1

В машине стоял запах людей после ванной. Татьяна сидела на пассажирском месте, направляя машину в сторону шоссе, а на водительском месте сидел не Немо, а Гагака. С оттенком тревоги парень заговорил с Игнис о договоре:

— Когда они использовали договор, то создали сильный порыв ветра, но что это за способность такая?

— Интересно, Немо? Это неожиданный способ применения. Я так не могла, вообще применение у этой способности куда более прекрасное.

Видя, как она гордо выставила грудь, Немо вздохнул и пробурчал «Наверняка что-то бесполезное».

— Почему ты так говоришь?!

— Это ведь безымянный палец левой руки? На него надевают обручальное кольцо. Как-то бесполезно выглядит.

— Э-это не так! Если использую его силу, могу привести двух влюблённых к браку! Изящное чудо, будто я купидон.

— А конкретнее?

— Хм! Так вот слушай! Раньше я встречала пары, которые не решались вступить в брак, а этой силой я вызывала ветер, задиравший юбку девушки, создавая удачный момент с трусиками!

— Говорил же, бесполезная штука.

— Видя это, мужчины пылали страстью и тут же отправлялись в отель! И это приводило к свадьбе. Вот она, идеальная работа купидона Игнис Фарфрейн!

— Так и что? Договор, который я заполучил, позволив себя отделать, помогает тебе чужие трусы показывать?

— Да.

— То есть, когда ты используешь, сила снижаешься?

— Не снижается сила! Романтика возрастает!

— Засвет трусов?

— Засвет трусов!

— Эй, тупая парочка. Давайте оставим разговор о святой и труселях и сосредоточимся на шоссе, — сказала Гагака, и тут шевроле протаранил шлагбаум на пункте оплаты и вылетел на шоссе.

— О, круто! Всегда хотела это попробовать! — восхищённая Гагака обратилась к сидевшей на пассажирском сидении Татьяне. — Татьяна! Ну как, красивый пейзаж?!

— Да, верно.

— Ну что? Чувства возвращаются?

— Нет, не возвращаются.

— Вот как... Татьяна! Смотри, шоссе! Бетон!

— Да, верно.

— Чувства возвращаются?

— Нет.

— Вот как... Татьяна! Может включим музыку?!

Немо и Игнис одновременно ударили Гагаку по голове. Причём сильно.

— Гагака, завязывай. Ты какой-то глупостью занимаешься.

— Давай серьёзнее. Ты сказала, что хочешь сидеть за рулём рядом с Татьяной, чтобы пробудить её ото сна, потому я тебе и разрешил.

— Ну а что такого?! Я просто не знаю, что надо делать! Я правда стараюсь!

— Но должен быть способ. Что это только что было? Ты будто отец, лишившийся прав опеки после развода, вновь встретился с дочерью и не знаешь, как к ней подступиться.

— Игнис, какая-то ужасная аналогия. Где ты такого вообще нахваталась?

— Из телевизионных программ!

— То есть тебя отчитала бывшая святая, помешанная на ток-шоу!

Пока они шумно спорили, на них смотрели безразличным взглядом.

— Простите, что наблюдаю.

Со своего пассажирского места Татьяна наблюдала за шумной троицей.

— Нет, не извиняйся. Лучше вот что скажи... — Гагака сглотнула слюну. — Почему ты на нас смотришь?

В её голосе ощущалась слабая надежда. Обычно нормальное дело смотреть на говорящих пассажиров. Но Татьяна «продукт». Как предмет она бы не пошевелилась от того, что рядом кто-то болтает. А она посмотрела. И Гагака подумала, не было ли в этом тривиальном движении проявления эмоций или ключа к их пробуждению.

— ... И правда... Сама не знаю...

— Нет, не страшно, я поняла. Прости, что так внезапно спросила.

— Но... Я всё это время наблюдала за вами. И я будто испытывала зуд... Странное чувство.

— К-когда ты это почувствовала?!

— Когда господин Немо лапал за зад госпожу Гагаку, а потом его избили.

— А?! Тогда?!

— А ещё во время игры по разбиванию яиц с господином Джошем и чтения длинных сообщений на спине господина Гайлара.

— Тогда ты почувствовала что-то странное?

— Да, и когда я увидела эрекцию господина Немо, ощущение стало ещё сильнее.

— Смущаешь. И большим стал не только мой малыш.

— Тебе нечему стесняться, Немо. Твои комментарии такие отеческие. От них веет старостью.

Игнорируя слова Игнис и Немо, Гагака слушала Татьяну и размышляла.

— Похоже нас увидели с неловкой стороны.

— Точно... Вроде стараешься, но потом понимаешь, что всё это вызывает лишь смех.

Тут Гагаке точно пришло озарение, и она закричала:

— Эй, Немо!

— Ова! Что?!

— Ты же не так давно обделался. Расскажи об этом.

— А?! Н-не обделался я! Никто ничего не видел...

— Сам себя сдал.

— Умереть хочу...

— О, бедный Немо... Погоди, Гагака! Ты что моего парня вынуждаешь рассказать?!

— Игнис, ты из-за перекусов успела солидно растолстеть, поговорим об этом.

— Ки-э-э-э-э-э-э-э-э! — закричав с заднего сидения, Игнис врезала Гагаке. Немо отчаянно пытался её остановить.

— Не растолстела! Не растолстела я! Так обнимать приятнее! Вот и всё!

— Точно! Всё так, Игнис! Эй, Гагака! Ты чего об этом заговорила?!

— Не понимаешь? Даже смешно!

— Я хочу знать, почему ты веселишься, используя наши личные истории!

— Гагака, я тебя убью!

Гагака резко нажала на педаль и затормозила. Игнис шумела, Немо был подавлен и рядом с ними озадаченная тем, что внутри неё начало что-то прорастать, Татьяна, все они наклонились вперёд.

— Понятно же! Татьяне нужен смех, чтобы вернуть её эмоции!