько подумать, как это сделать.
Должна ли я обнять ее за шею, чтобы потом скользнуть вертикально вниз? Это вызвало бы меньше шока, учитывая мое положение и ее...
— Подожди!
— Гахарргх?!
Панибаль схватила за шиворот ее рубашки и с силой дернула удивленную Коллон назад. Она неуклюже упала на задницу, закашлявшись, как будто ее задушили, вернее, закашлявшись сдавленным голосом. — Что ты делаешь?! — запротестовала она, скорее сбитая с толку, чем рассерженная.
Панибаль не ответила. Она даже не смотрела на Коллон. Ее взгляд был полностью прикован к лицу Лакеш, когда другая фея наполовину поднялась с постели.
— …Панибаль?
Даже после того как Коллон назвала ее имя, она не отвела взгляд.
— Что-то явно не так.
Коллон услышала тихое предупреждение в ее тоне. Вопрос "Почему?" задрожал на кончике ее языка. "Лакеш только что проснулась! Что может быть не так?!" Но что-то в выражении лица Панибаль помешало ей сказать это.
Лакеш несколько раз моргнула и посмотрела на свои ладони. Она сжала кулак и разжала его, а затем повторила движение другой рукой. Затем она провела руками вверх и вниз по своему телу в серии хлопающих движений.
Коллон поняла, что в этом есть что-то странное. Было ясно, что… что Лакеш была немного сбита с толку и не могла понять, в каком положении она находится? До некоторой степени это казалось ей правдоподобным. Но если это все, то, конечно, она могла бы уделять немного больше внимания своему окружению!
Но… Лакеш, которую она видела, казалось, каким-то образом пыталась выяснить, кто она сама. Как будто она оказалась в ловушке незнакомого тела, которое ей не принадлежало.
— Лакеш, — осторожно позвала Панибаль. Лицо девушки медленно повернулось к ним. — Как ты себя чувствуешь?
Она не ответила словами. Скорее, ее тусклые зрачки постепенно наполнялись светом. Выражение ее лица, скорее полусонное, чем бодрствующее, постепенно приближалось к сознанию.
А потом она наконец осознала свое окружение. Ее лицо исказилось в ярости, полной злобы и ненависти.
— Ааагггх!?
Лакеш Никс Сениолис - нет, с тех пор, как она получила это имя, она была просто старой доброй Лакеш, она была девочкой с кротким характером. Сладкий и милый, но слабонервный. Коллон ни разу не видела, чтобы ее лицо было искажено враждебностью или выказывало ненависть и гнев. Ни разу за их десятилетнюю дружбу. Но… что же случилось?"
— ТЫ! — Лакеш взвыла, и из ее рта вырвался гортанный крик. Рука одновременно с молниеносной скоростью вылетела в сторону горла Коллон быстрее, чем любой обычный солдат мог бы надеяться отреагировать.
Коллон рефлекторно отступила, едва избежав того, что лучше всего можно было описать как нокаутирующий удар. Однако рука Лакеш смогла причесать несколько прядей вишнево-розовых волос. Не останавливаясь, она схватила Коллон за волосы, затем…
— Гхааах...?!
Лакеш резко дернула, с грубой силой оторвав несколько волос. Она спрыгнула с кровати. Было ли это из-за ее быстрых движений после долгого сна или по ряду других причин, она наклонилась, ее лицо исказилось от боли.
— Прекрати это! — Панибаль сделала полшага вперед, чтобы прикрыть Коллон, ошеломленную, сидевшую на полу. Она понизила центр тяжести, приняв стойку, чтобы защититься от дальнейших атак.
Лакеш проигнорировала ее и продолжала смотреть прямо на Коллон. — ...Ты определенно… Я этого не помню… но я знаю. — Ее голос был грубым, словно выжатым. Ей поверили бы, если бы она сказала, что не помнит, как правильно им пользоваться. — Ты... мой враг...
Коллон услышала звук. Она слишком поздно поняла, что это был тихий крик, исходящий из ее собственного рта.
— Похоже, ты не шутишь. — Панибаль, как всегда, была спокойна, а может она просто притворяется. — Как насчет того, чтобы рассказать мне, что происходит, Лакеш? Или.. — Она раскинула руки и встала, чтобы защитить Коллон. — Или, может быть, я должна сначала спросить об этом? Кто ты?
Порывистый ветер дул через окно, сильно тряся занавески.
Лакеш двинулась. Вскочив на ноги, которые должны были быть ослаблены долгим лежанием, она бросилась к окну, которое все еще оставалось открытым, и прыгнула в темноту ночи. Панибаль наклонилась, готовясь к преследованию, но остановилась, когда Коллон схватилась за манжету ее рукава.
— Коллон?
— Мне жаль…
Она знает, что не стоит останавливать Панибаль, она должна преследовать Лакеш. Коллон знала это, но все еще не могла заставить себя это сделать. Она не могла вынести мысли о том, что ее бросят здесь. Ее ноги дрожали, и она не могла встать.
— Мне очень жаль... но, пожалуйста, не оставляй меня одну...
Она не могла перестать дрожать. Как будто ее тело кричало на нее, жалуясь на то, что она не встает. Или она как будто призналась, что не хочет гнаться за спиной своего драгоценного друга - за спиной Лакеш.
Взгляд Панибаль метался между открытым окном и Коллон.
— …В любом случае, мне уже не не догнать, — тихо сказала она, взяв Коллон за руку и поддерживая плечом тело девушки.
— Все нормально. Я не брошу тебя. Но мы также не можем позволить себе сидеть сложа руки и бездельничать. Это явно ненормальная ситуация, поэтому мы должны как можно скорее уведомить об этом наших. — Мягким, но серьезным ворчанием Панибаль подняла Коллон на ноги.
— …Панибаль, ты милая, но в то же время жесткая.
— Это потому, что я получила хорошее воспитание. Ты можешь идти?
—Ага. Как-то.
Прижатая друг к другу пара вышла через дверь.
Спустя десять дней наспех созданная палата рядом с медпунктом окончательно опустела.