Часть XIII. Шейла

Я родилась в стране под названием Вулкан. Мой отец, Гарай, был одним из Семи Небесных мечей, сильнейших воинов Вулкана.

Ну, их называли сильнейшими, но сама должность была наследственной: в каждом поколении титул наследовал старший сын. В каждой из семи семей сыновей с самого раннего возраста заставляли проходить строгие тренировки, чтобы они соответствовали титулу. Я росла в одной из таких семей, поэтому рано заинтересовалась мечом, а отец научил меня основам. Наша техника боя двумя мечами вместе с именем «Два Клинка» передавалась в семье из поколения в поколение, так что во время тренировочных поединков с отцом я постепенно переняла этот стиль. К тому времени, когда я оказалась в Фаруне, меня называли Шейлой Двух Клинков, но раньше имя Два Клинка означало моего отца, Гарая.

— Будь ты только мальчиком, — часто жаловался отец.

Вулкан был патриархальным обществом, и женщины не могли наследовать дворянские титулы. У меня был младший брат, так что именно ему предстояло унаследовать дом, но с мечом он обращался хуже меня. Конечно, он прикладывал мучительные усилия, чтобы стать лучше. В конце концов, было бы недопустимо, если бы слабый человек заявил права на титул Небесного меча. Он опозорил бы весь Вулкан. Чтобы избежать такого исхода, в прошлом бывало и так, что одна из семи семей усыновляла выдающегося мечника как зятя, выдав за него дочь, и таким образом продолжала род. Однако наша семья гордилась тем, что в каждом поколении титул Небесного меча наследовал именно настоящий старший сын, поэтому принять кого-то из другой семьи в моём поколении было немыслимо.

Из-за этого на моего брата легло огромное давление. У него были задатки, чтобы стать вполне умелым рыцарем, но я знала, что он никогда не станет таким же сильным, как я. Он и сам смутно начал это понимать, и наши отношения как брата и сестры постепенно становились всё холоднее.

Я ненавидела быть причиной проблем в своей семье, поэтому в четырнадцать лет сбежала из дома. Мне было ясно: если я останусь, меня просто заставят выйти замуж за кого-нибудь из остальных шести семей, а я не хотела выходить за мужчину слабее меня.

После побега я воспользовалась кое-какими связями и вступила в Гильдию авантюристов в городе далеко от дома, а там быстро отличилась. Я собрала партию, побеждала сильных монстров, исследовала подземелья и древние руины. Мой ранг легко рос. Жизнь авантюристки вовсе не была лёгкой прогулкой, но мне она всё равно нравилась. Я была свободна делать что хочу, и пусть я была женщиной, моей силы хватало, чтобы обрести положение и славу. В деньгах я тоже не нуждалась.

Наверное, примерно полгода назад моя насыщенная жизнь резко подошла к поворотному моменту: ко мне явился Сигмунд, глава пяти Героев Дорссена. Сигмунд прежде был S-ранговым авантюристом, и я была многим ему обязана за помощь в те времена, когда только начинала самостоятельную жизнь. Кроме того, он был одним из очень немногих людей, которых я признавала сильнее себя.

— Я хочу, чтобы ты вошла в число Героев, — сказал Сигмунд сразу, пропустив все любезности. — Сейчас Дорссену нужны люди, а среди Героев появились серьёзные пустые места. Если так продолжится, другие страны решат, что это приглашение к вторжению. А если это случится, начнётся война. Чтобы предотвратить её, мне нужна твоя сила.

Я уже понимала, о чём он говорит. Об этом только и говорили: после поражения в войне против Фаруна Дорссен быстро ослаб, и теперь другие страны пытались воспользоваться этой слабостью.

— Меня сделают Героем? Ты ведь знаешь, что я женщина? — сказала я. Безумная принцесса Кармилла была особой королевской крови, поэтому она была исключением, но вообще-то Герои, как и Небесные мечи, были должностью, которую могли занимать только мужчины.

— Сейчас не время беспокоиться об этом. Нам нужна необходимая сила, а у тебя она есть. Его Величество уже дал согласие.

Предложение меня привлекало. Какой бы знаменитой авантюристкой я ни была, в глазах общества я оставалась всего лишь беззаконной странницей. А Герои были лицом Дорссена, и став одной из них, я могла получить официальное признание — я, которая не смогла стать одним из Небесных мечей. Но у меня было одно серьёзное опасение.

— Сейчас Дорссен враждует с Вулканом. Это моя родина. Ты хочешь сказать, что я должна буду сражаться против них?

Дорссен и Вулкан много лет спорили о правах на шахту у общей границы. Если должна была начаться война, скорее всего, она вспыхнула бы именно между этими двумя странами.

— Я возьму тот участок границы на себя. Тебя я хочу поставить отвечать за другое направление. И ещё я обещаю, что Дорссен не вторгнется в сам Вулкан. Клянусь своей жизнью.

Сигмунд ценил честь выше всего. Если он клялся, то никогда бы не отступил от своих слов.

Я помолчала.

— Мне нравится жизнь авантюристки, — сказала я. — И хотя мой младший брат должен стать преемником отца, если я стану одной из Героев, это может как-то сказаться на нём.

Если я стану Героем, в Вулкане это могут счесть оскорблением. Пусть я частично порвала с ними связь, они всё ещё были моей семьёй. Я не хотела делать ничего, что могло бы подорвать их положение.

— Понимаю. Но, пожалуйста, не решай сразу и как следует подумай. Дорссену нужна твоя сила. Я также обещаю, что с тобой будут обращаться как с дворянкой.

— Дворянкой?

Это меня удивило. Сословные различия было не так-то просто преодолеть. Родился ты простолюдином или дворянином — таким и оставался до самой смерти. Между ними существовала неизменная стена. Пусть когда-то я была иностранной дворянкой, теперь я была авантюристкой, и обычно мне было бы невозможно стать дворянкой где-либо ещё.

— Именно. Времена меняются, и день, когда всё будет решать не унаследованное положение, а заслуги, уже близок. Мы болезненно усвоили этот урок в войне с Фаруном. Там силой решают всё, даже положение королевы-консорта. Я видел поединок между Императрицей молний Фрау и леди Кармиллой, и он произвёл сильное впечатление. Женщин, обладающих силой, нельзя презирать. Если уж на то пошло, бесполезны именно мужчины, у которых нет силы. Так что прошу. Ты подумаешь? — Сигмунд склонил голову.

— Можешь дать мне немного времени? — попросила я, отложив решение. Честно говоря, перспектива стать Героем меня соблазняла. Я многим была обязана Сигмунду и знала, что могу ему доверять. Но у меня не было жалоб на жизнь авантюристки, и о семье тоже нужно было подумать. Я хотела немного успокоиться и всё обдумать.

Вскоре после этого мне пришло письмо из дома. Если кратко, в нём говорилось: «Я передам главенство в семье тебе, если ты вернёшься в Вулкан».

— Что это значит?! — рефлекторно закричала я, прочитав письмо.

Мой брат не умер, не получил травму и вообще ничего подобного. Судя по всему, меня вдруг ни с того ни с сего сделали наследницей нашего семейного дома.

Что там вообще происходит? Я решила посоветоваться с товарищами по партии. Моя партия целиком состояла из вулканцев, так что я подумала: возможно, они знают, как сейчас обстоят дела в Вулкане.

Я быстро собрала их всех в комнате Гильдии авантюристов.

— А почему нет? — сказали они. — Возвращайся вместе с нами.

Я не ожидала такого ответа. Оказалось, они тоже получили письма от семей и друзей в Вулкане: им обещали взять их на службу вассалами и дать хорошие должности.

Мы собрались в одну партию как земляки-вулканцы, потому что все происходили из похожей среды, и у нас была общая цель: мы были умелыми, но не могли устроиться на родине, так что однажды должны были показать своим семьям и правительству, как сильно они ошиблись, не заметив нас. Если смотреть на это так, предложение было неплохим. Мы получили бы положение в Вулкане — именно то, чего хотели. Но почему именно сейчас?

— Конечно, ты тоже возвращаешься, да, Шейла? Только не говори, что думаешь пойти в Дорссен, — пристально надавил на меня один из товарищей по партии.

А-а, вот оно что. По их поведению я поняла, что происходит. Вероятно, они сообщили в Вулкан, что я встречалась с Сигмундом. Исходя из нынешней обстановки, было нетрудно догадаться, что он мне сказал. И чтобы я не ушла в Дорссен, верхушка Вулкана сделала мне это предложение.

Но если я соглашусь, что будет с моим братом? Он всю жизнь трудился, чтобы стать преемником отца как Небесный меч, а теперь его ни за что ни про что снимали с наследования. Даже если я не видела его много лет, он всё равно был мне дорог.

— Младший брат унаследует наш дом. Я не вернусь в Вулкан, — твёрдо заявила я.

— Значит, ты предашь Вулкан и пойдёшь в Дорссен?! — возмутились мои друзья.

— Разве не вы первыми меня предали? — парировала я.

По комнате прокатилась волна напряжения. Но даже если бы дошло до дела, я была рыцарем, сражавшимся на переднем крае партии, тогда как их роли — маг, жрец и вор — предполагали бой из задней линии. Я не верила, что проиграю, даже если они решат сражаться втроём против одной.

— Разве ты не хотела стать Небесным мечом? — спросил один из друзей после паузы. Возможно, он немного остыл, потому что его тон смягчился.

— Верно, хотела. Поначалу это было моё чистое, невинное стремление. Но теперь всё иначе. Я не хочу этого настолько, чтобы отнимать место у брата, — сказала я.

Я по очереди посмотрела в лица своих друзей. На них было непонимание. Они так долго трудились и зашли так далеко, потому что хотели признания от своих семей и родной страны. Я могла понять, почему они не желали упустить шанс, когда он наконец появился.

— Распустим партию, — сказала я. — Вы возвращайтесь в Вулкан. Я продолжу быть авантюристкой.

Так я потеряла друзей.

После распада партии я обдумывала будущие варианты, когда однажды ко мне пришёл ещё один посетитель.

Это был мой отец.

Я снова заняла комнату в Гильдии, и мы с отцом сели друг напротив друга.

— Ты хорошо выглядишь. Я слышал о твоих подвигах. Я горжусь тобой, — сказал отец, смущённо глядя на меня. Он также выглядел немного старше, чем в последний раз, когда я видела его несколько лет назад.

— Больше всего я рада видеть, что ты здоров, отец. Прости, что тогда сбежала из дома, — сказала я.

Я немного нервничала. Я знала: отец, вероятно, пришёл сюда, чтобы позвать меня обратно в Вулкан. Я понятия не имела, что смогу сказать, чтобы ему отказать.

— Я прочитал твоё письмо. Ты не намерена возвращаться в Вулкан?

В ответном письме я отказалась принять семейное наследство.

— Нет, не намерена. Я считаю, что титул должен унаследовать мой брат.

— Вот как? Тогда хорошо, — уступил отец. — Но я всё равно хочу, чтобы ты вернулась домой. Обстановка в Вулкане и вокруг него сейчас нестабильная. Нам нужны все способные люди, до которых мы сможем дотянуться. Верхушка сказала, что тебе гарантируют хорошее положение.

Как и в прошлом, отец совсем не давил и относился ко мне гибко. Но от этого отказать ему становилось только труднее.

— Нет, я, ну...

— Что такое? У тебя есть мужчина?

Это был странный вопрос. Впрочем, не странный. Как мой отец, возможно, он вполне естественно беспокоился обо мне в этом смысле, учитывая мой возраст. К слову, никого такого у меня не было. Я придерживалась своего правила встречаться только с теми, кто сильнее меня, и в результате, добравшись до S-ранга, уже не находила вокруг никого, кто подходил бы под мои условия.

И тут мне на глаза попалась листовка на доске объявлений в комнате. В ней говорилось, что Фарун принимает кандидаток на место новой принцессы-консорта. Прежде чем я успела опомниться, я выпалила совершенно безумную вещь:

— Я хочу стать консортом короля Фаруна.

— Консортом короля Фаруна? — повторил отец, явно сбитый с толку.

— Да. В столице Фаруна будет состязание за место новой принцессы-консорта, и я подала заявку.

Разумеется, ничего подобного я не делала. Я только что впервые об этом узнала.

— Я слышал о нём... но почему король Фаруна? — Значит, отец уже знал о Турнире отбора консортов. Но он хмурился, и между бровей у него легла глубокая складка.

— Он сильнее меня. Король Фаруна взошёл на трон собственной силой, подавил нашествие, присоединил Кадонию и даже добился победы над Дорссеном. Он победил двоих из Героев Дорссена, так что в его способностях нельзя сомневаться. Я всегда хотела выйти за мужчину сильнее меня, поэтому король Фаруна — мой идеальный партнёр.

Это тоже было ложью. Как бы силён он ни был, я всё равно не хотела выходить за какого-то чудака, известного как Бешеный король.

— Ты знаешь, что он из тех людей, кто ест мясо монстров, пытает своих вассалов, заставляя их сражаться друг с другом на арене, и даже вынуждает своих консортов бороться между собой за место королевы?

Слушая, как отец всё это перечисляет, я ясно видела: король Фаруна действительно был абсолютным отбросом. Заставлять женщин сражаться друг с другом — это уже далеко за пределами небольшой эксцентричности. Но, с другой стороны, я не хотела возвращаться в Вулкан. Я ясно понимала: если вернусь, меня отправят на войну. А если уйду в Дорссен, меня заклеймят предательницей. Пока я оставалась авантюристкой, выбраться из этой ловушки было, похоже, трудно. Так что место вроде Фаруна казалось неплохим компромиссом. У них, кажется, даже была знаменитая арена, так что зарабатывать там на жизнь бойцом могло оказаться не так уж плохо.

На первое время я хотела поехать в Фарун и переждать, пока всё уляжется. Мне совершенно не было дела до того, чтобы стать принцессой-консортом короля.

— Но всё же, — сказала я. — Я стала S-ранговой авантюристкой, и даже среди высокоранговых авантюристов-мужчин не нашлось никого, кто мог бы со мной сравниться. Если так продолжится, я никогда не выйду замуж. Думаю, мы с королём Фаруна могли бы подойти друг другу.

Отец склонил голову набок, озадаченный.

— Ты всегда была такой?

Я и сейчас не такая. Мне бы никогда не пришло в голову выйти за кого-то только потому, что он силён.

— О чём ты, отец? Разве я с детства не говорила, что хочу выйти за мужчину сильнее меня?

— Ну да, говорила, но ты никогда не казалась такой легкомысленной в этом вопросе.

Вот это мой отец. Он действительно меня понимает. Но сейчас всё это не важно. Я просто не хочу влипать во все эти хлопоты с Вулканом, Дорссеном и прочим. Сначала мне было интересно предложение Героев, но теперь мне уже всё равно и на него.

— И ещё... я горжусь тем, что считаю себя сильнейшей среди всех женщин. Я хочу бросить вызов принцессам-консортам Фаруна — Императрице молний и Безумной принцессе.

К тому моменту я сама уже совершенно не понимала, что несу про сильнейшую женщину, но мне просто хотелось убедить отца в своей серьёзности, чтобы он вернулся домой. Я надеялась, что его удовлетворит моя бессмысленная история о дочери, которая стремится к силе и поэтому едет в Фарун.

— ...Понимаю. Хорошо, — наконец сказал отец, торжественно кивнув.

Правда? Это его убедило? Я с трудом могла в это поверить.

— Поедем в Фарун вместе, — продолжил он, к моему огромному удивлению. — Я хочу своими глазами увидеть твой путь. На самом деле я и сам уже некоторое время интересуюсь Фаруном.

А? Вместе? Нет уж, спасибо! То есть вся история про принцессу-консорта была ложью!

Но, разумеется, сказать я этого не могла, и поэтому мы с отцом вместе отправились в Фарун.

На самом деле поездка в Фарун стала первым путешествием, которое я когда-либо совершила вместе с отцом, так что она была довольно приятной.

После нескольких недель пути мы прибыли в оживлённую столицу Фаруна. Изначально это был небольшой город-крепость, окружённый стеной, но теперь на окраинах города появились новые арены и большие шатры, а вокруг них тянулись ряды постоялых дворов, ресторанов и лавок. Всё место кипело жизнью.

Круглых арен было две: большая и маленькая. На главном стадионе имелись внушительные многоярусные зрительские места, и там проходили рейтинговые бои первой сотни членов Сотни. На меньшей арене мест было меньше, и там сражались члены за пределами рейтинга — так называемая Лига новичков. Похоже, существовала система, по которой победители матчей на малой арене могли вызывать рейтинговых бойцов и отбирать у них места.

Сначала мы вошли на меньшую арену: людей там было меньше, и попасть внутрь было проще. Каждый, кого мы видели там в бою, обладал такой силой, что было трудно осознать: все они якобы не входят в рейтинг.

— Никогда бы не подумал, что воины Фаруна настолько сильны... — сказал отец, почти лишившись дара речи после просмотра поединков.

Пусть они и не входили в рейтинг, все эти люди были крепкими бойцами с потенциалом стать рыцарями-асами в других странах. По силе они, вероятно, соответствовали авантюристам B-ранга. Да, в технике у них чувствовалась некоторая неопытность, но базовый уровень выносливости был ненормально высоким. Отец, который, как я подозревала, приехал отчасти для разведки, наблюдал с предельной сосредоточенностью.

Через некоторое время мы перешли на главный стадион. Там толпились люди, желавшие посмотреть бои и сделать ставки, и место было куда оживлённее, чем всё, что я видела в других странах. Даже попасть на саму арену было трудно, но мы как-то протиснулись через толпу и вошли.

— Что это такое?! — вскрикнул отец.

Его реакция была совершенно естественной. Пока мы смотрели, перед нами проходили многочисленные поединки между искусными бойцами, каждый из которых использовал высокоуровневые техники меча или заклинания. Время от времени кто-нибудь выходил один на один против дракона. Их сила была на совершенно ином уровне по сравнению с участниками Лиги новичков. Будь они авантюристами, все гарантированно стояли бы выше A-ранга. Я сомневалась, смогла бы победить некоторых из бойцов верхних рангов даже сама. Особенно это касалось первой десятки: все они были настоящими монстрами. Число врагов, которых они могли бы победить, наверняка было бесконечным.

Наконец на арене появился Марс, король Фаруна. Он был также известен как Ноль. В чёрных доспехах и с длинным мечом с чёрным клинком он выглядел как бог смерти. Ноль сражался со всеми, кто победил на арене в тот день, — со всеми этими сильными людьми сразу — совершенно один. Это было абсурдно. Сила Ноля просто находилась в другом измерении. От одного взмаха его меча казалось, будто воздух разрывается. От одного шага сотрясалась земля. Он уже не был человеком. И остальные сражались с этим нечеловеческим существом. Если бы ты не был высокоранговым членом Сотни, тебе было бы трудно даже выйти оттуда живым. Настолько нелепо силён он был.

Кто вообще этот человек? Он правда такой же человек, как я, а не Король Демонов или что-то в этом роде?

— Нам нельзя воевать с Фаруном. Никогда. Ни за что, — пробормотал отец себе под нос.

Да, тут не поспоришь, — подумала я. Какое бы численное преимущество ни было, один фарунец был слишком силён. Было ясно: даже тот, у кого солдат в десять раз больше, легко проиграет. Ноль был особенно плохой новостью. Он был достаточно силён, чтобы в одиночку противостоять целой армии. Если победа в войне означает убийство вражеского короля, то Фарун фактически непобедим. Как и отец, я была серьёзно потрясена. Я не думала, что являюсь сильнейшей S-ранговой авантюристкой, но верила, что нахожусь где-то близко к этому. Эту уверенность только что полностью раздробили.

— Дорссен был обречён проиграть им, — заметила я.

Теперь я понимала, почему Сигмунд так усердно собирал военную силу. Обстановка вокруг Дорссена, может, и была напряжённой, но ещё страшнее, должно быть, было соседствовать с Фаруном. Я бы не смогла спать спокойно, если бы рядом находилась страна с такой военной мощью.

— А теперь Дорссен отдал им имперскую принцессу и установил дружеские отношения с Фаруном. Если начнётся война с Дорссеном, мы можем сделать Фарун своим врагом, — простонал отец, думая о шатком положении Вулкана.

Над тем, что Дорссен выдал свою принцессу за короля Фаруна, насмехались и внутри страны, и за её пределами, называя это трусливой внешней политикой, но теперь выглядело так, будто решение Дорссена было правильным. Впрочем, даже Дорссен, вероятно, не хотел бы слишком поспешно просить у Фаруна подкрепления. Это вполне могло бы оказаться всё равно что пригласить в дом дракона из страха перед волком. Настолько большой угрозой была Сотня.

На следующий день мы отправились к шатрам — хотя, если судить только по размеру, этот комплекс был больше города. Входная плата была довольно высокой, но посетителей было много, включая целые семьи, и, как и везде, дела там, похоже, шли хорошо.

Внутри были выставлены монстры. Одни сидели в клетках, других отделяли от посетителей глубокие рвы; способов удерживать их под контролем было столько же, сколько разновидностей монстров. Я была впечатлена тем, как много существ им удалось собрать: разумеется, кролики-убийцы, но также великие василиски, редбоуны, кровавые медведи, белые тигры, варвольфы, земляные драконы, виверны и ещё множество других. Отец с любопытством смотрел на них. У него был опыт истребления монстров, но нечастый, и, судя по виду, многих из здешних существ он не знал.

Кроме того, я понятия не имела, как они этого добились, но от монстров вообще не чувствовалось враждебности. Поблизости дежурили мускулистые стражи — вероятно, члены Сотни на случай чрезвычайной ситуации, — но монстры были спокойнее, чем все, каких я когда-либо видела.

Я невольно произнесла вслух то, о чём думала:

— Почему они такие послушные?

— Ну, я слежу, чтобы они были сыты, — ответил кто-то на моё бормотание.

Это была невысокая черноволосая женщина. На первый взгляд она почти походила на маленькую девочку, но необычный блеск в её глазах говорил об обратном. К тому же до того, как она заговорила, я совсем не почувствовала её присутствия.

Кто она? — подумала я. Как раз когда я уже собиралась схватиться за рукоять меча за спиной, отец ответил женщине:

— Достаточно кормить их, и они становятся послушными? — спросил он с сомнением. Похоже, он не заметил, насколько необычна эта женщина. Вероятно, он просто решил, что не заметил её потому, что она обычная девушка.

— Именно. Их можно успокоить, если обеспечить им подходящую пищу и среду. Тогда они не будут нападать на людей.

Нет, такого просто не может быть. Монстры совсем не похожи на животных. Одного кормления недостаточно, чтобы приручить их.

Продолжая настороженно следить за женщиной, я всё же взялась за рукоять меча. Но в тот же миг почувствовала на себе взгляды. Нет, не один взгляд — их было слишком много, чтобы сосчитать. Оглядевшись, я увидела, что все находившиеся там монстры повернулись ко мне. Ещё мгновение назад им не было никакого дела до людей, но теперь они все одновременно сосредоточились на мне.

Они пытаются её защитить? В качестве проверки я медленно отпустила меч, и монстры перестали смотреть на меня, словно потеряв интерес.

По всему телу у меня выступил холодный пот. Кто эта женщина?

Черноволосая женщина тем временем подробно объясняла отцу устройство комплекса. Кажется, она не заметила моих подозрений.

— Можно спросить ваше имя? — спросила я женщину, когда она более или менее закончила говорить.

— Меня зовут Кили. Его Величество поручил мне управлять этим комплексом, — сказала она, ярко улыбнувшись. — Вы ведь лорд Гарай и леди Шейла, верно?

Я помолчала.

— Почему вы знаете наши имена?

— Вы оба носите по два меча. Когда речь заходит о бойцах с двумя мечами, первыми на ум приходят двое носителей имени Два Клинка: лорд Гарай, один из Семи Небесных мечей Вулкана, и леди Шейла, S-ранговая авантюристка. Вы ведь знамениты.

— Охо, значит, и моё имя ты знаешь? А я уж думал, что в последнее время почти уступил титул Двух Клинков дочери, — отец широко усмехнулся. Похоже, Кили ему понравилась, раз она нас узнала.

Но я так и не смогла ослабить настороженность. Я была уверена, что эта женщина, Кили, подошла к нам именно потому, что знала, кто мы.

— О вас весь город говорит, — сказала Кили. — Говорят, знаменитая Шейла Двух Клинков будет участвовать в Турнире отбора консортов. Знаете, вы фаворит номер один.

А, значит, обо мне просто в новостях говорят, и всё. Как только я это поняла, напряжение ушло из тела, и я внезапно почувствовала усталость. На самом деле я не хотела, чтобы моё присутствие в Фаруне становилось такой большой темой, но отец, похоже, обрадовался, услышав, что меня считают фавориткой турнира.

После того как мы обменялись с Кили ещё несколькими словами, она неторопливо ушла.

В итоге мы провели половину дня, осматривая комплекс.

— Вот это действительно стоило посмотреть, — удовлетворённо сказал отец.

Поначалу я думала, что это будет хорошая возможность рассмотреть монстров поближе, но на середине экскурсии во мне начала подниматься тревога: если они сумели настолько полно приручить монстров, разве они не смогут использовать их и в бою?

Фарун граничил с Лесом Зверей, где монстров можно было добывать сколько угодно. Если такая страна могла подчинять монстров своей воле, это становилось огромным военным преимуществом. А значит, у Фаруна было бы две мощные армии: Сотня и армия монстров.

Кили тоже вызывала у меня дурное предчувствие. Эта загадочная женщина, несомненно, была человеком, который командовал монстрами.

Чем Фарун надеется стать в будущем?

Вот что меня тревожило.

На следующий день наконец начался Турнир отбора консортов. Местом проведения была главная арена. Отец наблюдал за мной с трибун, бежать было уже некуда, и я вместе с остальными кандидатками вышла на арену. Впереди меня шла Шрамолицая Минерва, за голову которой назначили награду.

Почему разыскиваемая преступница открыто выходит как кандидатка в принцессы-консорты? Если схвачу её прямо здесь, получу тысячу золотых, — подумала я и невольно уставилась ей в спину. Потом вспомнила, что в листовке было написано: подать заявку может кто угодно, независимо от прошлого и судимостей.

Меритократия зашла слишком далеко.

Оглядевшись, я увидела, что вокруг собрались самые разные знаменитые и сильные люди: например, Рея, предводительница наёмничьего отряда Пылающие Лисы, и Ширли Кинжал. По слухам, разные страны пытались завербовать их так же, как и меня. Вероятно, они тоже сбежали в Фарун, чтобы уйти от этого, а если получится, стать принцессами. Какая бесстыжая компания... Хотя, наверное, мне не стоит бросаться камнями.

Как я и ожидала, принцессу-консорта выбирали в одиночном турнире на выбывание: кандидатки сражались, и победительница каждого матча проходила в следующий круг. Наверное, впервые в истории консорта выбирают таким способом, — подумала я. В этом королевстве людей оценивали только по силе. Такой образ мыслей был ближе к орочьему, чем к человеческому.

Лично я предпочла бы проиграть сразу, но если бы это случилось, я видела, как отец утаскивает меня обратно в Вулкан, да и гордость у меня тоже была, поэтому я сражалась изо всех сил. Я дошла до финального раунда, а затем проиграла смехотворно сильной женщине в белой маске. Впервые в жизни меня избили настолько сильно. Лишь позже я узнала, что она была мастером меча, Красным Демоном Кассандрой, той самой легендарной берсеркершей. Шансов у меня не было. Однако я заняла второе место, меня признали достаточно сильной, и в итоге всё равно выбрали четвёртой супругой. Чувства у меня были смешанные.

Удивительно, но отец обрадовался результатам. По его словам: «Если ты выйдешь за короля Марса, Вулкан, возможно, сможет установить дружеские отношения с Фаруном».

После того как он узнал, какой угрозой является Фарун, он, похоже, начал думать, что нужно как-то наладить хорошие отношения с этой страной.

Эй, не дави на меня так сильно. Хотя, наверное, я постараюсь справиться. В конце концов, Вулкан — моя родина.

Что до мужчины, которому предстояло стать моим мужем, короля Марса, то после арены я узнала, насколько он силён, но и в личной жизни он оказался пугающим. Как именно — говорить не буду. Новая третья консорт, Кассандра, пока сопровождала его в постели, за что я была ей невероятно благодарна.

Кроме того, на все три ежедневные трапезы мне подавали только мясо монстров.

Не стоило мне приезжать в такое место...