2
Нож был высоко, а Лала приближалась, потому Немо высоко прыгнул. Когда нож был перед ним, вместо рук он использовал рот и поймал его. Это была «ловля ртом Немо» в действии.
Почувствовав зубами нож, он задумался о действиях, которые не раскрывал Лале.
«Тот, кого пустили на материал для черепахи, сохранил форму левой руки, к тому же она двигалась. Не знаю, когда она создала черепаху, но с учётом её силы похоже для полного преобразования требуется время».
Ноги Немо коснулись земли. Он согнул колени, смягчая удар, а потом направил нож во рту на правую руку. Нож-карабин прорезал плавник, как он и хотел.
«То есть под этим плавником должна быть моя рука с пальцами!»
Вдоль пореза брызнула кровь. Под раной виднелась знакомая правая рука. Немо сунул правую руку в карман и достал пистолет, который он вместе с Гагакой приготовил ещё в мотеле.
Лала находилась менее чем в метре от него. Надо было определить цель, прицелиться и выстрелить, чтобы победить. А Лале достаточно лишь коснуться его, потому он был в невыгодном положении. Но Немо не надо было целиться. Собиравшаяся коснуться его как можно скорее Лала двигалась по кратчайшему прямому маршруту. А значит надо было лишь направить пистолет и нажать курок.
Все блуждания и размышления Немо и раскрытие действий. Всё это было приманкой, чтобы убедить Лалу, что лучше всего для победы сразу подобраться и коснуться его.
— Вопрос лишь в том, будут ли работать пальцы.
Мозг Немо активировал нервы, заставляя палец согнуться, даже не обращая внимание на приближающуюся руку Лалы, и в итоге прозвучал сухой выстрел.
— Хха! Хха!
— У-у-у-у-у-у.
Результат был очевиден. Задыхаясь, Немо упал, а Лала стояла, истекая кровью.
Он этого не знал, но одолженный у Игнис Colt Government тоже сыграл ему на руку. Именно пистолет с пулями сорок пятого калибра, предназначенный для того, чтобы останавливать нападающих, смог остановить Лалу.
До сих пор не веря в удачу, Немо отступил на пару шагов, всё ещё направляя на Лалу пистолет.
— У-у! У-у! П-почему бы тебе просто не добить меня!
— Не кипятись! Рана не глубокая, хотя и не поверхностная. Но если будешь слишком волноваться, окажешься ближе к тому миру.
— Выстрелил, а теперь притворяешься невинным!..
— Я позову на помощь, так что не умирай. Как я и сказал, рана не глубокая, но и не поверхностная. Если быстро заняться ей, тебя можно спасти.
— Пожалеть задумал?!
— Нет, это сделка. Если сделаешь мои руки нормальными, я остановлю кровотечение и пойду за помощью. Не хочу срезать плавники, чтобы руки вернуть. Реально больно.
— Хи-хи-хи, к сожалению для тебя, такую рану я могу...
— Ты не можешь использовать свою силу на себе. Если бы могла, с твоим синдромом восьмиклассника уже бы отрастила себе драконьи крылья.
— Ты меня насквозь видишь!..
— Ты слишком болтливая. Я же сказал. Сам о похожем мечтал. Так что... Я могу тебе помочь...
— Хха... Хха... Говори уже прямо.
— Можешь отрастишь мне крылья?.. Для меня это было бы куда привлекательнее, чем просто вылечить рану. Позволь помочь и осуществить мою мечту. С размером я не определился, но они не должны мешать в повседневной жизни, и они должны быть похожи на крылья летающего дракона, а не летучей мыши...
— ... Я правда проиграла такому идиоту?..
— Дура, это битва умов. Твоя сила модифицировать против моей «ловлей ртом Немо». И моя техника оказалась круче.
— Мысль о том, что я проиграла в навыках, ранит меня ещё сильнее...
— Ха-ха, не поспоришь. Раз уж признала поражение, исцели мои раны. А иначе я твоё кровотечение остановить не смогу.
— Ух... Ничего не поделаешь.
Ожидая этих слов, Немо протянул напоминающие плавники руки, и Лала взяла его за руки.
— ... Как неосторожно. Не думал, что я могу превратить твои руки во что-то более отвратительное?
— Если сделаешь так, тогда и буду думать. И я не думаю, что одержимая синдромом восьмиклассника стала бы творить что-то настолько жалкое.
— Ты и правда видишь меня насквозь...
Лала вздохнула, и плавники отвалились, обнажив руки Немо.
— О, круто. Погоди, я остановлю кровотечение... Но перед этим, прости, но я уберу тебя с дороги, слышно, что фестиваль всё ближе. Это же он? «Бессонный кролик», который вечно носится по городу?
В ответ Лала вздохнула и кротко улыбнулась:
— Хи-хи, ты и об этом знаешь.
— Ага, разок уже покатался. Выбрался исключительно потому, что я не из этого города.
— Хи-хи, значит во второй раз ты уже не сбежишь.
— Что?
Моей силой я могу менять и невидимые части. Когда исцелила твои руки, изменила тебя.
— Изменила... Меня?
— Сделала из «чужака» «жителя города». Я уже давно слышу «бессонного кролика». Он не испытывает никакой жалости к жителям города. Не надейся, что сбежишь, просто уйдя с дороги.
— Ну ты... Ты что, не понимаешь? Если я сбегу или меня схватят, ты умрёшь! Если о ране позаботиться, ты не умрёшь, но если оставить, то вполне можешь!
— Да, я не думала менять планы задним числом, но это ради Инэр. Цена твоей грубости — твоя жизнь, так что считай, что мы в расчёте.
— Ну ты...
— Слышишь? Он всё ближе. Это звук фестиваля.
— Тц... В загробном мире сожалеть будет поздно!
— Это ради Инэр, нашей младшей сестры. О чём тут сожалеть? Ах, и ещё! — слова Лалы остановили Немо, когда он уже собирался убегать. — Ты говорил, что странно, что у меня нет драконьих крыльев, но они мне не нужны. Они просто запечатаны, и я не могу использовать их прямо сейчас.
— Эх, ты специально задержала меня, чтобы сказать это? У тебя точно синдром восьмиклассника.
— Нет, я хочу предупредить. Если у тебя тоже был синдром восьмиклассника, ты должен понимать. Способ навязать свои иллюзии реальности, причина, почему не получается отрастить крылья. Глупо надеяться, что кто-то в таком случае вырастит их для тебя.
— К сожалению, мне уже двадцать. Я уже не шкет, у которого синдром восьмиклассника. Я попросил тебя... Просто из ностальгии.
Кровь текла из её живота, она едва дышала и была на пороге смерти, и всё же триумфально заявила Немо:
— Говори что хочешь, но если перестанешь верить в собственные заблуждения, твоя жизнь кончена.
Ничего не сказав, Немо развернулся и побежал. А позади приближалась платформа в форме кролика, из которой никто не выбирался.