Глава 1: Прибытие фамильяра

— Э-э-э?! Эта маленькая птичка — фамильяр госпожи Анаэль?! — воскликнула Мунин, даже после того, как я кратко объяснил ей ситуацию.

Один из фамильяров Эрики Анарвеил прибыл к нам в Миру, и нам пришлось открыть окно, чтобы впустить крошечную птичку внутрь.

— Госпожа Анаэль… Страна на Краю Света в неоплатном долгу перед ней. Я и представить не могла, что мне выпадет честь говорить с ней, пусть даже через фамильяра. Это невероятно… — Мунин прижала ладони к лицу, переполненная чувствами.

Тем временем фамильяр уже ждал нас на столе, где я заранее приготовил доску с буквами.

— Есть информация, которой мы тоже хотим с вами поделиться. Это касается Страны на Краю Света и… Хм?

Фамильяр не стал ждать, пока я закончу, тут же прыгнул на доску с буквами и начал суетливо передавать послание. Фамильяры Эрики могли говорить её голосом, но это отнимало у неё столько физических сил, что она оставалась прикованной к постели на несколько дней. Вот почему для общения мы использовали буквенную доску, похожую на спиритическую доску Уиджи.

— Значит, тебе нужно сначала мне что-то сообщить? Ну ладно…

Птица начала прыгать по буквам.

На самом деле, чтобы сказать хоть что-то с помощью этой доски, требуется довольно много времени.

Однако информация, переданная фамильяром Эрики, стоила ожидания.

— Сёстры Такао?

— Вы имеете в виду тех двух элитных героев?.. — спросила Серас, которая тоже знала, кто они такие.

Из членов Отряда Повелителя Мух Ева встречалась с ними ещё в Землях Златоглазых Монстров. Но сам я не видел их с тех пор, как Богиня от меня избавилась.

— Значит, Вишис не смогла их убить, и они сбежали в Земли Златоглазых Монстров.

Я уже получил кое-какую информацию о сёстрах Такао от Оямады, но он знал лишь то, что они взбунтовались против Богини, а затем сбежали. Значит, они отправились в Земли Златоглазых Монстров, пытаясь найти Ведьму Табу и получить помощь. А затем, находясь на грани смерти, встретили Эрику.

Серас тоже выглядела удивлённой, узнав о том, что произошло между Эрикой и двумя сёстрами.

— Значит, сёстры Такао знают, что случилось с Сого и Кирихарой? — спросил я.

Фамильяр отстучал ответ.

— Они тоже не знают, хах.

Я получил информацию о Сого и Кирихаре от Оямады. Слышал, что Сого загнала Короля Демонов в угол, прежде чем вмешался Кирихара и предал Богиню… Но сёстры Такао об этом не знают. Должно быть, они бежали прямо в Земли Златоглазых Монстров, ожидая погони. Похоже, Эрика тоже впервые слышит о столкновении Сого с Кирихарой. Наверное, в последние дни она не собирала информацию в Алионе, сосредоточив все силы на своей главной задаче — поиске нас.

Эрика продолжала свой доклад, пока Мунин готовила напитки. Она дождалась паузы, а затем предложила немного воды и фамильяру. Эрике не потребовалось много времени, чтобы закончить.

Я узнал ещё несколько подробностей о путешествии сестёр Такао — с момента их восстания против Богини и до Земель Златоглазых Монстров. Судя по всему, Король Демонов внезапно появился в замке, и его эссенция ослабила Богиню. Сёстры увидели в этом шанс для удара и попытались устранить Вишис… Но та использовала какую-то таинственную тёмную сферу, чтобы усилить себя и нанести ответный удар. После этого они отправились в Земли Златоглазых Монстров искать помощи у Ведьмы Табу. И в довершение всего: у Богини нет намерения когда-либо возвращать героев в их старый мир — по крайней мере, так утверждает старшая сестра Такао.

— И… младшая сестра Такао не хочет давать больше никакой информации?.. Например, подробностей об их уникальных навыках.

Всё, что, судя по всему, сказала Ицуки, это: «Я не могу рассказать вам больше, пока Анэки не разрешит» и «Я идиотка, поэтому не знаю, сколько мне можно говорить». За этим последовало: «Вы спасли нас… Простите, что не могу рассказать всё». Просто извиняется и оставляет важные решения на усмотрение старшей сестры… Это на неё похоже. Доверие и преданность Такао Ицуки своей сестре граничили с религиозным фанатизмом.

— Но… кажется, младшая сестра Такао действительно искренне благодарна тебе за помощь, Эрика. Верно.

Яд… Эта мерзкая богиня использовала яд, да? Нам повезло, что Эрика сумела составить противоядие.

— Судя по тому, что я услышал, маловероятно, что Вишис послала этих сестёр туда, чтобы убить тебя…

«Я не думаю, что эти сёстры — убийцы, подосланные Вишис», — Эрика пришла к такому же выводу.

Она права. Если это заговор с целью убийства, Вишис слишком сильно подставляется под все возможные риски. Даже если уникальные навыки старшей сестры каким-то случаем включают способность противодействовать яду, ей не было нужды рисковать потерей зрения ради такого плана. Идти в Земли Златоглазых Монстров без карты — уже достаточно безрассудно… а шансы на то, что Ева или Эрика встретят их, были ничтожно малы.

…Я могу представить только один сценарий, который мог убедить Хидзири рискнуть ради этого своими глазами.

— Просто уточню на всякий случай — ты считаешь возможным, что им промыли мозги?

«Нет, не считаю», — просто сообщила Эрика.

Значит, она не думает, что это возможно.

Именно тогда вмешалась Серас со своим вопросом:

— Кхм, Тоука-доно… Значит ли это, что мы, возможно, сможем сражаться бок о бок с сёстрами Такао?

Эта мысль уже приходила мне в голову.

— Да, мы могли бы объединить силы… Есть смысл об этом подумать.

Император Дикой Красоты и Асаги уже предлагали нам попытаться переманить других героев на свою сторону… Не говоря уже о том, что сёстры Такао уже предали Богиню — убедить их должно быть намного проще. Но главная проблема в том, что мы не сможем вести переговоры, пока Хидзири не придёт в сознание. Младшая, Ицуки, не будет принимать никаких важных решений — или, скорее, она не может. Нам придётся говорить с ними о союзе, когда Хидзири очнётся… А Эрика понятия не имеет, когда это может произойти.

Я передал эту информацию остальным. Мунин издала задумчивое: «Хм…» и, когда я закончил, выглядела обеспокоенной.

— Но старшая сестра… Если она не будет видеть, ей может быть трудно вернуться на поле боя…

— Ты права. Сражаться лично ей может быть непросто, если она действительно ослепла. Но я думаю, что она будет полезна во многих других отношениях, не только в бою. Хотя должен признать, она немного… странная.

Если подумать — интересно, изменились ли эти сёстры хоть немного с тех пор, как попали в этот мир.

— Что ж… Один герой S-класса и один герой А-класса, покинувшие лагерь Богини, — это хорошая новость, независимо от того, решат они присоединиться к нам или нет.

Остался только Король Демонов, хах. Судя по всему, Сого почти победила его, а это значит, есть немалый шанс, что он сейчас серьёзно ранен. Даже если нет, бьюсь об заклад, теперь он гораздо более осторожен по отношению к Сого. Понимает ли он, что не может победить её в честном бою?

Что же теперь будет делать Король Демонов? Попытается ли он одолеть нас числом? Основываясь на информации, которую я только что получил о рейде, это не было масштабное нападение — а значит, он, скорее всего, не может устроить засаду с большой армией.

Вероятно, он предпримет новый ход — например, вторжение со стороны Земель Корня Всего Зла. Ещё одна лобовая атака всей армией. Во всяком случае, таков мой прогноз. Но я также слышал, что Великое Вторжение значительно ослабило его силы. Вишис предвидит это и решила, что в ближайшее время новой атаки с севера не будет. Вот почему она отправила Наездников Белого Волка на запад, в Ёнато.

…И всё же Сого Аяка теперь сильнее Короля Демонов. По словам Оямады, сейчас она в Алионе, но… вполне возможно, что она вот-вот придёт и встанет у меня на пути. Это сделало бы её настоящей проблемой.

Если мне когда-нибудь придётся столкнуться с Сого как с врагом, я должен избегать боя с ней любой ценой. Если она достаточно сильна, чтобы сразиться с Королём Демонов один на один, у меня нет шансов против неё в прямом поединке. В таком случае… лучше всего найти какой-нибудь коварный способ вывести её из строя.

На самом деле, я очень хочу убедить её присоединиться к нам, если это возможно. Я могу придумать несколько способов, как её можно переубедить. Главным из них является откровение старшей сестры Такао о том, что у Богини нет реального намерения когда-либо отправлять героев домой. В конце концов, мы говорим о Такао Хидзири. Если она это утверждает, у неё должны быть почти неопровержимые доказательства.

…Убедить Сого присоединиться к нам. Это может быть сложно, если ей промыли мозги, как Оямаде, хотя не похоже, чтобы кто-то из других героев находился под явным контролем разума. Рисковать и проверять, что произойдёт, может быть слишком опасно.

Я решил спросить об этом свою эрудированную знакомую Тёмную эльфийку.

— Эрика, ты можешь рассказать мне что-нибудь о промывании мозгов Вишис?

— Да, — последовал ответ.

…Надо было догадаться. Полагаю, Эрика какое-то время находилась рядом с этой мерзкой Богиней.

— Значит, разум цели — он должен быть сначала достаточно сломлен, да? — задумчиво произнёс я, прочитав объяснение Эрики.

Выходит, у Оямады случился какой-то срыв, после чего ему промыли мозги.

— Но это ведь тоже опасно, а? Есть риск, что цель окажется бесполезной, если потерпишь неудачу…

Богиня не захотела бы, чтобы такое случилось с героем высшего ранга, её секретным оружием против Короля Демонов. Оямада не S-ранг, так что она могла принять любой исход. Иными словами, пока жив Король Демонов, Богиня не может рисковать, пытаясь промыть мозги Аяке Сого… тем более сейчас, когда два других героя S-класса вышли из-под её контроля. Значит, нет смысла беспокоиться о том, что Вишис её скомпрометировала. Этот страх необоснован.

— Кстати, Серас… — начал я, ещё немного поразмыслив. — Я думал о той засаде Короля Демонов. Использовал ли Корень Всего Зла подобные техники телепортации раньше?

— Насколько мне известно, нет, — ответила Серас.

Эрика также не знала о подобных случаях в прошлом.

— Тогда можно с уверенностью предположить, что Вишис тоже этого не предвидела.

Была ли эта телепортация единичным случаем? Если нет, теперь ей нужно остерегаться засад Короля Демонов. Существует даже вероятность, что Король Демонов вступит в бой как раз в тот момент, когда я буду противостоять этой мерзкой богине. Мне стоит иметь это в виду. Это неизвестная переменная.

— …Но должен признать, Ева действительно хорошо справилась.

Найти сестёр Такао в Землях Златоглазых Монстров — это было отлично сработано.

— Похоже, Вишис намеревалась устранить Хидзири Такао с помощью какого-то яда. Если она верит, что ей это удалось, значит, Хидзири Такао отныне может действовать как мёртвый герой.

Прямо как я.

Фамильяр снова зашевелился.

«Я ничего не рассказала сёстрам ни о ком из вас, Тоука. Ни о моей связи с Отрядом Повелителя Мух, ни о твоей истинной личности».

Значит, так решила Эрика?

— Это было правильное решение.

Фамильяр сделал жест, который выглядел так, будто он очень доволен собой.

«Я продолжу скрывать свою связь с Отрядом Повелителя Мух».

Итак, этот вопрос был улажен.

— Хорошо. Полагаю, мне тоже стоит поделиться с тобой информацией о нашей ситуации.

Мы обнаружили труп фамильяра прямо перед тем, как войти в Страну на Краю Света. После этого наша связь с Эрикой и её фамильярами прервалась. Судя по всему, Эрика продолжала попытки связаться с нами, используя тело другого фамильяра, который был поблизости, — но это существо подстрелили и убили рыцари Алиона. Это оставило её без фамильяров в округе и стало причиной долгой задержки в установлении контакта.

Иными словами, Эрика почти понятия не имеет, что с нами произошло в Стране на Краю Света.

Эрика также рассказала, как нашла нас после того, как какой-то переполох в Мире привлёк её внимание. Она отправила своих фамильяров собрать информацию и услышала там имя Повелителя Мух, что побудило её провести дальнейшее расследование в Мире.

Так она в итоге и оказалась здесь… Похоже, слухи о том, что Повелитель Мух и Мира объединили силы, постепенно распространяются. Впрочем, я ожидал, что новости просочатся, так что это не проблема.

Я рассказал Эрике о том, что произошло в Стране на Краю Света — о запретной магии и Куросага. Это привело к тому, что Мунин представилась на середине моего объяснения.

— Ах… м-меня зовут Мунин, я глава Куроса… сага! Для меня такая честь встретиться с вами, Госпожа Анаэль! Я слышала столько историй… Ах, н-но интересно, правильно ли говорить, что я встретила вас, когда мы разговариваем через фамильяра? Кхм… Я-я не замужем!

Оцепеневшая от нервов и формальностей, Мунин буквально сияла глазами, представляясь маленькой птичке.

Для любого, кто вошёл бы и не знал, что эта птица — фамильяр, ситуация выглядела бы совершенно абсурдно. И… какое ей дело до того, что ты не замужем? Что вообще заставило тебя выдать эту фразу?

На этом Мунин закончила представляться.

— …Ха, я так нервничала… хммм?! Я-я-я и-имею в виду, это же легендарная Госпожа Анаэль, понимаешь? Разве ты не понимаешь? Для народа Страны на Краю Света она словно персонаж из мифов! Легенда!

— Ясно.

— Тоука, разве ты не понимаешь?! Это потрясающе! Поистине невероятно!

— Я просто считаю Эрику союзницей, причём очень надёжной… она потрясающая, признаю, — но мне кажется, я чувствую себя рядом с ней более непринуждённо, чем ты.

Я посмотрел на маленькую птичку на столе. На мгновение мне показалось, что она выглядела счастливой.

Хотя, возможно, это просто моё воображение.

Когда Мунин закончила представление, я сменил тему разговора. Мы перешли к Мечу Отваги, который вырезал родителей Евы вместе с остальным её кланом.

Учитывая то, что грядёт, и наши будущие планы, я чувствую, что мне нужно поговорить с Эрикой об этих подонках.

— Так вот, насчёт этого… я думаю, нам стоит оставить Еву там, где она есть, в укрытии. У меня такое чувство, что она не так уж зациклена на мести, — сказал я.

Фамильяр Эрики выразил согласие.

— Ева живёт в мире с Лис, как она всегда и хотела. Не думаю, что нам нужно сейчас баламутить её чувства. То же самое касается Лис.

Я рассказал Эрике и о том, что мы узнали про Лис, — о Шестом Ордене.

— Когда-нибудь мы должны ей рассказать. Но сейчас она живёт счастливо и мирно, и этого достаточно. Я имею в виду, эти двое… не похоже, чтобы они были из тех, кто упивается местью, верно?

Страдания, которые перенесли эти двое, были реальными, и ничто в мире никогда не сможет этого изменить. Но они не связаны тем, что с ними случилось, — по крайней мере, мне так кажется. Они не пленники своего прошлого опыта, как я.

М-да… Верно.

Есть фраза, которую часто вспоминают, когда речь заходит о мести. Что-то о том, что вместо того чтобы жить, будучи обязанным людям, которые причинили тебе зло, лучшая месть — это просто забыть о них и жить настолько счастливо, насколько можешь. Кажется, как-то так. И, эй, я знаю, что это был бы правильный подход. Это был бы прямой путь к мести. Можно сказать, что я иду по неправильному пути. Но я всё равно пройду этой порочной дорогой — и я свершу свою месть собственными руками. Остаётся лишь увидеть, готов ли я принять последствия этой мести. Вот и всё.

— И, ну… в общем, поэтому я не хочу рассказывать Еве и Лис о том, что произошло.

Эрика не возражала, выложив слово «поняла» на доске с буквами.

«Теперь, когда мы закончили обмен данными, есть кое-что ещё…» Фамильяр запрыгал по доске, выкладывая завершающее сообщение Эрики. «Спасибо, что спас Страну на Краю Света, Тоука».

Эрика участвовала в основании их страны… Держу пари, она беспокоилась об этом.

— Не то чтобы я спас их ради тебя — да и ты выручала нас гораздо больше, чем мы сделали для тебя. Хотя должен признать, получить благодарность от героя Госпожи Анаэль — это довольно приятно.

«На первый взгляд ты не кажешься таким прямолинейным, но на самом деле ты именно такой, верно, Тоука? Очень в твоём духе».

— Ты и сама слишком прямолинейна. Больше, чем я ожидал.

«Ничего страшного. Я выбираю, кому показывать эту часть себя».

Эрика перешла к запросу инструкций, в основном касательно того, что ей делать с двумя сёстрами, которые теперь оставались у неё. Я дал несколько кратких ответов.

— Если у тебя будут ещё вопросы насчёт сестёр Такао, дай мне знать через фамильяра. Я не ожидал, что такое случится, поэтому особо не размышлял, как поступить в этой ситуации. Я дам тебе дальнейшие указания, как только определюсь.

Мы решили поговорить о нападении на имперскую столицу Миры в другой раз, так как Эрика устала. Всё, что я в итоге сказал ей о нашей битве, — это то, что Слэй получила серьёзные ранения, но с ней всё в порядке.

— Знаете… Нам ведь понадобится птичья клетка, верно?

Эрика собиралась прекратить управление своим фамильяром, и как только её сознание покинет птицу, та снова превратится в обычное животное. Птичка, скорее всего, просто улетит, и её могут подстрелить или поймать хищники, как это случалось с другими фамильярами Эрики ранее.

— Если подумать… — задумчиво произнесла Серас, приложив указательный палец к губам. Её взгляд блуждал в пустоте, словно она искала что-то в памяти.

— Этот гостевой дом… Кажется, я видела пустую птичью клетку в одной из комнат. Она была там, когда я впервые осматривала здание. В дальнем углу одной из комнат второго этажа, по-моему.

Мы тут же поднялись наверх и нашли клетку именно там, где и сказала Серас.

Полагаю, учитывая назначение этого места, некоторые государственные гости Миры привозят с собой птиц, да?

Благодарный за это, я посадил фамильяра в клетку. Похоже, Эрика всё ещё управляла им.

Нам нужно будет найти ещё и корм.

— Хм?

Зазвенел колокольчик — тот, что был установлен у входа внизу. Судя по всему, у нас гость. Я коротко поблагодарил Эрику, прежде чем она отключила управление фамильяром, и надел маску Повелителя Мух.

— Идёмте со мной, вы двое, — сказал я.

Ещё до того, как мы спустились по лестнице, я увидел в окно, кто был снаружи.

— Император Дикой Красоты.

С ним было четверо телохранителей. Я подошёл к входу и открыл дверь.

— Ваше Величество… Надеюсь, это означает, что ситуация несколько успокоилась?

— Я распорядился начать уборку, и все мои приказы были разосланы соответствующим сторонам. На данный момент дела переданы моему канцлеру, а я здесь, чтобы проведать вас.

Император Дикой Красоты посмотрел мне за спину.

— Я уже получил доклад, но рад лично убедиться, что Мунин из Клана Запретных Слов в безопасности. Серас Эшрейн тоже выглядит неплохо… хотя, пожалуй, учитывая её состояние, ей следовало бы ещё немного передохнуть. Как твой чёрный скакун?

— Ей оказывают помощь, которую вы для неё организовали, Ваше Величество, — ответил я.

После инцидента с Оямадой к нам прибыл новый гонец, заменивший Хоука. Он назвался Ибара Сит — человек, представитель одного из домов курфюрстов Миры. Я спросил Ибару, могут ли они заняться лечением Слэй.

«Я передам вашу просьбу Его Величеству», — официально ответил Ибара, и примерно через час несколько мужчин и женщин в белых халатах прибыли в конюшни и начали обрабатывать раны Слэй.

Ну что ж… не могу же я вечно держать императора в дверях?

Я посторонился, приглашая его войти. Но взглядом и жестом он ясно дал понять, что хочет поговорить прямо здесь, у входа. Я молча выразил своё согласие таким же жестом.

— Ваше Величество, примите мои искренние соболезнования. Позвольте выразить глубокое сожаление о том, что нам не удалось спасти сэра Хоука. Я безоговорочно прошу прощения… и испытываю истинное раскаяние за тот исход, к которому привела наша битва.

Я почувствовал, как тело Серас напряглось у меня за спиной, в то время как длинные ресницы Императора Дикой Красоты опустились.

— Он был талантливым вассалом. Да… пожалуй, Рухейт примет его смерть тяжелее, чем я. Он был весьма привязан к Хоуку.

Рухейт Мира — это ведь генерал-командующий армией Миры, верно?

— Время, которое мне было позволено провести с сэром Хоуком, было кратким… но я нашёл его умным и одарённым человеком. И, прежде всего, благородным, — заметил я.

— Честность такой степени может заставить человека казаться простаком… Но сохранить подобный характер в мире, где мы обитаем, довольно трудно. Воистину, нам будет очень его не хватать, — ответил император.

Я услышал, как Серас за моей спиной сглотнула.

— Я-я… Ах.

Император Дикой Красоты выставил ладонь, останавливая её.

— Тебе не нужно ничего больше говорить. Вишис послала того героя… Я знаю, как вы противостояли им после того, как Хоука взяли в заложники. Ты можешь чувствовать личную ответственность, но знай: для меня этот вопрос закрыт. Сожалей о своих действиях, если хочешь, или терзайся агонией и раскаянием из-за принятых решений, но прости, я не намерен к тебе присоединяться.

Император не оттолкнул холодно Серас — но и не стал с теплотой принимать её эмоции. Он опустил руку, перевёл взгляд на собственное левое плечо и начал мягко поглаживать золотые волосы, ниспадающие на него.

— Но… возможно, тебе ещё предстоит сыграть свою роль в грядущих событиях. А посему Хоук Лэндинг не хотел бы, чтобы ты настолько зациклилась на чувстве вины, что не смогла бы двигаться дальше.

— Ах…

— Если ты хочешь найти виноватого в случившемся, то и я несу часть ответственности за то, что отправил Хоука на твои поиски. Но к чему это нас приведёт? Как далеко в прошлое нам нужно зайти в поиске виновных? Кто станет первопричиной? Погоня за «может быть» и «а что если» должна в какой-то момент прекратиться. Если же ты не можешь отбросить это… — Император Дикой Красоты вновь обратил взор на Серас, — тогда пусть это чувство ответственности станет твоей скалой.

— М-моей скалой…

— Пусть его смерть сформирует тебя. Используй её как топливо для дальнейших действий. Ты стремишься к поражению Вишис, как стремился и Хоук. Чтобы достичь этой цели, извлеки уроки из последних дней — и используй этот опыт, чтобы отточить себя. Это стало бы величайшим подношением, которое ты могла бы сделать… дань уважения Хоуку Лэндингу, не так ли?

Я почувствовал, как губы Серас сжались за моей спиной.

— …Да… Безусловно.

Выражение лица Императора Дикой Красоты слегка смягчилось.

— Эта твоя честность почти опасна… Ты чем-то напоминаешь мне Хоука. Тем, как вы оба кажетесь чуждыми окружающему миру. Хоук никогда не был создан ни для тёмного безумия, что опустилось на нас сейчас, ни для подковёрных придворных интриг. Возможно, его несчастье заключалось в том, что его таланты делали его столь подходящим для места на вашей стороне баррикад.

Он поднял свой точёный подбородок к небу.

— Эта чистая, нефильтрованная честность была драгоценностью, как и его глубокая, искренняя доброта. Но она была также и обоюдоострым мечом — особенно в мире, столь суровом, как этот. В идеальном мире честность и сострадание были бы достоинствами. Реальность же иная. Я верю, что чистое добро не может победить чистое зло. Доброта драгоценна, но она может чудовищно ограничивать. Она может связать руки и сковать мысли цепями.

Его образ мыслей… он схож с моим. Единственное, что может уничтожить зло — это ещё более могущественное зло.

Император Дикой Красоты мягко выдохнул через нос.

— Но те, кто обладает такой честностью и добротой… я не могу не симпатизировать им. И не чувствую желания удалять их со своей службы.

— …

— Хм… Полагаю, ты одна из таких связанных, Серас Эшрейн.

— Я…

— Поражение Вишис создаст мир, в котором такие, как Хоук, смогут жить свободно… Вот чего я желаю.

— …

— Не позволяй памяти об этом происшествии стать якорем, который тянет тебя на дно. Ты искренна до крайности, и люди твоего склада склонны впадать в отчаяние, когда случается подобное. Что ж, возможно, мне не стоит беспокоиться — пока Повелитель Мух рядом с тобой.

Командир Отряда Повелителя Мух тоже несёт долю ответственности за то, что случилось с Хоуком. Но слова, которые только что произнёс Император Дикой Красоты — это то, чего я сказать не мог… не в моём положении. «Не беспокойся об этом» — единственные, кто может сказать такое Серас прямо сейчас, это Рухейт и этот юный император, стоящий перед нами.

— О, и ещё кое-что личное — отставляя в сторону мою роль Императора — я хочу выразить тебе свою самую сердечную благодарность за то, как ты поступила. За то, что решила не бросать Хоука на произвол судьбы. Я приношу тебе свою благодарность. Я, Цин Мира, благодарен тебе.

И это снова были слова, которые мог произнести только Император Дикой Красоты.

Возможно, он планирует использовать это против меня. Но я не могу позволить себе проявить неуважение к этим «чутким» словам.

— Ваше Величество, благодарю вас за внимание и сострадание… и за вашу снисходительность в этом вопросе. К Серас — и ко мне лично, — произнёс я, выказывая уважение.

Его глаза потеплели, и он слабо улыбнулся, вновь явив свою молодость. Это выражение не казалось фальшивым. Он искренне улыбался моему замечанию.

— Ах, вот как. В конце концов, именно поэтому ты меня так привлекаешь… Твои эмоции таковы, что даже я не могу не удивиться их оригинальности. Тем не менее… — Император Дикой Красоты бросил на меня многозначительный взгляд. — Я вызвал сюда Рухейта. Приготовься принять любые слова, которые он может тебе сказать. Я полагаю, что всё пройдёт вполне благополучно. В конце концов, у него тоже есть императорская выдержка. С начала этой войны он был готов терять подчинённых, кем бы они ни были.

Он слегка вздохнул, будто истратил весь запас красноречия, и теперь ему требовалась перезарядка.

— …Я слишком долго говорил, не переходя к главной теме нашей беседы.

Значит, это была не единственная причина его визита сегодня.

— Я имею в виду предметы из моих сокровищниц. Я намерен передать их вам сегодня.

Он оглянулся на замок.

— Если сейчас удобное время, я хотел бы проводить вас туда. Если же вы всё ещё истощены после битвы, мы можем договориться сделать это в другой день.

Серас и Мунин ответили, что с ними всё в порядке.

И я в норме, разумеется. Есть две вещи, которые я хочу получить из Великой Сокровищницы Миры — кристаллы телепортации и фиолетовый жук. Последний кусочек пазла, необходимый для создания финального раствора улучшения монстра для Пиггимару.

Мы последовали за Императором Дикой Красоты в замок, отмечая, как все вокруг заняты делом. Люди постоянно бегали по коридорам — и сквозь эту суету мы шагали вместе с императором и его людьми.

Я шёл рядом с Императором Дикой Красоты по его личной просьбе.

Чувствуется лёгкое неуважение — идти плечом к плечу с императором… но эй, он сам об этом попросил. Должно быть всё нормально.

— Я также хотел бы, чтобы вы поторопились с осмотром запечатанной двери, но это должно подождать возвращения Рухейта. Я не знаю, что произойдёт, когда эта запечатанная комната откроется, и опасаюсь за Миру, если что-то случится, пока Кайзе остаётся наедине с городом, — сказал Император Дикой Красоты.

Мы свернули за угол в коридор, привлекая взгляды всех встречных.

— Мне следовало передать вам содержимое сокровищницы до этого недавнего инцидента… но, видите ли, он настиг нас внезапно.

Я мысленно вернулся к моменту нашего прибытия в замок и к вассалу, который тогда поспешил к Императору Дикой Красоты.

Разве он не шепнул ему что-то? Значит, уже тогда Белая Армия была в движении. Он прав — я бы предпочёл улучшить Пиггимару до того, как отправился разбираться с Саблезубыми Тиграми. Однако фиолетового жука нужно обработать, чтобы извлечь необходимые ингредиенты. Минимум три полных дня — время, которого у нас не было. Улучшению Пиггимару пришлось подождать.

Что касается кристаллов телепортации — тогда было бы слишком рано их использовать. Я хочу иметь их под рукой, когда пойду сражаться с Богиней. Да и начертание магического круга на земле занимает не пару мгновений…

Серас и Мунин не нашли в списке предметов ничего, что хотели бы особенно сильно. Там были вещи, которые запрашивала Страна на Краю Света — но когда бы мы их ни получили, пройдёт немало времени, прежде чем мы сможем их доставить.

В любом случае, у нас были веские причины отложить визит в Великое Хранилище Миры до момента атаки на имперскую столицу.

Нам уже сказали, когда вручали список, что почти всё полезное оружие и магические предметы из хранилища были переданы Ордену Солнца.

Там мало что осталось пригодного для боя. С другой стороны, кристаллы телепортации… Для непосвященного взгляда они выглядят как обычные самоцветы, а фиолетовый жук сойдет за трупик какого-то странного насекомого, если не знать его истинной ценности. Получается, остались только такие предметы.

— Как уже упоминалось ранее, многие предметы в хранилище нам неизвестны. Мы дали им временные названия и описания для удобства управления… но там есть множество вещей, которые мы не успели каталогизировать.

— Я так понимаю, вы полагаете, что среди неописанных предметов могут быть такие, которые окажутся нам полезны?

— Да. В моем хранилище могут найтись вещи, о которых я мало что знаю, но которые тем не менее представляют для вас ценность. Если вы захотите взять любой такой предмет, я намерен передать его без промедления.

Понятно — вот почему он ведет нас туда лично.

Мы спустились по винтовой лестнице в глубины замка. Внизу лестницы мы вышли в длинный коридор, настолько темный, что я не видел его конца. Стены были гладкими и блестящими, словно полированный мрамор. На полу не было заметно никаких неровностей.

Похоже на пол в каком-нибудь фешенебельном отеле или художественном музее.

Стражники императора пошли вперёд с фонарями в руках.

У меня есть мой подсумок, а у Серас — дух света… но давайте оставим освещение этим ребятам.

Через некоторое время мы дошли до конца коридора и оказались перед двустворчатыми дверями. Они были величественными и на вид напоминали бронзу. Император Дикой Красоты достал из кармана большой ключ и передал его одному из своих стражников. Двое других стражников подбежали к дверям, пока тот, у кого был ключ, отпирал их. Как только стражники по обе стороны услышали щелчок замка, они схватились за дверные ручки и начали тянуть. Казалось, это потребовало немалых усилий, но вскоре двустворчатые двери распахнулись.

Затем Император Дикой Красоты пошел первым. Он вошел, положив одну белую руку на стену.

— Подождите здесь минуту — я включу свет.

В старом мире примерно там и находился бы выключатель.

Вместо этого в стене была вмонтирована кристаллическая панель, от которой расходились кристаллические линии. Рука Императора Дикой Красоты засветилась бледным светом, а затем начала светиться и панель — мерцание двинулось вверх по кристаллическим линиям в стене. Свет поднялся по стенам к потолку и растянулся по полу, пока не осветил всю комнату. В нарастающем сиянии я смог разглядеть гораздо больше.

Ясно… Значит, вливание маны в кристаллическую панель включает свет.

Теперь мы могли гораздо яснее видеть комнату — или, скорее, хранилище.

Первое, на чем остановился мой взгляд, — это ряды высоких и массивных полок, аккуратно расставленных. Они немного напомнили мне подвальную комнату, которую я посещал с Эрикой, и поиски, которые мы вели под её домом.

…Но масштаб этой комнаты намного больше. Она невероятно просторная.

Потолок был высоким и воздушным, настолько, что это место едва ли походило на подземное пространство. Узоры, нарисованные линиями света на стенах и полу, были прекрасны. Хранилище имело примерно прямоугольную форму.

По крайней мере та его часть, что я вижу.

Ряды полок уходили в дальний конец. Никакого беспорядка не наблюдалось, никаких хаотичных куч случайных сокровищ.

Если уж на то пошло, кладовая в доме Эрики была той еще свалкой… Это место больше похоже на огромный, хорошо организованный склад для какой-нибудь интернет-торговли.

У стен стояли аккуратные ряды приставных лестниц, а рядом с ними — множество стремянок. Я также заметил несколько верстаков. За стоячими полками виднелась зона, похожая на выставочный зал в художественном музее — вероятно, для предметов, которые трудно уместить на полках.

— Боюсь, вам придётся смириться с пылью, — сказал Император Дикой Красоты, проводя гребнем по своим длинным волосам. — Если у вас возникнут вопросы, пожалуйста, не стесняйтесь спрашивать. Стражники, которых я привёл с собой сегодня, отвечают за управление этим местом. Они могут ответить на любые ваши вопросы.

Один из стражников императора явно был воителем, но остальные выглядели как обычные люди, управляющие хранилищем.

Один из них, по-видимому, сын придворного художника.

Император Дикой Красоты посмотрел на свои изящно сделанные карманные часы и сказал нам напоследок:

— Я ограничен во времени, которое могу провести с вами, но, пожалуйста, не торопитесь осматривать здешние предметы.

Предметы, которые мы запросили заранее, уже были подготовлены для нас на столе у входа — включая фиолетового жука и кристаллы телепортации. Я взял их и осмотрел.

Этот фиолетовый жук выглядит точно так же, как и иллюстрация в моих «Запретных Искусствах: Полное Собрание». Это настоящая вещь, без сомнений.

Хм?

— Серас, смотри! Разве это ожерелье не просто чудесное?!

Серас и Мунин находились на некотором расстоянии от меня, вместе осматривая другие полки — или, скорее, это выглядело так, будто Мунин смотрела и тащила Серас за собой. Мунин прикладывала тонкое серебряное ожерелье с зелеными самоцветами к своей шее, широко улыбаясь, словно говоря: «разве оно мне не идет?!» — тот самый жест, который делают люди, примеряя одежду.

— Д-да… Я думаю, оно выглядит вполне чудесно.

Серас бросила взгляд в мою сторону, заметив, что я наблюдаю за ними издалека.

— Но, Мунин-доно, мы здесь, чтобы найти предметы, которые могут помочь нашему господину в достижении его целей… Я думаю, модные ожерелья, пожалуй, не входят в список.

— Чего-о?!

Подождите, Мунин что, серьезно думала, что ей просто разрешат взять всё, что она захочет? Ну, вообще-то… Я думаю, император отдал бы это ей, если бы она попросила.

— О нет… Ничего для меня? — драматично всхлипнула она. Серас смотрела на неё с обеспокоенной, кривой улыбкой.

— Н-не уверена насчет этого. Пока наш господин не попросит Его Величество Императора, мы не узнаем наверняка…

— Это было бы не зря — оно послужило бы поднятию боевого духа членов нашего отряда! Я имею в виду, возможно, наш господин был бы на самом деле очень счастлив увидеть тебя в этом ожерелье?! Например, если бы… ах, если бы ты надела это ожерелье, будучи обнажённой, тогда я уверена, что… Нет, я абсолютно уверена, что это!.. Ах, подожди минутку! Нет, так не пойдёт… Это чересчур! Сцена, которую я представляю, слишком насыщенная… Ха-а-ах… Хнгх.

Чем дольше продолжались внутренние фантазии Мунин, тем краснее она становилась. Затем Глава Куросага начала успокаиваться — что явно потребовало от неё немалых усилий воли.

— М-Мунин-доно… — улыбка Серас сменилась нервным смешком. Мунин медленно открыла глаза.

— Серас — не двигайся. Оставайся на месте.

— Что такое? У меня насекомое на лице?

— Не шевели ни мускулом. Я серьезно.

— П-поняла…

— Вот!

Мунин надела ожерелье через голову Серас, и оно повисло у неё на шее.

— А?! Ах, Мунин-доно?!

— О боже! Я упоминала о том, чтобы ты носила его нагишом… Но даже одетой оно идет тебе так чудесно! Правда, Серас! Это просто изумительно!

Мунин была настолько переполнена эмоциями, что крепко обняла Серас.

Возможно, «обняла» — неправильное слово… Мунин выглядит так, будто она по-настоящему тискает её.

— Мунин-доно…?

Мунин немного отстранила голову, пока не оказалась почти нос к носу с Серас.

— О-хо-хо… Ты действительно прекрасна, Серас. Ты словно оживший самоцвет в форме эльфа! И я говорю не только о твоей внешности… Ты прекрасная, сверкающая драгоценность внутри и снаружи.

Выражение лица Серас сменилось со смущенного на мягкую и нежную улыбку.

— Хе-хе. Вы всегда так высоко хвалите меня, Мунин-доно. Как будто пытаетесь подбодрить меня.

Она прочистила горло, прикрыв рот рукой, изогнутой подобно кошачьей лапке.

— Кхм. Опуская вопрос, достойна ли я вообще такого сравнения… — глаза Серас смягчились, и она улыбнулась Мунин, словно солнечный свет в погожий день. — …Большое спасибо, Мунин-доно.

— …

Глава Куросага застыла, словно взгляд Принцессы-рыцаря заморозил её во времени. В конце концов, лицо Мунин окончательно поплыло, щеки залились румянцем.

— Э-эта улыбка… это так нечестно, понимаешь? Мы обе женщины… и всё же даже я начинаю жалеть, что не могу взять тебя в жёны, — произнесла она, звуча ошеломлённо.

— …Мунин-доно?

— Кхм, какое у тебя хобби?

— Я-я люблю читать книги…

Что эти двое там затеяли? — спросил я себя.

Услышав мои слова, Мунин, похоже, пришла в себя.

— Ах, что это за глупости? Серас принадлежит Господину! — с яркой улыбкой она зашла за спину Серас и положила руки на плечи Принцессы-рыцаря. — Хе-хе… ну что ж, думаю, хватит пока шутить. Пойдёмте вместе оценивать предметы хранилища?

— Ах… д-да, — ответила Серас, которая всё ещё выглядела немного растерянной, пока Мунин толкала её вперёд.

— Хе-хе-хе, я слишком увлеклась, понимаете? И, ну, ты подыгрываешь как обычно, Серас, ни капли иронии… Я не сдержалась и решила немного побаловать себя.

Свет осознания блеснул в глазах Серас. Она мягко улыбнулась Мунин.

— Понятно… Ну, если вы это имели в виду, я совсем не против, чтобы вы меня баловали. Я просто не очень хорошо понимаю чужой юмор… Поэтому я не уверена, могу ли правильно реагировать.

— Ничего страшного! ♪ Но тебя совсем не смущает, когда я веду себя вот так, Серас?

— Нет… Но спасибо, что спросили. Часть меня очень благодарна вам за то, какая вы светлая и жизнерадостная, госпожа Мунин. Думаю, было бы чудесно иметь такую старшую сестру, как вы.

— О боже мой! ♪ Серас, ты просто… Ох, я люблю тебя! — Мунин обхватила Серас сзади и изо всех сил стиснула в объятиях. — …А как насчет легкой щекотки, раз уж мы заняты этим, м?

— Госпожа М-Мунин!.. Пожалуйста, только не это…

— Ну давай же, твоя старшая сестренка сейчас покажет тебе хранилище, договорились? Вот умница. ♪

На лице Серас привычная кривая улыбка… но в ней нет и тени расстройства. Мунин так внимательна к подобным вещам. Очень зрело, можно сказать. Я бы никогда не смог вести себя так. И мне кажется, если бы я внезапно набросился на Серас с такой энергией, она бы скорее перепугалась, чем обрадовалась.

Ладно, тогда… наверное, стоит и мне осмотреться са…

— …

Кое-кто манил меня из-за одной из полок.

Этот жест был не в его характере — хотя нет. Полагаю, он просто вел себя соответственно своему возрасту, не так ли?

Я подошел.

— Вам что-то нужно — Ваше Величество?

— Вы намереваетесь обыскать остальную часть хранилища, верно? Я довольно хорошо знаю это место. Полагаю, я был бы идеальным гидом. Не говоря уже о том, что… — Император Дикой Красоты взглянул на Серас и Мунин, которые вдвоём вели поиски поодаль, — я чувствую, что у нас может быть не так много возможностей поговорить наедине.

— Тогда, разумеется… Я тоже хотел поговорить с вами приватно, если представится такая возможность, Ваше Величество.

Император Дикой Красоты слегка наклонил голову набок и слабо улыбнулся мне.

Честно говоря, я ждал подобного шанса. Это идеальная возможность.

Император Дикой Красоты обернулся, оглядывая внутреннее убранство хранилища.

— Строго говоря, мы сейчас не одни, но… возможно, со временем?

И так мы оказались плечом к плечу, начав вместе обходить хранилище.

— Позвольте мне еще раз поблагодарить вас за то, что вы сказали ранее, Ваше Величество, — произнес я, сканируя полки, мимо которых мы проходили.

— Вы о Серас Эшрейн, полагаю? Уверен, вы тоже заметили это… Но я считаю, что она пребывает под впечатлением, будто вся вина за Хоука лежит на ней. Разумеется, это не так, но я почувствовал, что она не может избавиться от этих эмоций. Я счел необходимым, чтобы затронутые стороны простили ее.

Я взглянул на Серас, на спине которой все еще висела Мунин. Это было умиротворяющее зрелище.

— Смятение, проистекающее из хаоса и беспорядка в мыслях, со временем может улечься… Вашему отряду нужно лишь поддержать её в этом процессе, — сказал Император Дикой Красоты, тоже глядя на них. Он продолжил: — Конечно, нам непременно понадобится сила Серас Эшрейн в грядущей битве против войск богини. Нельзя допустить, чтобы она сейчас дрогнула.

— Эта грядущая битва против мерзкой богини… Как вы намереваетесь действовать, Ваше Величество?

— Как только вернется Рухейт, мы раскроем тайны той запечатанной комнаты. Когда это будет сделано, я присоединюсь к силам Миры на востоке, и мы начнем наступление — вплоть до самого Алиона.

— Значит, вы намереваетесь выступить на Алион, как только будет завершено завоевание Урзы. Полагаю, учитывая ваш маршрут вторжения, вы не можете игнорировать присутствие Неи и Бакосса. Как вы намереваетесь разобраться с ними?

— Ни у Неи, ни у Бакосса в настоящее время нет сил, способных сравниться с моей армией в полевом сражении. Теперь, когда армия Алиона потеряла свои Тринадцать Орденов, я не верю, что даже их объединенные силы смогут остановить мое продвижение. В любом случае, настоящая атака начнется, как только я присоединюсь к войскам на поле боя. Даже те ограниченные сражения, которые мои войска вели в мое отсутствие, сокрушили армии Урзы.

— Однако…

— Да.

Император Дикой Красоты тоже это понял — три больших неизвестных, которые лежат на пути этого вторжения через Урзу к Алиону.

— Во-первых, передвижения Короля Демонов могут сильно помешать моим наступательным планам. Если Король Демонов решит напасть одновременно с Алионом, это будет наихудшим сценарием. Впрочем… я не думаю, что это возможно.

— Второй неизвестный фактор касается Изгнанного Императора и его Белой Армии, не так ли? — спросил я.

— Да. Мы не можем сбрасывать со счетов вероятность того, что богиня выставит со своей стороны какой-нибудь неожиданный отряд, обладающий значительной военной мощью… В этой связи, полагаю, все, что мы можем сделать, — это исходить из предположения, что она придержала часть своих сил в резерве.

— Последнее неизвестное — это Герои из Другого Мира, — сказал я.

Император Дикой Красоты медленно провел белым пальцем по краю одной из книжных полок, мимо которых проходил, а затем уставился на тонкий слой пыли, оставшийся на подушечке его пальца.

— Недавнее нападение на Замок Алиона… засада Короля Демонов… Детали о том, что там произошло, начинают понемногу просачиваться. Алион в панике после инцидента, что значительно облегчает проникновение моих агентов.

Император Дикой Красоты продолжил рассказывать мне то, что собрали его шпионы. Вся информация совпадала с тем, что я слышал от Оямады и из вторых рук от младшей сестры Такао — хотя император раздобыл и кое-какие более новые сведения.

— Один из трех героев S-класса предал мерзкую богиню и вступил в союз с Королем Демонов. Человек по имени Такуто Кирихара, как сообщают мои источники. Возможно, среди героев был какой-то внутренний разлад… но Корень Всего Зла — естественный враг Героев из Другого Мира. Я не сомневаюсь, что этого Такуто Кирихару используют и устранят в надлежащее время.

— …

Возможно ли, что Кирихара просто пытается подобраться к Королю Демонов, чтобы затем застать его врасплох подлым ударом?

Сейчас сила Такуто Кирихары мне совершенно неизвестна. Я слышал, что он был эффективен на восточном фронте во время Великого Вторжения Короля Демонов… но звучало так, будто солдаты, видевшие героев на поле боя, на самом деле были больше впечатлены старшей сестрой Такао. Я даже слышал нелестные сравнения его с ней — но, полагаю, всё это лишь слухи.

— Что беспокоит меня больше, так это исчезновение Хидзири Такао.

— Согласно словам героя Оямады… Она взбунтовалась против мерзкой богини и была ранена во время их конфликта.

Я оставлю при себе тот факт, что знаю, где сейчас находятся Сестры Такао — на попечении Эрики. Что касается того, связывалась ли Хидзири с Императором Дикой Красоты… Я хочу услышать это от нее, прежде чем решу, хранить этот секрет или раскрыть его. Конечно, если до того возникнет необходимость поговорить с ним о Сестрах Такао, решение будет за мной.

— Если Король Демонов появился в замке — в столице Алиона, — значит, богиня, должно быть, была ослаблена его сущностью. Я полагаю, это повлияло на ее выбор времени.

Император Дикой Красоты тихо хмыкнул на мое замечание, погрузившись в раздумья.

— Затем, во время конфликта между Хидзири и богиней, отступление Короля Демонов позволило богине восстановить часть своих сил. После чего Хидзири была атакована. Я считаю, что это наиболее вероятный вывод, — заметил он.

— Нам следует иметь в виду, что у богини может быть козырь в рукаве — Изгнанный Император и его Белая Армия, например. Я полагаю, у нее может быть способ нейтрализовать эффекты эссенции Короля Демонов на короткий период времени, — ответил я.

— …Это возможно. Но козырь, говоришь? Если у богини есть в резерве ещё пешки вроде Зера, это не самые приятные новости для нас.

— Я не верю, что Изгнанный Император и Белая Армия — это пешки, которые богиня может легко разыграть. Судя по тому, что рассказала мне Серас, она никогда раньше не использовала свои силы подобным образом. Богиня была вынуждена прибегнуть к этим мерам — можно сказать, ее загнали в угол.

— …Значит, она предпочла бы не выпускать их на поле боя.

Император Дикой Красоты поднес сжатый кулак к губам, уходя в еще более глубокие размышления.

— Возможно, это как-то связано с тем, почему богиня не использовала Алион — страну своего проживания — для объединения этого континента под единой властью. По крайней мере, мне так кажется.

— Я согласен с этим пунктом.

Вишис не может просто делать с этим континентом все, что ей вздумается — и в действительности она этого не делает. Она не предпринимает прямых действий для достижения своих целей, а выбирает обходные пути. Хотя в ее распоряжении есть мощные пешки и другие средства, она, похоже, предпочитает держать их в резерве. Должно быть, на нее наложены какие-то ограничения — иначе ее действия не имеют смысла.

— Сестры Такао… Возможно, будет неблагоразумно возлагать на них слишком большие надежды сейчас, — сказал Император Дикой Красоты.

— Вы считаете, что они могут быть мертвы? Что Вишис уже устранила их, но лжет об их состоянии?

— Она могла избавиться от них и теперь усмиряет других героев, заявляя, что эти двое пропали без вести и ведутся поиски. Конечно, возможно, что две сестры все еще живы и пытаются добраться сюда — я проведу собственное расследование. Однако я считаю опасным придавать слишком большое значение их безопасности.

— Было бы рискованно цепляться за такое неизвестное… Все так, как вы говорите, — согласился я.

— Говоря о неизвестных факторах, — сказал Император Дикой Красоты, и его ясные глаза наполнились тревогой. — Оставшаяся героиня S-класса — она станет величайшим ключом к грядущим событиям.

Должно быть, он имеет в виду…

— Аяка Сого, — ответил я.

— Да. Хотя это слова самой Аяки Сого, поэтому отчёт остаётся несколько ненадёжным… Говорят, что она выступила против героя-предателя и Короля Демонов одновременно — и сражалась с ними обоими на равных.

— Не думаю, что она из тех, кто станет лгать о подобных вещах.

— Так вам знакома Аяка Сого? А-а, вы же сражались бок о бок в Битве за Белую Цитадель, не так ли? Каковы были ваши впечатления о ней? — спросил Император Дикой Красоты.

— Юная девушка, честная и исполненная сострадания. Хотя я также почувствовал в ней некую скрытую опасность.

— Возможно, мы могли бы сразиться с богиней и без них. Однако… теперь, когда мы не можем полагаться ни на героя-предателя, ни на Сестёр Такао, Аяка Сого — это безусловно ключ к этой войне против Короля Демонов.

— Я слышал, что вы хотели привлечь её на свою сторону в качестве союзника, — заметил я.

— Ещё один герой, Кобато Кашима…

Кашима?

— …объяснила мне, что желает получить шанс — возможность — убедить Аяку Сого присоединиться к нам, — заключил Император Дикой Красоты.

— Полагаю, она говорит так, потому что верит в успех.

— Асаги Икусаба также выразила уверенность, что есть хороший шанс склонить Аяку Сого к нашему делу. Если уж она так говорит — полагаю, так оно и есть.

«Мы можем вернуться в наш старый мир без помощи Богини». Думаю, эта фраза была бы эффективной, чтобы убедить Сого сменить сторону — если только у богини нет на неё какого-то рычага давления. Может быть, Богиня смела все препятствия с пути Сого и завоевала её своими сладкими речами. Может быть, произошла какая-то смерть, спровоцировавшая у Сого нервный срыв. А может, кого-то из её знакомых взяли в заложники.

Верно… Кирихара — не единственный герой, о котором у меня нет свежей информации. То же самое касается и Сого.

Она стала намного сильнее.

Прямо сейчас у меня почти нет способов узнать о ней больше. Фамильяры Эрики будут следить за перемещениями богини и её окружения — может быть, в процессе они добудут мне какие-нибудь разведданные о Сого.

— …

Тогда — когда мы воссоединились в Белой Цитадели, я всё ещё помню, что она сказала.

«Если найдётся кто-то, кто захочет причинить вред людям, которых я решила защищать — я встану у него на пути, со всей своей силой, несмотря ни на что».

Она всё та же староста класса. Она пыталась спасти Мимори Тоуку, когда от него собирались избавиться. Она была единственной… Единственной ученицей, кто тогда бросил вызов этой мерзкой богине.

— Всё так, как вы говорите — она может быть самой большой неизвестной переменной, — произнёс я.

Император Дикой Красоты слегка склонил голову набок и посмотрел на меня с большим интересом.

— Хм?

— Если герои действительно станут нашими врагами, то с Аякой Сого будет сложнее всего справиться… Я согласен.

— Значит, если нам придётся столкнуться с ней, нам понадобится какой-то обходной путь, полагаю, — сказал Император Дикой Красоты.

— Считаете, что сражаться с ней напрямую было бы ошибкой?

— Я слышал, что у неё честный характер.

— Именно поэтому я не могу её прочитать.

Она может казаться простой, но именно это и делает её сложной. В ней есть элементы, которые могут качнуть чашу весов в любую сторону. Она — сгусток опасных возможностей.

— Герои из Иного Мира… В конце концов, их влияние простирается за пределы нашей битвы с Корнем Всего Зла.

И в каком-то смысле я — один из них.

— Если подумать… Я ещё не слышал о вскрытии героя, с которым вы расправились. Что вы сделали с его телом?

— Я утилизировал его сам — оно исчезло без следа. Пожалуйста, не волнуйтесь. Я позаботился о том, чтобы он выдал всю необходимую информацию, прежде чем покончил с ним.

Знаете, если подумать… это звучит как реплика настоящего злодея.

— Понимаю.

Император Дикой Красоты не стал расспрашивать дальше. Мы вернулись к теме стратегии и наших следующих шагов. Он собирался отправиться на восточный фронт, поэтому я спросил, как он намерен справляться с Королём Демонов на севере.

— К северу от Миры находятся нации Ёнато и Магнар. Обе кажутся истощёнными битвами, но верите ли вы, что сможете защитить имперскую столицу от них теми силами, что остались здесь в гарнизоне? Или же, Ваше Величество, вы намерены…

— Да. Я намерен немедленно просить Страну на Краю Света о помощи.

Мира сильна, но сейчас она изолирована и лишена поддержки. Помощь Страны на Краю Света значит для них очень много в данный момент. Я понимаю, почему они были так готовы пойти на уступки за столом переговоров.

Я решил спросить о морских путях. По словам Императора Дикой Красоты, хотя у его державы и был флот, в некотором роде, он не годился для серьёзных операций. Он объяснил, что это справедливо и для всех остальных стран на континенте, и на то была веская причина.

Появление Корня Всего Зла пробудило ужасных морских созданий, от которых воды заметно бурлили и ярились. Рифы тоже изменились, искривляясь в выпуклые формы, которые делали военные корабли практически бесполезными. Рыбная ловля стала рискованной, так как рыбаки не решались выходить в открытое море. Владения Короля Демонов были окружены непроходимыми морями со всех сторон — это означало, что вторжение с моря исключено.

Я уже слышал немного об этом от Серас — оказывается, всё, что она говорила, было правдой.

— Однако есть некоторые смельчаки, готовые рискнуть в опасном путешествии — они отплывают из портов Ёнато в надежде сбежать в бесплодные земли на западе, — сказал Император Дикой Красоты с ноткой сарказма в голосе.

За морем, к западу от Ёнато, есть другой континент. Судя по всему, он необитаем. На небольших островах между двумя континентами живут люди, но там небезопасно. Судя по историям, которые я слышал, из моря появляются монстры и нападают на людей.

— Пока мы не победим Короля Демонов, моря никогда снова не будут спокойны — а чтобы победить Корень Всего Зла, у нас есть только сухопутный маршрут.

— Значит, путь внутрь тоже только один, — заметил я.

— Хм-м.

Земли Корня Всего Зла были отрезаны от остального континента непроходимым горным хребтом. Чтобы попасть за него и пройти на север, нужно было преодолеть крепость Ночная Стена в Магнаре.

— Говоря о Магнаре, что насчёт знаменитых Наездников Белого Волка, о которых я так много слышал?

— Помимо героев, они — одни из немногих пешек Богини, обладающих реальной силой, которых нам следует опасаться. Уверен, вы уже слышали, но их капитан Согуд Сигмус — выдающаяся личность. Его старший брат, Король Белый Волк, часто говорил о желании уступить трон Согуду. В некоторых кругах даже поговаривают, что нынешний Король Белый Волк занял трон только потому, что его младший брат упрямо отказывается принять его. Весьма прискорбно, что Магнар — и Согуд в частности — находятся в союзе с Вишис.

Король Белый Волк пропал без вести, и считается, что он погиб во время великого вторжения. Чёрный Волк теперь, по сути, Король Магнара во всех отношениях.

— Если говорить о других, кого нам, возможно, стоит опасаться — на ум приходит Ученица Вишис, Нянтан Кикипат. Я слышал, что она, безусловно, самая талантливая из учениц Вишис и сейчас весьма ценна для Богини, учитывая её трудности с поиском новых союзников.

Нее-ня Няки.

— Кстати… Полагаю, она старшая сестра одной из ваших спутниц?

— Да.

— Если она решит выступить против нас как враг, у нас не будет иного выбора, кроме как сразиться с ней. Но давайте сделаем всё возможное, чтобы она пережила эту войну.

— Я ценю вашу заботу.

— И всё же… Когда дело доходит до Нянтан Кикипат, Наездников Белого Волка, героев, Вишис и Короля Демонов… мы не знаем, какими будут их следующие шаги.

Император Дикой Красоты вздохнул — с меланхолией, но без отчаяния.

— Мы будем реагировать на любую ситуацию, с которой столкнёмся. Я могу строить предположения о будущем, но не могу предсказать его целиком. Мы всегда должны ожидать неожиданного.

Звучит похоже на то, что Серас говорила мне в прошлом.

— Что сейчас важнее всего — это то, как мы подготовимся к стремительно меняющимся событиям по мере их возникновения. Мы не выйдем победителями, если не сможем сохранять гибкость.

С этими словами Император Дикой Красоты остановился и посмотрел на меня снизу вверх. Уголки его глаз слегка смягчились, и тонкая улыбка расплылась по его лицу. Он приложил кончик безымянного пальца к виску нарочитым жестом.

— Многие люди находятся в заблуждении, что я, Император Дикой Красоты, некий всеведущий и всемогущий бог. Трудно соответствовать их ожиданиям. Вы — из всех людей — должны хоть немного понимать моё положение, не так ли?

— Да. Очень хорошо понимаю, — ответил я. — Я считаю важным выражать эти трудности тем, с кем близок. Лучше не держать разочарование в себе.

Не мне об этом говорить… И вообще, это просто слова, которые мне как-то сказала Серас.

— Не беспокойтесь, — сказал Император Дикой Красоты, который затем снова зашагал вперёд. — Есть по крайней мере два человека, которые понимают это обо мне.

Мы свернули направо, в ряд стеллажей — мы немного отошли от Серас и Мунин. Император Дикой Красоты снова замер на месте. Он провёл руками по двум пучкам длинных волос, свисавшим на его грудь — по одному через каждое плечо. Его волосы были перехвачены шнурком у основания шеи и выглядели почти как хвост, когда свисали сзади. Он приподнял эти два пучка, по одному в каждой руке. Они струились, словно высококачественный шёлк, соскальзывая с ладоней на пол, как чистые, прозрачные потоки воды.

— Эти два пучка моих волос… Рухейт и Кайзе перевязывают их мне через равные промежутки времени. Это своего рода церемония — способ, которым мы доказываем нашу преданность делу.

Те, кто понимает положение этого прекрасного императора… похоже, это и есть его старшие братья.

— Желание нашей семьи таково — уничтожение Богини Вишис и месть. Пока мы, потомки Миры, не отомстим Вишис, мы никогда не вырвемся из этого водоворота, никогда не станем свободными. После унижения, которое вынес от рук Вишис второй император, Дот… Все последующие императоры преклоняли перед ней колени и были вынуждены страдать. Пока императоры прошлого откладывали решение проблемы, их окружение медленно истреблялось… Мечта нашего первого императора, Фалькена — о том, что однажды у нас хватит сил свергнуть её власть, — пока остаётся несбыточной. В некотором смысле, то, что сказал мне Зера, было правдой. Мы прокляты. Императорское имя Фалькендот — корень этого, проклятый источник, из которого мы вышли, — пробормотал Император Дикой Красоты, обращаясь скорее к самому себе.

Я видел эмоции в его глазах — его душевную боль и печаль. Было что-то и в тоне его голоса… словно туманная тень, нависшая над его словами. Для Императора Дикой Красоты было необычно выставлять свои чувства напоказ столь явно.

Проклятие, которое несёт его род, да? Если верить его словам, то именно снятие этого проклятия движет им в стремлении отомстить Вишис. Чтобы наконец избавить свою семью от недуга — за исключением того парня, Изгнанного Императора, полагаю.

— Значит, ваши старшие братья прокляты вместе с вами… Выходит, они одновременно и сообщники, и те, кто понимает вас лучше всех.

— Да. Мне казалось, что у нас должно было быть больше борьбы за трон, но в какой-то момент они оба покорились мне, как и их мать. И поэтому они решили служить мне, пока я правлю как император.

Есть одна вещь, которая всё ещё не даёт мне покоя.

— Понимаю, что это может быть невежливый вопрос, но могу ли я спросить вас кое о чём, Ваше Величество?

— Спрашивайте обо всём, что пожелаете. А вот отвечу ли я или ваши слова заденут мои чувства — это уже будет зависеть от меня.

— Похоже, ходят слухи, Ваше Величество… Что господин Рухейт недоволен вашим правлением. Эти слухи не обсуждаются за закрытыми дверями, а распространились довольно широко. Я хотел бы спросить, есть ли в этих сообщениях хоть доля правды.

Император Дикой Красоты наверняка слышал эти слухи… но когда я только что слышал, как он говорил о своих двух старших братьях, они звучали почти как другие люди, не те, о которых судачат.

— Мера предосторожности, — просто ответил Император Дикой Красоты, бросив на меня косой взгляд, словно только что загадал мне загадку.

Мера предосторожности? — мои мысли понеслись вскачь. — Мера предосторожности… какая-то страховка? Не может же он иметь в виду…

— Вы хотите сказать… вы сами распустили эти слухи на случай, если восстание потерпит неудачу?

— Хе-хе, значит, одного слова было достаточно, чтобы направить вас к правильному выводу. Я ценю острый ум… Да, это так. Уловка не обязательно сработает, но она может, в конечном счёте, послужить своей цели, понимаете? — Император Дикой Красоты слегка наклонил голову, выглядя немного озорным.

Кажется, я понимаю… В случае, если Мира проиграет эту войну, Рухейт сможет предать Императора Дикой Красоты и убить его. История будет звучать так: «Рухейт Мира всегда был недоволен Императором Дикой Красоты». Он не мог противостоять ему, опасаясь силы фракции Императора Дикой Красоты, или, возможно, потому что его шантажировали. Но как только Император Дикой Красоты столкнулся с угрозой неминуемого поражения — Рухейт воспользовался шансом и поднял собственное восстание.

«В глубине души Рухейт всегда был недоволен Императором Дикой Красоты».

Благодаря заранее распущенным слухам, меры предосторожности были приняты.

— Если до этого дойдёт, мне нужно будет лишь впасть в безумие.

— …

— Чем больше я буду бесчинствовать и заставлять народ Миры ненавидеть меня… тем героичнее будет выглядеть Рухейт, когда сразит злого императора, которым я стану. Если эта война придёт к наихудшему из возможных концов — возможно, Империя Мира сможет пережить это.

Значит, если Мира потерпит поражение, он собирается предложить Вишис собственную голову в качестве зачинщика всего восстания, да? …Если эта злобная Богиня вообще позволит такому случиться.

— Рухейт и Кайзе знают об этом и понимают ситуацию. Мои братья, работая вместе, смогут справиться с последствиями, если до этого дойдёт. Да, я знаю, моим братьям эта задача будет по плечу…

Император Дикой Красоты улыбнулся с неким смирением. Однако в его выражении лица мелькнуло что-то едва уловимое — что-то, говорившее о скоротечности всего сущего.

— Даже если мы победим в этой битве, Мира может в процессе стать ненавистной для других народов этого континента. Если эта ненависть станет слишком сильной и мощной, чтобы её игнорировать, я готов принести себя в жертву, чтобы утолить её. Моя казнь должна стать грандиозным зрелищем. Одна голова в обмен на мир — небольшая цена, не так ли?

Похоже, Император Дикой Красоты действительно готов отдать всё в этой войне — чтобы отомстить за предков и снять проклятие, нависшее над его семьёй.

— Тогда вам нужно лишь победить.

— Хм?

— Возможно, важно думать о том, что произойдёт в случае поражения, — но эти проблемы не возникнут, если мы выиграем эту войну. Кроме того… — я посмотрел на Императора Дикой Красоты сквозь маску Повелителя Мух. — …то же самое верно и для ваших опасений по поводу последствий победы. Вам не нужно отдавать свою жизнь — нужно лишь полностью обмануть народ и манипулировать им. В самом деле, многие из ваших людей уже считают вас всемогущим и всеведущим богом, не так ли? Вы будете способны управлять ими. Я, по крайней мере, верю, что это так.

На мгновение лицо Императора Дикой Красоты напряглось. Затем он опустил взгляд со слабой улыбкой.

— О боже… Ты говоришь так, будто это легко.

— Я говорю это как слова ободрения, насколько я способен их предложить.

— Я не ожидал, что меня будут подбадривать. Хм.

Возможно, это прозвучало невежливо, но он, кажется, не обиделся.

— Ах да, и ещё… распространение слухов о том, что Рухейт недоволен моим правлением, имеет ещё один эффект, — сказал Император Дикой Красоты.

Я на мгновение задумался.

— …Выявление членов враждебных фракций?

У Императора Дикой Красоты харизмы хоть отбавляй, но не бывает так, чтобы каждый житель империи был его поклонником.

Император посмотрел на меня искоса, уголок его рта слегка приподнялся, и он поднял указательный палец.

— Именно. Это даёт прекрасную возможность выявить тех, кто желает тайно выступить в поддержку Рухейта, согласитесь?

Ясно. Значит, это тоже часть его плана.

Я посмотрел на Серас сквозь книжные полки. Теперь мы находились на некотором расстоянии от них.

— Ваше Величество, вы упомянули, что Серас стоит больше отдыхать… Я полагаю, вам тоже, возможно, стоит сделать более длительный перерыв, чтобы восстановить силы.

— Даже всевидящие, всемогущие боги должны отдыхать?

— Прошу прощения за невежливость, но поскольку вы всего лишь ложное божество, я полагаю, вы всё же устаёте.

Короткий смешок сорвался с тонких губ Императора Дикой Красоты, словно я застал его врасплох, и он просто не мог сдержать смех.

— Вы совершенно правы. И правда, ложное божество. — Его взгляд смягчился. — Понял. Я так и сделаю, насколько смогу.

Когда люди устают, легче добраться до их истинных чувств… и это также может легко заставить их отчаяться. Даже Император Дикой Красоты — человек. Может быть, он на самом деле искал возможности поговорить об этом с кем-то ещё… У меня складывается впечатление, что так и есть, поэтому я даю ему выговориться. Думаю, учитывая его положение, не так много людей, кому он может пожаловаться, даже если у него есть два старших брата, которые понимают, через что он проходит. Что ж… я такой же. Именно потому, что я любил своих приёмных родителей, были вещи, о которых я просто не мог с ними говорить.

— Уверен, есть вещи, о которых легче говорить с теми, кто не является твоими родственниками, — предположил я.

— …Возможно и так.

Пройдя ещё несколько метров, Император Дикой Красоты остановился и снова заговорил.

— Я нахожу, что с вами легко вести беседу, и есть ещё кое-что, что я хочу обсудить. С моей стороны были разговоры о том, что вас можно было бы пригласить стать одним из моих подчинённых.

— Меня, Ваше Величество?

— Было предложено дать вам официальный титул — чтобы жителям Миры было легче сражаться бок о бок с вами как с соотечественником по оружию. Поскольку ваша истинная личность неизвестна, этот процесс внушил бы доверие к вам среди народа Миры… Таково было предложение.

Полагаю, я действительно утверждал, что являюсь бывшим членом Ашинто. Они не знают, откуда я. Я просто парень в маске Повелителя Мух, который не может показать своё лицо. Едва ли можно винить некоторых из них за недоверие ко мне.

— Однако… у меня нет намерения брать вас в подчинённые. Я отклонил это предложение. — Император Дикой Красоты продолжал смотреть прямо перед собой. — Отношения, которые у Миры сложились с вашим Отрядом Повелителя Мух, — это, скорее, союз. Мы не пожалеем усилий, чтобы поддержать вас и помочь вам. Отряд Повелителя Мух — это, всё же, отдельная сущность — своего рода свободно действующее рейдовое подразделение. По крайней мере, так я и задумывал. Я полагаю, что так вам будет удобнее всего действовать. И всё же… я хотел услышать ваше мнение по этому вопросу.

— Я премного благодарен за вашу учтивость, Ваше Величество. Такая договорённость значительно упростит проведение наших операций, и я сам воспринимаю нашу иерархию схожим образом.

Лишние цепи в будущем означали бы лишь больше проблем. Я ценю предоставленную свободу.

— Лично я... — начал Император Дикой Красоты, прищурив глаза, словно вглядываясь в горизонт, — не горю желанием официально делать вас своим подчинённым.

— Могу я поинтересоваться, что вы имеете в виду?

— Император и Повелитель... Я намерен общаться с вами как с равным. Я весьма ценю наличие собеседника, с которым чувствую себя на одной ноге.

— Быть императором — значит быть одиноким, я правильно понимаю?

— Быть сосудом для императора — не всегда благословение для того, на кого возложена эта ноша. Как сосуд для Повелителя Мух, полагаю, вы должны это понимать?

— Нет. Я не считаю себя сосудом для повелителя или короля.

Я всего лишь мститель.

Император Дикой Красоты прочистил горло.

— ...Вернёмся к текущей теме. Есть ещё одно дело, о котором я хотел бы поговорить. Официальная церемония подписания соглашения о союзе Миры со Страной на Краю Света состоится завтра. Ситуация стремительно меняется, поэтому я хочу провести процесс быстро, чтобы дать понять народу Миры, что жители Страны на Краю Света — наши союзники... Хотя, учитывая нынешние обстоятельства, присутствовать будет лишь весьма ограниченный круг лиц.

Эта церемония подписания — одна из причин, почему мы вообще оказались здесь, в Мире.

— И в чём же заключается это другое дело, Ваше Величество?

— Хм. После церемонии я устрою небольшой вечерний приём и хотел бы, чтобы вы и Серас Эшрейн на нём присутствовали.

— Полагаю, есть определённая причина, по которой вы желаете нашего участия?

— Я хочу, чтобы вы встретились с тремя главами домов курфюстов.

— Вы имеете в виду великие и могущественные семьи Миры, которые поддерживали её все эти долгие годы?

— Да. Все три семьи посетят вечерний приём. Диас, Орд и Сит — главы всех трёх домов.

— Вы хотите, чтобы я завоевал их доверие?

— Мы покажем им, что можем общаться на личном уровне, оставив у них сильное впечатление о нашем взаимном товариществе. Другие дворяне должны уйти с тем же мнением. Даже просто предоставив им возможность поговорить с вами, я полагаю, мы изменим их представление о вас.

«Я слышал о нём ужасные вещи, но когда встретился лично, он показался довольно приятным парнем». Полагаю, вы слышите это часто.

— Кроме того... Я хотел бы объяснить тем, кто входит в мой круг, что я полностью осведомлён о вашей истинной личности и ваших намерениях. Некоторых это знание успокоит — и я хотел бы, чтобы вы подыграли этой версии.

— Понял.

— Что ж... По правде говоря, не похоже, чтобы у трёх домов курфюстов сложилось плохое впечатление о вашем характере. Я полагаю, скорее, они просто хотят встретиться с вами лично, чтобы оценить вас самим.

Значит, стремятся развеять любые сомнения, которые могут существовать на самом деле. Понятно.

— Такова ситуация. Окажете ли вы мне любезность, согласившись присутствовать?

— Да. Теперь, когда я понимаю ваши цели, я буду присутствовать ради вас, Ваше Величество.

— Честно говоря, мне нет никакого дела до раскрытия вашей истинной личности, — произнёс Император Дикой Красоты, лениво накручивая на пальцы свои длинные волосы, ниспадающие на правое плечо. — Мне нужно лишь быть уверенным, что мы едины в нашей цели. Этот факт — всё, что мне требуется. Я сужу о том, достоин ли человек моего доверия, по его воле, его словам и его действиям. Важно лишь то, могут ли быть достигнуты мои цели... Ваша истинная личность несущественна. Я судил по вашей воле, вашим словам и вашим действиям, и решил, что вы достойны моего доверия. Этого достаточно.

— Я рад, что это были именно вы, Ваше Величество.

— ?

— Я искренне, от всего сердца рад, что именно вы решили восстать против Богини.

— Вы намерены льстить мне?

— Разумеется.

— Хм... Ну что ж, очень хорошо.

Мы ещё некоторое время разговаривали, продолжая осматривать полки. Мне удалось найти несколько предметов из хранилища, которые я решил забрать — в основном странные высушенные останки животных и сушёные растения, так как я вспомнил, что бормотала Эрика, когда я видел её в последний раз.

«Ах, мои запасы этого... кажется, они почти закончились. Знаете, это действительно большая проблема жизни в изоляции. Я могла бы легко пополнить свои запасы, если бы только могла свободно ходить по этому миру... Ох, если бы только эта злобная Богиня сгинула... Угх-х».

Я взял список вещей, которые у неё заканчивались, подумав, что они станут хорошими сувенирами, если представится шанс передать их ей до моей финальной битвы с Богиней.

Ну, что ж...

— Я возьму этот сушёный труп насекомого и эти кристаллы.

Пурпурный жук и эти кристаллы телепортации.

— Останки этой панцирной твари представляют ценность? — спросил Император Дикой Красоты.

— Да. Это так называемый пурпурный жук, редкий компонент.

— Хм. Я поручил своим личным аптекарям и учёным исследовать подобные вещи и по возможности сохранять растения и животных, которых они сочтут ценными. Похоже, они были правы в своей оценке. Существуют яды, созданные из ингредиентов, которые больше не растут на континенте — если Вишис решит применить их против нас, нам понадобятся противоядия. Однако есть вероятность, что материалы будут нам недоступны, когда придёт время. Вот почему я решил сохранить эти любопытные и редкие предметы... Но наши исследования не смогли идентифицировать их все, и здесь есть великое множество вещей, которым мы не нашли применения.

Готов поспорить, Эрика бы знала.

— Прошу прощения, что заставили вас ждать.

Серас и Мунин вернулись к нам. Единственными предметами, которые они нашли для себя, были ингредиенты и материалы, во многом похожие на те, что выбрал я — вещи, которые, по-видимому, можно использовать для восстановления сил после истощения и лечения ран.

Император Дикой Красоты привёл нас обратно к входу в хранилище. Рядом с дверью стояло несколько верстаков, и на одном из них покоился плоский чёрный сундук.

Довольно большая коробка.

Я присмотрелся.

Эта штука выглядит роскошно... матовое серебро обработано так тонко, да ещё и инкрустировано драгоценными камнями. Выглядит дорого.

Император Дикой Красоты достал ключ из своего кошеля и отпер сундук, затем мягко положил руки по обе стороны и осторожно открыл её.

— Эти вещи передавались в моей семье по линии императоров из поколения в поколение. Я позволю вам взять из содержимого всё, что вам приглянется. Считайте это наградой, Повелитель Мух, за дело, которое мы обсуждали ранее.

Стража императора, наблюдавшая за нами издалека, выглядела удивлённой этим жестом.

Полагаю, прямо сейчас он раздаёт национальные сокровища этой страны — я бы тоже был в шоке.

Я заглянул внутрь сундука. Казалось, он в основном содержал ювелирные изделия, но там был и декоративный короткий меч, который выглядел церемониальным. Ничто особо не привлекло моего внимания.

Я уверен, что если бы я продал эти вещи, они стоили бы кучу денег... но загнать их за золото кажется самым быстрым способом потерять доверие всех в Мире.

— Что думаешь? — спросил я Мунин на всякий случай.

— Хм, ну... Все эти предметы прекрасны, но я не уверена, что они понадобятся нам в грядущих битвах... И мы не можем просто так просить национальные сокровища Миры, не так ли? — ответила она, приложив руку ко лбу и криво улыбнувшись.

Логично. Конечно, нет.

...Хм? Серас?

— В чём дело? — спросил я, заметив, что её взгляд уже некоторое время был прикован к одной точке. — Что-то привлекло твоё внимание?

— А? А-ах... Ну, нет никакой гарантии, что это подлинный предмет, но... нет, это невозможно... Что может одна из этих вещей делать здесь?.. — её слова, казалось, перешли в монолог в конце. Она прижала губы к тыльной стороне ладони, внезапно выглядя невероятно серьёзной.

Я проследил за её взглядом и увидел, что она смотрит на то, что казалось вполне обычным драгоценным камнем.

Выглядит немного похоже на алмаз, может быть?

Бесчисленные лучи призматического света пробегали сквозь прозрачный кристалл. Серас сглотнула.

Не похоже, чтобы её привлёк камень только из-за своей красоты — в нём есть что-то особенное.

— Ты видела подобные камни ранее? — спросил я.

— Этот кристалл... я полагаю, это может быть Исходная Слеза.

— Исходная Слеза?

— Это невероятно редкий предмет. Я не думала, что хоть одна осталась — но нет... Это лишь при условии, что он настоящий, конечно.

— Что она делает?

— Считается, что все духи происходят от Первородного духа... Говорят, что Исходная Слеза — это кристаллизованные слёзы, пролитые самим этим духом. Легенда гласит, что несколько из них существуют в этом мире, но, что ж, это... Для нас, эльфов, это практически предмет из сказки... Даже если они когда-то и существовали, я считала, что все они утеряны...

— Судя по тому, как ты говоришь, звучит так, будто эти предметы действительно существовали давным-давно, верно? Сомнений в их реальном существовании ведь не было?

— Да. Но эти предметы настолько редки, что, как говорили, все они были израсходованы давным-давно.

Значит, их используют для чего-то. Это расходник.

Серас посмотрела на Императора Дикой Красоты.

— Ваше Величество... Могу я коснуться этого предмета на мгновение? — нервно спросила она.

— Разумеется. Я не возражаю.

Она поблагодарила его и дрожащими кончиками пальцев потянулась к камню. По мере того как её руки приближались, предмет реагировал — светясь бледным светом — пока, наконец, она не положила на него пальцы.

В одно мгновение поверхность драгоценного камня поддалась её прикосновению. Серас отдернула пальцы, и свет погас.

— Я полагаю... — она снова сглотнула. — Этот предмет подлинный.

— Мне рассказывали, что этот камень передавался по наследству со времен первого императора Миры. Ты говоришь, у него сильная связь с твоим народом? Кажется, он был дарован моему предку неким благородным господином.

Император Дикой Красоты невольно улыбнулся.

— Эльфы преподнесли этот дар первому императору, Фалькену. А теперь его путь пересекся с эльфийским рыцарем... Какой странный поворот судьбы.

— К-кхм... — начала Серас, наклоняясь вперёд, чтобы рассмотреть самоцвет; холодный пот струился по её лицу. — Вы упомянули, что... что мы должны взять любые предметы, которые могут пригодиться нам в битве с Богиней.

— Это будет полезно? — спросил император.

— Легенды гласят, что Исходные Слёзы обладают силой приближать духа к его первоисточнику.

— Так... и что именно это значит? — спросил я.

— Если предания верны... Это усилит духов, с которыми у меня сейчас заключен контракт. И как следствие... — заключила Серас. — Полагаю, это приблизит мою духовный доспех к завершению.

Закончив дела в сокровищнице, мы вернулись в наш государственный гостевой дом. С Императором Дикой Красоты мы распрощались ещё внутри замка. К счастью, он позволил нам забрать Исходную Слезу.

«Если мы проиграем в этой войне, наши национальные сокровища всё равно вырвут у нас из рук. Лучше заберите это сейчас, если оно поможет вам в битве».

Впрочем, он строго предупредил свою стражу, чтобы никто не проронил ни слова об этом даре.

Полагаю, среди домов курфюстов или его вассалов найдутся те, кто мог бы возмутиться. Хотя это логично... В конце концов, это национальные сокровища Миры.

Как только мы вернулись, я приступил к процессу экстракции. Он включал в себя своего рода кипячение — чтобы, так сказать, раскрыть вкус, — и это должно было занять несколько дней. Что касается Серас, процесс усиления Исходной Слезой был совсем не мгновенным и тоже требовал немало времени для эффекта.

Финальная стадия улучшения Пиггимару и усиление духовного доспеха Серас... Похоже, нам придётся немного подождать, пока оба процесса возымеют действие. Видимо, с той запечатанной комнатой тоже придётся повременить до возвращения Рухейта.

— Но эй... Можно считать, что мы выиграли время для отдыха, я полагаю.

Серас была со Слэй — как и я пару минут назад. Пиггимару оставался со Слэй всё то время, пока мы были в Великой Сокровищнице Миры, и находился там до сих пор. Видимо, что-то в этом маленьком слайме успокаивало Слэй. Она быстро оправлялась от ран, как и всегда. Чем больше маны я вливал в кристалл на ее загривке, тем быстрее шло восстановление.

Не уверен, как именно это работает, но от ускоренного выздоровления вреда не будет.

Так что на данный момент я передал Слэй довольно много маны.

Фамильяр Эрики сидел в птичьей клетке, и Император Дикой Красоты предоставил нам для него корм. Когда мы вернулись из сокровищницы, все запрошенные нами предметы уже ждали у двери, будто к нам заглянул почтальон. Но сознание Эрики, похоже, покинуло птицу. Управление животными дорого ей обходилось.

Готов поспорить, она сейчас спит.

Держа в руках серебряный поднос, я направился к простым конюшням и заглянул внутрь. Честно говоря, стойла были достаточно велики, чтобы вместить трёх лошадей, и построены так добротно, что я даже не был уверен, уместно ли называть их «простыми».

Что ж, даже если они простые, они всё-таки относятся к государственному гостевому дому, полагаю. Вполне логично, что они построены лучше всего, что я видел на пути отсюда до Милса.

Внутри было просторно, высокие потолки обеспечивали хорошее естественное освещение. В нише одной из стен был плотно уложен фураж. Серас упоминала, что в конюшнях было всё необходимое для содержания лошади. Там также стояла скамья, чтобы дать ногам отдохнуть, и стол для перекуса.

Похоже, человек тоже мог бы с комфортом провести здесь ночь.

В конюшне я обнаружил Слэй в её первой стадии трансформации, а также Серас, Пиггимару и Мунин.

Мунин... Стоп, она спит?

Она сидела, ссутулившись на скамье и наклонившись вперед, обнимая руками Пиггимару. Глаза её были закрыты, а лицо слегка покраснело.

Если подумать, она упоминала что-то о желании выпить и немного расслабиться...

— Пи... ии... Иии.

Пиггимару оказался зажат между коленями Мунин и её грудью. Маленький слайм раздулся, чтобы послужить ей подушкой, но давление, под которым он оказался, явно превышало то, на что он рассчитывал. Он слегка барахтался.

Вероятно, решил оставить всё как есть, потому что думает, что Мунин сладко спит, и не хочет её тревожить. Впрочем, он не ошибается. Мунин и правда выглядит очень счастливой и умиротворенной, что-то бормоча во сне.

— ...

Продолжай в том же духе, Пиггимару.

Серас стояла на коленях на полу рядом со Слэй. Она гладила Слэй по морде, утешая её, и на губах эльфийки играла слабая улыбка.

— Пакюю~х.

Каждый раз, когда Серас гладила её, Слэй отвечала довольным легким тычком носом.

— Вижу, ты уже более чем здорова. Полагаю, всё благодаря Тоуке-доно, который дал тебе так много маны.

— Пакюх.

— Мне правда жаль за всё, что случилось... Я приняла так много неверных решений в тот день.

— Пакю~х... Кю-кюхн.

Слэй покачала головой из стороны в сторону, выражая отрицание.

«Это не твоя вина» — похоже, именно это она пытается сказать.

— Думаю, Слэй говорит, что хочет, чтобы ты обо всем этом забыла. Она хочет снова видеть тебя счастливой, — сказал я, прислонившись к дверному проему.

— Тоука-доно. — Серас обернулась ко мне, и Слэй тоже подняла голову.

— Пакюю~хн. ♪

Возможно, из-за того, что я намеренно вел себя тихо, никто в конюшне, похоже, не заметил, как я заглянул к ним.

— Вот, у меня для вас подарок. Наконец-то достал кое-что, что, думаю, вам понравится.

Я показал Серас содержимое серебряного подноса — сладости из моего старого мира, вынутые из пластика и аккуратно разложенные по настоящим тарелкам.

— Ч-что это?

— Канеле. Это выпечка.

Кажется, они родом из Франции, верно? Я ел их всего дважды, и оба раза по рекомендации приемной матери. Помню, время от времени видел их в круглосуточных магазинах.

Я использовал свой волшебный кожаный мешочек через равные промежутки времени, но этот процесс не всегда выдавал закуски, которые оценила бы Серас. Но вчера вечером он выдал несколько упаковок канеле. Судя по упаковкам, они были из круглосуточного магазина или, может быть, из супермаркета.

— Я принёс достаточно и для Мунин.

— Мня-а-а ня-а-а... Хр-р-р...

— Пии.

Мунин тихо храпела, и струйка слюны стекала у неё изо рта прямо на Пиггимару.

Я вздохнул.

— Пиггимару, буди Мунин. Это приказ.

— Пи?! Пии! Пии-иии!

— Хр-р-р... Хё?! Ч-что случилось, Пиггимару-доно?..

Пиггимару многое терпел, чтобы не прерывать мирный сон Мунин, но я не оставил ему иного выхода, кроме как разбудить ее.

...Интересно, можно ли считать это спасением.

Я раздал всем тарелки.

— Э-это очень вкусно... Ха... — Серас удерживала тарелку на коленях, прижав ладони к щекам.

Честно говоря, мне даже нравится наблюдать за реакцией Серас на сладости и закуски. Наверное, потому что в такие моменты я вижу её с немного другой стороны.

— Пакюрии. ♪

Слэй, которая, казалось, копировала Серас, тоже приложила обе передние ноги к морде.

Мунин выглядела так, словно пребывала в блаженном расслаблении.

— Во рту так мягко и упруго... вкус просто чудесный. Внешняя корочка тоже восхитительна. Эта светлая часть внутри так освежает, но при этом идеально сладкая! Ох, как бы я хотела угостить этим Фуги... Я так переполнена радостью! О, особенно после того крепкого алкоголя, что я выпила ранее. Эта сладость поистине чудесна.

Крепкий алкоголь... Это что, вроде виски, бренди, чего-то такого? Может, из Мунин и Эрики получились бы хорошие собутыльники.

— Пии Пии... Пии!

Пиггимару переварил канеле, а затем сам принял форму канеле.

— ...

А ведь неплохо, да? Едим закуски вот так, в конюшне... Но готов поспорить, нам было бы куда веселее, будь здесь Ева, Лис, Эрика, Няки и все остальные жители Страны на Краю Света, — рассеянно подумал я.

Не успел я опомниться, как за окном сгустились сумерки. Вчерашняя атака на имперскую столицу казалась чем-то нереальным, учитывая тишину, окутавшую наш гостевой дом. Я решил посвятить остаток дня отдыху и подготовке к завтрашней церемонии подписания.

Похоже, Мунин немного нервничает — может, она пила, чтобы успокоить нервы. Но ведь это Мунин. С ней всё будет в порядке. Она отлично держалась во время переговоров с Мирой, выполняя всё, что требовала её роль. В такие моменты она действительно становится «Главой клана Куросага».

На следующий день — сразу после полудня — точно в срок прибыл Ибара. Все наши приготовления были давно завершены, поэтому мы покинули гостевой дом и направились на церемонию подписания.