2

Сакура привела его на Гиндзу.

Гиндза была одной из важнейших и самых многолюдных улиц Столицы, на которой всё время в огромном количестве пересекались между собой люди, рикши и паровые автомобили. Здесь простирались улицы в стиле модерн, оформленные по самой последней моде: быстро переняв культуру Западной Европы, на них возвели здания из кирпичей и установили газовые лампы. Среди них выделялось одно строение.

— Мы прибыли.

Сакура подвела Огами прямо к этому самому зданию.

— Это…

— Большой Императорский Театр.

Сокращённо «ТэйГэки»[✱]От яп. 帝国 тэйкоку — «империя» и 劇場 гэкидзё — «театр»..

Его строительство началось осенью 8 года Тайсё и было закончено весной 12 года. То есть этот театр возвели чуть больше месяца назад. Он находился в Гиндзе, где стояли все новейшие здания, и тяжеловесный викторианский стиль производил монументальное впечатление.

Огами тоже слышал о нём как о самом крупномасштабном театре на Востоке.

Сакура открыла двери и поманила Огами:

— Ну же, заходите, пожалуйста.

— Э-э-э.

— Давайте.

— Х-ха-а…

Оторопевая, Огами вошёл — и продолжил удивляться вновь и вновь.

По массивности и роскоши интерьер ничем не уступал фасаду. Сразу же за входом раскинулось просторное фойе, на полу были расстелены мягкие ковры, а с потолка свисала огромная люстра. У мебели, расставленной там-сям, были первоклассными и качество древесины, и выделка — невозможно было даже предположить, сколько она стоила. Естественно, здесь были сплошь и рядом вещи, которых Огами никогда не видел.

Огами на миг оказался поражён блеском, но сразу же вспомнил о своём положении.

«Почему же в театр?.. Меня приглашают на спектакль?»

Огами хотел как можно скорее прибыть к месту назначения, в Императорский Боевой корпус. Отвлекаться на какие-то спектакли было непростительно.

«Вот так попал…»

Когда он стал размышлять, как бы отказаться, Сакура резко бросилась бежать.

— Огами-сан, подождите немного здесь, пожалуйста.

— Э? А, подожди!..

Она убежала, не дав себя остановить.

Огами обвёл взглядом фойе. Не было видно ни души.

Если хорошенько подумать, он не был зрителем, да и на спектакль его явно не собирались приглашать.

«Действовать без спросу тоже нельзя… Остаётся только ждать».

Не зная, куда деваться, Огами одиноко застыл на месте. В этот миг тишину нарушил смех:

— Хи-хи… Хи-хи-хи…

Это был голос маленькой девочки. Звук отражался в фойе с высоким потолком, и было неясно, откуда он доносился.

— Что?!

— И-хи-хи-хи-хи…

— Кто здесь? Где ты?

Будто не утерпев при виде того, как Огами оглядывается по сторонам, голос обратился к нему:

— Я здесь, братик!

Наконец-то Огами заметил, что голос раздаётся сверху. Он взглянул вверх и увидел маленькую девочку со светлыми волосами.

В блестящие блондинистые волосы была вплетена розовая лента, милое платьице — отделано множеством кружев, глаза светились ясной голубизной, а в руках был сжат плюшевый мишка.

Эта девочка была прелестна, словно французская кукла.

Но Огами удивился не её внешности. Девочка сидела на перилах лестницы, ведущей на второй этаж, который виднелся с лестничного пролёта. Она болтала ногами и, казалось, вот-вот упадёт…

— Осторожно! — Огами в панике взлетел по лестнице и стал потихоньку подбираться к девочке. — Хорошая девочка, не двигайся.

— Почему?

— Будет ужасно, если ты упадёшь!

— Всё хорошо! Смотри!

Девочка встала на перила и запрыгала на них.

«Вовсе не хорошо!»

Огами, чьё лицо застыло от напряжения, ринулся вперёд, собравшись обхватить девочку.

— Уо-о-о-о-о-о!

— А-а-а!

Девочка неожиданно исчезла.

— Э?

Огами вложил слишком много энергии в рывок, и теперь рисковал упасть он.

— Уо-о-о?!

Вцепившись в перила, Огами кое-как избежал падения, но девочки нигде не было видно. Она и не упала.

— А-ась? Та девочка…

— А-ха-ха-ха! — раздался над его головой смех.

— Э?

К его удивлению, девочка была там. Вне сомнения, прямо в воздухе.

Паря в воздухе, она улыбнулась ошеломлённому Огами:

— Вот, всё хорошо, скажи?

Огами наконец произнёс слова, которые безуспешно пытался сказать:

— Т-ты кто такая?

— Я Айрис! А это мой друг, Жан-Поль!

— Т-ты летаешь… Как?

— У Айрис такая сила. И-хи-хи.

— Сила?!

Способность парить в воздухе… Что же это была за сила? Огами мог лишь наблюдать за этим.

— Смотри, я ещё так умею. Эй!

Висевшие на стенах картины и вазы с цветами, сопротивляясь силе притяжения, взмыли в воздух. Затем и тело Огами подняла невидимая сила.

— Ува-а-а-а!

— Да? Скажи, здорово! — заявила девочка таким тоном, будто хвасталась игрушкой, которой гордилась. Правда, эта игрушка могла быть очень опасной в зависимости от того, как ею пользоваться.

— П-понял! Понял, опусти меня!

— Тебе уже хватит? — Айрис состроила немного раздосадованное лицо и рассеяла силу. Тело Огами разом упало.

— И-и?! — От неожиданности Огами не успел отреагировать и со всего размаху ушиб поясницу. — Ой-ёй-ёй…

Подняв голову, он увидел лицо девочки прямо перед собой. Та пристально посмотрела в его лицо, и Огами попятился.

— Ч-что?

— У братика тоже есть сила… — Выражение лица Айрис помрачнело.

— Э-э?

— …Ты будешь сражаться?

— С-сражаться — как…

— Айрис ненавидит войны! — с этими словами Айрис убежала прочь. Огами, оставшись сидеть на полу, изумлённо проводил её взглядом.

«Что это за девочка?»

Это была загадочная девочка.

Может, ему приснилось? Но картины и вазы, валявшиеся на полу, доказывали, что то было явью.

«Ты будешь сражаться?» — Когда его спросили об этом, он содрогнулся.

Как будто его мысли прочитали… Причём, подумать только, из уст такого маленького ребёнка вылетело слово «войны».

«Она не японка… Может, её втянули в какую-то войну…»

Мировая война — на ум Огами пришли эти слова. Но он тут же замотал головой. Это было уже целых десять лет назад.

«Не знаю даже, родилась ли она уже тогда…»

И тут послышался другой голос.

— Кто-нибудь. — Женский голос. — Кто-нибудь, подойдите, пожалуйста!

Огами направился в сторону, откуда доносился голос.

Он миновал проход и оказался в столовой. Стены и ковры здесь были подобраны в оттенках красного, лампы излучали мягкий свет, и вокруг создавалась умиротворяющая атмосфера.

На софе сидела девушка, похожая на обладательницу того самого голоса. Лет ей, скорее всего, было столько же, сколько Сакуре. Гладкие волосы до плеч были убраны под повязку, а маленькая родинка под левым глазом просто очаровывала. Держа бледными тонкими пальцами чайную чашечку, девушка в изящной манере поднесла её к губам.

Это была безупречная красавица. Но больше всего внимание привлекал её наряд. Плечи кимоно были широко распахнуты и обнажали красивую бледную кожу от затылка до груди.

«У-ува-а, какой смелый наряд!»

На дворе стояла эпоха, когда женщины ещё стеснялись обнажать кожу. Самому Огами не посчастливилось иметь иммунитет от женщин, и он застыл как вкопанный перед таким волнующим зрелищем.

Обворожительные глаза посмотрели в сторону Огами.

— Да, вы.

— Э-это вы мне?! — невольно взвизгнул тот.

— А кто здесь ещё есть? Не стройте из себя дурачка, подите сюда!

К нему обратились грубо, но Огами, полностью подавленный атмосферой, машинально подошёл к девушке. Та, даже не глядя на Огами, вперила взор в книгу, которая была у неё в руке, и сухо велела:

— Помассируйте-ка мне плечи.

— Э?

— Живо! Не мешкайте!

— Д-да! — Поддавшись силе, которая не давала и рта раскрыть, Огами начал мять плечи девушки.

— Ах, как приятно… А у вас довольно хорошо получается.

— С-спасибо… — Это побудило Огами продолжить массировать плечи.

— Послушайте. Вам не кажется, что было странно сделать Марию-сан лидером труппы в обход меня?

— А?

— Ещё и назначить в этот раз командиром отряда парня, о котором неизвестно, что он за птица. Интересно, о чём же думает директор? Только не говорите мне, что он забыл обо мне, Кандзаки Сумирэ.

Девушка продолжала вещать — похоже, нуждаясь не во мнении Огами, а в том, чтобы её выслушали. Проще говоря, она жаловалась.

Из жалоб девушки Огами узнал её имя.

— Вас зовут Кандзаки Сумирэ?

Сумирэ встала, откровенно разгневавшись от слов, сказанных как ни в чём не бывало.

— Вы не знаете меня?!

— Э? Нет… Так ведь это первая наша встреча, да?

— Проблема не в этом! Не могу поверить! Не знать Первую Звезду Цветочной Труппы, Кандзаки Сумирэ, — да даже нелепости есть мера! Зачем человек, не знающий моего имени, пришёл в этот театр?!

Напротив, об этом хотел спросить Огами. Пятясь назад, он невольно поклонился.

— И-извините… Я только сегодня прибыл в Столицу и не освоился толком…

Искренние извинения Огами усмирили гнев Сумирэ.

— Ах, вот как. Так вы прибыли из порядочной глуши, раз не знаете меня… У вас есть с собой, чем писать?

— Э? Да, авторучка… — Огами достал из нагрудного кармана авторучку и передал в руки Сумирэ. Пока он недоумевал, что Сумирэ собралась ею делать, та оставила этой авторучкой автограф прямо на форме Огами.

— Э-э?! П-подождите…

— Это особая услуга. Далеко не каждый может получить автограф, написанный мной собственноручно. Похвастайтесь своим друзьям.

Сумирэ вернула авторучку и расплылась в обворожительной улыбке.

Огами не знал, что сказать дальше.

На белой военной форме, которой он так восхищался и которую наконец получил по окончании военного училища, теперь было размашисто написано чёрными чернилами: «Кандзаки Сумирэ».

От такой неожиданности у него на миг даже всё побелело перед глазами.

— Похоже, вы от счастья подрастеряли дар речи. У вас есть билет на сегодняшний показ? Если нет, я могу дать. Посмотрите на мою игру и восхититесь этой достопримечательностью Столицы.

Похоже, девушка приняла Огами за простого туриста. И автограф на форме был этаким приветствием от неё. Поняв, что она не со зла, Огами уже не смог разозлиться, как бы ни хотел.

Он резко опустил плечи. И тут его позвал новый голос:

— Лейтенант Огами.

Обернувшись, Огами увидел красавицу с волосами цвета «платиновый блонд». На него смотрели изумрудно-зелёные глаза.

Огами невольно застыл — разумеется, в том числе от такой красоты. Но ещё больше Огами взволновал её взгляд. Холодность глаз будто замораживала.

Из-за того, что красавица была полностью закутана в чёрное пальто, в глаза ещё пуще бросалась её бледная кожа. Красные перчатки на фоне чёрного облачения производили удивительное впечатление.

— Вы лейтенант Огами Ичиро?

— А, да, я Огами… А вы кто?

— Я Мария Тачибана, — ответила она тихим, несколько механическим голосом.

В противоположность красавице, представившейся Марией, Сумирэ сзади удивлённо воскликнула:

— Лейтенант Огами?! Не может быть, это вы?!

Похоже, и Сумирэ знала имя Огами.

Мария заметила автограф, начертанный на его форме.

— Лейтенант, что это?

Прежде чем Огами успел ответить, Сумирэ немедленно вышла вперёд.

— Лейтенант сказал, что он мой большой поклонник, и я дала ему автограф. Правда ведь, лейтенант?

— Э? — Пальцы Сумирэ ущипнули Огами за спиной. — Гх?!

— О-хо-хо-хо, вы засмущались. Какой стеснительный господин. Я могу вам и руку специально пожать.

Сумирэ силой взяла Огами за руку.

— П-почту за честь… — подавленный сильнодействующей улыбкой, судорожно поблагодарил тот.

Мария внимательно посмотрела на них.

— Лейтенант, это правда? Вдруг Сумирэ вам нагруби…

— Ах, Мария-сан, неужто вы подозреваете меня?

Мария взглянула на Сумирэ, будто обыскивая её глазами. Сумирэ в свою очередь, словно сопротивляясь ей, устремила мощный взгляд в её сторону.

Их взгляды столкнулись, и посыпались невидимые искры. Огами, который оказался между ними и не понимал, что происходит, неизбежно растерялся.

— Э-эм…

В ответ последовало молчание.

Вздох Марии оборвал противостояние:

— Сумирэ, до начала спектакля остался час. Разве не лучше уже начать готовиться?

— Я в курсе. Не указывайте мне во всём подряд, будьте так добры! — Сумирэ недовольно отвернула голову. — Итак, лейтенант, увидимся позже.

Провожая удаляющуюся Сумирэ взглядом, Мария ещё раз вздохнула. И, вернув на лицо прежнее выражение, слегка поклонилась Огами:

— Прошу прощения. Лейтенант Огами, вас зовёт генерал-лейтенант Ёнэда.

— Генерал-лейтенант Ёнэда? Он здесь?!

— Да. Я провожу вас, проходите сюда.

— Д-да!

Огами последовал за Марией.

У неё была аура, не позволявшая относиться к ней с пренебрежением ввиду того, что она девушка. Она напоминала военного — что по холодному тону, что по решительности поведения.

Пока Огами наблюдал за ней сзади, его озарило:

«У неё нет слабых мест».

Девушка просто шла, но вокруг неё будто была возведена мощная защитная стена. Если бы кто-то попытался напасть на неё сзади, скорее всего, это окончилось бы провалом. Была ли эта безупречность врождённой? Или же это был результат тяжёлых тренировок?

Будто ощутив на себе взгляд Огами, Мария обернулась.

— Вы что-то хотели?

— Н-нет… Эм, а где Сакура-кун? — удивившись тому, что с ним внезапно заговорили, Огами в последний момент выдал имя Сакуры.

— Она готовится к спектаклю за кулисами. Сегодня вечером представление.

— Представление?

— Вот. — Мария указала на плакат, висевший на стене.

Апрельская постановка: «Дама с камелиями». В главной роли: Кандзаки Сумирэ.

На плакате улыбалась Сумирэ, которую он недавно встретил.

А сбоку был ещё один плакат.

Майская постановка: «Ради любви». В главных ролях: Мария Тачибана, Сингудзи Сакура.

Все девушки, которых он повстречал, значились на главных ролях. Огами невольно вскричал:

— В-вы все актрисы в театре?!

— Верно, — невозмутимо подтвердила Мария, и Огами не нашёл, что ответить.

В нём поднималась сильная тревога.

Почему его, прикомандированного к секретному подразделению, провожают молодые актрисы? И почему здесь находится генерал-лейтенант Ёнэда?

Нет-нет, генерал-лейтенант Ёнэда точно просто пришёл на спектакль. И вызвал его сюда — Огами отчаянно пытался убедить себя в этом.

— Лейтенант, что-то не так?

— А, нет… Разве я сюда попал не по какой-то ошибке?

— Вы же лейтенант Огами Ичиро?

— Д-да.

— Значит, ошибки нет.

— Но…

— Прошу прощения, вопросы задавайте, пожалуйста, директору, — решительно отрезала Мария, и Огами больше ничего не смог сказать.

«Остаётся только спросить у генерал-лейтенанта Ёнэды. Но она сейчас что, сказала что-то про директора?!»

Терзаемый дурным предчувствием, Огами быстрым шагом пустился вслед за Марией.