Часть VII. Подготовка мятежа

На третью ночь после того, как мне отдали приказ выступить, я отправился на базу Сотни. Хотел пойти туда как можно скорее, но в дни, когда проводились ранговые бои, народу собиралось больше, так что я решил, что так будет удобнее.

Облачённый в чёрные доспехи Нуля, я вошёл внутрь.

…Что-то не так. Все члены Сотни были странно возбуждены — вернее, смотрели на меня с нетерпением, словно только и ждали случая что-то мне сообщить.

Я вошёл в комнату, где собирались бойцы высшего ранга — фактическое руководство организации. Это помещение раньше служило сокровищницей подземелья, но потом туда принесли столы и стулья, и теперь его использовали как некое подобие зала для совещаний. Здесь уже сидели старшие члены вроде Огмы и Аарона, а ещё я увидел командира Чёрных рыцарей Хрома и командира Красных рыцарей Уоррена.

Хром происходил от вора, который входил в отряд героя-основателя королевства. Это был черноволосый красавец. Для рыцаря он был щупловат, но отличался ловкостью и характерной подвижной манерой боя. Вообще, упор на мобильность и скрытность был характерен для Чёрных рыцарей в целом.

Как и Хром, Уоррен тоже вёл род от одного из спутников героя — воина. Он был крупным, великодушным рыжеволосым мужчиной. В бою он делал ставку на мощь, и под его командованием Красные рыцари превратились в специализированную ударную силу. Сейчас в Сотне он занимал седьмой ранг, а Хром — шестой, так что оба имели право находиться в этой комнате.

Однако увидеть их здесь я не ожидал. Я думал, что после приказа уничтожить Сотню они сюда больше не придут. Может, как и я, они разрываются между верностью стране и узами, которые успели завязаться у них с товарищами по Сотне, и явились предупредить, чтобы те уходили.

Если так, дело пойдёт быстро. Соберём всех, кто захочет сбиться в наёмничий отряд, и уйдём отсюда.

— Ноль, послушай, что выяснилось, — сказал Огма. — Королевство собирается нас уничтожить.

Ага, значит, он уже знает! Может, даже успел придумать, как нам улизнуть.

— Похоже, Хром и Уоррен уже получили этот приказ, — продолжил Огма.

Я посмотрел на двух командиров и увидел, что они мучительно колеблются. Ну да, они ведь предали королевство и сливали Сотне секретные сведения — неудивительно, что им сейчас не по себе.

— Мы, Чёрные и Красные рыцари, решили встать на сторону Сотни, — твёрдо сказал Хром. — Осталось только ваше слово, Ноль!

А? Что значит «встать на сторону»?

— В этом прогнившем королевстве больше не осталось справедливости. Если Сотня объединится с нами, Чёрными и Красными рыцарями, нашей военной силы хватит, чтобы противостоять ему. А если во главе встанете вы, Ноль, у нашего восстания будут все шансы на успех!

Чего? Мне не послышалось? Да вы, похоже, рвётесь предать страну куда охотнее, чем я думал. Вот почему вся Сотня ходила такая возбуждённая! На носу война с королевством — конечно, у них настрой зашкаливает!

Но погодите-ка, вы тут все совсем с ума посходили. Мятеж? Ещё чего. Поддерживать такое мне совершенно не хотелось. Одна морока. Раз уж вы готовы зайти так далеко, я бы лучше просто сбежал из страны и жил где-нибудь на воле.

— Никакого восстания не будет, — отрезал я.

— Что вы имеете в виду? — насторожился Хром. Все смотрели на меня с подозрением.

Я снял чёрный шлем. Старшие члены знали моё лицо, но Хром и Уоррен — нет. Увидев меня, они сразу поймут, почему я не могу поддержать мятеж.

— Не может быть! Принц Марс! — воскликнул Хром. Как я и ожидал, он и Уоррен были потрясены.

— Принц Марс? Что всё это значит?! — выкрикнул Огма. Реакция Хрома и Уоррена потрясла и остальных. Они знали, что я дворянин, но мысль о том, что я принц, им, наверное, и в голову не приходила.

— Это Его Высочество принц Марс, и именно ему поручено командовать войском, которое отправят усмирять Сотню, — ответил Хром. — В замке его жизнь постоянно под угрозой, поэтому он почти не показывается на людях и живёт тихо, стараясь не выделяться. Я и представить не мог, что он втайне создаст Сотню!

«Живёт тихо, стараясь не выделяться»… Ну, если подумать, тут и не поспоришь. Только вот Сотню создал не я, а те пятеро, с которыми я встретился в лесу.

— Что?! То есть выходит… — Огма всё ещё не мог прийти в себя.

Вот именно. Я принц, а значит, не могу участвовать в мятеже.

— Для вас, Ноль… то есть принц Марс, это уже не мятеж, а справедливая война? — продолжил Огма.

…В смысле?

— Именно! — с жаром подхватил Уоррен. — Как и говорит принц Марс: никакого восстания не будет. Эта война справедлива, ибо нужна, чтобы упрочить его положение наследника престола. Справедливость на нашей стороне! — Ещё секунду назад перспектива предать королевство явно тяготила его, но теперь это исчезло без следа — словно груз свалился с плеч.

Нет, принц я или нет, а воевать мне всё равно придётся против правительства, так что, по-моему, это всё-таки мятеж.

— Понятно! Ноль… то есть принц Марс годами готовился к этому дню! Он предвидел, что всё так обернётся, поэтому и явился к нам, чтобы собрать единомышленников, а затем нарастил силу и влияние через Сотню! — выкрикнул Аарон.

Заткнись. И, пожалуйста, не говорите про меня таких жутких вещей. С таким набором я похож на социально опасный элемент. И вообще, людей в организацию вербовали вы, а не я! И почему она вообще называется Сотней, если членов уже больше тысячи?!

— Совершенно верно, — подхватил Уоррен. — У принца Марса не было опоры в замке, он был изолирован. Вероятно, поэтому он редко участвовал в придворных мероприятиях и всё время сидел у себя в комнате, заслужив дурную славу посредственного принца. Я и помыслить не мог, что он строит собственную организацию, которая даст ему силу обеспечить себе престолонаследие! Какая дальновидность! Я глубоко, искренне восхищён!

…У меня в замке правда настолько плохая репутация? Хотя, если подумать, я всё время сплю днём, потому что по ночам охочусь на монстров, так что со стороны это и впрямь выглядит так, будто я просто безвылазно сижу у себя. Но моя жизнь постоянно под угрозой — что мне ещё оставалось делать?

И вообще, почему все ведут себя так, будто я уже точно собираюсь сражаться? Мне, если честно, не так уж и важно стать королём.

Я решил немного остудить их пыл и потому задал вопрос по существу:

— Даже если мы соберём войско, замок сам по себе — противник не из лёгких. Как вы вообще собираетесь его штурмовать?

Изначально замок строили как крепость для защиты от монстров, так что он был отлично укреплён и к тому же окружён высокой стеной. Заставить его гарнизон сдаться будет непросто.

— Бледд, заместитель командира Синих рыцарей, занимает в Сотне двенадцатый ранг, — мгновенно ответил Хром. — Я уже договорился, что он перейдёт на нашу сторону и откроет нам ворота замка изнутри.

На Синих рыцарях лежала обязанность защищать столицу. Их командир входил во фракцию Гамарата, но, как выяснилось, заместитель командира состоял в Сотне. С этим королевством вообще всё в порядке?

— А как насчёт Гильдии магов? — спросил я. — Это важнейшая ветвь военной силы нашего королевства. С ней будет нелегко справиться. — По сути, именно Гильдия магов и была главной военной мощью Фаруна.

Во Фаруне потомки мага из отряда героя на протяжении поколений служили придворными магами. Постепенно эти маги расширяли своё влияние, и теперь под их началом находилась Гильдия магов — сила, превосходившая любой рыцарский орден. Полётная магия обеспечивала им мобильность, а мощные атакующие заклинания — сокрушительную огневую мощь. Для страны вроде Фаруна, где монстры появляются по всему королевству без предупреждения, они были совершенно незаменимы.

Можно сказать, что нынешнее пренебрежение фехтованием в немалой степени выросло из убеждения, будто при существовании Гильдии магов сходиться с противником в ближнем бою вообще незачем. Нынешний придворный маг Брамс был вульгарным, алчным человеком, одержимым властью. Он же был одним из тех дворян, что сговорились с Гамаратом и теперь разлагали королевство, так что на нашу сторону он бы не встал ни при каких обстоятельствах.

— Гильдия магов, безусловно, станет серьёзным препятствием, — сказал Хром. — Сколько бы в Сотне ни было сильных бойцов, в грядущей битве Гильдия наверняка доставит нам массу проблем. Но если на нашей стороне принц, разве это больше не проблема?

Если на нашей стороне принц, то не проблема? Почему?

— Главная сила Гильдии магов, госпожа Фрау, — ваша невеста. Значит, она наверняка встанет на нашу сторону?

…Фрау. А ведь точно, если подумать, она и правда моя невеста. Правда, видел я её всего несколько раз — ещё в детстве. Я всегда воспринимал нашу помолвку как чистую формальность.

Фрау была дочерью Брамса и от природы обладала выдающимся даром к магии. Ещё в детстве её повсюду знали как юную чудо-девочку. А теперь она превратилась в опасную женщину: её специализацией была молниеносная магия, а прозвище у неё было Императрица молний.

Так вышло, что моей невестой она стала потому, что Брамс воспользовался её славой, чтобы протолкнуть её на место супруги будущего короля. То есть изначально предполагалось, что Брамс будет моей опорой, но стоило Гамарату поманить его золотом и властью, как он тут же переметнулся на другую сторону. Тогда ходили слухи, что нашу помолвку отменят, но, как теперь выяснилось, формально мы всё ещё оставались помолвлены.

Но даже при такой связи мы уже давно не поддерживали никаких отношений. Лицо у Фрау даже в детстве всегда было пустым, и я никогда не понимал, о чём она думает. Честно говоря, я даже не был уверен, помнит ли она меня до сих пор. Так что союзницей я её совсем не представлял.

— Нет, Фрау…

— Я поддержу принца Марса.

Женский голос внезапно разнёсся по комнате.

Я обернулся на звук и увидел у входа невысокую беловолосую женщину. Лицо у неё было красивое, почти кукольное, но выражение странно лишённым живости.

— Ты ещё кто такая?! — рявкнул Огма, и он вместе с другими старшими членами Сотни схватился за меч. Реакция была совершенно естественной: человек вдруг оказался в месте, где секунду назад никого не было.

— Госпожа Фрау! Почему вы здесь?! — взволнованно воскликнул Хром.

Да, этой женщиной была Фрау — та самая, о которой мы только что говорили. И после её внезапного, почти призрачного появления я был потрясён не меньше остальных.

— Я невеста принца Марса. И всё это время я наблюдала за ним, — без выражения ответила она.

— «Наблюдала»? Это ещё что… — Я осёкся.

Что-то я не помню, чтобы она за мной наблюдала. Мы ведь уже много лет вообще не виделись. Разве не так?

Фрау показала тыльную сторону правой ладони. Там был чёрный символ, похожий на какой-то герб.

— Это Печать договора. С её помощью я могу в любой момент видеть глазами принца Марса. А если понадобится, то мгновенно перенестись к нему.

Я невольно посмотрел на тыльную сторону собственной правой ладони. У меня там тоже был знак — точно такой же, как у неё. Когда мы были детьми, Фрау в какой-то момент наложила на меня странное заклинание и сказала, что это что-то вроде обряда помолвки. Знак появился у нас обоих, и мне тогда просто показалось, что это выглядит круто, так что я не придал этому особого значения, но…

Погодите. Когда она говорит, что «наблюдала» за мной, она ведь не имеет в виду, что всё это время без остановки следила за мной через эту печать? Мы вообще не виделись, но она всё это время в одностороннем порядке наблюдала за мной?

По спине у меня пробежал холодок.

Плохо дело…

— Эй, я вообще ничего не слышал про… — начал было я.

— Я возьму Гильдию магов на себя. Для твоего войска они проблемой не станут, — снова перебила меня Фрау.

— Подумать только, сама Императрица молний встанет на нашу сторону! — воскликнул Хром.

— С этим победа нам почти обеспечена! — заявил Уоррен.

— Мы сметём этих прогнивших дворян! — выкрикнул Огма. Ясно было, что слова Фрау распалили Сотню ещё сильнее.

Если Чёрные и Красные рыцари объединятся с Сотней, если заместитель командира Синих рыцарей переметнётся к нам изнутри замка, а Фрау разберётся с ключевой Гильдией магов, то у мятежа и правда останутся только Белые рыцари да стража в качестве серьёзных препятствий. Шанс на победу у нас теперь действительно был, но…

Даже если захватить королевство окажется легко, мне только что сообщили об одной громадной личной проблеме.

Как мне теперь избавиться от этой метки?