Часть VII. В голове святой
Я — Мария, кандидатка в святые, которая однажды станет и первым папой-простолюдином, и первым папой-женщиной.
Рядом с домом, где я росла, была церковь. Когда я была совсем маленькой, я начала подражать тому, как тамошний жрец исцелял людей. Примерно в то же время мы с другом однажды играли в рыцарей с какими-то мечами, которые лежали у меня дома, и я случайно очень серьёзно его ранила: отрубила ему одну руку.
— Н-не волнуйся, всё будет хорошо! Я могу исцелять, как жрец! — сказала я, неся чушь, пока кровь хлестала во все стороны. Но когда я искренне вознесла молитву Богу, мне действительно удалось исцелить друга.
После этого все начали осыпать меня похвалами, говоря, что я наверняка реинкарнация святой. Я тоже была в этом убеждена: то, что я ранила друга, а затем исцелила его, должно было быть испытанием от Бога. Не могло же случившееся быть моей виной. Это была воля Бога, а я была одной из избранных.
С тех пор я вела себя как святая и использовала целительные силы при каждой возможности. Все меня хвалили, и это было чудесное чувство.
Но примерно в двенадцать лет мои целительные силы перестали улучшаться. Поначалу я думала, что с возрастом буду становиться всё сильнее, но дошло до того, что сила почти не росла.
Разумеется, я возносила молитвы Богу и предпринимала разные другие усилия: тренировала тело, изучала магию, но целительные способности всё равно отказывались развиваться так, как я хотела. Я тревожилась. Если застой продолжится, что будет с любимой похвалой? Я собиралась вырасти и пробить себе путь в мир как потрясающе знаменитая святая. Если моя сила навсегда останется на этом уровне, это разрушит все мои планы.
И тогда до моих ушей дошёл один слух: по слухам, мясо монстров не только позволяло стать сильнее, но и увеличивало ману человека. Страна под названием Фарун, откуда пошёл этот слух, обладала безумно сильными рыцарями и могущественной Гильдией магов; предполагалось, что причина в том, что они ели монстров.
Однако все знали, что мясо монстров ядовито. Даже самые эксцентричные иконоборцы не стали бы пытаться его есть.
По крайней мере, никто из черни.
А вот для меня, святой, избранной Богом, это было откровением. Я немедленно решила начать есть мясо монстров. Проблема заключалась в том, где его найти, но, к счастью, мои родители оба были авантюристами. Они зарабатывали на жизнь убийством монстров, так что добыть мясо оказалось легко. Но когда они узнали, что я собираюсь сделать, они меня остановили.
— Прекрати, это просто яд.
— Послушай отца. Ты правда настолько хочешь стать святой?
Конечно, хочу! Я стану святой и поднимусь по рангам до папства, где богатство, статус и слава будут моими.
— Если вы не дадите мне мясо, я сама пойду охотиться! — заявила я, хватая меч. Я уже собиралась осуществить угрозу, но родители уступили. Они пообещали принести мясо монстра из следующего похода.
Через несколько дней они дали мне мясо маленького монстра, которого мучительно тщательно выбрали, убедившись, что яд не будет настолько силён, чтобы убить меня.
Я никогда не забуду вкус первого монстра. По всему телу побежали иголки, сознание потускнело, и я едва не испытала существование Бога лично.
Короче, я почти умерла.
Благодаря матери, которая использовала на мне зелья, и отцу, который со всей силы бил меня по лицу, мне едва удалось прийти в себя. Я наложила на себя заклинание противоядия и заклинание восстановления выносливости и каким-то образом удержалась за жизнь.
Мать плакала.
— Прошу, прекрати уже, — умоляла она.
Но это было испытание от Бога. Если я остановлюсь сейчас, мой почти смертельный опыт окажется бессмысленным.
Восстановив силы, я выучила заклинание для повышения сопротивления ядам, а затем снова попыталась съесть мясо монстров, на этот раз чуть меньше. Вторая попытка прошла куда лучше, и я отделалась только болью в животе, которая привела к рвоте и поносу. Я стала лучше использовать восстановительные заклинания, чтобы лечить эти симптомы, так что в итоге это был огромный успех. Пусть родители и были этим отвращены.
А в том, что действительно было важно, — моих целительных силах, — результаты появились после месяца жизни на мясе монстров. Теперь я могла полностью исцелять раны, которые прежде исцелить не могла. Обрадовавшись, я постепенно увеличивала количество мяса за каждый приём пищи, и мои целительные силы стабильно улучшались.
Затем, чтобы развить свою славу, я посвятила себя исцелению других. Когда люди поняли, что могут получить исцеление бесплатно, они начали приходить со всех сторон.
Иногда кто-нибудь даже говорил: «Это немного, но прошу, возьмите», — и пытался дать мне деньги. Это действительно было немного… К тому же, когда я отвечала: «Ничего страшного, прошу, используйте эти деньги, чтобы восстановиться», — они всегда быстро забирали подношение назад со словами: «Какая доброта, вы настоящая святая!»
Какая жалкая и греховная чернь! Я должна стать папой, чтобы наставить эти немытые массы.
Бесплатное исцеление также позволяло мне свободно использовать людей как испытуемых для заклинаний, которые я изучала. В этом смысле я получала хороший опыт.
Прожив так два года, я наконец была признана официальной кандидаткой в святые. Это было естественно. Не могло быть никого более любящего или более могущественного целителя, чем я.
Кстати, примерно в то же время несколько ближайших церквей чуть не обанкротились. Когда церкви исцеляли, они собирали деньги в форме пожертвования, тогда как я исцеляла всех бесплатно, что привело к резкому снижению церковных доходов. После жалоб этих церквей Церковь Маве наконец не смогла игнорировать моё существование. Именно тогда меня официально приняли в теократию как кандидатки в святые. Мне было шестнадцать.
Все, кто составлял церковное руководство, начиная с папы, были благородного происхождения. Это означало, что иерархия состояла из людей, самой впечатляющей чертой которых было высокомерие. Ни у одной из остальных кандидаток в святые — все они были дочерьми дворян — не было сколько-нибудь заметных целительных сил, и к тому же они были бесполезными лентяйками. Но именно поэтому я сияла. Усердно работая как кандидатка и активно помогая Святым рыцарям в их вылазках, я стремительно набирала популярность. Остальные кандидатки идеально оттеняли меня.
Кстати, я помогала Святым рыцарям только ради добычи мяса монстров. Когда я покинула родительский дом, доставать его стало труднее, но я обеспечила стабильный запас, сопровождая Святых рыцарей в походах на истребление монстров. Я вставала перед тушами побеждённых монстров и говорила что-нибудь вроде: «Даже монстры заслуживают Божьего милосердия». Затем, притворяясь, что молюсь, тайно прятала часть мяса. Рыцари умилялись и всегда замечали, какая я милосердная. Они были такими простыми.
Но, несмотря на эти стабильные и активные усилия, мой статус почти не рос. Я получила поддержку рыцарей и народа, но церковное руководство смотрело на меня не слишком благосклонно. По их мнению, я была всего лишь дерзкой простолюдинкой.
Ещё хуже, церковь провозгласила новую доктрину. Она явно была призвана сдержать значительное расширение Фаруна, но включала запрет на употребление мяса монстров. Я держала свою диету в тайне, чтобы сохранять видимость. Теперь, если это выйдет наружу, это станет смертельным ударом по моему положению кандидатки в святые. Меня также беспокоил вопрос защиты статуса дворянства. Дворянское сословие было лишь препятствием на моём пути к вершине, так что защищать их положения было немыслимо.
Как раз когда я начала думать: «Надо что-то делать!» — король Фаруна, лорд Марс, ворвался в теократию Маве на целой стае драконов.
Человек, который начал практику поедания монстров, как и можно было ожидать, был не похож ни на кого, кого я встречала. Казалось, он не боялся ничего, даже Бога. Иначе как бы он осмелился посадить дракона на священную землю? И Святых рыцарей он тоже сокрушил без малейшей пощады.
Когда я увидела его, у меня словно открылись глаза. Я думала, что выбрала путь святой, но рядом с ним мои амбиции были слишком малы. Если хочешь достичь вершины, нужно проявлять такую же дерзость, как он. Нужно владеть и религиозной властью, и политической, и военной силой.
Да, я должна использовать этого человека. Церковь собрала в соборе сильных представителей духовенства — в том числе меня, — чтобы противостоять ему. Вероятно, они собирались направить нас на совместное совершение божественного чуда. Но у меня не было ни малейшего желания молиться ради них.
Однако мудрый лорд Марс, казалось, видел насквозь каждый трюк, который пыталась провернуть церковь. Леди Фрау, Императрица молний, и рыцари, которых лорд Марс привёл из Фаруна, явились в собор, избили стоявших на страже Святых рыцарей и захватили здание прежде, чем жрецы успели активировать своё божественное чудо. Рыцарей было всего пятеро, но они полностью сокрушили несколько сотен Святых рыцарей, находившихся там.
Магия леди Фрау была особенно устрашающей. Когда она прибыла, она вместо обычного приветствия выпустила молнию, парализовавшую меня и всех остальных в соборе, фактически сократив нашу силу вдвое. Затем она без малейших колебаний продолжила выпускать заклинания, пока фарунские рыцари сеяли хаос в своё удовольствие, несмотря на то что находились внутри собора, полного драгоценных культурных и исторических реликвий. Все собравшиеся жрецы дрожали от страха.
Но какая невероятная сила! Воистину, это была сила мяса монстров!
Разумеется, сказать это вслух я не могла. Мне нужно было и дальше вести себя как образцовая кандидатка в святые.
— Прошу, остановитесь! — сказала я. — Это святое место, где почитают владыку Маве. Умоляю, прошу вас, воздержитесь от дальнейшего насилия!
Конечно, я сделала это лишь потому, что решила: для меня это не создаст проблем. Фарунские рыцари, похоже, не интересовались причинением вреда духовенству.
— Мне плевать на всю эту святость, но если он такой могущественный бог, почему он вас не спасает? — угрожающе сказал фарунский рыцарь самого маленького телосложения.
Его рассуждение было совершенно здравым. И, скорее всего, Бог не протягивал нам руку помощи потому, что, кроме меня, среди духовенства почти не было честных и чистых людей. Хотя, опять же, вслух я этого сказать не могла.
— Бог не протягивает свою руку помощи ради таких пустяков, — провозгласила я вместо этого. — Но это едва ли даёт вам право вести себя так жестоко прямо перед Его очами. Прошу, позвольте мне исцелить раненых Святых рыцарей, умоляю вас!
Святые рыцари были моей опорой, и было бы настоящей проблемой, если бы я позволила им получить слишком тяжёлые раны.
Это привело к моей стычке с низкорослым фарунским рыцарем как раз перед тем, как лорд Марс вслед за папой и его свитой вошёл в собор. Что до самого лорда Марса, то, хотя его боялись как Безумного короля, он был также известен своими меритократическими идеалами. Я решила, что лучший способ приблизиться к нему — как следует его поразить.
Поэтому я продемонстрировала самое высокоуровневое исцеляющее заклинание, на которое была способна, — Поле исцеления. Оно сработало безупречно, и я смогла исцелить всех Святых рыцарей до последнего, кто лежал на полу собора. Всё по плану.
Вообще-то именно леди Фрау указала на меня и сказала: «Хочу её», но, как бы то ни было, лорд Марс, похоже, тоже мной заинтересовался.
Он сказал папе:
— Ваше Святейшество, я хотел бы выбрать леди Марию епископом Фаруна.
Епископ… подумала я. Эта должность станет моей первой ступенью на пути к папству.
Однако папа проявил нежелание. Внешне я решила с ним согласиться.
— Его Святейшество прав, — сказала я самым святым образом. — Я не достойна быть епископом. Мне достаточно уже того, что я кандидатка в святые.
Если что, положение епископа было для меня далеко недостаточно высоким. Но этого я вслух не сказала.
После этого лорд Марс в полной мере использовал деньги и насилие, чтобы добиться своего, и было решено, что меня сделают исполняющей обязанности епископа, чтобы я заняла должность епископа Фаруна. Всё по плану. В Фаруне я смогу есть мясо ещё более сильных монстров, обрести ещё большую силу, получить поддержку страны и утвердить для себя прочное положение в церкви!
Постойте, что?! Я отправляюсь в Фарун прямо сейчас? На этом драконе? Вообще-то подождите, я не очень хорошо переношу высоту, и…
— И-и-и!