1

В том мире всё замёрзло.

Вся земля, которую можно было окинуть взглядом, была укрыта снегом, а из-за ужасающей метели ничего не было видно дальше чем на метр. Безжалостный мороз не щадил никого из живых существ, и казалось, будто он пытался заморозить даже небо.

В этом мире смерти блуждала девочка. Имя ей было Мария Тачибана.

Мария упрямо продолжала идти по снежной равнине. Она была одета в штиблеты, которые защищали от холода, но мороз пробрался сквозь них и беспощадно лишал тело тепла. Её прекрасные светлые волосы заледенели, а бледная кожа потрескалась от пущего обморожения.

Она уже потеряла чувствительность — и физическую, и душевную — к холоду и к боли…

Было загадкой, как она только оставалась в живых.

Мария закричала:

— Команди-и-и-ир! — Ветер вмиг заглушил её голос. Но Мария всё равно продолжала кричать: — Команди-и-и-ир! Команди-и-и-и-и-и-ир!

Ей никто не ответит… Она понимала это, но не могла не кричать.

И тут послышался голос, который никак не мог зазвучать.

— Мария.

Тук…

Замёрзшее сердце сделало кульбит.

«Этот голос…»

Она не могла ослышаться. Слёзы, которые казались Марии высохшими, увлажнили её глаза.

Мария неспешно обернулась.

— Командир!..

На миг у неё перехватило дух. Её глазам предстала совершенно переменившаяся фигура командира. На столь знакомом ласковом лице не было ни кровинки, щёки впали и имели землистый цвет. Из следа от пули на груди стекала почерневшая кровь и капала на снег.

Как ни пытался он что-то сказать, слова, будто заледенев, не шли. Заледенело его то ли тело, то ли сердце.

Глаза мертвеца пристально смотрели на Марию.

Под напором сильного ветра труп начал крошиться. Он рассыпа́лся, словно песок, и его останки уносило ветром.

Он снова исчез на глазах у Марии.

Та безмолвно вскричала от ужаса.

— …Ха-а?!

Проснувшись от ощущения, будто её сбросили с небес, Мария выскочила из постели. Она изо всех сил хватала пересохшим ртом воздух.

Проступивший на теле пот холодил кожу, и Мария задрожала. По привычке она спала нагишом. Несмотря на весну, ночью температура воздуха всё ещё была невысокой. Но трясло Марию не только от холода.

«Я в Японии… В своей комнате в Большом Императорском Театре…»

Уверившись в том, где она находится, Мария попыталась успокоиться. Но сразу это ей не удалось. Перед глазами воскресало яркое зрелище из сна.

Мария сжала в руке медальон на золотой цепочке, оставленный у подушки.

«Опять тот сон…»

На улице подул сильный ветер, и оконные стёкла застучали под его напором.

В такие дни ей часто снилось прошлое.

То самое кошмарное прошлое.