16

— А-а, а-а… — Вздыхая, Сакура посмотрела на ноги.

Из-за того, что она упала, хакама в области колен порвались. Дырки были не слишком заметными, но не могли не беспокоить.

«Несчастливый знак… Дальше всё ли хорошо будет?»

Сакура тревожилась не зря.

Она направлялась туда по абсолютной случайности? Или же её вела судьба? Возможно, если она сама не могла ответить на этот вопрос, то кто-нибудь другой — и подавно.

Как бы то ни было, Сакура шла именно к храму Осаки Хатиман-гу — разумеется, не имея никакого понятия о том, что там находится.

Сакура часто посещала святилища, стоявшие там-сям в окрестностях города Сендай. Вернее, её туда водил Кадзума. Вероятно, эти воспоминания и направляли туда стопы Сакуры, которой было некуда податься.

В то время храм Осаки Хатиман-гу находился посреди рисового поля, и в его окрестностях там-сям мелькали людские силуэты. Вокруг него, как обычно, в изобилии витала пасмурная тёмная энергия и источала душную атмосферу.

— А?..

Сакура успела её заметить прямо перед тем, как взойти по лестнице к территории храма.

По жилам пробежал холодок. От подсознательного ощущения опасности в голове будто зазвонили колокола.

«Что это?!»

Сакура чувствовала присутствие невероятной злой силы — настолько мощной, что оставалось тайной, как она её не заметила, пока не подошла настолько близко.

Похоже, из-за того, что Сендай захватила злая энергия, её чутьё оказалось в некоторой степени парализовано. Если подумать, с тех пор, как Сакура покинула дом, её преследовало сильное чувство дискомфорта вместе с лёгкой тошнотой.

Она забыла об этом, пока шла по улице.

Сакура собралась было ступить на лестницу, как вдруг резко замерла.

Она внимательно всмотрелась в вершину лестницы. Там не должно было быть никакого барьера, но Сакура не различала очертаний храма: их будто затянуло туманом.

Шурх…

— А-а-а!

Из зарослей сбоку что-то вылетело.

Вскричав, Сакура моментально сжала в руках деревянный меч.

Кар-кар-кар!

Это был ворон.

— Уф… — Сакура облегчённо вздохнула, но крик ворона продолжал предупреждением отдаваться в ушах.

«Здесь что-то есть…»

Сакура ещё раз взглянула в сторону храма.

«Храм Осаки Хатиман-гу… Его главный участок… Точно… Змеиная сакура…»

Сакура вспомнила, как Кадзума в детстве привёл её к дереву сакуры на территории храма — Змеиной сакуре — и как она беспрестанно плакала, стоя перед ним.