8

— Н-Немо! Научись читать атмосферу!

— А?! Сдалось мне это?! Я бандит!

— Прекрати, Немо... Я не собираюсь сейчас маяться дурью...

— А я ей не маюсь! А сам-то? Ты похитил трёх незнакомцев и гонял нас весь день. Я бы и не против, если бы мне платили!

— А, вам заплатят.

— Конечно, ты же богатей. Но кое-что я точно не прощу.

— Что, я заплачу сколько потребуется.

— Дело не в деньгах. Ты ужасно обошёлся с Игнис. Нацепил на неё ошейник и потащил к алтарю! Вот это я точно не прощу!

— Н-ну... Это была просто игра. Ты же и так всё понял, потому помалкивай!

— Нет, не прощу! И за это тебя ждёт месть. Гагака! Иди сюда! — дуясь, Немо обратился к Гагаке.

— Отлично, мой выход! Что мне делать?!

— Направь пистолет на сидящую у меня на спине Татьяну.

— Да...

— Давай, Гагака!

Тут он стал шептать Гагаке:

«Ты же говорила, что нет ничего, на что любовь не способна».

«Ты... Снова придумал что-то интересное?»

Гагака достала пистолет и направила на Татьяну. Убедившись в этом, Немо громко заговорил:

— Эй, эй! Настало время нашей мести! А именно мы застрелим Татьяну!

— Господин Немо?!

— Немо?!

Он обратился к поражённым Татьяне, Игнис и театральной труппе невест.

— Приписанная мне коллега по изменам и знаток женских сердец Гагака! Сколько сладких баек стравили нам нападавшие на шоссе?! Ещё и главными героями сделали меня и мать Кирисаки!

Из труппы зазвучали гневные голоса.

— Ты хоть знаешь, насколько нам было непросто?!

«Поверить не могу, они издеваются?»

— Айя, какие глубокие отношения.

— Я и Немо...

— Мама?!

Чтобы всех заткнуть, Немо снова заговорил:

— Если бы я изменил на глазах у специалиста по женским сердцам, меня бы пристрелили. Потому я тоже дам Брайану шанс.

— ... Какой ещё шанс? — переполняемый гневом Брайан посмотрел на Немо.

— Мне нравится твоё выражение, Брайан. Я скажу. Если не желаешь, чтобы тебе изменили! Прямо здесь и сейчас! Верни Татьяне эмоции! И женись на ней!

— А?! Что ты несёшь?!

— Не можешь? Здесь есть гости, брачующиеся и святая, годящаяся на роль священника, отличная возможность. Так что мешает?

— Нет! У Татьяны нет чувств! Она всё ещё спит!

— Да пофиг, придурок! Игнис! Ты тронул чужую женщину!

Немо швырнул Брайана на дорожку. Пока он падал, Гагака выстрелила ему под ноги.

— Слушай, сопляк! Нет ничего, на что бы была не способна любовь! Ну же!

— Так его, Гагака! А теперь найди Игнис подходящую одежду!

Пока Гагака продолжала стрелять, он зловеще ухмыльнулся, а потом швырнул Татьяну вслед за Брайаном.

— Твоя очередь, Татьяна! Нечего вечно спать! Разберись со своей первой любовью! Чёртов недоделанный продукт!

«Г-господин Немо! Я же вам говорила! Всё не так, ко мне уже вернулись чувства и воспоминания...» — цепляясь за его спину, отчаянно шептала девушка. И он ответил так же тихо.

«В курсе».

«Что?!»

«Ты ещё в машине говорила, что тебе не нравится этот фарс. Вот тебе за это. Свадьба — это такой же фарс, где всё заранее спланировано».

«Г-господин Не...»

— Хорош трепаться! Пошла!

И Немо швырнул Татьяну.

— Ладно, Игнис. Как только Гагака принесёт одежду, исполнишь роль священника... — он посмотрел на Игнис и увидел, что она плачет.

— У-у-у! Немо! Немо! Не изменяй мне! Мне так жаль, что я такая жалкая святая, которая позволяла этому инкубу-коротышке делать со мной всё, что вздумается! Не изменяй мне! Прости меня!

— Ва! Ва! Всё не так! Не буду я! Нормально всё! Ты роль священника исполни! Потом я тебе всё объясню! Я только тебя люблю, и никто другой мне не нужен!

— Правда?

— Правда! Я люблю только Игнис Фарфрейн!

— У! Хнык! Т-тогда я сделаю это! Ведь я святая! Я могу исполнить роль священника!

— Вот! Игнис! Сменная одежда! Нет ничего, чего бы не могла любовь!

Когда Игнис решилась, примчалась Гагака и бросила ей одежду монахини.

— Тоу!

Игнис прыгнула навстречу, а когда приземлилась, была уже в одежде монашки. Должно быть разделась на скоку, так как её развратное свадебное платье ещё развевалось на ветру.

— ... Это как?

— Хи-хи. Моя особая техника! Быстрое переодевание святой!

— Ты же не думаешь, что это становится святым, только если слово «святая» добавить?

— Не думаю!

Она откинула свой наряд и пошла.

— Фух, теперь всё отлично.

Немо сел и закурил. Тут к нему подошли Гагака и Мейхем.

— Немо. Что ты в итоге задумал?

— Хи-хи-хи, Немо ничего не задумал.

— Что, Мейхем? Говоришь так, будто что-то знаешь.

Гагака тоже закурила.

— Мейхем права. Я ничего не задумал. Просто поддал пинка для ускорения.

— Эй, эй, это ещё что значит?

— Посмотри на них, — Немо указал на идущую Татьяну.

— Чего, руки и ноги Татьяны синхронно двигаются.

— А, так свалится, свалилась! Я угадала.

— Да, она чертовски нервничает. А лицо-то какое красное.

Тут Гагака ахнула.

— Эй, так её чувства...

— Вернулись. И воспоминания, похоже они всё больше возвращались во время нашего раскрытия дела. У меня на спине она всё бормотала, как ей неловко.

Будучи в замешательстве, Гагака похлопала Немо по спине и со смехом сказала:

— Так у нас получилось! Любой, кто увидит её такой, поймёт, что к ней вернулись чувства. Всё же они постоянно наблюдали за бесчувственной Татьяной.

— Это даже беспечная Игнис заметила. Смотри, всё подмигивает и говорит «я всё поняла».

— Вот дура.

— Милая дура.

— Не засматривайся, дурак. Но похоже только Брайан не заметил, что к Татьяне не вернулись чувства и что её у него не уведут.

— Разве так не будет лучше? Даже в фарсе нужно что-то необычное.

— А ты хорош, — Гагака легонько ткнула Немо. К их разговору присоединилась Мейхем:

— Немо, Гагака, хорош уже, лучше поделитесь сигареткой!

— О, вот кто у нас подковёрный гений, — сказал Немо и дал ей сигарету.

— Хи-хи-хи, давно я не курила.

— Эй, Мейхем. Ты что-то задумала?

— Хи-хи-хи, ничего! Я просто хочу, чтобы было весело!

— Мы ведь с самого начала пляшем под твою дудку. Ты нашла Гагаку в таблоиде и подкинула идею Брайану.

— Вообще я не думала, что получится пробудить Татьяну. Я просто надеялась на групповое свидание с Гагакой.

— И зачем тогда было выходить с нами на связь в поезде?

— Ну, вы показались мне перспективными, — она выдохнула и без раскаяния заговорила. — Когда вмешалась во время игры по раздавливанию яиц, поняла, насколько вы тупые, но подумала, что кое-что вы можете. Вы даже смогли стащить у меня договор.

— Не стоит недооценивать бандита из Рейэса.

— Нравится же тебе эта фраза.

— А вот город — нет.

Улыбаясь, они втроём выдохнули дым.

— Думаю, главный момент был во время осмотра Татьяны в машине.

— Ты ведь соврала, когда её осматривала. Уже тогда эмоции к ней вернулись.

— Правильный ответ! Не зря я выбрала вас. Спасибо, что пробудили Татьяну ото сна!

Мейхем взяла Немо и Гагаку за руки и стала невинно их пожимать.

— Но было бы неинтересно просто сказать, что к ней вернулись эмоции! Серьёзный Брайан играл злодея, и если бы он просто отпустил вас, было бы не весело! Тогда не получилось бы увидеть такой шумной свадьбы! Не было бы весело!

— Потому ты притащила нас сюда и давала подсказки для настоящей концовки?

— Было непросто. Ну, если бы ты провернул крутой подкат на коленях, который не забыли бы ещё три поколения, и мы пришли к плохой концовке, это тоже было бы интересно.

— Эй, это ещё как понимать?! Я не знала! А бы точно хотела на это посмотреть!

— Увы, Гагака. Этот рут уже не увидеть.

Пока говорили, до них донёсся точно телепатический голос.

«Спасибо, Игнис, Гагака, Немо».

— Эй, что это?.. Знакомый голос.

— Спина! Ищите спину!

«От имени группы чудаков благодарю вас, вот уж не думал... Что господина Брайана и госпожу Татьяну будет ждать... Такое будущее...»

— Вот она, спина!

— Гья-ха-ха-ха-ха-ха! Всё такая же ловкая спина! Плакать спиной! Как такое вообще возможно?! — весело проговорила Мейхем, пока другие смеялись.

— Настало время самого главного.

Тут они увидели, как Татьяна и Брайан подошли к Игнис.

— Попрошу всех встать.

Услышав полные достоинства слова Игнис, все поднялись.

— Если у кого-то есть веские причины против этого брака, выскажите их сейчас. Иначе молчите вечно.

«Никаких возражений!» — трое ответили хором.

— А ну-ка молчать! Немо! Гагака! Мейхем! — строгий голос Игнис заставил их замолчать. Часовня погрузилась в тишину. — Прошу садиться. Итак, Брайан Рашбурк Второй, клянёшься ли ты любить и защищать, утешать и поддерживать Татьяну Калас в болезни и здравии, в богатстве и бедности и клянёшься ли любить вечно?

— Но чувства Татьяны...

— Кля-нёшь-ся?

— К-клянусь!

— Хорошо. А теперь невеста Татьяна Калас. Клянёшься ли ты любить и защищать, утешать и поддерживать в болезни и здравии, в богатстве и бедности и клянёшься ли любить вечно?

— ... Кляфусь...

Красная от смущения Татьяна, скрытая вуалью, умудрилась прикусить язык. Только тут Брайан заметил, что с ней что-то не так.

— Т-Татьяна? Неужели...

— Ну-ка, хватит болтать! Обменяйтесь кольцами. А потом делайте что хотите.

— Святая, это вообще нормально?!

Присутствующие насмехались, но Игнис это вообще не волновало.

— Все свободны, время для клятвенного поцелуя! Первый поцелуй особенный! Мой был не так давно...

— Брысь отсюда! Фальшивая святая!

— Ипикайэ! Не хочу тебя слушать!

«Нет, а я бы послушал...»

— Замолчи! Спина!

— А, блин, хорошо! Так, вы двое! Поднимите фату и целуйтесь!

Хоть поведение Игнис и было неуклюжим, парочка оставалась серьёзной и напряжённой. Брайан дрожащими руками поднял фату, и они посмотрели друг на друга.

«...»

Они просто смотрели друг на друга и не двигались. Гости затаили дыхание и уже начали терять терпение. Прошло несколько минут. И у первой терпение иссякло у бывшего «продукта», использовавшейся для создания произведения искусства, Татьяны Калас.

— Господин Брайан. Я только пробудилась ото сна, и моя память возвращается лишь постепенно. Но... — она обняла Брайана за плечи. — Пусть даже понарошку, меня раздражает, что вы зовёте других женщин вашими невестами! — с улыбкой крикнула она, а потом крепко прижала Брайана и поцеловала. И тут часовню разорвал гул криков и аплодисментов.

— Не буду! Больше не буду! Больше ни разу не попробую! Только ты! Ты моя невеста! Мой любимый человек! Только ты, Татьяна! — плача и улыбаясь, Брайян обнял Татьяну и закричал. Аплодисменты стали ещё громче.

— Если в сердце женщины есть мужчина, пусть она «продукт», являющийся жестоким произведением искусства, она не может выглядеть привлекательной? — пробормотал Немо, куря в дальней части часовни.

— Ну ты и сноб, — ткнула ничем не отличавшаяся от него Гагака.

— Замолчи, Гагака. Перед торговым автоматом ты жаловалась, что люди про свою любовь не говорят, ну и что ты об этом думаешь?

— Ха-ха-ха, я поторопилась. Тут точно любовь.

Гагака затянулась и наслаждалась атмосферой.

— Мне такое по душе.

Аплодисменты не собирались утихать.