Часть I. Поездка в Вулкан

После рождения Хильды Кассандра, несмотря на своё первое грубое обращение, полностью посвятила себя заботе о дочери. Наверное, даже такая свирепая женщина, как Кассандра, не может не заботиться о драгоценном ребёнке.

По крайней мере, я так думал.

На деле Кассандра уже надеялась начать тренировать новорождённую Хильду, и мне пришлось в панике останавливать её, прежде чем она успеет воплотить свои планы. Очень хотелось бы, чтобы она не пыталась давать младенцу кинжал вместо игрушки.

Оставлять Хильду наедине с Кассандрой было слишком опасно, поэтому я решил приставить к ней побольше служанок. Но Кассандра сразу после родов была пугающей, как медведица в дикой природе, и ни одна служанка надолго на этом месте не задерживалась. У Кассандры имелась неприятная склонность окружать себя только самыми сильными людьми, какие только возможны, и никто не соответствовал её требованиям к личной служанке Хильды. Это уже начинало становиться для меня настоящим источником стресса.

К слову, с тех пор как Кассандра забеременела Хильдой, ночи я проводил в спальне Шейлы. Шейла была бывшей авантюристкой S-ранга и броской красавицей с благородными чертами лица и густыми серебристыми волосами, остриженными в ровное каре. И среди всех моих принцесс-консортов она была самой здравомыслящей.

Мне хотелось бы хоть иногда бывать и у остальных, но все они отвергали мои визиты. Будто теперь, когда они родили детей, свой долг они уже исполнили. Почему-то казалось, что они меня немного ненавидят. Было одиноко.

Но когда я пожаловался на это Шейле, она сделала серьёзное лицо.

— Не думаю, что они вас ненавидят, — сказала она. — Мы все очень любим вас, Ваше Величество. Но стать фарунской принцессой-консортом трудно, причём во многих смыслах. Нужно быть сильной и телом, и духом. Собственно, я поняла, что и мне самой нужно больше тренироваться. — Она задумчиво добавила: — Но если отложить это в сторону, разве Вашему Величеству не стоит взять ещё жён?

Честно говоря, столько жён мне было не нужно, а что именно такого трудного в положении принцессы-консорта, я так и не понимал, но расспрашивать дальше не решился. Если отношения с Шейлой тоже станут напряжёнными, мне уже вообще будет некуда идти. Боясь испортить настроение ещё сильнее, я решил сменить тему.

— Кстати, ты ведь из Вулкана, — небрежно сказал я. — А там есть какие-нибудь хорошие мясные блюда?

Я всё ещё не отказался от мечты раздобыть хорошее мясо. Не хотелось всю жизнь есть одно только мерзкое мясо монстров.

К тому времени найти обычное мясо и в Фаруне, и в Дорссене для меня стало невозможно, но это лишь означало, что за ним придётся отправиться в другую страну.

— Мясные блюда? Вулкан ценит доблесть, так что особо изысканной кухни там нет, — задумалась Шейла. — Это культура, которая предпочитает простые вещи. Но, хотя это и не совсем полноценное блюдо, якинику, пожалуй, довольно известно.

— Якинику? Что это?

— Тонко нарезанные кусочки мяса, которые жарят на металлической пластине. На словах звучит не очень впечатляюще, но с солоновато-сладким соусом это вкусно.

— Хм, звучит неплохо, — сказал я. Если нарезать мясо тонко, оно быстро пригорит, поэтому обычно мясо готовили и ели толстыми кусками. Но от описания Шейлой якинику у меня уже текли слюнки.

— Но с тех пор как я приехала в Фарун, у меня не было ни одного нормального приёма пищи, — пожаловалась Шейла, мрачнея. — Не говоря уже о якинику. Здесь одно только мясо монстров…

Если подумать, возможно, поднимать тему еды было ошибкой. Теперь настроение действительно испортилось. Но первой есть монстров начала Кассандра, а практику распространил Огма. Это всё было не по моей вине.

Так или иначе, я был рад узнать о вулканском блюде под названием якинику. Моя новая жизненная цель была определена: я отправлюсь в Вулкан и попробую это блюдо.

В жизни вкусная еда не подлежит обсуждению. Не мясом монстров единым жив человек.

Хотя я и определился с целью, оставалась одна небольшая проблема. Проще говоря, Вулкан был далеко.

Если бы я — по глупости — решил бежать туда весь путь, дорога заняла бы довольно много времени, даже с учётом того, насколько быстро я бегаю. К счастью, у меня было секретное оружие — виверны.

Это были следующие монстры, которых собирались включить в корпус монстров после варвольфов. Виверны были драконами, но низшим видом драконов, поэтому особой мощью они не отличались. В настоящем бою их, конечно, могли бы победить. К тому же их у нас было не так много, как варвольфов, и использовать их для сражений было бы расточительством. Поразмыслив, я понял, что виверны отлично подходят для задач, связанных с мобильностью: поездок и перевозок.

Вообще-то Кассандра была родом из могущественной Ронзанской империи на севере, знаменитой своими Драконьими рыцарями, поэтому она хорошо разбиралась в тренировке виверн — точнее, драконов. Она даже прочитала Кили лекцию на эту тему. Заодно она показала основы и мне, так что теперь я мог управлять вивернами. Более того, поскольку поймал этих виверн я сам, заставить их слушаться приказов оказалось сравнительно легко.

Я также подумывал использовать виверн как посыльных, поэтому на территории замка для них построили место обитания, из которого при необходимости можно было взять одну для полёта. Это сооружение сложили из нагромождённых камней, подражая пещерам, которые виверны часто использовали как гнёзда.

Я вошёл в огромное каменное жилище. В нос ударил отчётливый запах рептилий, но к ужасной вони сырого мяса монстров я привык, так что особо меня это не тревожило. Виверны не выглядели как обычные драконы — скорее как большие ящерицы с крыльями, — и если приглядеться, особого благоговения не внушали. Просто немного мерзкие, с пугающими мордами. Но стоило им меня заметить, как все они одновременно съёжились от страха. У вас вообще нет гордости монстров?

— Аэр, — позвал я, и из глубины пещеры появилась виверна покрупнее. Аэром я назвал ту виверну, на которой летал. Это был вожак стаи пойманных мной виверн, так что он выглядел внушительнее остальных.

Сегодня Аэр вышел быстрее обычного. Когда он двигался более неохотно, я кормил его с руки, чтобы укрепить доверие, но, похоже, на этот раз в этом не было нужды. А кормом, который я давал Аэру, было то самое мясо монстров, которое я всегда ел. По словам Кили, одинаковая еда должна была укрепить нашу связь.

— Виверны тоже едят монстров, так что они быстро поладят со всеми из Сотни, — говорила она. — То есть в норме люди вообще никогда не едят монстров. Умерли бы. Так что в этом смысле Сотня сама почти как монстры. А-ха, ха-ха, ха… а? Ваше Величество желает кормить виверну тем же мясом монстров, которое ест сам? — Затем наступила пауза. — Эм, ну, даже для виверн это мясо… вообще-то забудьте. — К концу разговора она отвела от меня свои чёрные глаза.

Я попробовал последовать совету Кили и дал Аэру мясо монстров, но принесённое мясо он возненавидел. Я был человеком и ел его, так что у виверны проблем быть не должно, но даже так Аэр попытался сбежать от меня, улетев. Мне пришлось прыгнуть в воздух, сбить его с неба, а потом силой засунуть мясо ему в пасть. После нескольких повторений Аэр в конце концов стал полностью послушным. Кили всё-таки была права: одинаковое мясо помогло нам поладить.

Аэр опустил голову, чтобы мне было проще забраться ему на спину. Насколько я слышал, драконьи виды горды, и для них редко бывает нормально делать что-то настолько раболепное.

— Бедняжка, — заметила Кили, увидев это, и явно пожалела виверну. Я, правда, не понял, что тут такого печального. В конце концов, мы с Аэром отлично чувствовали друг друга.

— Ну что, Аэр, — сказал я, усаживаясь в седло у него на спине. — Сегодня летим немного в сторону!

Я указал в направлении Вулкана. Якинику ждало меня!

Виверны оказались удобнее лошадей. Они не касались земли, так что вибрации не передавались телу. К тому же лететь по небу было приятно. Сначала я думал: «Вот упасть будет страшно», но потом Кассандра сказала мне одну вещь:

— Твои тренировки не настолько халтурные, чтобы ты умер от простого падения. Если бы это было возможно, я бы убила тебя первой.

Это легко избавило меня от большей части страха перед падением. Кассандра была куда страшнее.

Так что, пока их не боишься, виверны очень удобны. Добраться куда угодно можно почти мгновенно. Но, пусть они и низший вид, они всё равно драконы, а значит, у них был один недостаток: они очень бросались в глаза. Вулкан был врагом Фаруна, так что приземляться где-нибудь рядом с городом было нельзя. Вместо этого я решил посадить Аэра на горе возле Фракии, столицы Вулкана, а оттуда дойти до города пешком.

Одно из заклинаний Кили связало меня с Аэром как его хозяина, поэтому, если я звал, он сразу возвращался ко мне. Риска, что он улетит куда-нибудь ещё, не было — правда, каждый раз, когда я его звал, он прилетал с грустным видом. Должно быть, ему было одиноко одному.

Посадив Аэра, я спустился с горы на большую дорогу и оттуда пешком дошёл до Фракии.

Город был примерно того же размера, что Берзе в Дорссене. Многие здания выглядели просто и без украшений. От Шейлы я слышал, что жители Вулкана предпочитают прямолинейную суровость и надёжность, так что эти неброские постройки, наверное, были частью местного колорита. На улицах мне попадалось много людей в одежде куда более скромного вида, чем в Дорссене. Почти никто не носил ничего броского. В этом Вулкан был похож на Фарун. Ну, у нас это только потому, что мы глухая провинция.

Пока я шёл по бульвару чужого города, вокруг попадались самые разные лавки с редкими и непривычными товарами. Просто прогуливаться было уже весело, но цель у меня оставалась одна: якинику. А раз уж я забрался так далеко, хотелось поесть в лучшем месте, какое удастся найти.

Ресторан, значит? — подумал я. В нормальном городе я собирался зайти в ресторан впервые, и мне стало немного нервно. Но всё будет хорошо, если у меня есть деньги. В конце концов, деньги вращают мир…

Постойте.

Я забыл взять деньги.

Обычно я никогда не носил деньги с собой. Ведь куда бы я ни пошёл по своей территории, мне никто не давал есть ничего, кроме мяса монстров, так что тратить их было негде. Иными словами, это была не моя вина. Виноваты жители Фаруна, которые все как один отказывались продавать мне еду.

Но проблема оставалась. Возвращаться в Фарун только за деньгами было бы ужасно муторно. При этом занимать у кого-нибудь мне тоже не хотелось. Точнее, я ни разу не слышал о короле, который занимает деньги у обычных горожан в чужой стране.

Представьте, если бы я сказал: «Эй, вы там. Я король и приехал из Фаруна, не одолжите немного денег? Потом верну». Кто в здравом уме поверил бы в такое? Даже мошенники придумали бы историю получше. Не то чтобы я не собирался возвращать долг, конечно.

А даже если бы кто-то и поверил, Фарун и Вулкан были врагами. Стоило бы мне так представиться, и меня окружили бы солдаты, не успел бы я договорить.

Поняв, что ситуация безнадёжна сразу по множеству причин, я с опущенными плечами продолжил идти по улице, а вокруг витал запах — наверное, якинику — из многочисленных ресторанов. Аппетитный аромат жареного мяса и характерный запах соуса разжигали голод ещё сильнее.

На мгновение у меня мелькнула мысль: а что, если наесться до отвала, а потом сбежать, не заплатив? Всё-таки Вулкан был вражеской страной, и от меня вполне можно было ожидать небольшого безобразия. Если подумать, это нанесло бы Вулкану крошечный экономический вред, а я получил бы якинику, так что плюсы были сплошные. Я был уверен, что смогу убежать от кого угодно. Я попробовал прокрутить в голове такую ситуацию.

Но по привычке я всегда представлял наихудший возможный сценарий.

В этом случае я ел бы якинику, а потом совершил бы дерзкий побег. Толпа вулканцев окружила бы меня, но я героически разметал бы их, расчистив путь. Ошеломлённые моей мощью, они не посмели бы и пальцем меня тронуть. Но тут кто-нибудь заметил бы: «Погодите, это же король Марс из Фаруна?» В конце концов, любой, кто бывал на арене Фаруна, вполне мог узнать меня в лицо.

Тогда один из работников закричал бы: «Вор! Это король Марс из Фаруна! Он королевской крови, а всё равно пытается поесть и сбежать!»

Чёрт, не годится. Есть и сбегать — плохо. К тому же что, если это даст слабое место врагу, с которым мне в скором времени придётся сражаться? Я никак не вынесу, если на поле боя меня начнут дразнить чем-нибудь вроде «Марс-кидалово». Боевой дух союзников рухнет камнем.

Похоже, придётся как-то раздобыть деньги.

Первое, что пришло в голову, — продать своё ядовитое кольцо и гравитационный браслет, но кто захочет покупать такие проклятые предметы? Возможно, спрос на них был бы как на инструменты убийства, но, сами понимаете, мне не хотелось, чтобы кто-нибудь использовал мои аксессуары для убийств. К тому же если я их продам, а Фрау или Кассандра узнают, они меня убьют.

И зачем я вообще король, если при мне нет даже приличных драгоценностей? У любого простого горожанина ценностей, наверное, больше, чем у меня. Знаете, а в чём вообще смысл быть королём?

Я плёлся по улице, размышляя о смысле королевской власти, когда внезапно почувствовал на себе чей-то взгляд. Нет, несколько взглядов. Враждебности я вроде бы не ощущал, но взгляды всё равно были сильные. Неужели вулканцы раскрыли мою личность? Я пришёл в самой простой одежде, какая у меня была, а из украшений на мне оставались только обычные проклятые вещи. Меч при мне, конечно, был, но даже то, похож ли я на дворянина, не говоря уже о короле, оставалось спорным. Как они поняли? Может, я всё-таки слишком часто показывал лицо на арене.

Не желая ввязываться в стычку посреди людного места, я свернул в переулок и быстрым шагом продолжил идти, пока не вышел к относительно открытому участку. В любом городе найдутся безлюдные места. Вскоре прохожих вокруг уже не осталось.

— Здесь, пожалуй? — сказал я себе и обернулся. Позади стояли семеро молодых мужчин лет двадцати, все с мечами.

— Верно ли я предполагаю, что передо мной Его Величество король Марс из Фаруна? — напряжённым голосом спросил один из них. Как и Шейла, он носил на спине два меча. И волосы у него были такие же серебристые, так что он, возможно, действительно приходился ей родственником.

Но, судя по ситуации, естественнее было предположить, что он и остальные — вулканские рыцари, явившиеся меня схватить.

— Уверены, что не обознались? — ответил я. Никто из живых не был бы настолько глуп, чтобы сказать: «Да, это я».

— Тогда значит ли это, что вы здесь как Ноль?

Я замолчал на миг.

— С чего вы так решили?

— Мы видели вас на арене Фаруна. Вы сражались как Ноль, вместе с ранговыми членами Сотни.

Значит, они всё-таки видели моё лицо на арене. Не было ли ошибкой снять шлем и показать лицо зрителям? Но когда я этого не делал, люди думали, что Марс и Ноль — два разных человека. Это только всех запутывало, и я попытался объединить обе личности под именем Марс, но каким-то образом у простого народа сложилось представление, что моя публичная личность — Марс, король Фаруна, а тайная личность — Ноль, лидер Сотни.

Внешне я был Марсом, когда лицо открыто, и Нулём, когда надевал чёрные доспехи. До восхождения на трон я действительно различал эти две роли, но теперь все и так знали обе мои личности — и публичную, и частную, — так что особого смысла разделять их я не видел.

Какая польза от тайной личности, если ты выставляешь её напоказ?

Но что мне делать? — подумал я. Семеро молодых мужчин, которые последовали за мной, явно были умелыми. Боевых стоек они ещё не приняли, но даже в естественных позах у них не было открытых мест. Телосложение у них было крепкое, и было видно, что они хорошо тренированы. За пределами Сотни редко встретишь кого-нибудь настолько сильного.

Что бы ни произошло, получать ранения мне не хотелось, поэтому я направил ману в магическую надпись, выгравированную на моём теле, — ту самую, с удобной способностью мгновенно переносить ко мне доспехи и надевать их на меня. Конечно, у неё имелась и сомнительная слава: её отменили для внедрения среди людей после того, как на мне выяснили, что процесс гравировки чудовищно болезненный. Очень хотелось бы, чтобы подданные не проводили такие эксперименты на своём короле.

Надпись активировалась, и моё тело охватил белый свет. В одно мгновение я оказался облачён в чёрные доспехи. Теперь можно было не волноваться о ранениях, а стоило мне вытащить чёрный длинный меч — и я был бы готов к бою.

— Ага, значит, вы пришли как Ноль!

Я понятия не имел почему, но при виде меня в доспехах они почему-то все оживились. Что сейчас происходит?

— Ноль! Мы давно ждали вашего прибытия! — сказал сереброволосый юноша, дрожа от радости.

— Кто вы такие? — спросил я. От них было жутковато. Я уже настроился сражаться, но весь боевой пыл куда-то испарился.

— Сэр! Мы члены Сотни, вулканское отделение!

…Вулканское отделение?

— Что это ещё такое? — спросил я.

— Я понимаю, что правила Сотни абсолютны, — начал один из мужчин. — Штаб-квартира в Фаруне была вынуждена открыть миру своё существование, когда свергла власть в стране, но мы всегда соблюдали правила организации до последней буквы. Поэтому даже штаб-квартира не была уведомлена о существовании нашего отделения. Полагаю, то же самое верно и для остальных отделений Сотни, разбросанных по разным землям. Настолько нерушимы правила.

Затем молодые мужчины заговорили хором:

— Первое правило Сотни: не говорить о Сотне.

— Второе правило Сотни: не говорить о Сотне.

— Третье правило: не есть ничего, кроме сырого мяса монстров.

— Четвёртое правило: сила — это всё.

— Пятое правило: если ты часть Сотни, ты обязан сражаться.

— Шестое правило: все бои проходят один на один.

— Седьмое правило: шестое правило не распространяется на Великого лидера Ноля.

С остекленевшими глазами, будто в трансе, они зачитывали список правил, версии которых я, кажется, уже где-то слышал, — почти как священное писание. Жаль только, что содержание у сказанного было таким. И, кстати, то, что единственным исключением из шестого правила был я, просто жестоко.

Я вспомнил, что вскоре после моего вступления в Сотню Огма и остальные придумали похожие правила. Хотя первое и второе со временем стали пустой формальностью. В общем, несколько ранних членов Сотни внезапно начали говорить что-то вроде: «Мы отправимся в паломничество, чтобы распространять эти славные учения!» — и куда-то исчезли. Я о них совсем забыл.

Так эти идиоты действительно сумели распространить Сотню в других странах? Зачем им понадобилось копировать такую глупую организацию аж сюда? Невероятно. Хоть бы раз подумали о том, как их поступки могут повлиять на окружающих.

Мне хотелось сказать много чего, но семеро мужчин смотрели на меня сверкающими глазами. Судя по всему, они считали меня кем-то великим, поэтому я, собрав всё достоинство, какое только смог, спросил:

— И чего вы от меня хотите?

— Сэр! Мы дрожим от восторга, что наконец настал день, когда Великий лидер Ноль направит и Вулкан!

Направит Вулкан? В каком смысле? Это вражеская территория, знаете ли. Дрожите в моём присутствии сколько хотите, но не втягивайте меня в это.

Сейчас мне совсем не хотелось влезать во что-то сложное или хлопотное, так что придётся их разочаровать.

— Фарун далеко от Вулкана, — сказал я. — Время ещё не пришло.

Звучало правдоподобно.

— Мы понимаем, время ещё не пришло. Но разве вы прибыли в Вулкан не для того, чтобы подготовить нас к этому часу?

Я просто пришёл съесть якинику!

— Вы же сами из Вулкана? — спросил я. — Почему вы вообще пытаетесь встать на сторону Фаруна? Хотите предать свою страну?

Я надеялся, что им станет немного стыдно. То же самое произошло в Фаруне, когда я стал королём. Почему все подряд так легко предают родину? Прежде чем от неё отказаться, постарайтесь хоть немного поработать ради своей страны. Как королю, мне становилось жаль короля Вулкана.

— Понимаю, — сказал один из мужчин. — Значит, вы пришли испытать нас и узнать, действительно ли мы понимаем идеалы Сотни.

Какие ещё идеалы?

— Конечно, публичная личность Ноля — король Марс из Фаруна, — продолжил он. — Однако это всего лишь ступень.

Не могли бы вы не превращать мою основную работу во что-то временное?

— Истинная форма короля Марса — Ноль! — провозгласил светловолосый юноша рядом с сереброволосым. — И мы знаем, что настоящая цель Сотни — не что иное, как мировое господство!

У меня закружилась голова. Неужели я лидер злодейской организации и сам об этом не знаю?

— Вы воистину внушаете трепет, Ноль, — продолжал он. — Вы уже считаете власть государств пережитком прошлого, не так ли? Немногие понимают, что вторжения Фаруна в чужие страны — лишь временная мера, потому что их истинная цель — мировое завоевание через кредо Сотни. Те, чьи умы всё ещё застряли в старых привычках, никогда этого не поймут.

Да, я тоже этого не понимаю. По-моему, звучит так, будто миру приходит конец.

— Поначалу мы тоже мучились вопросом, выбрать Вулкан или Фарун, — сказал юноша с синими волосами.

По-моему, тут выбирают Вулкан. Это же ваш дом, разве нет?

— Но всё это оказалось мелочью, — продолжил синеволосый. — Когда мы услышали, что элита Сотни разбивает огромные армии одну за другой, мы были в восторге: вот он, путь, который мы искали! Сила — это всё! Государства ничего не стоят! Сотня — вот где наше настоящее место!

Он с жаром сжал кулак.

«Государства ничего не стоят»…? Вы меня пугаете. Вы что, террористы какие-то?

Но общий смысл сказанного я уловил. Скорее всего, они были вторыми или третьими сыновьями дворян и не чувствовали, что у них есть своё место. Поэтому они были недовольны государством, и их мысли приняли опасный оборот. Огма поначалу тоже был таким.

И что теперь делать? — задумался я. Честно говоря, это не моя страна, так что мне было всё равно, насколько они нелояльны.

— Ноль, у нас к вам просьба! — объявил сереброволосый, и все они встали на колени. — Прошу, окажите нам честь сразиться с вами! Хотя бы один раз мы хотим лично испытать вашу славную силу!

Если вас это удовлетворит, то пожалуйста. Я всё равно забыл взять с собой деньги, так что других дел у меня не было.

— Хорошо. Я сражусь с вами, — сказал я. — Нападайте.

Я вытащил чёрный меч. Хотелось закончить с этим поскорее.

— При всём уважении, Ноль, если сделать это здесь, мы привлечём слишком много внимания. Мы предпочли бы проводить вас туда, где обычно тренируемся, если вы не возражаете…

В каких-то случайных вещах эти ребята, конечно, удивительно рассудительны.

Семеро вулканских мужчин повели меня по неприметной дороге, пока мы не добрались до внушительного особняка на окраине города. Здание с тёмным фасадом и высокой стеной производило мрачное впечатление.

— Что это за место? — спросил я.

— Одна из наших баз, — ответил сереброволосый юноша.

Когда мы вошли на территорию поместья, слуги особняка почтительно поприветствовали моих спутников. Приглядевшись, я заметил, что слуги выглядят довольно суровыми: лица и руки у них пересекали заметные шрамы. Стоило им заметить меня, как они задрожали.

— Эти чёрные доспехи! — выдохнул один. — Неужели?! Ноль?!

Почему даже здешние слуги знают, кто я?

— Прошу, не тревожьтесь, — с улыбкой сказал мне синеволосый. — Все в этом поместье — члены Сотни. Вам не нужно беспокоиться, что они проболтаются о тайнах.

Даже слуги здесь в Сотне? В какой ад я попал? Даже в Фаруне такого нет.

— Вулкан ценит доблесть, так что у нас есть сродство с учениями Сотни. Последователи силы найдутся где угодно, не только в Фаруне.

Не думаю, что следование таким учениям хоть кого-нибудь сделает счастливым.

— И куда мы идём? — спросил я.

— Под особняком есть подземный тренировочный зал. Если вы не против, просим следовать за нами.

Слуги сдвинули часть стены в сторону, открывая подозрительно выглядящую лестницу.

— Сюда.

Я послушно пошёл вниз по ступеням за провожатыми. Когда мы спустились достаточно глубоко, стены вокруг сменились на простой, ничем не украшенный камень. Похоже, под особняком находилась большая пещера, и её использовали как тренировочную площадку. Я ожидал темноты, но огромное пространство ярко освещали факелы. Потолок был довольно высоким, места хватало. У стен небрежно лежали мечи, доспехи и прочее снаряжение. В целом это очень напоминало древние подземные руины, которые Сотня использовала как базу до переезда на арену.

Если здесь мы и будем сражаться, у меня претензий не было. Бояться, что нас заметят, действительно не приходилось.

— Прошу подождать здесь, пока мы подготовимся.

Молодые мужчины выбрали доспехи у стены и начали облачаться. Надевать доспехи слишком трудно для любителей, так что они явно привыкли к этому процессу. Должно быть, они часто тренировались здесь.

Они быстро подготовились и стали выглядеть как положено.

— Простите за ожидание, — наконец сказал один из них.

— Итак, вы все нападёте на меня разом? — спросил я. Я всё ещё хотел закончить поскорее и вернуться домой.

— Нет, если возможно, мы хотели бы сражаться с вами по одному, — сказал один из них. — Мы понимаем, что нам недостаёт силы, но гордость у нас есть.

— Ладно. Тогда нападайте по очереди, — сказал я, вытаскивая чёрный длинный меч. — Покажите мне вашу силу.

Моим первым противником стал сереброволосый. Судя по всему, он занимал первое место в вулканской Сотне. Он сражался двумя мечами и был, безусловно, силён.

Прежде всего, держать мечи в обеих руках трудно в любом случае. Если пытаться атаковать то одним, то другим, тело теряет равновесие. Сереброволосый преодолел эту слабость: он удерживал устойчивую вертикальную ось тела и вращался вокруг неё, чтобы двигаться. После атаки правым мечом он наносил левым не прямой удар, а обратный. Проще говоря, инерция первой атаки переходила в следующую. Это было технически довольно сложно.

Кстати, у меня никогда не было возможности нормально сразиться с Шейлой, а она тоже владеет двумя мечами.

Мужчина атаковал раз за разом, свободно и быстро подстраиваясь к моменту. Мы несколько раз скрестили клинки, и это меня даже немного развлекло. Он вплетал разные мечевые приёмы, так что временами казалось, будто я смотрю на акробата.

Но он был мягким.

Он сделал финт правым мечом, и я сильным ударом выбил его из его руки. Настоящая атака шла левым мечом, снизу, но я прижал его ногой к земле, а затем приставил лезвие к его шее.

— О-о-о!

По зрителям — шестерым оставшимся мужчинам и большой толпе слуг — прокатилась волна возбуждения.

— К скорости претензий нет, но ты слаб, — сказал я ему. — И финты бесполезны. Они, наоборот, дают противнику брешь. Больше работай над тем, чтобы связывать несколько атак полной силы подряд.

Они высоко меня ценили, так что я попытался сказать что-нибудь звучащее круто.

Побеждённый сереброволосый юноша выглядел довольным.

— Большое спасибо, — сказал он.

Следующим моим противником стал крупный рыжеволосый юноша с двуручным мечом. Он напомнил мне Данте, одного из пяти Чемпионов Дорссена, — только был сильнее.

Атак у рыжеволосого было немного, но каждая несла мощь и ману. Не будет преувеличением сказать, что любая из них была смертельной сама по себе. Обычному воину, наверное, было бы трудно выдержать уже первую. Но до высокоранговых членов Сотни в Фаруне ему всё равно было далеко. Я принял один его удар прямо, затем силой оттолкнул меч назад и легко коснулся чёрным клинком его лба.

— Ты довольно силён. Продолжай тренироваться, чтобы нарастить эту силу ещё больше, — сказал я, снова выдавая совет, который звучал разумно.

— Но как мне это сделать? — спросил он. — Я тренируюсь каждый день, но всё равно не улучшаюсь так, как хочу…

Похоже, его тревожил медленный рост.

— Носи гравитационный браслет, — предложил я и показал ему тот, что был у меня на руке.

— Вы имеете в виду те, что носят преступники?! — Удивился не только рыжеволосый, но и все зрители.

— Верно. На мне тот, что умножает действие гравитации на меня в пять раз, — объяснил я. — Конечно, до этого ты ещё не дошёл, но попробуй найти и носить браслет, который удваивает твою гравитацию.

— В-пять раз?! В-вы сейчас сражались под действием пятикратной гравитации?

Реакция у него была хорошая. Когда-то, давным-давно, члены Сотни тоже так реагировали. Теперь они просто спрашивают, когда я перейду на браслет десятикратной гравитации. Я ведь ношу его не потому, что хочу, ясно?

Кстати, браслет десятикратной гравитации был только у Кассандры, а Фрау сейчас работала над таким для меня. Очень хотелось, чтобы она немедленно перестала.

В конце концов я сразился со всеми семью, и все бои закончились одинаково. Каждый был искусен в уникальном умении: кто-то проводил огненную магию по клинку и создавал пылающий меч, кто-то вплетал ледяную магию и создавал ледяной меч. Оказалось, это были мечевые техники, передававшиеся в их семьях из поколения в поколение, и они их унаследовали. Значит, вопреки моей прежней догадке, все они на самом деле были старшими сыновьями. Не то чтобы для меня это имело значение.

После этого я одновременно сразился со слугами, которые выглядели так, будто больше всего хотели поединка со мной. Они были довольно умелыми, и даже когда я их побеждал, они благодарили меня: «Большое спасибо!», «Я вами восхищаюсь!» или «Как же мне повезло!» — так что я решил, что, наверное, совершил доброе дело.

Когда все поединки закончились, сереброволосый мужчина заговорил:

— Ноль, моя глубочайшая благодарность за сегодняшнее наставление, — сказал он. — В знак нашей признательности мы приготовили угощение, так что если вы окажете нам честь и присоединитесь к трапезе…

Трапезе? Значит, якинику, верно?

— Если вы окажете нам честь, Ноль! — объявил один из мужчин. — Уверен, это не сравнится с тем, что есть у вас в Фаруне, но мы сделали всё, что могли, чтобы собрать для вас это мясо!

Да, я так и знал. Надежда у меня всё-таки появилась… но совсем немного!

На столе выстроился привычный набор гротескного фиолетового сырого мяса. И, само собой, это было мясо монстров.

Тут я вспомнил: раньше они говорили: «Третье правило — не есть ничего, кроме сырого мяса монстров». Значит ли это, что в этом особняке вообще никогда не бывает другой еды, кроме мяса монстров?

Ешьте эту дрянь сами и меня не впутывайте! Разве вы не знаете, что иностранным гостям принято подавать популярные местные блюда? У вас вообще есть здравый смысл?

— Я слышал, в Вулкане есть известное блюдо, якинику, — осторожно сказал я. Мне не хотелось есть мясо монстров после того, как я забрался так далеко, и я попытался мягко намекнуть, что им стоит принести якинику.

— О, как неловко, — извиняющимся тоном сказал сереброволосый. — Вулкан славится тем, что превыше всего ценит доблесть, и поистине прискорбно, что наше самое известное блюдо — нечто настолько жалкое. Это всего лишь тонко нарезанное и обжаренное мясо.

Знаете, я сюда как раз за этим «жалким» блюдом и пришёл.

— Именно так, — с нажимом сказал светловолосый. — Если есть мясо, лучше всего мясо монстров. И обязательно сырое! Поначалу в вулканской Сотне были ребята, которые пытались готовить и есть мясо монстров как якинику, но они явно становились сильнее медленнее. Это только доказывает: правила Сотни нужно соблюдать до последней буквы!

— Когда Сотня сделает Вулкан нашим, мы положим конец якинику и всей такой еде. Каждый гражданин будет есть только мясо монстров! — сказал рыжеволосый. Всё начинало звучать опасно.

Они хотят превратить Вулкан в какое-то беззаконное адское место? Разве нельзя просто есть то, что вкусно? Слушая их, я почувствовал, что эти ребята ещё радикальнее, чем Сотня в Фаруне. Я начал тревожиться о будущем Вулкана.

— Кстати, сколько здесь членов Сотни? — спросил я. — Среди простолюдинов тоже много членов Сотни?

— Сэр, идеология Сотни распространяется по всей стране, в основном среди молодых мужчин, — ответил сереброволосый. — В этом отношении между дворянами и простолюдинами нет никакой разницы. В конце концов, учение «сила — это всё» не считается с сословными различиями. Мы дворяне, но верим, что должны принимать любого, кто обладает силой. Хотя, конечно, мы никогда не забываем о ежедневных усилиях, чтобы оставаться на вершине.

Иными словами, тайные члены Сотни были разбросаны по всей стране, не говоря уже о городе. Пора мне уходить, подумал я. С таким количеством людей, которые могут за мной наблюдать, в Вулкане я, похоже, не смог бы поесть якинику, даже если бы не забыл деньги. Если что, вулканцы, наверное, сочли бы меня предателем, если бы я всё-таки его съел.

— Теперь я понял, — сказал я. — Я узнал всё, ради чего пришёл. Похоже, я смогу вернуться в Фарун без тревог. Моя консорт Шейла, возможно, когда-нибудь в будущем приедет сюда с визитом, так что прошу хорошо к ней отнестись, когда это случится.

В каком-то смысле в Вулкане всё было ещё хуже, чем в Фаруне. Спасти их было невозможно, так что надежды на обычное мясо я решил перенести на другую страну. Впрочем, Шейла в последнее время казалась подавленной, и я как раз подумывал предложить ей скоро навестить родной Вулкан. На виверне это было не так уж далеко, а если с ней будет достаточно членов Сотни, она окажется в безопасности. Хотелось хотя бы дать ей возможность самой поесть якинику и немного приободриться.

— Вы уже уходите? — Мои хозяева выглядели так, будто не хотят меня отпускать.

— У меня много дел, — ответил я. В основном мне хотелось отправиться искать мясо в другой стране. — И вот мой совет: держите Сотню в тайне насколько возможно и повинуйтесь приказам вашего короля.

На этом я попрощался с членами вулканского отделения Сотни. Раз уж такая мерзкая организация пустила корни в этой стране, короля Вулкана мне было искренне жаль. Я надеялся, что они будут вечно держать Сотню в тайне, повиноваться королю, усердно работать и жить честно.

Покинув Фракию, я нашёл поблизости неприметное место, позвал Аэра и вернулся в Фарун. День оказался потрачен совершенно впустую. Я не получил вообще ничего.