7

Я вернулся в комнату для слуг и свалился на кровать.

— У-устал...

— Брат, как прошла встреча?

— Слишком хаотично, чтобы можно было объяснить...

— Что случилось?!

Судзуха была удивлена, но я был удивлён ещё сильнее, потому не надо меня трогать.

Токо-сан восстала из пепла и влажными глазами зло заговорила: «Если расскажешь остальным, я тебя не прощу!»

То есть мне запрещено говорить Судзухе и остальным. Мне же легче.

— Ну, по крайней мере попросить получилось.

— Восстановить драгоценный камень?

— Ага. Святая сказала, что сама его починит. Но так как вводить ману надо медленно, на это потребуется время. Ещё и информацию об орихалке добыть сложно.

— И сколько понадобится времени?

— Не ясно. Если повезёт, то годы, а если нет — десятилетия.

— Долго...

— А ещё святая болеет. Хотя на встрече она выглядела нормальной.

Когда я затронул эту тему, Судзуха выдала «ах».

— У неё болезнь святой... Тогда не факт, что при жизни святой получится. Всё же заболевшие святые живут недолго.

— Болезнь святой?

— Она поражает лишь святых, потому и называется болезнью святой. Так болезнь все называют. Вроде святые обычно даже до тридцати не доживают.

— Серьёзно?..

— Не сказать, что это популярная история, но известная. Я слышала об этом в академии рыцарей.

Она выглядела неплохо, потому я подумал, что болезнь не такая серьёзная.

— ... Вот как...

Это же сестра Токо-сан, потому мне бы хотелось что-то сделать.

Но вряд ли я могу многое.

Но может я смогу как-то облегчить её болезнь?..

— Эй, Судзуха, а где Канаде?

— Сказала, что надо прибраться и ушла... А, вернулась.

— Вызывали — я здесь.

— Это, Канаде, не думаю, что тут надо прибираться.

— Тут недостаточно хорошо, чтобы господин мог здесь ночевать. Потому я сделала всё сама. Похвалите.

— В-вот как... Ты работаешь с таким энтузиазмом, Канаде.

Ну, это же Канаде, она не будет делать ничего, что помешает местным служанкам.

Я погладил её по голове, и она прищурилась точно кошка. Похоже рада.

— У меня к тебе просьба, Канаде.

— Какая?

— Можешь достать информацию про чердак этого здания?

— Положитесь на меня.

Понимаю, что непростая просьба, но девушка сразу же согласилась.

Хорошо, что моя служанка такая профессионалка.

Вечером того же дня, когда я ходил на встречу со святой.

Использовав полученную от Канаде информацию, я направился на встречу со святой.

Охраны тут не было.

Я подобрался к комнате святой и посмотрел через потолок: святая лежала на кровати и кашляла.

В отличие от того, что было днём, ей было тяжело.

Даже когда я высунулся, она не заметила, но после того, как я стал махать снова и снова, она меня заметила.

— ... Ты?..

— Добрый вечер. Я пришёл поговорить с вами, вы не против?

— Д-да...

— Спасибо.

Я спустился с потолка в её комнату, а святая поднялась с кровати.

— ... Маркграф Лоэнгрин, а ты довольно дерзкий...

— Это не так.

Обычно я бы не стал этого делать, как бы сильно мне ни хотелось поговорить.

Но святая и Токо-сан — сёстры и похоже они близки.

Говорить о Токо-сан оказалось весело, со святой получился более откровенный разговор, чем я ожидал.

Если со слезами упасть на колени, она будет выглядеть озадаченной, но потом простит.

... Так что я сказал, что не такой уж я и дерзкий, и святая удивлённо посмотрела на меня:

— Это никак не объясняет, почему ты пробрался ко мне через потолок.

Ну да.

Я ведь не извращенец, который через потолок в чужую комнату врывается.

— Так что ты хочешь узнать?

— Я услышал, что вы больны, и решил узнать.

— Нельзя было днём спросить?

— Простите, я лишь позже узнал, что это тяжёлая болезнь.

— Тогда ничего не поделаешь... — святая вздохнула. — Буду откровенна... Жить мне осталось всего несколько лет.

— А-а-а?!

— Мана в теле затвердевает, и в итоге тело каменеет. К тому же эта болезнь бывает лишь у тех, у кого достаточно маны, чтобы стать святой, потому её и называют болезнью святой.

— Моя сестра сказала, что святые редко доживают до тридцати, но чтобы так быстро...

— Токо тоже об этом не знает, потому сохрани это в тайне.

— Хорошо... Это, а вы не пробовали принять какое-то лекарство?

— Я могу только принимать обезболивающее. Лекарства от болезни нет.

— Как же так...

— Похоже болезнь развивается, потому что большое количество маны в моём теле выходит из-под контроля. Единственный способ вылечиться — поместить в моё тело столько маны, что получится вытеснить вышедшую из-под контроля ману... Но такое невозможно даже для легендарного старейшины эльфов. Всё же я святая.

Токо-сан тоже говорила.

Что её сестра сильнее её, потому её и выбрали претенденткой на роль святой.

И сколько должно быть маны, чтобы на её основании выбрали святой?

— Это, если я могу чем-то помочь...

— Нет. Просто помолись, чтобы я отправилась в рай.

Такой ответ я и ожидал.

— Вот так, маркграф. Тебе пора.

— Да... Но ещё кое-что.

— Что?

— Я могу использовать исцеляющую магию. Возможно это немного облегчит боль. Могу я попробовать?

Моя магия исцеления простая, я просто переливаю ману, чтобы вылечить.

Потому деликатное лечение или помощь тем, у кого мало маны, не про меня.

Но святой я могу помочь. Ведь у неё в разы больше маны.

Святая улыбнулась.

— Мне приятно слышать твоё предложение.

— Это, ещё одна проблема.

— Какая?

— Чтобы влить ману, нам надо быть в близком контакте. Могу я прижаться к вам?..

— М?!

... Что было потом?

В качестве компромисса я посадил святую на колени и крепко обнял её со спины.

Она покраснела до ушей и махала ногами.

Но вот боль утихла, и она заснула в моих объятиях.

В итоге я продолжил накладывать на неё магию исцеления до самого утра.

А когда взошло солнце, я закончил лечение, положил её на кровать и ушёл.

Святая продолжила мирно спать.