Часть I. Встреча с наставницей

Я стоял в диком, первобытном лесу, куда не вмешивались люди и где кишели свирепые монстры, пожиравшие друг друга ради выживания. Передо мной, на фоне луны у неё за спиной, стояла красивая рыжеволосая женщина. Её решительный взгляд говорил, что эта фантастическая картина мне не мерещится, и всё же поверить её словам было трудно.

Она говорила, что возьмёт меня в ученики — потому что я ем мясо монстров.

Не из-за таланта к мечу, а из-за того, что я ем?

— Это происходит медленно, но каждый раз, когда человек ест мясо монстра, он усваивает часть его силы, — объяснила она. — Я сама поняла это только в пятнадцать. А ты младше меня тогдашней и уже ешь мясо монстров. Эту мерзость. На такое способен не всякий.

Что? От мяса монстров можно стать сильнее? Если подумать, за последний год я и правда сильно окреп… Неужели это из-за того, что я питался одними монстрами? Постой, а она тоже это ест? Но это же гадость!

— Я ем его не потому, что люблю, — возразил я. — Просто мне больше нечего есть, вот и живу так, и всё…

— Правда? Совсем нечего? Ты сирота? На сироту ты не похож…

Я был принцем, так что и выглядел как принц. Вряд ли где-то на свете нашёлся бы сирота, одетый так, как я. Поэтому я рассказал женщине всё, что со мной случилось к этому моменту. Для королевства это, конечно, был позор, но в замке и без того все всё знали, так что скрывать мне было нечего.

— Ты боялся, что тебя отравят, и потому начал есть мясо монстров? — спросила женщина. — Хотя мясо монстров тоже ядовито?

Так оно ещё и правда ядовито?

Вообще-то я и сам подозревал, что с ним что-то не так. Когда я только начал есть мясо монстров, меня после этого часто мутило, а иногда и рвало. Но это всё равно было лучше, чем яд в замковой еде: от того яда мой дегустатор корчился в муках и терял сознание от одного крошечного кусочка. К тому же, после того как я какое-то время прожил на одних монстрах, моё тело в конце концов приспособилось.

— Ну, если привыкнуть, оно не совсем уж несъедобное, — сказал я. — Когда голодаешь, съесть можно что угодно. Что угодно, кроме чистого яда.

— Охо, я так и знала, что в тебе что-то есть. Но пока ты всё ещё боишься яда, тебе ещё далеко, — сказала женщина. Затем сунула руку за пазуху. — Дарую тебе это.

Она достала кольцо и бросила его мне.

Кольцо с каким-то зловещим фиолетовым камнем… Это ведь значит именно то, о чём я думаю, да?

— Это магический предмет, который даёт устойчивость к яду? — спросил я.

Магические кольца, нейтрализующие любой яд, действительно существовали. Разумеется, они были редкостью, и королевские семьи по всему миру мечтали заполучить их, так что стоили они баснословно дорого. За цену одного такого кольца, если оно вообще попадало на рынок, можно было купить целый замок. А в нашем королевстве такого кольца, к сожалению, не было. И надо же — наткнуться на него в таком месте… Вот повезло!

— Нет, — сказала женщина. — Это кольцо, которое тебя отравляет.

— А?

— Никуда не продвинешься, если будешь полагаться на предметы в таком пустяке, как яд. Одолей его собственной силой.

Если его можно просто одолеть, тогда это уже не яд, разве нет?

Разумеется, мой внутренний комментарий до неё не дошёл, и она продолжила объяснять:

— Потому и кольцо. Постоянно травя себя, ты борешься с ядом, а побеждая его, вырабатываешь устойчивость.

О чём она вообще говорит? У неё что, не все дома?

Нет, формально всё, что она говорила, звучало логично. Но будь выработать устойчивость к яду так просто, никто бы вообще не боялся отравлений.

— Эм… А насколько сильный яд в этом кольце?

— Хм? Ну, раз это яд, обычный человек, если наденет его, умрёт. И ещё: когда наденешь, снять его уже не сможешь, пока либо не умрёшь, либо не одолеешь яд.

Да это же просто проклятый предмет! Кто, кроме человека с суицидальными наклонностями, вообще добровольно это наденет?!

— Эй-эй-эй, подождите. Я же просто умру, разве нет? Надевать такую штуку — это ведь как-то не очень разумно, нет?

— Не волнуйся. Ты уже приучил себя к яду в монстрах, так что выдержишь, — сказала она. — Когда я впервые надела это кольцо, я на неделю вышла из строя, но потом приспособилась. Теперь этого мне уже мало, так что я ношу ещё более сильное кольцо.

Она показала мне правую руку. На одном из пальцев у неё было кольцо с красным камнем, и от него веяло по-настоящему зловещей силой.

— Тут, помимо яда, ещё напиханы паралич, окаменение, проклятие и помутнение разума. Такую красоту на дороге не подберёшь. Мне пришлось немало постараться, чтобы её добыть.

…Да она чокнутая. С ней точно нельзя связываться.

Завтра же выброшу это кольцо в озеро или ещё куда-нибудь.

И всё же, как бы ни была сомнительна её душевная организация, в способностях этой женщины сомневаться не приходилось, так что я решил хотя бы спросить её имя — мало ли, ещё пригодится.

— П-Правда? — начал я. — Вот это да. Эм, мне уже скоро нужно возвращаться в замок, так что не подскажете, как вас зовут? Я принц Фаруна, меня зовут Марс.

— Марс? Хорошее имя. А я Кассандра.

Кассандра? Где-то я это имя уже слышал. Имя-то было довольно распространённое, но рыжеволосая мечница с таким именем была только одна.

— Вы что же, та самая мастер меча, Красный Демон Кассандра?!

— Меня так называют. Хотя прозвище «Красный Демон» мне не очень нравится.

Красный Демон Кассандра. Монстр, от которого даже закоренелые преступники дрожали как в лихорадке. Она была помешана на драках. Говорили, встретит мужчину — убьёт, встретит мага — убьёт, встретит дракона — убьёт, а попадись ей бог — и его убьёт тоже. В одной истории некая страна потребовала, чтобы она подчинилась их власти. Тогда она заявила, что будет служить этой стране, если хоть один её гражданин сумеет её победить. И тут же привела эту страну к гибели. Неудержимая берсеркша.

— У тебя семь дней, — сказала Кассандра. — За это время покажи мне, что сможешь одолеть это кольцо. Как твоя наставница, я даю тебе это как первое испытание. Через неделю встретимся здесь же, ученик.

С этими словами она развернулась и, не дав мне даже ответить, исчезла в чаще леса.

— Я вообще-то ещё не решил, хочу ли становиться вашим учеником… — пробормотал я.

Говорить это достаточно громко, чтобы она услышала, мне было страшновато.

Кольцо казалось странно тяжёлым в моей ладони.