Глава 3: Зыбкая почва

— Мимори-кун? Это имя человека?..

Голос Кашимы дрожал уже некоторое время, хотя я полагал, что её нервозность была следствием нашей встречи — того факта, что она осталась наедине с Повелителем Мух. Она смотрела вверх, поверх моей головы, словно проверяя истинность чего-то. Затем её взгляд опустился, и она посмотрела мне прямо в глаза.

То, как она смотрит на меня… Не похоже, чтобы она пыталась угадать, кто я. Скорее, она уже уверена, что это я.

У Кашимы не было гипервентиляции, но дышала она коротко и поверхностно.

Я ждал продолжения, и когда она немного успокоилась, то опустила взгляд.

— Этого просто не может там быть, — сказала она.

Повисла тишина, словно она выжидала подходящего момента, чтобы заговорить снова.

— У людей этого мира… У них нет статуса.

Статус должен быть виден только самим героям и Богине. Я сейчас не отображаю свой, и моё окно статуса закрыто — но неужели Кашима его видит? Должно быть, это какой-то уникальный навык. Это единственная возможность, которая приходит мне в голову.

Дрожащие кончики пальцев Кашимы скользили по воздуху, словно взаимодействуя с невидимым смартфоном. Казалось, она вот-вот разрыдается. Наконец она заговорила:

— Тоука Мимори…

Она назвала меня по имени, а затем принялась зачитывать мои показатели — уровень, цифры характеристик, навыки наложения статусных эффектов, которыми я обладал, и даже уровни этих навыков.

Это не может быть догадкой. Только я знаю эти детали — даже Серас не известны они все. Кобато Кашима может видеть статус других — вот что делает её уникальный навык.

Её лицо дрогнуло, исказилось гримасой, и на глазах выступили слёзы.

Она повторила вопрос:

— Ты… Мимори-кун… Ведь это ты?

…Я не могу.

Мне не удастся от этого отвертеться.

Я достал из маски кристалл для изменения голоса и заговорил своим обычным тоном:

— Тебя занесло на поле боя в ином мире… но ты осталась такой же робкой, как и всегда, а? Кашима.

— Ми-мори-кун… т-ты… жив!..

Словно внутри неё прорвало плотину; какое-то время Кашима просто рыдала.

Когда плач наконец утих, она шмыгнула носом и снова начала говорить.

— П-прости. Я не знаю, чему я больше рада, чувствую ли облегчение или удивление… У меня сейчас всё перепуталось внутри,. — она вытерла слёзы основаниями ладоней. — Ты… Ты ведь Мимори-кун, правда?

Она задала мне этот вопрос в третий раз, словно никак не могла перестать перепроверять мой ответ.

— У тебя есть какая-то способность, которая тебе это подсказывает, Кашима? Да… Это я.

Слёзы Кашимы хлынули снова, и её лицо опять сморщилось.

— …Это действительно ты, Мимори-кун.

Я подошёл и сел рядом с ней, чтобы мы могли разговаривать тихо. После ещё одного приступа рыданий Кашима снова извинилась передо мной.

— Я… я прошу прощения, ладно? Всё то время, пока мы разговаривали, я постоянно думала о том, что мне нужно просто взять и спросить тебя, но… я плыла по течению и продолжала болтать вместо этого…

Похоже, она успокоилась достаточно, чтобы теперь вести нормальный разговор.

Кашима глубоко вздохнула и продолжила:

— Прости… Я всё ещё не до конца осознала это… Ха-а…

— Ещё во время переговоров со Страной на Краю Света… ты уже тогда знала? — спросил я.

— А, да. На самом деле…

Кашима прямо рассказала мне, в чём заключается её уникальный навык и как эффективно его можно использовать для поддержки навыка Асаги и других героев в её группе.

— Звучит сложновато для использования в прямом бою, но способность интересная.

— Кхм, ну…

Кашима продолжила рассказывать о моменте, когда она поняла, что под маской Повелителя Мух скрываюсь я. Она совершенно случайно заметила отображение статуса над моей головой. Оказывается, она просто забыла отключить свой уникальный навык.

— Сначала я подумала, что мне мерещится. Я решила, что, может быть, у некоторых людей в этом мире тоже есть статус, или… Что ты можешь быть потомком героев.

Но я им не был.

Уникальный навык Кашимы позволял ей видеть статус других героев. Она могла использовать пальцы, чтобы открывать окна статуса и разворачивать их — хотя, судя по всему, это зависело от того, насколько далеко она находилась от цели.

Значит, она не может просмотреть статус того, кто находится слишком далеко — и способна открывать его только в маленьком окне.

— Понятно… Полагаю, у меня не было способа заблокировать тебя. Весь этот маскарад был бессмысленным.

— Значит, ты жив. Но… Тебя ведь отправили в Руины Избавления, Мимори-кун… Богиня сказала, что у тебя нет шансов выжить…

— Я был в отчаянии… Я делал всё возможное, чтобы сбежать.

— Говорят, ты владеешь проклятой магией… Значит, ты использовал свои уникальные навыки, чтобы выбраться оттуда?

— Да.

— П-понятно…

— После побега мне пришлось через многое пройти, но рассказ об этом займёт слишком много времени.

— Да… Полагаю, ты прав. — Кашима криво улыбнулась мне, а затем замолчала на несколько секунд. — П-прости.

— ?

— П-прямо перед тем, как тебя отправили в Руины Избавления, Мимори-кун… Мне было так страшно. В углу той комнаты, вместе с остальными нашими одноклассниками, которые были слишком напуганы, чтобы пошевелиться, я просто стояла и тряслась. Я слышала тебя… Я слышала тебя, но я…

Её голос был полон сожаления — словно она признавалась в преступлении. Кашима уткнулась лбом в сцепленные руки и снова заплакала.

— Мне не хватило смелости, как Сого-сан… Я была в таком ужасе! Я могла думать только о себе! Прости… п-прости меня!

— Что, и это всё?

Кашима подняла голову и посмотрела на меня снизу вверх.

— …А?

— Ты ничего не могла сделать, чтобы помочь мне. Разумеется, не могла. Я считаю Сого удивительной… но ни один нормальный человек не стал бы бросать вызов Вишис ради моей защиты в той ситуации.

— Н-но…

— Не переживай из-за этого, Кашима. Просто… — Я на мгновение притормозил свои мысли.

Я правда делаю это — собираюсь использовать её, даже сейчас?

— Если ты думаешь, что сделала что-то не так… Я был бы не прочь, чтобы ты мне слегка помогла.

Даже я заметил, что прозвучал неловко, в кои-то веки. Потерял хватку.

— Х-хорошо… Не знаю, смогу ли я загладить свою вину… н-но если тебе нужна помощь в чём-то… П-пожалуйста, только скажи!

— Тогда, для начала, не могла бы ты говорить потише?

— …А.

— В конце концов, никогда не знаешь, кто может подслушивать.

— …П-прости.

Я не чувствую никого за дверью, но всё же.

— Сперва я хочу, чтобы ты продолжала притворяться, будто не знаешь, кто я на самом деле.

— Х-хорошо… Есть веская причина, эм… по которой ты скрываешь свою личность, верно?

— Да, есть.

— …А, Мимори-кун… Люди из Страны на Краю Света позаботились о тебе. Потом ты разозлился, когда Богиня послала солдат атаковать их… и объединился с Императором Дикой Красоты, чтобы такое больше никогда не повторилось. Поэтому ты пытаешься победить Богиню, так ведь?

— Я раздавлю Вишис. Вот и всё.

— …П-понятно. Хорошо.

Похоже, она приняла этот ответ — но о чём она на самом деле думает сейчас, я не знаю. Реакции Кашимы порой на удивление трудно прочитать.

Она криво усмехнулась и опустила брови.

— Э-это как-то странно… Ты живой, Мимори-кун… Я сижу тут и разговариваю с тобой. Я была уверена, что мне так много хотелось сказать, но… словно внезапно — пуф, и в голове пусто. Я не знаю, что сказать. Ха-ха. Как и положено Пиджи — всё тут же вылетает из головы… — её улыбка стала глубже. — Эм, так есть ещё что-то, с чем нужна моя помощь? Я не совсем уверена, что сохранение твоей личности в секрете действительно можно считать большой помощью…

— Тогда расскажешь мне всё об уникальном навыке Асаги?

— О навыке Асаги-сан? …Конечно, хорошо.

— Ты уверена, что не против? В смысле, ты ведь всё-таки часть группы Асаги.

— Всё в порядке. То есть, я всё равно могу рассказать только то, что знаю, но…

Значит, она не считает это предательством — я чувствую, что она открыта для этого.

— Ну, для начала, Асаги-сан обрела этот уникальный навык, а затем…

Она объяснила, что уникальный навык Асаги эволюционировал. Она была способна не только накладывать баффы на большое количество целей, как говорила мне Сого, но теперь могла добавлять дебаффы и одиночным целям.

— Значит, у неё есть способность делать характеристики цели такими же, как у неё самой, — заметил я, когда Кашима закончила объяснение.

Понятно. Так вот какой навык она использовала, чтобы победить Изгнанного Императора Как-его-там. Правда, главная проблема — это радиус действия её навыка; он намного короче, чем у Паралича и дистанции действия запретной магии. Ей нужно подобраться довольно близко.

Кашима также рассказала об их битве с Изгнанным Императором.

— …И именно так мы победили старика, называвшего себя Изгнанным Императором.

— …

То, как Асаги выиграла тот бой… Это была слишком уж большая ставка с её стороны, не так ли? Людям, которые ценят собственную жизнь, такое трудно понять. Вполне возможно, что Изгнанный Император мог просто убить её в тот момент, когда она подобралась достаточно близко. Мы говорим об Асаги, так что она, должно быть, рассматривала эту возможность. Неужели она действительно была готова умереть, если бы случился худший вариант развития событий? Если это правда — то внутри неё что-то сломалось… Её нормальное восприятие мира. Она сорвала собственные тормоза.

«Ни один слабак не стал бы подходить ко мне так небрежно», — должно быть, подумал Изгнанный Император… и именно этот просчёт привёл его к поражению. В любом случае…

— Спасибо, Кашима. То, что ты мне всё это рассказала, очень мне помогло.

— В-вовсе нет! Всё нормально! В смысле, мы же союзники… И я пытаюсь загладить вину перед тобой, Мимори-кун, так что это отчасти и для меня тоже… правда? Ха-ха…

Союзники, ха.

— Ты собираешься оставаться с Асаги, Кашима?

— …Да.

— Что ты о ней думаешь? Ей можно доверять?

— А? Д-да… Думаю, теперь я могу ей доверять.

Кашима продолжила рассказывать мне об их сражениях в Ёнато и о том, как они пришли к предательству Богини — как Император Дикой Красоты пригласил их присоединиться к Мире, и Асаги согласилась.

Но была одна вещь, сказанная Асаги тогда, которая всегда немного беспокоила Кашиму, пояснила она.

— Асаги-сан… Она сказала, что просто ставит на победную лошадь. О, и… она всегда говорила о возвращении в старый мир как о второстепенной цели, а первым делом для неё, кажется, была безопасность всех в её группе? Или что-то вроде того.

— Это прозвучало почти так, словно она говорила об игре.

— Но на самом деле именно благодаря Асаги-сан никто из нас серьёзно не пострадал, пока мы сражались в Ёнато. Я чувствую, что мы вроде как движемся в правильном направлении, чтобы вернуться в наш старый мир. Вот почему все доверяют ей, и я тоже, — после секундного колебания Кашима продолжила: — Думаю… Думаю, прямо сейчас я могу ей верить.

…Ставите на победившую лошадку, да? Значит, нет никаких гарантий, что она не предаст нас в последний момент. Если мы окажемся не той самой лошадкой, она вполне может просто вернуться на сторону Богини.

— А, знаешь? — Кашима прервала ход моих мыслей, перейдя на доверительный тон. — Когда нас только призвали сюда, Асаги-сан… Кажется, она была немного груба со мной. Какое-то время после этого я чувствовала, что она чем-то на меня раздражена… Она вела себя весело и счастливо, но мне казалось, что внутри скрывается что-то тёмное.

Кашима, казалось, рылась в своей памяти.

— Но я чувствую, что она постепенно меняется… Такое у меня впечатление. Хотя, возможно, я просто выдумываю.

— Вероятно, вы сблизились после того времени, что провели вместе, а?

— Возможно, ты прав. Просто… Мне было бы неловко называть её другом. Интересно почему. Всё ещё кажется, что она раздражается на меня… но она стала добрее, чем была раньше. К тому же, я не совсем понимаю, почему… но, похоже, я единственная, кому она по-настоящему доверяет.

— Она разговаривает только с тобой? Она не ведёт себя подобным образом ни с кем другим?

— Ага, думаю, только со мной… А, но я полагаю, это просто то, как я вижу ситуацию, понимаешь? Просто, хм… иногда она говорит одно всем остальным, а потом совершенно противоположное — мне. Словно посвящает меня в свои тайны, рассказывая, что имеет в виду на самом деле… Ха-ха. Наверное, Асаги-сан считает меня безнадёжной идиоткой, так что… может быть, она думает, что это не имеет особого значения, если она расскажет мне свои секреты? В любом случае, это моя догадка.

Кашима рассмеялась, выглядя немного смущённой, но также и самоуничижительной.

Это совпадает с моим впечатлением от ситуации… но я всё же думаю, что, возможно, у Асаги есть какие-то особые чувства к Кашиме.

Кашима хлопнула в ладоши, пытаясь сменить тему.

— В-в общем, так, хм… пока я осторожна… не думаю, что она заметит, что я знаю, что ты на самом деле Мимори-кун. Я имею в виду, для Асаги-сан я всё ещё просто её медлительная, глупая маленькая Пиджи-тян, в конце концов…

— …Вообще-то я не считаю тебя глупой.

— А? Т-ты не?..

— Я имею в виду… Ты говорила достаточно громко, чтобы Асаги услышала, когда подошла ко мне спросить о Сого, верно? Это была хорошая работа. Вышло естественно, и это был хороший способ получить аудиенцию у Повелителя Мух.

— Хе-хе… правда? Ха-ха… Наверное, я вроде как рада комплименту.

В любом случае, поведение Кашимы может измениться теперь, когда она знает, кто я на самом деле, — и, зная Асаги, та может это заметить. Это осознание может как-то привести её к открытию моей истинной личности. Нет, возможно, у неё уже есть подозрения. Мне стоит держать это в уме, так же как я делаю с Вишис.

Ладно. Надо взглянуть на время.

— Мимори-кун… Кхм.

— М?

— Ты помнишь? А… Тот маленький котёнок, которого мы подобрали вместе…

— Да… В итоге ты забрала его к себе, верно, Кашима? Спасибо.

— А? Т-ты знал?

— Мне было интересно, что с ним случилось, поэтому я пошёл спросить ветеринара, и они мне сказали. Теперь, когда я думаю об этом… тот ветеринар был действительно любезен с нами, не так ли? Довольно небрежно относился к правилам, хотя, смотря как на это взглянуть.

— В-верно… Н-ну, хм, понимаешь… Я собиралась поговорить с тобой об этом. Был… один раз, когда ты подошёл ко мне в школе, чтобы поговорить, помнишь? Тогда я не могла сказать это… Прости. Я просто не могла выдавить ни слова… Я так боялась разговаривать с мальчиками в то время… Это был ты, но всё же, я… я… я всегда жалела, что не смогла поговорить с тобой.

Кашима снова выглядела так, словно вот-вот расплачется.

Но, вообще-то… Я вроде как уже знал это. Кажется, я пытался поговорить с ней о бездомной кошке, которую мы спасли накануне. Но потом я передумал и решил не делать этого. Это только привлекло бы ко мне внимание. Я мог просто представить это — девочка, с которой почти никто не разговаривал, и к ней подходит парень. Верный способ для фонового персонажа выделиться.

Я — фоновый персонаж. Мне не нужно существовать внутри класса. Я предпочитаю исчезнуть незамеченным и неотмеченным. Вот почему я решил перестать пытаться заговорить с Кашимой.

— Всё в порядке. Меня это не беспокоило.

— Но… ты подошёл поговорить со мной, а я просто стояла там молча… Это было ужасно, да? Прости, Мимори-кун…

— Ну, мне было немного неловко, да. Я имею в виду, меня могли бы поддразнить за то, что я разговариваю с одной из девчонок в классе, если бы кто-то увидел меня, верно? Оямада, или парни вроде него.

— Т-ты, может быть, прав…

Полагаю, эту причину Кашиме будет легче принять.

— В любом случае… Ты извинилась, так что давай оставим это, Кашима.

— …Мимори-кун. — Кашима, снова готовая расплакаться, улыбнулась мне.

Пока что я держу смерть Оямады в секрете от группы Асаги. Я попросил Императора Дикой Красоты скрыть эту информацию, так что лишь очень ограниченное число людей знает, что герой погиб при нападении на имперскую столицу.

У меня был короткий разговор с Кашимой о моих планах на будущее. Ну, в основном это был мой односторонний инструктаж.

— По поводу твоего плана убедить Сого присоединиться к нам… Ты действительно собираешься довести это до конца? — спросил я.

— Да, собираюсь. И Мимори-кун, насчёт того, о чём мы говорили…

— Если дойдёт до этого, я оставляю решение в твоих руках.

— …Хорошо. Ладно.

Я встал.

Надо скоро уходить.

Кашима тоже поднялась и разгладила юбку руками.

— Хе-хе, я знаю, что ты сейчас очень осторожен, так что, наверное, не сможешь… но я думала, что, возможно, я бы… кхм, хотела встретиться с тобой, настоящим Мимори-куном, лицом к лицу, когда всё это закончится.

— Конечно. Когда-нибудь.

Я взглянул на свои карманные часы.

— Нам не стоит оставаться здесь слишком долго, иначе Асаги может догадаться, кто я на самом деле. Полагаю, с этого момента мы будем действовать независимо, но давай помогать друг другу, когда сможем. Я хочу, чтобы наши группы оставались раздельно, но двигались к одной и той же цели — тебя это устраивает?

Выражение лица Кашимы стало жёстче.

— Поняла.

— Я уйду первым.

— Хорошо.

Я вставил кристалл изменения голоса обратно в маску.

— Увидимся, Кашима.

— …Ага!

Когда я вернулся в зал, Икусаба Асаги подошла ко мне ещё до того, как я успел зайти внутрь.

— Довольно долгий трёп у тебя вышел с моей Пиджи-тян только что, а, Повелитель Мух-чин?

— Как только я объяснил ей состояние госпожи Аяки Сого, госпожа Кобато начала говорить о своих чувствах к ней, и… она была очень эмоциональна большую часть времени.

— Что, она останавливалась, чтобы порыдать на тебя каждые пару секунд?

Я одарил её понимающей ухмылкой под маской.

— Да. Я по большей части слушал. Она действительно, похоже, очень привязана к госпоже Аяке.

— Ага, есть такое. Она по уши влюблена в эту девчонку. Коба-тян никогда особо не ладила с парнями, в первую очередь.

— Она казалась очень обеспокоенной за госпожу Аяку. Полагаю, это тревожило её уже довольно давно. Казалось, всё, что она держала в себе, выплеснулось наружу.

Я уже прогнал всё это с Кашимой — наши истории согласованы.

— Может, с тобой просто легко болтать, а, Повелитель Мух-чин? …Ты метишь в дворцовые психологи или типа того? Хе-хе-хе. Похоже, вы с Цин-чином тоже спелись, как родные, м?

— Его величество — человек, которого я могу уважать, и я тоже испытываю к нему симпатию, да.

— Ага… Что, так теперь у тебя самый красивый парень и самая красивая девушка в мире под ручку, э? Это такой хитрый способ похвастаться перед всеми?

— Хе-хе. Вы приятный собеседник, госпожа Асаги.

— Э? Ты же не пытаешься подкатить и ко мне тоже, а? А, эй, Коба-тян.

Глаза Асаги перескочили с меня на коридор позади, так как Кашима вернулась в зал немного позже меня, как мы и договаривались.

— Ах… Повелитель Мух. Кхм… Прошу прощения за мою несдержанность только что… Извините, что вам пришлось это видеть.

— У вас было время успокоиться?

— Д-да…

И тут вмешалась Асаги.

— Ты спрашивала про Аяку?

— Ага… Но, ну… я чувствую, что, возможно, просто говорила и говорила о своих собственных чувствах к Сого-сан? А-ха-ха…

— Только идиоты бессознательно отбрасывают рациональное мышление и позволяют своим неконтролируемым эмоциям рулить. Блин, это меня бесит, — сказала Асаги.

— А?

— Н-н-ничего! Я просто подумала, ты правда большая дурочка, Пиджи-тян! Люблю тебя! Давай, пошли уже!

С этими словами и брошенным «увидимся», Асаги лёгкой походкой вернулась в центр зала, а я отправился обратно к Серас и остальным.

Как только вечерний приём закончился, мы все вернулись в гостевой дом.

Мы с Серас пошли проверить Слэй, прежде чем войти внутрь и усесться в одной из комнат на первом этаже, которую мы использовали как гостиную. По соседству была ещё одна маленькая комната для переодевания.

Мунин кормила фамильяра Эрики. Сначала я предложил делать это по очереди, но Мунин попросила оставить эту обязанность за ней.

«Здесь речь идёт об уходе за фамильяром госпожи Анаэль. Если вы двое не возражаете, я бы хотела быть ответственной за это… Пожалуйста? Можно мне это делать?»

Эта задача была честью для Мунин, так что я оставил её ей.

— Пи-и-и!.. Пи-х~! ♪

Я принёс немного еды с вечеринки в дом и оставил её Пиггимару и Слэй.

— Пакю~х ♪! Пакё~ох ♪!

Звучало так, словно эти двое счастливо едят снаружи.

Оставляя в стороне вопрос о том, действительно ли то, что делает Пиггимару, можно назвать едой… у этих двоих довольно разнообразный набор звуков, да.

— Устала? — спросил я. Серас криво улыбнулась мне.

— Да, немного… Но все, с кем я сидела, были очень тактичны в разговоре, так что мне было вполне комфортно. Я была благодарна за их компанию.

Серас нужно было переодеться после вечеринки, так что я вызвался ей помочь — очевидно, выбраться из этого платья самостоятельно было той ещё задачкой. К посланнице Миры перед церемонией была приставлена горничная, но сейчас её уже не было рядом, чтобы ассистировать.

— Не могли бы вы ослабить в этом месте?

— Прямо здесь?

Я развязал узел на спине платья и наблюдал, как тугая ткань расслабляется и обвисает немного свободнее.

— Благодарю вас. Остальное я смогу сделать сама… хотя полагаю, это займет у меня некоторое время.

С этими словами Серас исчезла в маленькой комнатке, примыкающей к гостиной. Вскоре вернулась Мунин, вся сияющая улыбками.

— Ну вот, церемония наконец-то закончилась! Я закончила кормить фамильяра госпожи Анаэль!

— Ты сегодня много сделала, Мунин. Наверное, было тяжело?

— Хе-хе, я знала, что эта задача будет трудной, когда соглашалась на неё! Но если бы вы просили меня делать это каждый день, даже я могла бы в какой-то момент свалиться с ног.

— Там, наверху, ты вела себя как настоящий лидер — достойный представитель для короля.

— О боже. ♪ Вы весьма искусны в лести, господин… Уф… Ох, вот так. — Мунин села на диван, разглаживая подол юбки и снимая жакет, который одолжила ей Мира. — Что ж, император и его вассалы были очень организованны и ужасно внимательны, так что, думаю, благодаря этому с моей стороны тоже всё прошло довольно гладко. Они все такие молодые, но уже такие замечательные личности… Почему бы вам не снять это, господин?

Все ставни в комнате были закрыты.

— Конечно, — я снял маску. — Фух… Я привык к этой штуке, но без неё всё же намного легче.

— Уверена, если вы снимете с себя всю одежду и заберётесь в горячую ванну, это расслабит вас ещё больше. Я собираюсь принять её позже. — Мунин потянулась, выгнув спину и выставив грудь, а затем замерла. — …Не желаете присоединиться ко мне, господин?

— Ты же знаешь, что я отвечу «нет», какой смысл спрашивать?

— Хе-хе, полагаю, вы правы… — Мунин откинулась на спинку дивана, хихикая и игриво поглядывая на меня. — Но… Вы ведь раньше принимали ванну с госпожой Серас, не так ли?

— Ну, было дело.

— О-о-о, какой скучный ответ. — Мунин вздохнула и опустила взгляд. Выражение её лица изменилось — теперь она выглядела гораздо серьёзнее. — Теперь, когда я покончила с этой ответственностью… на очереди запечатанная комната запретной магии. А затем, наконец, к Богине Вишис, для…

— …Нашей решающей битвы. Ага, — договорил я за неё.

— Верно. Тогда я наконец смогу положить конец отношениям между Богиней и Куросага.

— Я рассчитываю на тебя, Мунин.

— Можете на меня положиться. — В глазах клан-лидера Куросага читалась непоколебимая решимость, когда она кивнула мне. — Я доведу это дело до конца.

Было половина одиннадцатого ночи, я лежал на кровати, листая страницы «Запретные Искусства: Полное Собрание».

Финальный раунд усиления Пиггимару… Похоже, как только с этим будет покончено, мои возможности в бою значительно расширятся.

В дверь постучали.

— Войдите, открыто.

— Прошу прощения за вторжение, господин. ♪

Серас и Мунин вошли в дверной проем, обе свежие после ванны. Казалось, пар немного ударил им в голову, и их щеки разрумянились. У обеих в волосах остались капельки воды, всё ещё немного влажные.

— На самом деле, мы пришли спросить вас кое о чем, Тоука-доно.

Мунин озвучила своё предложение.

— Вечеринка в знак благодарности? Для меня?

— Да, — ответила Мунин, сложив руки вместе и ухмыляясь мне. — Мы с госпожой Серас разговаривали в ванной, и затронули тему того, как мало вы вознаграждаете себя за всю вашу тяжелую работу, понимаете? И вот, мы решили, что нам вдвоём стоит взяться за дело и помочь вам.

Я сел на кровати и отложил книгу в сторону.

— Но разве вы двое сейчас не устали гораздо больше меня? Я имею в виду, держу пари, потребовалось немало сил, чтобы выдержать эту церемонию подписания, Мунин. И та вечеринка наверняка вымотала и тебя, верно, Серас?

— Хе-хе, сегодня был мой самый загруженный день, понимаете?.. Не стоит обо мне беспокоиться. ♪

— Вообще-то, кхм… — начала Серас. — Я уже довольно давно думала о том, что вам стоит немного больше вознаграждать себя за труды, Тоука-доно. Не то чтобы я могла придумать что-то особенное, что я была бы способна сделать для вашей награды…

Мунин подняла указательный палец.

— Почему бы нам двоим не обнять тебя, пока ты спишь, Тоука?

— О-обнять Тоуку-доно, пока он спит?! Нет, госпожа Мунин, это действительно не совсем та идея, которую я…

— Я пошутила, хе-хе. Я имею в виду, вы двое уже делаете гораздо больше, чем просто объятия, не так ли?

— Г-гораздо больше… — Серас опустила глаза и сжалась. Её лицо раскраснелось — и не только от недавно принятой ванны.

…Серас сейчас вертят как хотят. Куда делся серьёзный лидер клана Куросага, которого я встретил внизу после вечеринки? Та, что была полна решимости довести дело до конца? Она действительно умеет переключаться в мгновение ока, а?

Я вздохнул.

— Ладно… Я позволю вам наградить меня. Но никакого сна в ваших объятиях.

— Ну что ж, вот, держите, Тоука-сан.

Мунин встала рядом со мной и налила немного воды тоноа в мой серебряный кубок. Мы все собрались в столовой гостевого дома. Мунин поспешила переставить мебель, сдвинув стулья и столы так, чтобы место выглядело готовым к небольшой домашней вечеринке. Она даже перетащила диван из соседней комнаты — судя по всему, Слэй и Пиггимару помогли ей с этим. Эта парочка сидела в углу столовой, радостно играя друг с другом.

— А теперь, господин. Выпейте, не желаете?

— …Конечно.

Я осушил бокал с водой тоноа.

— Как оно? Вам по вкусу?

— …Ага. Мне нравится вода тоноа.

— Т-тогда, Тоука-доно… Попробуйте ещё и немного воды алама.

Серас сидела справа от меня и подливала воду алама в мой серебряный кубок.

— Это навевает воспоминания… Не думаю, что пил воду алама с тех пор, как был в той гостинице в Милсе.

— Воду алама пьют только в определенных областях, и она не распространена по всему континенту. Видите ли, ароматные травы алама, используемые для ее приготовления, можно найти только в определенных регионах. По вкусу она похожа на воду тоноа, которая делается из травы тоноа и более популярна. Её чаще пьют во многих разных странах, — сказала Серас, просвещая меня насчет общих знаний о её мире.

— Значит, Мира заказывает доставку трав алама тоже, да?..

Если подумать, на барной полке, откуда Мунин сейчас берёт напитки, стоит довольно много разных бутылок.

— В любом случае, вы двое приняли ванну, а потом снова переоделись?

На Мунин была та же одежда, что и во время церемонии подписания, а Серас снова надела своё вечернее платье.

— Ах… кхм, госпожа Мунин… сказала, что уверена: увидеть меня снова в этом платье доставит вам удовольствие, Тоука-доно. Но… странно ли, что я надела его сейчас, интересно?

Мне сказали, что Линне из дома Сит решила подарить это платье Серас, объяснив, что оно идёт ей настолько хорошо, что она просто не может представить в нём кого-то другого.

— Это такое чудесное платье, я чувствовала себя немного неловко, просто убирая его обратно в шкаф. В нём я чувствую себя чуточку… благородной. И, ну, я подумала, что это может сделать вас счастливым, Тоука-доно.

— Ну, послушайте, вы обе красивы. Ваши наряды вам очень идут.

— О боже, я счастлива это слышать. ♪

— С-спасибо.

Но, что ж…

— …

— …

Серас и я замолчали, и в комнате воцарилась тишина. Мунин выждала подходящий момент, чтобы вклиниться, и заговорила.

— …Мы ведь награждаем тебя прямо сейчас, не так ли, Тоука?

Плечи Серас напряглись, и она положила сжатые в кулаки руки на колени.

— М-мне так жаль… Кхм, я слышала однажды от принцессы, что мужчинам нравится, когда их угощают подобным гостеприимством. Н-но по правде говоря, я впервые делаю это… Но вы ведь мужчина, разумеется, Тоука-доно, и… я-я подумала, что это может сделать вас счастливым.

Ну, я не жалуюсь. Да… В смысле, это же как иметь по женщине на каждой руке, верно? Может быть, я должен быть счастлив.

— Конечно. Я счастлив.

Я отпил немного воды алама, которую налила мне Серас, и поставил серебряный кубок обратно на стол.

— Честно говоря… Мне не так уж важно, как именно вы это делаете. Того факта, что вы пытаетесь наградить меня, уже достаточно. Меня просто радует, что вы обо мне думаете.

— Тоука…

— Тоука-доно…

Они обе, должно быть, устали сейчас, но стараются изо всех сил ради меня. Я не могу позволить их доброте пропасть даром.

К тому времени, как вечеринка благодарности закончилась, было уже далеко за полночь, наступил следующий день.

— Ха… ха…

Мунин снова добралась до крепкого алкоголя и лежала, ничком рухнув на стол, уснувшая так, словно вся усталость от дневной работы навалилась на неё разом.

Не думаю, что когда-либо видел такой настоящий пузырь из соплей в реальной жизни.

Серас только что накрыла её лёгким одеялом.

И всё же…

— Она может простудиться, если мы оставим её спать здесь, — сказал я.

Серас усмехнулась.

— Да. И такая поза не пойдет на пользу её спине.

Итак, я отнёс её наверх в спальню и уложил, а Серас укрыла одеялом.

— Должно быть, Мунин чувствовала сильное давление на сегодняшней церемонии. Она ведь особо не позволяет никому другому видеть её такой… Наверняка она вымотана.

Я мысленно пожелал Мунин всего хорошего, а затем вернулся с Серас в нашу спальню. Пиггимару и Слэй возвратились в конюшни рядом с домом.

Я выдохнул, садясь на кровать.

— Могу я присоединиться к вам, Тоука-доно?

Я молча согласился, и Серас грациозно присела рядом со мной.

— Кхм… Вы остались довольны вечеринкой благодарности, которую мы устроили сегодня вечером?

— Приятное удовольствие время от времени, ага.

— Да, — радостно кивнула Серас, отвечая пониженным голосом.

Ночь была тихой, снаружи нашей комнаты царил полнейший покой. Серас положила свою ладонь на мою.

— Вы… не будете против, если мы подержимся за руки?

— Конечно.

Я обхватил её пальцы своими, и Серас сжала их в ответ.

— Сидеть вот так с вами… Это меня успокаивает.

Держание за руки больше не смущало Серас так сильно, как когда-то. Её дыхание оставалось ровным, и в тишине комнаты чувствовался уют, от которого мне становилось спокойно на душе.

— Тоука-доно… Я хочу продолжать быть вашим мечом.

— …Ага.

— Я хочу спросить вас снова. Считаете ли вы… что я достойна этого положения?

— Хм… Нет никого лучше тебя.

Серас вздрогнула в ответ.

— Так что, если ты не против, я хочу, чтобы ты осталась. Чтобы была моим мечом вечно.

Серас ещё крепче обхватила мои пальцы всеми пятью своими тонкими пальчиками и сжала.

— Я буду.

Я тихо фыркнул.

— Но я не знаю, смогу ли стать достойной заменой твоей принцессы.

— Да, моя принцесса единственная в своём роде… незаменимая. Но и вы тоже, Тоука-доно.

— …Понятно.

— Да.

Какое-то время мы просто сидели, держась за руки. Вдруг Серас прижалась головой к моему плечу.

…Я так и знал. Она тоже измотана.

Она уже дышала ровно и тихо, как всегда спала. Я посмотрел вниз на её умиротворённое дремлющее лицо и прошептал:

— Спасибо, Серас.

Закончив процесс извлечения пурпурного жука, я принялся за приготовление раствора для усиления монстров. В то же утро Рухейт вернулся в столицу.

«В рядах Златоглазых Монстров, собравшихся у Ночной Стены, произошли перемены, — доложил он. — Судя по имеющейся у меня информации, вполне возможно, что Король Демонов мёртв».

Слухи начали распространяться молниеносно. Тем временем Священная Империя Нея и империя Бакосс, судя по всему, отправили солдат на запад. Вероятно, эти силы выдвинулись, чтобы напрямую противостоять вторжению Миры в Урзу.

— Ясно… вот, значит, как обернулась ситуация. Если Король Демонов действительно мёртв, вопрос с запечатанной дверью в моих сокровищницах должен быть решён немедленно, — произнёс Император Дикой Красоты, выслушав доклад Рухейта.

В тот же день мы спустились к запечатанной двери, по пути изучая содержание отчётов.

Силы, выдвинувшиеся из Алиона для уничтожения Короля Демонов, приближались к границе Магнара. Понимая, что изнурять войска форсированным маршем перед битвой было бы неблагоразумно, Вишис решила разбить лагерь и дать солдатам отдохнуть. Наездники Белого Волка, дислоцировавшиеся в Ёнато на западе, направлялись на восток им навстречу.

Мы возьмём армию Короля Демонов в клещи — или объединим наши силы, чтобы раздавить их вместе. К тому же с ними Нянтан Кикипат.

— Ха… О, как же мне не хватает таланта Нянтан к бумажной работе, — пробормотала Вишис себе под нос, сидя в одиночестве в личном шатре. Она прихватила с собой все документы и предметы, с которыми не успела разобраться ранее.

Я просто не могу доверить ни одну из этих задач моим низшим слугам с их жалкими короткими жизнями.

Ей самой было куда быстрее управиться с документами, да и спокойнее так. Любой, кто работал медленно, раздражал её до крайности — ей требовались в ближнем круге лишь те, кто не вызывал бы у неё досады.

Нянтан прошла отбор. Она была редчайшей находкой среди этого недолговечного и пугающе некомпетентного сброда — тем, кого действительно можно было использовать. Вишис решила в будущем держать Нянтан поближе к себе.

Она отлично подходит для того, чтобы взваливать на неё всякие мелкие поручения. Полагаю, буду использовать её по максимуму.

— Никогда бы не подумала, что события развернутся таким образом, и уж точно не ожидала такой нехватки кадров. Хах, сплошная морока.

В борьбе против Корня Всего Зла мне кажется, что в этот раз мои планы постоянно натыкаются на препятствия. Что же послужило причиной такого хаоса?

Откуда он взялся?

Было ли это моё неудачное покушение на Императора Дикой Красоты? Предательство Такуто Кирихары? Может, те вероломные Сёстры Такао? Наше поражение от рук Страны на Краю Света? Потеря Шестого Ордена? Предательство Императора Дикой Красоты? Или всё началось, когда Меч Отваги перестал слать мне отчёты?

Я обеспечила нам победу в недавнем Великом Вторжении. Это была самая масштабная битва, и сражения были ожесточённее, чем когда-либо, но в конечном итоге мы одержали верх на всех полях — на западе, на востоке и на центральном фронте. Но Четверо Святых Старейшин, Убийца Драконов, Король Белый Волк, Священная Жрица Ёнато… Мы выиграли битву, но мои пешки были истреблены. Впрочем, по правде говоря, это не такая уж большая потеря.

Значит, что-то пошло не так во время подготовки к вторжению? Или мои планы рухнули уже после победы?

Действительно ли всё было так?

Что-то не так… есть деталь, которая не вписывается в картину.

Вишис обратила свой взор в прошлое — ещё дальше назад.

Был ли какой-то фатальный изъян в ранних днях, вызвавший всё это? Упустила ли я что-то? Если да, то что?

Вишис задумалась.

Чёрные Драконьи Рыцари — гибель Элитной Пятёрки. Потеря Сильнейшего в Мире Человека стала настоящим ударом. Когда они погибли, я была в Белой Цитадели Защиты, где и получила доклад. Собрание волков, встреча представителей стран всего континента. Сообщили о смерти Цивита Гартленда… Если подумать… Вишис вспомнила.

Император Дикой Красоты упомянул какую-то легенду о Богоубийце. Пытался ли он спровоцировать меня? Выудить информацию?

— Тогда я просто подумала, что это обычная наглая болтовня этого мерзкого мужлана… Но, оглядываясь назад, он мог пытаться что-то понять по моей реакции.

Получить подтверждение своим подозрениям? Нет. Сейчас это не имеет значения.

Вишис резко оборвала эти мысли. На собрании волков они говорили о смерти Цивита Гартленда. Во время встречи Король Белый Волк получил доклад от одного из своих подчинённых — сообщение о том, что некая группа взяла на себя ответственность за поражение Элитной Пятёрки.

Группа называлась Ашинто, и они утверждали, что одолели Элитную Пятёрку, используя свои таинственные силы проклятой магии. Якобы они даже убили Сильнейшего в Мире Человека с помощью того же средства.

Бельзегея из Отряда Повелителя Мух — он ведь когда-то принадлежал к Ашинто, не так ли?

Вишис получала отчёт о том, что Ашинто раскололись на две фракции. Информацию предоставила Каттлея Страумс, услышавшая это от самого Повелителя Мух. Существовала малая и большая фракция — и лидером меньшей был пользователь проклятой магии Бельзегея. Большую, основную фракцию возглавлял пользователь проклятой магии по имени Муаджи. Муаджи и его группа попытались уничтожить малую фракцию, но потерпели поражение. Никто так и не нашёл тело Муаджи, как и тела членов основной фракции.

Что стало причиной раскола Ашинто? И теперь Серас Эшрейн находится в Отряде Повелителя Мух. Похоже, Святой Император Нея как-то связан с тем, что Элитная Пятёрка нацелилась на неё. Считается, что она присутствовала при их убийстве. Значит… именно там она встретилась с Ашинто. Полагаю, они спасли её от Элитной Пятёрки. Учитывая, что она всё ещё с Повелителем Мух, вероятно, она чувствует, что обязана ему верностью.

— …

Был ли раскол Ашинто вызван спорами о том, как поступить с Серас Эшрейн? Возможно. Эта эльфийская Принцесса-рыцарь обладает силой сводить людей с ума — особенно мужчин. Может быть даже, Ашинто убили Элитную Пятёрку именно для того, чтобы заполучить её себе. А затем, вероятно, возник внутренний конфликт из-за неё. Меньшая фракция могла забрать Серас Эшрейн и сбежать от основной группы. Большая фракция погналась за ними, но была убита в ходе преследования.

Это не невозможно — сценарий выглядит логичным. Но, конечно, будучи меньшей фракцией, они уступали числом. Это должно означать, что именно превосходные навыки Повелителя Мух в проклятой магии позволили ему одолеть Муаджи. И…

Бах!

Вишис с силой пнула стол перед собой.

— Что-то здесь не сходится…

Нет. В любом случае, я уже вижу финал. Кого теперь волнует прошлое? Какое это имеет значение?

Так Вишис успокаивала себя.

Да — я вижу конец. Аяка Сого победит Короля Демонов. Затем я убью эту неприятную тварь. Надоедливая Хидзири уже мертва, а Ицуки ничего не стоит без старшей сестры. Думаю, можно смело сказать, что Ясу мёртв. Оямада тоже.

…Такуто Кирихара тоже не будет представлять угрозы. Если он встанет у меня на пути, мне нужно лишь прикончить его — впрочем, полагаю, Король Демонов уже сделал это за меня. Если Король Демонов просто умрёт, то я увижу конец всего этого.

Как только эссенция Короля Демонов, которой он обладает — его «исходная эссенция», — окажется в моих руках, всё сможет начаться. Ничто другое не важно. Всё остальное — лишь пустяки.

— Что ж, полагаю, так и есть, но…

Тук, тук, тук…

Вишис барабанила пальцами по столу.

Что-то всё ещё раздражало её — неприятное чувство, не поддающееся логике. Она посмотрела на стол, который только что пнула. От удара некоторые стопки бумаг съехали. Ей повезло, что они не упали на пол, так как она сочла бы вызов одного из низших слуг для уборки слишком утомительным занятием.

— Угх, — надулась она. — Проклятая магия… Эта запретная магия и сама по себе доставляет хлопот. Что именно мне делать с этой проклятой разновидностью? Хм… Возможно, это вовсе не какой-то древний магический предмет, а… яд, быть может? А, понимаю… Объявлять действие своих ядов результатом проклятия — в этом куда больше смысла. Но могло ли это и вправду убить Цивита Гартленда? Не говоря уже о Джондоу и Левине Сииле?

Взгляд Вишис на мгновение замер на одной странице из отчётов — той, что выбилась из стопки. Там было предложение, заинтересовавшее её. Она вытащила листок и начала пробегать глазами содержащуюся в нём информацию. Её брови нахмурились.

— Урза…

Она вспомнила момент в своём кабинете в Алионе…

Ах… О, и Богиня Вишис, на самом деле в Урзе…

Доклад, так и не озвученный полностью, был детально изложен на странице перед ней — и он чрезвычайно её заинтересовал. Её взгляд остановился на фразе «подземная гробница, расположенная в Тёмном Лесу».

Руины Избавления.

Вишис отправляла людей регулярно проверять единственный вход и выход из руин. В руках она держала отчёт лидера той разведывательной группы. «Кристалл отреагировал иначе в этот раз, — написал мужчина. — Похоже, он сломался».

Кажется, он не счёл это чем-то необычным.

Тем не менее, замена сломанного кристалла требовала подачи официального запроса. «Ввиду отсутствия срочности, данный запрос будет отложен до следующего планового отчёта, который должен быть представлен через шесть месяцев», — написал лидер отряда.

Подача такого запроса вовлекает другие нации, а сам процесс оформления бумаг состоит из множества этапов — полагаю, этому человеку просто не хотелось возиться.

— Ещё один недолговечный глупец, — пробормотала Вишис.

Впрочем, разведывательный отряд отчасти реабилитировал себя. Похоже, один из его членов посчитал, что есть необходимость уведомить её об изменениях, и решил подать свой собственный отчёт.

Акт трусости, рождённый, пожалуй, страхом понести ответственность за чужие провалы. Но я, пожалуй, могу похвалить его за это решение.

Он сам написал отчёт и прошёл через все необходимые бюрократические круги ада, чтобы подать его. Документ прибыл в Алион с некоторым опозданием — между датой отправки и датой обработки, указанной в отчёте, был значительный разрыв.

Отчёт был подан ей довольно давно, но штамп «дата получения» стоял свежий. Ему был присвоен довольно низкий приоритет.

В то время, когда этот документ только поступил, Вишис ставила во главу угла донесения о действиях Короля Демонов. Также она приказала своим слугам уделять первоочередное внимание отчётам о восстании в Мире, последовавшем за бунтом Императора Дикой Красоты.

По сравнению с новостями о восстании, отчёт «на всякий случай» из гробницы, расположенной в самой глуши южных лесов Урзы, вряд ли казался чем-то экстренным, требующим её внимания.

Он был особенно незначителен для тех, кто не знал истинной природы этого места: Руины Избавления.

Вишис прокляла смертных глупцов, которые самовольно решили понизить приоритет этого отчёта в её списке, — но досада вскоре покинула её. Она склонила голову набок, вчитываясь в содержание документа.

— ...Кристалл перестал работать?

Он не откликнулся?

Этого не может быть — если только кто-то не сбежал из Руин Избавления.

Но что тогда с моим мутировавшим Магнум Опусом — Пожирателем Душ?

Неужто он повержен? Но вряд ли. Кем? И как?

— ...Проклятая магия.

Собственные слова Вишис всплыли из глубин памяти.

Возможно, это вовсе не какой-то древний магический предмет. Быть может, яд?

…Яд.

…Яд?

— Проклятая магия... Яд... Наложение эффектов.

Вишис оторвала взгляд от бумаги в своих руках. Её словно озарило.

— Ах.

Тот таинственный пользователь проклятой магии в маске Повелителя Мух.

Не могу придумать ни одной причины, по которой Повелитель Мух должен питать ко мне ненависть...

Но почему у него должна быть причина ненавидеть меня?..

«Если я когда-нибудь выберусь отсюда живым, тебе лучше быть готовой».

— У него есть причины.

Да.

Я низвергла его в Руины Избавления. Я думала, он сдох там, как червь.

На самом деле он даже червём не был. Самый низкоранговый из всех героев — тот, кто почти полностью стёрся из памяти Вишис.

— Тоо-ка Мимори...

Связи сформировались — всё встало на свои места.

— Прошу прощения за вторжение, Богиня Вишис! — в комнату влетел гонец, тяжело дыша и задыхаясь.

— ...

Когда они вваливаются вот такими бледными, это никогда не сулит хороших новостей, — посетовала Вишис.

— Охо, гхм... Я бы хотела побыть наедине со своими мыслями. Может ли это подождать до потом? Позже, пожалуйста.

— А... н-но!..

Что-то было не так.

— Хах... Ну говори, что там такое? Неужели это действительно так важно? Полагаю, плохие новости? Ох, как же мне не нравится через это проходить.

— Гражданин Магнара обратился к нашей армии с важным посланием для Богини Алиона...

Что может сказать простой простолюдин Богине?

— Хорошо. Поторапливайся, в чём же дело?

— О-они утверждают, что являются гонцами, посланными Такуто Кирихарой.

А вот это уже привлекло внимание Вишис. Она отложила отчёт в сторону.

— Кирихара-сан, говоришь?

— Они говорят, что Такуто Кирихара... — голос гонца дрожал, и он обильно потел, — ...победил Короля Демонов.

Грохот!

Вишис не удержалась и вскочила со стула.

— Такуто Кирихара... Он просит аудиенции с вами, Богиня Вишис, на границе между Алионом и Магнаром.

— О боже... Что ж, признаться, я удивлена таким поворотом событий. Я думала, Кирихара-сан давным-давно побеждён. Мне и в страшном сне не могло присниться, что он одолел Короля Демонов.

Такого Вишис и представить себе не могла.

Я не могу игнорировать этого героя E-ранга — но сейчас этот вопрос должен стать моим приоритетом.

Вишис отправилась к северной границе Алиона во главе недавно восстановленной кавалерии, оставив в лагере армию примерно из 1000 человек, включая героев. У неё была особая причина оставить героев позади.

Нет никакой гарантии, что Аяка Сого не попытается встать у меня на пути — особенно когда дело дойдёт до расправы над Такуто Кирихарой.

— Корни Всего Зла прошлого... Я считала нынешнего Короля Демонов довольно грозным противником по сравнению с его предшественниками. Это и впрямь загадка. Не могу представить, чтобы Король Демонов ослабил бдительность. Не перед лицом героев, которые всегда были его естественными врагами... К сожалению, мы говорим о Кирихаре-сане. Возможно, это странное, непознаваемое и двойственное качество его натуры повлияло на суждения Короля Демонов. Он единственный, кого я не могу прочитать... Но, что ж, теперь всё кончено.

Король Демонов мог порождать множество войск и немедленно бросать их в бой. Я собственными глазами видела то огромное создание, которым он управлял на восточном фронте во время Великого Вторжения.

Он был сильнейшим Корнем Всего Зла в истории.

Теперь всему конец.

— ...

Но одна вещь не даёт мне покоя.

Гонец сообщил Вишис ещё кое-что по этому поводу, прежде чем она уехала.

«Похоже, что с Такуто Кирихарой находятся Златоглазые Монстры... Некоторые из них даже выглядят как демоны Круга Приближённых».

Поначалу Вишис усомнилась в этих словах.

Может, это какая-то уловка Короля Демонов? Его смерть — ложь? Неужели Кирихара всего лишь заманивает меня в ловушку, расставленную Королем Демонов?

У Богини был способ определить, действительно ли мёртв Король Демонов. Если монстры, порождённые Королём Демонов, всё ещё источали его эссенцию, значит, он жив. Как только Король Демонов умирает, эта эссенция исчезает вместе с ним. Вишис, однако, хотела немедленно узнать, правдив ли отчёт. У неё был и другой способ узнать — метод определения того, жив ли ещё Корень Всего Зла.

Процесс использования этого метода расходовал её драгоценную божественную силу, и потому она не желала прибегать к нему бездумно... но, услышав доклад гонца, решилась проверить.

Результат оказался положительным. Король Демонов действительно погиб.

Гонец доставил новые сведения, как только Вишис подтвердила гибель Короля Демонов.

— Похоже, Златоглазые Монстры вокруг Ночной Стены разбежались, потеряв командование. Магнар и Ёнато в настоящее время начинают процесс их уничтожения. Также кажется вероятным, что Эссенция Короля Демонов исчезла.

— Смерть Корня Всего Зла и последующее буйство этих монстров... Исчезновение Эссенции Короля Демонов... Похоже, он действительно мёртв.

— Значит... мир вернётся на наш континент!

— Меня беспокоит вот что. Вы говорите, Кирихару-сана видели во главе Златоглазых Монстров? Тех самых, что по всем правилам должны были утратить лидера? С ним даже демоны Круга Приближённых?

— По этому поводу гражданин Магнара, передавший этот отчёт, получил инструкции от самого Такуто Кирихары — приказы о том, как именно должна быть передана информация. «Такуто Кирихара получил уникальный навык, способный заставить Златоглазых Монстров подчиняться ему», — таковы были его слова.

Если бы Король Демонов был жив, я была бы права, считая встречу с Кирихарой очередной его уловкой. Но Король Демонов мёртв. Я это знаю.

В таком случае — что означает эта ситуация?

У меня нет иного выбора, кроме как встретиться с ним.

Я встречусь с ним. А потом я убью его.

У него нет способа вернуться в свой старый мир без моей помощи. У него нет другого выбора, кроме как вернуться ко мне.

Вишис стояла на гладкой равнине с участками обнажённой земли. Почва здесь не годилась ни для земледелия, ни для производства чего-либо ценного, поэтому ни Алион, ни Магнар на неё не претендовали. Местность была почти лишена примет, если не считать огромных валунов, разбросанных по равнине.

Справа от Богини пологий склон уходил на восток, поднимаясь к небольшому холму. Слева от Богини, вдалеке на западе, простирались Земли Златоглазых Монстров. Именно там она его и увидела.

— Надо же, вот это сюрприз.

Такуто Кирихара, а за его спиной — орда Златоглазых Монстров.

Он спустился со спины четвероногого монстра, похожего на огромного золотого жеребца со странным рогом на голове.

Кирихара шёл к Вишис, вокруг него кружили маленькие золотые драконы. Монстры двигались вместе с ним, словно эскорт. Их марш был неорганизованным, но в их движении чувствовалась своеобразная цель. Их тела были разной формы и размеров — самыми крупными были солдаты-огры, некогда составлявшие основу боевых сил Короля Демонов, восседавшие на лошадях-гулях. Кавалерия Богини начала колебаться, и лицо капитана Куджа Эвкалиона побледнело.

— Б-Богиня Вишис... О-они приближаются. Вы уверены, что с нами всё будет в порядке? — пробормотал он.

— Кто знает? — ответила Вишис.

— !

— О-хо-хо, я пошутила.

Вишис отправила в рот тёмно-фиолетовую сферу, которую достала из кармана.

— Что ж, на всякий случай — давайте примем дополнительную дозу, хорошо?

Ба-дам...

Вторая.

Глаза Вишис стали угольно-чёрными. Они сияли склизкой, глянцевой тьмой. Она моргнула, и чернота исчезла; её глаза вернулись в нормальное состояние. Кавалерия за её спиной не заметила этой перемены.

— О?

Кирихара поднял правую руку, приказывая остановиться. Златоглазые Монстры замерли, и Кирихара в одиночку зашагал навстречу Богине. Их разделяло примерно двести метров.

— О-хо-хо... Похоже, он и в самом деле серьёзно настроен поговорить. Что ж... Полагаю, мне тоже стоит выйти ему навстречу.

— Богиня Вишис?!

— Всё в порядке. Единственная опасность для меня — это эссенция Короля Демонов.

Вишис и Кирихара шли друг к другу, не сбавляя шага, пока расстояние между ними сокращалось.

— О боже, — пробормотала Богиня, отойдя на достаточное расстояние. — ...Но не похоже, что ты пришёл сюда заводить дружбу, не так ли? Ох, какой ужас.

Вскоре они оказались на расстоянии голосовой связи...

— Драконья Це...

В то же мгновение, когда Вишис почувствовала намерение Кирихары атаковать, она сблизилась с ним в мгновение ока. Прежде чем он успел договорить название своего навыка, Вишис прицелилась и нанесла прямой удар кулаком ему в щёку — угодив точно в цель.

Удар отбросил его прочь. Он полетел, словно стрела, и с силой врезался в валун, стоявший позади. Глухой, раскатистый звук удара разнёсся по равнине.

Спина Кирихары впечаталась в камень. В скале осталась глубокая вмятина, а от места удара во все стороны разбежалась паутина трещин, раскрошившая камень.

В тот момент, когда Вишис отправила Кирихару в полёт, она тут же бросилась в погоню. Его золотые драконы рассеялись и исчезли — возможно, из-за полученного удара. Кирихара уставился на Вишис с почти нескрываемым презрением.

— Драконья Це...

Прежде чем он успел закончить название навыка, Вишис своей правой рукой крепко зажала ему рот.

— Это бесполезно, — сказала она.

— ...

— Пока я могу уловить твоё намерение атаковать, я могу отреагировать быстрее, чем ты произнесёшь название своего навыка. Твоя слабость — в длине названий навыков, а тот, который ты только что пытался использовать, нужно произнести вслух для активации, хм? Значит, пока я могу помешать тебе закончить фразу, мне нечего бояться. Впрочем, я довольно сильно опасаюсь тех навыков, которые активируются один раз, а затем длятся определённое время. Ну-ка, посмотрим...

Вишис принудительно открыла экран статуса Кирихары.

Мне не следовало оправдываться занятостью и тем, как всё это утомительно — нужно было проверить характеристики Хидзири таким же образом.

— Драконья, а затем что-то вроде Це..., кажется, я услышала? Ах, вот он... Драконья Цепь. Так-так?.. Боже мой!

Глаза Вишис широко распахнулись от шока.

— Боже, боже, боже мой! Не говори мне, что считаешь меня каким-то монстром или демоном и пытаешься заставить подчиняться тебе?! Как порочно! Я — Богиня, а ты решил, что я такая же, как они?! Э-это просто слишком жестоко! А-а-ах! Кхм. Новые навыки, новые навыки... О, а это занятно! Ты кажешься ужасно спокойным. Хочешь что-то сказать? Валяй. Но в тот момент, когда я почувствую попытку атаковать меня, боли будет гораздо больше, понимаешь? ♪ И ты ведь понимаешь, насколько я сдерживалась во время того первого удара? Мне хотелось бы верить, что ты не законченный идиот. Правда, хотелось бы.

Закончив с предупреждением, Вишис убрала руку со рта Кирихары.

— ...Разумеется, я проверял тебя, — сказал он голосом, в котором не слышалось ни удивления, ни особого расстройства.

— Проверка?

— Судя по описанию навыка, я полагал, что шанс его срабатывания против тебя очень мал... но я должен был убедиться. Такова судьба короля — мне не избежать её.

— Ага. Ясно. Я не особо понимаю.

— ...Вижу. Это враждебность. Теперь я понял. Король Демонов ослабил бдительность, потому что не питал ко мне вражды. Но, похоже, я не могу скрыть свою враждебность по отношению к тебе. Вот почему ты была настороже. Значит, провидение. Я не могу лгать самому себе... Мой королевский сосуд не потерпит лжи. Так тому и быть.

— Ты в своём уме? Ты вообще способен вести диалог?

— Было бы лучше, если бы ты подчинилась мне... Но теперь ничего не поделаешь. Мы должны провести переговоры.

— Прошу прощения... Но что именно, по-твоему, ты делаешь? Ты понимаешь, в каком положении находишься?

— Я король.

— Король? Ладно, ладно... Но Кирихара-сан? Мы можем поговорить как взрослые люди?

— Я уже вышел за пределы концепции возраста.

— М-гм.

— Я говорю о своём положении. Я победил Короля Демонов и стал истинным королём. Именно сейчас начинается время Кирихары... время, когда начинается всё.

Прошло несколько секунд, затем Вишис ухмыльнулась ему.

— В любом случае, это было очень здорово. В свете твоих достижений я полностью прощаю твои прошлые акты неповиновения.

— Тебе это показалось неповиновением? Это был не бунт — это было просто провидение.

— ...Вижу. Понимаю. Ну что ж, давай вернёмся в Алион. Кхм, эти Златоглазые Монстры позади тебя... Нам стоит найти место, где ты сможешь их оставить?

— Тебе нет нужды закрывать глаза на мои действия. Теперь ты видишь, не так ли? Я — истинный герой, сосуд истинного короля. Никто не мог убить Короля Демонов, кроме меня. Это был я. Я один.

— Да, замечательно. ♪ Великолепная работа. ♪

— ...Но я всё же не вижу уважения с твоей стороны, Вишис. Желаешь прекратить своё существование?

— М-мне очень жаль... Видишь ли, я всегда была такой...

— Ты плачешь и рыдаешь... но этого будет недостаточно, чтобы выжить в этом мире. Этот мир не так мягок. В этом твой провал. Никто никогда не будет доверять тебе, по крайней мере в том смысле, который имеет истинную ценность. В отличие от меня.

— Разве мы не одинаковы?

— Не согласен. Но извинись, и я, возможно, подумаю о том, чтобы простить тебя. Ты понимаешь? Ты недооценила мою истинную мощь. Сожалей об этом, Вишис.

— Ох, о-ох... Я сожалею, правда... Мне так жаль. Мой взор был так затуманен. Хнык... Пожалуйста, не мучай меня так... Даже я не идеальна. Уа-а... Прости меня...

— Ты избежала полного провала — поскольку я оценил тебя со снисхождением. Однако это было извинение ранга «E». Возможно, именно высокомерие вас, богов, мешает вам произносить слова раскаяния от чистого сердца... Это ещё один провал.

— Ах... Похоже на то...

— Хоть это и поверхностное извинение, но я должен принять его как раскаяние, полагаю.

— Понятно... Что ж, Кирихара-сан, — сказала Вишис, переходя к главной теме разговора. — Похоже, ты действительно победил Короля Демонов... Ты не забыл взять ошейник из чёрного кристалла? Не то чтобы мне это было важно, конечно... но он понадобится мне, чтобы отправить вас всех обратно в ваш старый мир.

— Я могу отдать его тебе — но у меня есть условия.

— Кхм... Не возражаешь, если я сначала просто осмотрю его?

— Ошейник?

— Да.

Кирихара сунул руку в карман, и Вишис наблюдала, как он достал ошейник из чёрного кристалла. Он протянул его ей без малейшего колебания.

— Бери. Истинному королю нет нужды в подобных предметах. А теперь, что это значит... это убийственное намерение, которое я чувствую от тебя?

— ...Кирихара-сан?

— Что?

— Внутри ошейника ничего нет.

— Ты имеешь в виду собственную эссенцию Короля Демонов?

— Да.

— Конечно же, её там нет.

— Ты говоришь «Конечно» так, будто я должна это понимать. К чему ты клонишь? ...Ах, ты хочешь сказать...

— Да. Сердце осталось.

Если сердце уничтожено, ошейник может поглотить и сохранить исходную эссенцию, находящуюся внутри.

Ледяная, горькая улыбка сопровождала следующий вопрос Вишис.

— Сердце... Интересно, где же оно?

— Сначала мы обсудим условия.

— Хнгх!.. Я ведь сделаю тебе больно, знаешь? Никакой сдержанности больше не будет.

— Сдержанности... Вишис, ты правда ещё не поняла?

— Мм-хм?

— Если бы я намеревался победить тебя...

Широко раскрыв глаза, она увидела своё собственное отражение в глазах Кирихары, когда тот посмотрел на неё сверху вниз.

— ...Я бы уже сделал это.

Вишис наклонила голову, всё ещё улыбаясь:

— Прошу прощения? Ты что-то сказал?

— Я трансформировался. Стал настолько сильным, что смог победить даже Короля Демонов. Отсюда следует, что теперь я — сильнейший. Я уже превзошёл тебя. Однако ты необходима для моего возвращения в старый мир, поэтому я должен оставить тебе жизнь. Другими словами, я решил закрыть на всё это глаза. Я спускаю тебе с рук всю твою наглость. Это единственный факт, который остаётся.

— ...

Мне нужно просто убить его и забрать сердце, как только он умр...

— Сердца здесь нет, — сказал Кирихара.

— А?

Забудьте — я буду пытать его, пока он не выдаст местоположение. Есть предел тому, что может выдержать человеческий разум, и как только он будет нарушен...

— Я также не знаю его точного местоположения.

— ...П-прошу прощения?

— Я приказал одному из моих подчинённых спрятать его. Он — единственный, кто знает, где оно спрятано. Убивать меня бессмысленно, само собой... О, и ещё кое-что... — Кирихара продолжил с безразличием. — Если он не получит от меня весточку в течение определённого периода времени, ему приказано уничтожить сердце Короля Демонов.

— ...

— Другими словами... Если ты убьёшь или схватишь меня, это будет означать потерю сердца навсегда. В любом случае.

Вишис по выражению лица и голосу Кирихары не могла определить, говорит он правду или нет.

Почему всё, что я чувствую от этого человека, — это его величайшая убеждённость? Его слова не полностью отражают факты реальности. Неужели он действительно думает, что всё, что он говорит, — правда?

— Хо-хо... Кхм, но зачем тебе делать подобное? Какова твоя цель? Я не смогу отправить тебя домой, если ты не отдашь сердце, знаешь ли?

Мог ли он разгадать мои истинные намерения? Трудно представить, что это возможно.

— У меня нет намерения возвращаться. Я пока не могу отправиться домой.

Что ж, это что-то новенькое.

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Я прославлюсь в этом мире как король Кирихара. Как только я получу свою корону, я вернусь в старый мир и стану королём и там тоже. Ты понимаешь?

— Ах... да. Думаю, понимаю.

Значит, он желает остаться в этом мире и повеселиться ещё немного. Вот в чём дело.

— Тогда, как только твоя цель будет достигнута, ты согласишься передать сердце?

— Естественно. Я должен вернуться в ту страну когда-нибудь... Но время неподходящее.

— Я... понимаю. — Вишис на мгновение задумалась. — Ну что ж, Кирихара-сан, позволь мне помочь королю в течение твоего оставшегося времени в этом мире. ♪

— Я ожидал, что ты это скажешь.

— Однако я должна узнать подробности. Что именно вы желаете сделать?

Кирихара заговорил. Сначала он хотел заполучить собственную страну и взойти на трон как король. И лишь когда он почувствует, что достиг этого — только тогда он вернётся в старый мир.

— Другие герои обязаны меня уважать. Я не потерплю беспорядков, таких как попытки вернуться домой без меня.

— Иными словами… Сого-сан и остальные не смогут вернуться, пока вы лично не достигнете своих идеалов?

— Король Демонов никогда не был бы побеждён без меня. У них нет иного выбора, кроме как принять это.

Однажды уже был подобный герой. «Я победил величайшего врага этого мира и требую соответствующей награды». Другие находили это место более комфортным, чем их старый мир, и выражали желание остаться.

Но, вообще-то — герои, остающиеся здесь после смерти Корня Всего Зла… это создаёт определённые божественные проблемы. Если затянуть это слишком надолго, будут последствия. Один или два героя — и эффекты их присутствия можно минимизировать, но в том количестве, которое запрашивает Кирихара, долгосрочное пребывание окажется довольно затруднительным. Самым простым решением было бы устранить некоторых, сократив общее число героев…

— Поняла. Я объясню ситуацию Сого-сан и остальным и попрошу их остаться в этом мире ещё немного. ♪ Ну что ж, Кирихара-сан… не хотели бы вы построить свою новую нацию в Землях Корня Всего Зла?

— Нет. Я возьму королевство Магнар.

— Магнар, говорите?

— Мне нужны люди в качестве подданных. Но Земли Корня Всего Зла тоже станут частью моих владений. Путь, который я должен проделать, чтобы добраться туда, лежит через Ночную Стену — Магнар. Мне нужно просто заставить всех монстров и демонов под моим командованием вернуться в Земли Корня Всего Зла. Не бойтесь… народ Магнара не пострадает, пока они будут гражданами Кирихары. Этот король исполнит свой долг.

— Понятно. Хм… Король Белый Волк погиб в битве во время Великого Вторжения. Так что трон действительно вакантен в настоящее время…

— У короля был младший брат, капитан Наездников Белого Волка, верно? Я встретил его, когда отправился на восточный фронт спасать их.

— Согуд Сигмус, верно. В данный момент он приближается к нашему местоположению во главе своих Наездников Белого Волка.

— Мы вдвоём сразимся на дуэли, чтобы определить, кто истинный Король Магнара.

— Ха. Дуэль, значит? Дуэль…

— Нам нужно выяснить, кто из мужчин достоин этого титула… Хотя я, возможно, буду готов пощадить его жизнь, если он признает моё королевское величие и поклонится мне. Я милосерден.

— Хм…

Интересно, неужели Черный Волк действительно примет эти условия?

Вишис знала многое о ситуации в Магнаре в отсутствие их короля Белого Волка. Раздавались всё более громкие призывы, чтобы сам Согуд занял трон. В ответ на их страстные мольбы он ответил так: «Я приму эту роль лишь временно, до того момента, пока не будет найден мой брат».

Согуд прекрасно осознавал негативное влияние, которое отсутствие короля оказывало на его вассалов и народ.

И всё же… Вишис рассмеялась. Король пропал — труп не найден. Он может быть ещё жив… хотя утверждать «я уверен, что он всё ещё жив» — глупо, полагаю.

Почему-то, когда люди слышат «пропал без вести», они всегда верят, что субъект всё ещё жив. Как глупы эти людишки с их короткими жизнями, неспособные взглянуть правде в глаза. Они цепляются за безосновательный оптимизм и начинают выть лишь тогда, когда становится слишком поздно. Всё это так забавно — лучшая из комедий, сколько бы раз я ни смотрела повтор.

Смертные глупцы.

— Сестёр Артлайт — я возьму и их тоже.

— Ну… Не вижу причин для отказа.

Две прекрасные сестры были знаменитыми капитанами рыцарей. У Магнара были Наездники Белого Волка, но, помимо них, существовало ещё два рыцарских ордена — Наездники Белого Кролика и Наездники Белой Лисицы. Эти два ордена были менее известны, чем элитные «Волчьи» боевые силы, но поговаривали, что каждый из них сильнее Рыцарей-Убийц Монстров из Урзы.

— Впрочем, они будут в лучшем случае наложницами.

— Ха. Значит, ваше истинное сердце принадлежит Сого-сан, я так понимаю?

— Неужели она — всё, до чего ты смогла додуматься, Вишис?

— Гха… как грубо сказано.

— Что ж, полагаю, ты тоже не заметила моего скрытого таланта — в конечном счёте, ты слишком сильно любишь себя. Ты правда не понимаешь? Твой идиотизм настолько беспределен?

— …Да.

— Для тебя уже слишком поздно признавать это. Моей истинной супругой… — Кирихара произнёс имя, которое, как знала Вишис, сорвётся с его губ. — …может быть только Серас Эшрейн.

Вишис до этого момента особо не заботил данный вопрос, и она не придавала ему большого значения. Поразмыслив, она поняла, что этот ответ имеет смысл. Была причина, по которой сестёр Артлайт так редко упоминали в разговорах о красоте… Конечно, стоило учитывать Императора Дикой Красоты… Но очарование Серас Эшрейн было просто слишком очевидным, чтобы его игнорировать.

— …

…Серас Эшрейн?

Вишис осенило.

Мне нужно время. Время, чтобы заглянуть в будущее и расставить фигуры на свои места. Препятствия, стоящие у меня на пути, однако — они мешают.

Кирихара… И Повелитель Мух — Тоо-ка Мимори.

Вишис вспомнила тот момент, когда отправила его в Руины Избавления, и разговор между Тоо-кой и Кирихарой.

— …

Я нашла способ.

— Кирихара-сан, этот разговор о Серас Эшрейн заставил меня кое-что вспомнить… На самом деле, довольно занимательную историю.

— Если это не имеет значения, я перестану доверять тебе навсегда.

— Уверена, это вас очень заинтересует.

Вишис приблизилась к уху Кирихары и прошептала ему что-то. Выражение лица Кирихары изменилось, словно истина тронула его сердце.

— Что ты только что мне сказала?..

— Мне это тоже показалось странным… Что же, чёрт возьми, представляет из себя этот сомнительный Повелитель Мух, гадала я. Проклятая магия, так он называет свои способности, но я так и не смогла в них разобраться…

— Тогда, ты… Прежде чем избавиться от него… — Кирихара метнул в Вишис убийственный взгляд. — Ты сказала, что он вытянул проигрышную руку, не так ли?

— Ох… Отвратительно, не так ли? Он выполз из могилы, словно какой-то извивающийся опарыш. Поистине ужасающе…

— Те Руины Избавления, которыми ты хвасталась, были просто бутафорией? Начни относиться к своей чёртовой работе серьёзно.

Некоторое время Вишис рассуждала о том, какими могут быть его уникальные навыки.

— Возможно, как и у Икусабы, у него есть что-то — способности не по рангу, навыки, которых он недостоин. Навыки выскочки. Случайное богатство.

— Но как он умудрился найти еду там, внизу, в руинах… Этого я просто не могу постичь.

— И ты называешь себя богом? Не смеши меня.

— Хо-хо-хо… о?

Кирихара внезапно грубо схватил Вишис за мантию.

— Какую ошибку ты совершила, Богиня Вишис… И теперь он Бельзегея, лидер Отряда Повелителя Мух. — Рот Кирихары перекосило. Он заскрежетал зубами. — Он — нынешний владелец Серас Эшрейн?! Это так нелепо, что я с трудом подбираю слова, чтобы описать это, Вишис!

Вишис улыбнулась ему в ответ и рассмеялась.

— Ну… Серас Эшрейн многое узнала о жизни в этом мире под руководством принцессы Каттлеи, и она известна как талантливая мечница. Но что ещё? Она не понимает юмора, а также чопорна и не привыкла к мужскому обществу. По всей вероятности, у неё вообще нет опыта общения с мужчинами. Возможно, ему нужно было показать ей лишь малую толику чего-то от противоположного пола, чтобы она упала к нему в руки? Ох, я не имею в виду оскорбить её характер, конечно, это лишь моя личная оценка. ♪ Надеюсь, вы понимаете, что я не пытаюсь отрицать те прелести, которые вы в ней видите.

Вишис продолжила излагать свою личную теорию — что Тоо-ка Мимори спас Серас от Черных Драконьих Рыцарей.

— Именно тогда она запала на Мимори-сана, я полагаю.

— Мы говорим о Мимори… Должно быть, он использовал какую-то подлую тактику засады, чтобы победить Сильнейшего в Мире Человека. Я бы смог одолеть Цивита в лоб. Тц… Похоже, Серас Эшрейн связалась не с той компанией. Я и подумать не мог, что она будет рада спасению героем рангом ниже меня. Её внешность может быть невероятной, но ей потребуется перевоспитание в моих руках… Боже, с этой женщиной будет много мороки…

Пф!

Кирихара плюнул Вишис на грудь.

— …

Он вырвал руку из складок её одежды, оттолкнув богиню в процессе.

— Прими это как небольшое сокращение твоего срока… За преступление, состоящее в том, что ты не поняла, что этот таракан, этот заблуждающийся герой самого низкого ранга, всё ещё ползает по этой земле.

— Понятно… большое спасибо.

— Что? Хочешь убить меня прямо здесь и сейчас?

— Кто знает?

— Хм… Но, полагаю, я больше не могу простить тебя. Моё имя практически синоним милосердия, но даже у него есть предел… Моё терпение лопнуло. И теперь, несомненно — я должен вступить на путь правосудия.

Кирихара положил руку на рукоять своей катаны и крепко сжал её.

— Этот заурядный, безликий, никто, фоновый персонаж смеет возлагать свои руки на столь прекрасную вещь, которая настолько выше его чёртового ранга. Это полностью противоречит моему провидению — это совершенно неправильно!

— Кирихара-сан, вы — истинный король.

— Тебе не нужно заявлять об этом сейчас. Ты с тем же успехом могла бы сказать, что солнце восходит на востоке и садится на западе.

— Истинному королю, я думаю, нужны достойные партнёры рядом.

— Для начала я возьму сестёр Артлайт — на этом я настаиваю. Но моей истинной наградой должна стать Серас Эшрейн — и никто другой. Элита должна доставаться элите. Это — это неоспоримое провидение. Нижайшие могут подняться, но их истинная натура всегда будет выставлена на всеобщее обозрение. Это потому, что их возвышение противоречит провидению. Что нужно тем, кто на дне, больше всего на свете — так это возвращение естественного порядка мира, чтобы они могли вести жизнь, достойную их природного положения. Мир, из которого я пришёл, страдал от того же. Те, кто был на дне, не понимали своего места, и их голоса были слишком громкими.

— Вы совершенно правы, Кирихара-сан. Я уверена, что вы правы.

— Хм, Вишис… Полагаю, я всё-таки приму твоё предложение. Чтобы вернуть этот мир в его естественное состояние, я верну всё Кирихаре. Я не могу простить Мимори.

— Что ж, Кирихара-сан, тогда давайте договоримся сражаться вместе ради ваших целей… Альянс, если вам будет угодно?

— Король и бог объединяют руки — очень хорошо. Я не могу убить тебя, так как ты нужна мне для возвращения в старый мир. Альянс кажется подходящим компромиссом…

Кирихара вздохнул, медленно и нарочито выдыхая.

— Согуд Сигмус, сёстры Артлайт, Сого Аяка, Такао Хидзири, Серас Эшрейн… Согуд Сигмус, Сого Аяка, Серас Эшрейн…

Золотые драконы Кирихары вновь окутали его.

Он склонил голову набок с хрустом.

— Мимори Тоука…

Силы, собранные для сражения с Королём Демонов, отступили в замок Алион. Аяке не сказали причину, и никто из тех, кого она спрашивала, тоже не знал. «Ситуация изменилась», — это всё, что сказала ей Богиня.

Все были в смятении — их замешательство усугублялось тем, насколько решительно они были настроены встретиться лицом к лицу с их последним испытанием. Аяка просила Богиню дать ответы, но не получила никаких подробностей.

— Многое остаётся неизвестным, но я предоставлю больше информации, как только она будет раскрыта. Это я тебе обещаю.

В конце концов, Аяка и остальные вернулись в замок Алион. Они ждали там несколько дней, пока по коридорам ползли слухи.

«Говорят, Король Демонов умер».

Аяка пыталась выяснить правду об этих историях, но обнаружила, что находится практически под домашним арестом. Время, когда ей позволяли общаться с одноклассниками, было почему-то ограничено.

«Эти условия неизбежны», — был единственный ответ, который она получила, спросив об их положении.

Что происходит… Неужели Король Демонов действительно мёртв?

Затем однажды, вскоре после пробуждения, Богиня вызвала её к себе для обсуждения важного дела.

— Что происходит? — спросила она, стоя в привычном кабинете. — Я слышу слухи, что Король Демонов умер…

У Богини было мрачное выражение лица.

— Ситуация развилась в совершенно неожиданном направлении. Видишь ли…

Богиня сообщила Аяке, что слухи правдивы — Король Демонов мёртв. И тем, кто победил его, был Кирихара Такуто.

Ещё когда они стояли лагерем у границы между Алионом и Магнаром, Богиня приказала им оставаться на месте, пока она и несколько её приближённых отправились на встречу с Кирихарой, объяснила она. Аяка спросила, почему Богиня не взяла героев с собой, и та пояснила, что Кирихара специально просил поговорить с Вишис наедине. Она не желала провоцировать его без нужды, поэтому согласилась на его требование.

И так Богиня встретилась с Кирихарой Такуто.

— Я думала, что Кирихара-сан уже устранён, но, похоже, вместо этого он победил Короля Демонов. У меня есть способ определить, жив ли Король Демонов, и я воспользовалась им, чтобы подтвердить, что он действительно мёртв. Это тот же метод, который я использовала, чтобы определить, где он появится.

— Н-но тогда… Тогда это значит…

Мы можем вернуться в наш старый мир.

Однако момент радости был мимолётным.

— Э-это невозможно… Кирихара-кун правда сделал всё это?..

Объяснение событий Богиней шокировало.

— Да… Похоже, он спрятал сердце где-то в другом месте.

Аяка была рада услышать, что Кирихара в безопасности, но, похоже, он не вернулся в замок с Богиней после их встречи. Богиня продолжила объяснять, что лично она считает, будто Кирихара вышел из-под контроля, и она едва вынесла его монологи. Его уровень вырос до невероятно высокого числа — вероятно, из-за победы над Королём Демонов, — и возник риск, что он может быть способен убить даже божество вроде самой Богини. Поэтому она решила сделать вид, что принимает его требования, и вернулась в Алион, чтобы выиграть время и разработать стратегию.

— На данный момент мы находимся в своего рода альянсе. Честно говоря, я понятия не имела, что делать, когда встретилась с ним. Но что ж… если бы я оставила всех вас на границе, а Кирихара-сан был бы по другую сторону, был риск, что он мог бы напасть на вас в припадке безумия. Вот причина моего отступления, понимаешь.

Аяка нахмурилась, когда Богиня закончила.

— Кхм… Вы говорите об альянсе — битве против общего врага? Но Король Демонов побеждён… С кем ещё осталось сражаться?

— Ему предстоит сражаться против Миры.

— Миры? П-почему..?

— Мира объединились с Отрядом Повелителя Мух, понимаешь ли…

Отряд Повелителя Мух? Бельзегея-сан? Почему она сейчас говорит мне об этой банде наёмников?

— Во-первых… Кирихара-сан начал говорить абсурдные вещи о том, чтобы стать королём Магнара. И, ну… он намерен взять Серас Эшрейн из Отряда Повелителя Мух в жёны, судя по всему.

— Что?! Э-это нелепо… Он не может…

— Нет, он был вполне серьёзен. Также, похоже, он приобрёл навык, позволяющий ему контролировать Златоглазых Монстров и демонов. Тебе, возможно, будет трудно в это поверить… но в настоящее время он командует армией монстров.

— Армией монстров…

Аяка не могла подобрать слов.

Богиня просто продолжила, её выражение лица было необычайно серьёзным:

— И, честно говоря, я бы хотела покончить с этой миранской войной раз и навсегда.

— Н-но… Есть ли какая-то необходимость нам, людям, сражаться между собой сейчас?

— Мира, по-видимому, получила метод убийства божеств. Другими словами, убийства меня. Чтобы посвятить тебя в эту тайну… у них есть нечто под названием запретная магия.

— Запретная магия?

— Это ужасающая сила, способная убивать богов. Разве этот ответ неудовлетворителен? Именно по этой причине Мира восстала против меня.

В этом… есть смысл. Если Мира знает слабость Богини и обладает силой воспользоваться ею — им нужно только выиграть свою войну и принести эту запретную магию прямо к самой Богине.

— Но без меня герои не могут быть призваны. Если не будет Богини, в следующий раз, когда придёт Корень Всего Зла, люди этого мира будут истреблены. Это будет резня, слишком великая, чтобы на неё смотреть, трагедия, не поддающаяся описанию.

Аяка испытала жестокость Короля Демонов на собственном опыте во время Великого Вторжения.

Люди этого мира — они будут страдать, если у них не останется средств защитить себя. Если Богиня исчезнет.

— Н-но Мира понимает это, не так ли? Разве они не ведут себя так, потому что верят, что у них есть какой-то другой способ противостоять злу?

— Следующий Корень Всего Зла может появиться через столетия.

— А?

— Это значит, что те, кто сейчас жив в Мире, давно умрут от старости к моменту возвращения Короля Демонов. То, чего всегда желала эта династия императоров с самого своего основания — это объединение континента. Вот и всё.

— Э-это невозможно. Тогда, если они смогут достичь этого… вы имеете в виду, их совершенно не волнуют поколения, которые придут после них?

Если это то, чего они добиваются — тогда они неправы. Люди должны нести ответственность за передачу факела — создавать счастливое настоящее и обеспечивать его продолжение в будущем. Эти люди думают, что их собственное счастье — это всё, что имеет значение? Их не волнуют страдания других после их собственной кончины?

Они неправы. В корне неправы.

— Императоры Миры… Достижение этой вековой, долгожданной амбиции всегда было их главной заботой. Они не думают о своих гражданах. Они никогда не пошли бы на войну в такое время, если бы думали, верно? Люди Миры обмануты. В течение многих лет, в своём великодушии, я… я надеялась, что они изменят свои пути. И всякий раз, когда Мира действовала вызывающе, я позволяла им отделаться предупреждением. Но, возможно, это был неправильный способ обращения с ними. Со временем они начали ненавидеть меня, и эта ненависть гноилась. Вот конечный результат.

— Н-но… Но…

— Кирихара-сан сказал мне, что он спасёт Серас Эшрейн.

— !

— У него также нет терпения к Империи Мира — к их эгоистичной войне, приносящей в жертву собственных граждан.

— Это…

— У м-меня ужасный характер, не так ли?

Внезапный вопрос застал Аяку врасплох.

— А? Я не…

— Тебе не нужно щадить мои чувства сейчас, понимаешь? Но без этого характера, который другие находят неприятным, я не смогла бы поддерживать баланс между нациями все эти годы. Эти нации выживают по сей день, потому что я защищала их от Корня Всего Зла. Ах, да, да… Священная Империя Нея, в которую вторгся Бакосс, несколько дней назад была восстановлена в Священном Альянсе.

— !

— Я действительно обещала снова признать их независимость как нации, в зависимости от их военных успехов в недавнем Великом Вторжении. Я вела переговоры с Бакоссом лично. У меня ужасная репутация, но я держу свои обещания. Единственная дочь покойного Священного Императора, Каттлея Страумс, взойдёт на престол как Императрица.

— Каттлея-сан…

Она хороший человек. И люди этой страны тоже.

— Император Бакосса, и Последний Драконий Рыцарь, Гус Долнфедд, также предложили свою поддержку. Вот как их независимость была достигнута без инцидентов. Теперь мы сможем привлечь войска из Священной Империи Нея.

Нея и Бакосс…

Эти две нации были важны для Аяки сейчас.

— Сого-сан. — Выражение лица Богини стало ещё более напряжённым. — В войне против Миры Алион потерял значительную часть своих боевых сил — включая Тринадцать Орденов. Мы потеряли связь с Мечом Отваги, которого теперь следует считать погибшим. Какой бы сильной ни была Мира, я не думаю, что она могла бы нанести нам такие потери. Те миранские силы, о которых мы знаем сейчас, не могли причинить нам столько урона. Даже если мы учтём некоторую дополнительную мощь, которую они могли от нас скрыть…

Внезапно Богиня замолчала.

— На самом деле… — тихо начала она снова. — Один человек из Девятого Ордена выжил и сумел вернуться в Алион.

Аяка слышала о недавней битве, которую Тринадцать Орденов вели на западе с армией Миры, и о сокрушительном ударе, нанесённом силам Алиона. Она знала, что выжившие есть, но уровень потерь был ужасающим. Аяка также знала о Девятом Ордене.

— Я слышала, что члены Девятого Ордена действовали за пределами Алиона, и мне ни разу не довелось встретиться с кем-либо из них. Но я знаю об их репутации. Они часто делали финансовые пожертвования приютам и совершали другие добрые дела.

Аяка не слышала много хорошего о Тринадцати Орденах Алиона — но Девятый Орден был исключением. Возможно, именно поэтому рассказы о них так врезались ей в память — уж слишком они отличались от остальных.

— Они были убиты... убиты Повелителем Мух, Бельзегеей.

— !..

— Они пытались сдаться, бросили оружие и признали поражение... Но их вырезали без жалости. Впрочем, я слышала, что они не молили о пощаде. У меня сложилось впечатление, что они были довольно мягкосердечными людьми... Но даже я должна признать, что в последние мгновения они вели себя как достойные солдаты. Истинные воины, надо сказать.

Богиня опустила взгляд на стол, в её глазах читалось раскаяние.

— Честно говоря, я не хотела верить, что их постигла такая ужасная участь. Но у нас есть свидетель... Мы получили отчёт из первых рук от выжившего из Девятого Ордена, о котором я упоминала. Если вы хотите услышать эту историю из его собственных уст, я могу приказать привести его к вам.

— Это ужасно.

Богиня не плакала напоказ, как она обычно делала, — лишь слегка прикусила уголок губы.

— Саблезубые Тигры встретили подобную же судьбу...

— А?

— Их лидер, Рири Адамантин, предложила свою жизнь, чтобы остальные могли спастись, — но Повелитель Мух всё равно убил их всех. Он был беспощаден.

Аяка потеряла дар речи.

— Э-этого... Этого не может быть! Тот человек никогда не был бы настолько безжалостным!

Аяка однажды говорила с ним. Он не казался таким типом людей.

— Я тоже считала его союзником... Это стало большим потрясением, — произнесла Богиня. Она подняла взгляд от стола. — Но подумайте об этом, Сого-сан. Что вы на самом деле о нём знаете?

— Ну, я...

— Повелитель Мух создал свою группу наёмников после того, как вырезал соперничающую фракцию Ашинто во время раскола в их организации. Он не колеблясь убивает тех, кто встаёт у него на пути. Это ключевая часть его характера. Вот почему, ну... кхм... только между нами... и я бы хотела, чтобы вы сохраняли спокойствие, конечно, но...

Богиня замолкла, её лицо исказилось от душевной боли. У Аяки возникло ужасное предчувствие насчёт того, что последует дальше. Её сердце колотилось.

Этот тяжёлый звук...

Биение моего сердца в груди.

Я не вынесу этого.

— Среди тел убитых пленников был мальчик... Ясу-сан.

— ...

Мысли Аяки спутались. Всё в поле её зрения исказилось и померкло.

— Ясу-кун..? Н-нет...

— Мне очень жаль. Я лично направила его на особое задание. В то время его сопровождали сильнейшие силы, которые могла предложить наша нация, Шестой Орден... Я верила, что он будет в безопасности. Сого-сан, я была наивна, посылая его. Это полностью моя ответственность.

Богиня — та самая Богиня — склонила голову.

— Я так виновата.

— А-а-ах, — Аяка едва выдавила стон, её голос дрожал и был хриплым. — Он... Ясу-кун... Это был он?

Богиня молчала несколько мгновений, не поднимая головы.

— Да. Это дело рук Повелителя Мух...

— Ясу...-кун...

Богиня посмотрела на Аяку:

— Он молил о пощаде. Просил вернуть его в старый мир... рыдал. Такие отчёты пришли ко мне. Повелитель Мух не желал ничего слушать... Сого-сан?

— ...

— ...Корень проблемы — это Император Дикой Красоты, я полагаю.

Аяка слегка насторожилась при этих словах.

— Этот император... Он идеологически обработал всех своих граждан. В нём есть некое очарование, которое сводит других с ума. Он знаменит дикой, безумной природой своей красоты, понимаете? Он доводит людей до сумасшествия... затем промывает им мозги и подчиняет своей воле. Я долго с тревогой наблюдала за ним, полагая, что здесь замешана какая-то нечестная игра.

— Повелитель Мух... Ему тоже промыл мозги император?

— У меня нет доказательств, но я уверена, что так оно и есть. Он был отравлен очарованием Императора Дикой Красоты.

— ...Император Дикой Красоты.

— С Асаги-сан и её группой та же история.

— !..

— По правде говоря, они прекратили контакты со мной. Я полагаю, что они больше не в Ёнато...

— Неужели... они отправились в Миру..?

— Я буду счастлива, если их тоже не убили, но они вполне могут быть в заключении... нет. Худший сценарий заключается в том, что лесть и промывка мозгов Императора Дикой Красоты склонили их на его сторону.

— !..

— И поэтому... Я думаю, что Император Дикой Красоты — первопричина всего этого конфликта. Возможно, Повелитель Мух был очарован Императором Дикой Красоты, когда они встретились? Он помогает императору, устраняя препятствия для победы Миры. Повелитель Мух и его спутники тоже могут быть жертвами в этой ситуации. Ах, простите... Это всё лишь мои домыслы.

— ...

— Ах, а что касается сестёр Такао...

— И-их нашли?!

— Нет, мне жаль... Их местонахождение всё ещё не установлено. Но были некоторые неподтверждённые сведения. Похоже, они направляются в сторону Миры.

— В сторону Миры...

Аяка однажды слышала от Богини, что Хидзири контактировала с кем-то в Мире.

— Возможно, Император Дикой Красоты намерен как следует промыть им обеим мозги. Боюсь, если он не сможет, тогда... от них могут просто избавиться.

Аяка даже не заметила, как подалась вперёд, сидя на самом краю стула. Она не представляла, какое у неё сейчас лицо. Она сжала кулак, стиснув его изо всех сил.

Промывание мозгов никогда не сработает. Не против неё — не с Такао Хидзири. Но если этот Повелитель Мух заодно с Мирой — они могут быть способны устранить её.

— Император Дикой Красоты из Миры...

— Сого-сан.

— ...Да?

— Вы единственная, кто теперь способен остановить Кирихару-сана.

— ...Я единственная.

— Есть кое-что, что я должна сделать немедленно, — приготовления к отправке вас обратно в ваш старый мир. Это действительно срочное дело, и мне очень жаль... но я не смогу вам помочь.

— Значит, я...

— Кирихара-сан находится на пути в Миру... Я только что сообщила вам об этом, помните?

Аяка вернулась к реальности.

— Да. Поскольку Повелитель Мух и Император Дикой Красоты в сговоре, есть вероятность, что с Кирихарой тоже расправится Повелитель Мух.

— !..

Кто в этом мире может с уверенностью сказать, что этого не произойдёт?

— Но вы сможете спасти Кирихару-сана и остановить Повелителя Мух. Я верю в вас. Ему нужен спаситель, чтобы вернуться в его старый мир живым. Чтобы вызволить его из Миры, от Императора Дикой Красоты — и от Повелителя Мух. Вы единственная, кто может сейчас это сделать. Позвольте мне повториться... Я верю, что вы одна способны на это.

— Я... Я... Единственная...

— Силы Неи и Бакосса недавно выдвинулись на войну на западе. Нею возглавит их новая императрица, Каттлея Страумс, а Бакоссом будет командовать Последний Драконий Рыцарь, Гус Долнфедд.

— !..

— Но армия Миры сильна. Я полагаю, я могла бы дать им бой, но основная часть боевых сил Алиона была перебита Повелителем Мух...

— Вы... хотите... Вы просите меня пойти на войну? — Аяка опустила взгляд на пол, стоя перед Богиней. — ...Не против монстров — а против других людей?

— ...Это тяжёлая просьба, не так ли? Мне жаль. Я прошу только потому, что моя собственная армия в таком отчаянном положении...

Что мне делать?

Я... Хидзири-сан... В такие моменты я хочу спросить у неё совета. Но её здесь нет. Я должна быть той, кто примет решение. Решить самой... По собственной воле.

Длинная, затянувшаяся тишина повисла в кабинете.

— Только я...

— П-простите..? Пожалуйста, продолжайте.

— Я пойду. Но только я. Никто из моих одноклассников не будет участвовать в этом — таковы мои условия.

Я не позволю никому другому стать убийцей. Я не могу.

— Тогда вы принимаете мою просьбу? Вы будете сражаться?

— Каттлея-сан, Гус-сан... Я не могу позволить им двоим умереть. И если я должна спасти Кирихару-куна — а он направляется в Миру, — значит, именно туда я и должна пойти. Ради Асаги-сан, Такао-сан и остальных тоже. Маршрут через север в обход полей сражений в Урзе займёт слишком много времени. Я могу не успеть.

Я должна пройти через западный фронт — через Урзу.

Аяка посмотрела Богине прямо в глаза.

— Если Мира разобьёт ваши армии в поле, они промаршируют прямо сюда, к Алиону — не так ли?

— Да.

Богиня встала и обошла свой стол, чтобы встать перед Аякой. Она взяла руки Аяки в свои.

— Вы сделаете это ради меня?

— ...Сделаю. Я единственная, кто сейчас способен предотвратить худшее.

— Ах! Сого-сан!

— Но то, как я буду сражаться — это решение остаётся за мной.

— Как вы будете сражаться?

— Я пришла в этот мир не для того, чтобы убивать людей. Это война, и я готова к тому, что люди умрут... Но я сделаю всё возможное, чтобы свести потери к минимуму. Вы должны это понять.

— О-хо-хо... Это так похоже на вас, Сого-сан. Я понимаю, конечно. Поступайте, как пожелаете, — ответила Богиня, крепко сжимая руку Аяки. — Сого-сан, на меня саму снизошло нечто вроде прозрения... Теперь я, наконец, вижу, что вы единственная, на кого я могу рассчитывать. Хоть я и божество, я была глупа и неразумна в своих действиях. Вы можете проклинать меня, как пожелаете. Я прошу прощения за грубость, с которой относилась к вам, но я тоже буду честна... Я не ценила ваше отношение.

— ...

Тон Богини стал кротким.

— Меня предавали бесчисленные люди в моём положении Богини, и я выстрадала много зла от этого мира. Прежде чем я это осознала, человеческая злоба и порочность повлияли на меня, и я больше не могла верить в идеал врождённой человеческой доброты. Вот почему я принимала вашу доброту за обман, думала, что всё это напоказ. Именно это мне в вас и не нравилось.

Богиня посмотрела Аяке в глаза.

— Но я ошибалась. Вы действительно хороший человек — настоящий. Я не могла поверить, что такие люди, как вы, всё ещё существуют. ...И всё же, вот она вы. Стоите прямо передо мной.

Богиня вздохнула.

— Полагаю, брать заложников и заставлять вас делать это... Теперь в этом не было бы смысла.

Богиня позвонила в колокольчик, стоявший на краю её стола. Мелодичный звон призвал из соседней комнаты двух мужчин — один конвоировал другого.

Глаза Аяки широко распахнулись, стоило ей увидеть вошедших.

— С-Сого?.. — пролепетал мужчина.

— Дзакуроги-сенсей…

Это был классный руководитель Аяки. Он выглядел изможденным, побитым, а на щеке красовался фиолетовый кровоподтек.

Тамоцу Дзакуроги.

Аяка слышала, что после их призыва его отправили работать на замковую кухню. Богиня заявила, что он «не является достойной личностью, с которой стоит брать пример», и редко позволяла героям видеться с ним. Обеспокоенная его безопасностью, Аяка всё же навещала его несколько раз, несмотря на запреты.

Он всегда выглядел счастливым, когда мы встречались, всегда смеялся, но…

— Мне так жаль, Сого-сан. Если бы мне не удалось убедить тебя… К моему стыду, я рассматривала возможность взять его в заложники, чтобы заставить тебя действовать.

— !..

— Но это было бы грубой ошибкой. Просто… Что ж, у него действительно есть ряд недостатков. Он совсем не похож на тебя.

Солдат, приведший Дзакуроги, грубо пнул его, отшвырнув в другой конец комнаты. Руки учителя ударились об пол, и он издал жалкий вскрик. Он был в ужасе.

— Что это значит? — спросила Аяка, обратив вопросительный взгляд на Богиню. — Этот синяк…

— Дзакуроги-сан… Расскажите ей о синяке.

— Э-э?! — стоя на коленях, он в шоке оглянулся на Богиню. — Ах, эм… Кхм…

Дзакуроги-сан?

— Ах… С-Сого… Я-я…

От Богини исходила какая-то безмолвная, давящая сила. Аяка просто смотрела, сбитая с толку и не в силах понять, что происходит.

— …Я-я стал учителем т-только потому, что… Я-я думал, что у меня… может появиться ш-шанс со старшеклассницей… С дзёси косей…

— Э-э… Дзакуроги-сенсей?.. Что вы такое говорите?..

— Ну, я имею в виду, типа… Даже если учителей ловят на преступлениях на сексуальной почве, им легко получить работу обратно… И типа, можно «застолбить» ученицу, а потом д-делать с ней всё, что захочешь, когда она выпустится. Их легко уговорить на всякое, пока они ещё не вышли в реальный мир. Я где-то читал в интернете, что, типа, если хочешь замутить с молоденькой, незрелой старшеклассницей, тебе т-точно нужно получить педагогическое образование! Школы этой страны — просто рай, они совсем не такие, как за границей, где к хищникам относятся строже! У наших школ столько других проблем с монстрами-родителями и безумными условиями труда, что даже такие парни, как я, могут стать учителями! Я-я-я реально хотел попытаться! Я имею в виду, типа, в твоем классе столько симпатичных девчонок, которые куда сексуальнее, чем имеют право быть в их возрасте! Ха-ха… Но типа, когда дело дошло до дела, вы все такие сильные и так настороже… Даже как-то страшно… Я слишком боялся даже пальцем кого-то тронуть… Ха-ха… Я, типа, на самом деле ничего такого не сделал… Но в последнее время я подумывал попробовать, подкатить к одной из тех, кто попроще, например, к Кашиме, может быть…

Раздался тяжелый вздох — это была Богиня.

— Я сочла, что будет лучше, если его истинная натура откроется тебе. Прошу прощения, но я просто нашла его характер слишком порочным, слишком достойным порицания. Я не сдержалась и ударила его. Этот синяк — результат того инцидента.

Аяка была совершенно ошеломлена — но вскоре к ней вернулось самообладание.

— Дзакуроги-сенсей.

— Хья?!

— Вы… Вы худший.

— …Д-да…

— И то, как вы говорите, намекая, что большинство учителей идут в профессию, чтобы быть хищниками… Это невероятное неуважение к преданным, трудолюбивым и серьезным педагогам, которые каждый день стараются изо всех сил ради будущего своих учеников.

— У-ух… М-мне ж-жаль…

— Когда мы вернемся в старый мир, вы измените свой подход к преподаванию. Вы обязаны.

— Д-да! Клянусь! Я-я изменюсь! Я осознал это здесь, в этом мире… У меня был шанс поразмыслить! Я исповедал всю грязь, что была внутри меня… и чувствую, будто гора с плеч свалилась!

Люди могут меняться. Неправильно бросать людей просто потому, что они плохие или слабые. При искреннем усилии — и тщательном объяснении — я уверена, люди могут измениться. Как человеку, который собирается их исправлять, мне нужна абсолютная власть, чтобы моя искренность ощущалась, а слова были услышаны. Да… Чтобы защитить себя от зла и спасти слабых — для этого требуется подавляющая сила.

— Это обещание, сенсей.

— Д-да! Я изменюсь, вот увидишь, Сого! Позволь мне исправиться, когда мы вернемся в старый мир. Поэтому, пожалуйста… спаси меня. Спаси нас всех! А потом давай вернемся домой вместе! Назад, в старый мир!

— Да. Разумеется, — ответила Сого.

Выражение лица Богини стало печальным.

— Я сейчас же исцелю его синяк. Я сорвалась и ударила его в минуту гнева… Мне очень жаль.

— Н-нет… Я благодарен вам, Богиня! Спасибо, что помогли мне понять, кто я такой на самом деле! С-спасибо!

Как только Дзакуроги закончил рассыпаться в благодарностях, солдат вывел его из комнаты.

— Пожалуй, на этом всё, Сого-сан.

— Сперва… Прежде чем уйти, я хотела бы спросить вас об Оямаде-куне. Видя, что случилось с Дзакуроги-сенсеем, я начинаю беспокоиться и о нём.

— Он всё ещё на лечении. Его психическое состояние по-прежнему нестабильно… и я не думаю, что он в том состоянии, чтобы встречаться с людьми. Ты могла бы пойти и убедиться сама, но, полагаю, ваша встреча может оказать на него неблагоприятное воздействие. Я не могу гарантировать, что в результате ему не станет хуже. Приказать организовать визит?

— …Нет. Я не стану с ним видеться, если это может ухудшить его состояние.

— Возможно, ему станет лучше после возвращения в старый мир. Вероятно, он начнет воспринимать всё случившееся здесь лишь как дурной сон… Это может исцелить его душевные шрамы.

— Пожалуйста, продолжайте поиски сестер Такао, — напомнила ей Аяка.

— Разумеется, — кивнула Богиня. — Ты была весьма потрясена моими словами ранее… Но, похоже, теперь ты закалила себя для выполнения этой задачи, хм?

— Пока я стою здесь, подавленная новостями, могут гибнуть люди. Я желаю сделать всё, что в моих силах, чтобы спасти тех, кого я способна спасти. А слёзы я приберегу на тот момент, когда всё это закончится.

— Благодарю тебя, Сого-сан…

— Я оставляю Оямаду-куна — и всех остальных, кто остаётся в Алионе — в ваших руках.

— Да.

— …Я никогда не прощу вас, понимаете? — тихо произнесла Аяка.

— Прошу прощения?

— Если вы предадите меня… Я никогда вас не прощу.

Прежде чем покинуть столицу, Аяка раскрыла свои планы только одному человеку — Суо Каяко.

— Сого-сан, у меня вопрос, — спросила та, выслушав рассказ. — Если ты собираешься сражаться на западе, значит, ты будешь биться не с монстрами, а…

— Я знаю.

— Я иду с тобой.

Взгляд Аяки смягчился, и она не смогла сдержать улыбку — наполовину радостную, наполовину полную отказа.

— Ты не можешь, Суо-сан. Я ценю твой порыв… но я решила, что сделаю это в одиночку.

— Но…

— Не говоря уже о том, что твоё присутствие здесь — единственная причина, по которой я чувствую себя спокойно, оставляя всех остальных. Совсем как в тот раз…

— …в Белой Цитадели Защиты. Я помню, — закончила Каяко.

— Да.

— …

— Суо-сан… Есть кое-что, о чем я всегда хотела тебя спросить.

— О чем?

— Я думаю, ты могла бы попасть в более крупную группу, где были бы герои рангом повыше. Почему ты решила присоединиться к моей группе? В смысле, Богиня действительно меня ненавидела…

— Из-за тебя, Сого-сан.

— А?

— Может быть, ты не помнишь, — Каяко опустила глаза, её голос звучал мягко. — Я плохо общаюсь с людьми, плохо вписываюсь в компании… Поэтому я всегда сама по себе. Впрочем, меня это никогда не беспокоило, да и никто особо не обращал на меня внимания. Я просто такой человек. Ко мне так относились в каждом классе, где я училась. Мои оценки выше среднего, как и результаты в беге, но я никогда не выделялась… Всегда пряталась в тени тех, кто на вершине, понимаешь. Может показаться, что я не умею разговаривать с людьми, но это не значит, что я совсем не говорю. Просто я не злословлю о других. Не бью в спину. У меня нет явных слабостей, поэтому людям нелегко сделать меня мишенью для издевательств или насмешек. Я само определение уровня «чуть выше среднего» — вот и всё. У меня никогда не было проблем в школе, меня просто игнорировали. Я уверена, так было бы вплоть до самого выпускного. По крайней мере, так я думала.

В её привычном монотонном голосе прозвучало что-то еще — какая-то эмоция.

— Но ты заговорила со мной, Сого-сан. Ты была единственной, кто это сделал.

— Ну… Конечно, я заговорила. Разве это не нормально?

— У тебя были обязанности старосты класса. Это была твоя работа, я знаю… но тебе не нужно было продолжать болтать со мной так, как ты это делала. Я всегда такая безразличная и неприветливая, поэтому большинство моих разговоров просто сходят на нет. Я не могу поддерживать игру, и всё заканчивается неловкостью.

На щеках Каяко проступил редкий румянец.

— У тебя не было никаких скрытых мотивов, Сого-сан. Ты не тянулась к одиноким ребятам в классе, чтобы похвастаться тем, какая ты добрая… В твоих поступках не было ни капли тщеславия. Я была так удивлена.

— Суо-сан…

— Ты наша староста, и ты просто не оставила бы своих замкнутых одноклассников в одиночестве. Я знаю это. У тебя были такие благие намерения, Сого-сан. Внутри тебя было чистое, беспримесное добро. Такое не каждый день встретишь… Вот почему я подумала, что могу тебе доверять. Вот почему я выбрала твою группу — группу, возглавляемую человеком, в которого я поверила.

— Понимаю… Что ж. Спасибо, Суо-сан. Я никогда не знала, что ты так обо мне думаешь… Хе-хе, получается… я сносно справилась с работой старосты 2-C класса?

— Сого-сан.

Аяка никогда не видела Каяко такой серьезной.

— Д-да?

— Ты должна вернуться невредимой. Ты обязана.

— …Хорошо.

— Я сыграю роль, которую ты мне отвела. Что бы ни случилось на западе — рассчитывай на меня. Я с тобой, Сого-сан, несмотря ни на что. До самого конца, что бы ни было.

— Спасибо… Суо-сан.

— Чтобы мы все вместе вернулись домой, в наш старый мир. Ты ведь этого хочешь, верно, Сого-сан?

— Да.

— Я должна тебе кое-что рассказать, когда всё это закончится. Кое-что… Очень важное.

Суо-сан…

Аяка Сого пришпорила свою магическую лошадь. Магические лошади, в отличие от своих обычных сородичей, бежали с невероятной скоростью. Они были большой ценностью, и Богиня очень осторожно подходила к разрешению на их использование.

Сама Богиня покинула Алион на магической лошади незадолго до отъезда Аяки, отправившись по важному делу, как она и упоминала во время их встречи. Аяка мчалась по сумеречной дороге, направляясь к западному фронту.

Я вернусь сюда целой и невредимой. Не столько ради себя, сколько ради Каяко Суо.

…

Я не хотела, чтобы кто-то ещё оказался втянут в эту битву. Частично это так, но… дело не только в этом.

Я не хочу, чтобы они увидели демона, в которого я могу превратиться.

Хотя, возможно, это лишь малая доля правды. Я защищу всех, чего бы мне это ни стоило. Я сделаю всё, чтобы мы все вместе вернулись в старый мир.

Даже если для этого придётся замарать руки в крови.

Аяка пришпорила свою магическую лошадь, мчась всё быстрее по грунтовой дороге к Урзе.

Ходили слухи, что Отряд Повелителя Мух заключил союз с империей Мира — страной, открыто восставшей против королевства Алион.

Мы обсуждали, как нам двоим следует поступить, если дойдёт до подобного… Но, Серас, ты идёшь путём, который считаешь верным. Повелитель Мух теперь твой господин.

Армии Неи и Бакосса двигались вместе на запад, чтобы помочь армии Алиона под командованием барона Поллари. Мирская армия теснила силы Алиона.

«Мы почти настигли врага».

Едва Каттлея получила доклад с этими словами, как они были вынуждены остановиться. Нечто преградило им путь — орда Златоглазых Монстров.

Они могли вылезти из каких-нибудь подземных руин или забрести сюда из Земель Златоглазых Монстров. Но хуже всего было то, что среди них затесались двое Человеколиких. Они начали вырезать солдат Неи и Бакосса на передовой одного за другим.

Каттлея цокнула языком:

— Чтобы эти монстры появились… именно здесь и именно сейчас!

Святые рыцаря рядом с Каттлеей ожидали её приказов.

— Моя императрица! К-как нам действовать?!

Каттлея издали наблюдала за трагедией, разворачивающейся на фронте.

— …Отступаем. Найдём другой путь — пойдём в обход. Нам не сдюжить против двух Человеколиких таких размеров.

— Согласен, Ваше Величество, — произнёс Гас Долнфедд, спускаясь с небес в сопровождении нескольких Чёрных Драконьих Рыцарей.

— Передайте приказ об отступлении, живо, — велела Каттлея одному из подчинённых.

— Есть!

Затем она сообщила новый маршрут своим святым рыцарям:

— Макия возглавит отступление.

Сказав это, Каттлея повела своих рыцарей прочь. Гас последовал за ними, лишь раз обернувшись на передовую, после чего вернул взгляд к Каттлее; лицо его было мрачным.

— С той скоростью, с которой приближаются эти монстры… они рано или поздно нас нагонят, — сказал он.

— …Да. Похоже, нам придётся выиграть немного времени.

— Мы бы хотели забрать вас и вашу личную стражу на спинах драконов… Но из-за страха, что наших чёрных драконов могут использовать после захвата, к нашим скакунам привязаны только избранные всадники.

— Я понимаю это. Прошу, пусть это вас не тревожит.

— Императрица Каттлея, — один из командиров роты обернулся, разворачивая коня в сторону битвы. — Моя рота послужит арьергардом при отступлении.

Каттлея на мгновение задумалась.

— Я могла бы попросить вас об этом… но это будет означать, что вы отдадите свои жизни, вы понимаете?

— Хе-хе-хе… Теперь вы взошли на трон, императрица Каттлея. С вами во главе будущее снова стало светлым. Мы больше не боимся смерти. Моя рота готова к этому. Если можно, лишь одна просьба… позаботьтесь о семьях, которые мы оставляем.

— Клянусь исполнить свой долг императрицы. Благодарю вас, искренне.

— Это величайшая честь для нас! Тогда мы поспешим в тыл — а ну, за мной, все!

Солдаты командира ответили громким кличем и развернулись, чтобы быстрым маршем двинуться навстречу врагу.

— Сэр Гас! Я бы хотел пойти с ними! — крикнул один из Чёрных Драконьих Рыцарей, с энтузиазмом вызываясь в бой. — Им ведь не помешает хотя бы одна пара глаз в небе, чтобы докладывать о ситуации на поле боя внизу, верно?

Гас прикусил губу.

— Ты уверен?

— Только пообещайте, что я буду единственным Чёрным Драконьим Рыцарем в арьергарде! Таковы мои условия! Ха-ха-ха! Если погибнет больше, это может означать конец Чёрных Драконьих Рыцарей навсегда, да?!

— …Прости.

— Тогда прощайте, сэр Гас. Берегите себя.

— Постойте-ка минуту! Мы не позволим вам и нейцам забрать всю славу!

Следом подала голос группа солдат Бакосса.

— Если на родине узнают, что Бакосс выделил лишь одного драконьего рыцаря для прикрытия, позор за наши действия ляжет пятном на будущие поколения! Прошу, позвольте нашему отряду также удостоиться чести прикрывать отход!

— Вы, ребята… — пробормотал Гас.

— Это и ради вас тоже, сэр Гас! Ради будущего Бакосса вы не должны сегодня умереть!

— Ну же, сэр Гас! Ступайте с Её Величеством, императрицей Неи! Не дайте нашим жертвам пропасть втуне! Вперёд, солдаты Неи! Посмотрим, кто продержится дольше всех… Игра началась!

Одинокий чёрный дракон и отряд солдат Бакосса развернулись, чтобы последовать за нейской ротой, которая уже направлялась в арьергард. Каттлея продолжала уезжать прочь от битвы, не отставая от Гаса, летевшего низко над ней.

— Мне с трудом верится, что это те самые солдаты Бакосса, которые когда-то наводнили нашу страну, — произнесла Каттлея.

— Империя Бакосс может меняться вместе с направлением ветра и настроением континента. Она не может бороться с приливами, когда они нахлынут… такими, как смерть сэра Цивита и остальных из Элитной Пятёрки. Не говоря уже о серьёзных потерях, понесённых во время Великого Вторжения… Настроение в нашей нации переменилось в мгновение ока. Это не оправдание за наши прошлые проступки, я осознаю это. Тот факт, что наша нация вторглась в вашу, неоспорим.

— Вы как всегда серьёзны, сэр Гас… Я ведь сейчас говорила с сарказмом, понимаете? В любом случае… — Каттлея сменила тему. — Нам нужно отправить магического почтового голубя барону Поллари. Ему следует приказать сменить путь отступления, иначе он столкнётся с этими Человеколикими так же, как и мы.

— Мы отправим чёрного дракона-гонца вместе с магическим почтовым голубем, на всякий случай.

— Мы также должны продумать обходной путь, которым теперь пойдём.

— Время работает против нас.

— Мирский Отряд Солнца… Я и представить не могла, что они могут быть так сильны, даже в отсутствие Императора Дикой Красоты и двух его братьев. Судя по докладам, достигшим моих ушей, наследники трёх домов курфюрстов Миры находятся в авангарде схваток и куда более искусны в бою, чем ожидалось. Император Дикой Красоты прятал свои когти, а нашей стороне не хватает чемпионов, способных тягаться с его людьми.

— В конце концов, силы Богини настолько скудны, что ей приходится обращаться к нам, — заметил Гас. — Надеюсь только, что мы успеем вовремя соединиться с армией барона Поллари.

Каттлея и Гас решили покинуть главный тракт и пока что срезать путь на юг. Спустя некоторое время они снова повернули на запад, стремясь встретиться с силами барона Поллари, избегая при этом своего первоначального маршрута.

Съезд с главной дороги замедлил наше продвижение… Наша армия подкрепления может не успеть вовремя.

Пока Каттлея была занята взвешиванием своего долга против суровой реальности, Гас кипел от ярости.

— Нас ждут испытания, но мы не можем бросить барона Поллари на произвол судьбы! Он бессчётное количество раз смотрел смерти в лицо на поле боя… как и все солдаты под его началом!

— Вы добры, сэр Гас… И я понимаю ваши чувства, — Каттлея оглянулась назад, пока её скакун нёсся вперёд, — думая о тех, кто решил отдать свои жизни ради их безопасности. — Вы правы. Все они, до единого — они так добры.

Гас, который тоже смотрел через плечо, нахмурился в гневе, увидев то, что было позади.

— Половина монстров стряхнула арьергард и всё ещё преследует нас…

— Похоже на то.

— Возможно, нам понадобятся новые жертвы.

— …Мне это не нравится, но у нас нет иного выбора.

Ни один из этих вариантов совсем не привлекателен. Но всё, что я могу — это пытаться придумать план. У меня есть опыт, чтобы принимать эти тяжёлые решения — разрабатывать стратегии, насколько я способна. И всё же…

— В конечном счёте, всё решает сила. Есть враги, которых мы не можем надеяться победить без соответствующей мощи, какой бы идеальной ни была наша стратегия. В частности…

Каттлея услышала боевые кличи и крики боли солдат вдалеке.

Эти Человеколикие — великие тени. Бедствия, катаклизмы. Это не те враги, с которыми нам, людям, вообще суждено сражаться. Никто, кроме исключительных личностей среди нас, не может их подавить. Чтобы сражаться с ними, нужны нелюди или сверхлюди. Такие, как Богиня или Сильнейший в Мире Человек.

— Что происходит?

Перед ней открылась дорога, по которой отступали её войска, — и тут из толпы появилась она.

— Аяка… Сого?!

Герой Алиона, мчащаяся как ветер на своём скакуне, пронеслась мимо Каттлеи, лишь раз взглянув в сторону императрицы. Принцесса тут же сосредоточилась, оценивая ситуацию.

— Там Человеколикие! — крикнула она. — Двое, как видишь!

— Я одолею их! — отозвалась герой.

Краткость её ответа послала дрожь по телу Каттлеи. Она почувствовала, как по коже побежали мурашки.

Как… самоуверенно.

Эти слова тронули её. Герой ни на миг не замешкалась, произнося их. В голосе не было и следа страха — герой заявила, что собирается победить их, и это было непреложным фактом.

Интересно, сколько людей в этом мире способны осознать мощь этих двух огромных Человеколиких, и при этом быть уверенными в своей способности одолеть их?

Именно в этот момент Каттлея поняла.

Она сможет это сделать.

Каттлея отдала приказ солдатам прекратить отступление. Лошадь Аяки продолжала нестись полным галопом, пока девушка выравнивала дыхание.

— Серебряный Мир.

Над её головой возник гигантский серебряный шар. Он деформировался, закрутился и распался, принимая формы мечей, копий — и бесчисленного множества других видов оружия.

Огромное количество оружия парило в воздухе вокруг лошади Аяки, и казалось, будто она каким-то образом управляет им. Это было величественное зрелище — словно сцена со фрески, изображающей эпоху мифов.

Аяка прыгнула, и парящее серебряное оружие последовало за ней. Она выхватила из строя один из серебряных мечей, и тот издал приятный звон, когда её ладонь сомкнулась на рукояти. Девушка занесла клинок и устремилась прямиком на человеколикого монстра.

— …

Наблюдая издалека за тем, как сражается Аяка, Каттлея едва могла поверить своим глазам. Но больше всего её поразило то, как повёл себя монстр в последние мгновения своей жизни — прямо перед тем, как Аяка разрубила его надвое.

Разве такое вообще возможно?

Нет, не может быть.

Тот огромный человеколикий никогда бы не... Должно быть, я ошиблась.

Подобные монстры никогда бы не развернулись, чтобы спастись бегством.

На следующий день, на рассвете, объединённые силы Неи и Бакосса — вместе с Аякой Сого — соединились с отступающей сводной армией Барона Поллари.

Решив временно назвать своё новое войско «Объединённые силы Анти-Мира», они вступили в бой с преследующей их армией имперцев.

— Докладываю! Второй легион отступает!

— Капитан четвёртого легиона Туон захвачен! Капитаны других легионов тоже попадают в плен один за другим!

Честер Орд сидел в командирском кресле в своём лагере. Его меч покоился в ножнах, а сам он, уперев острие ножен в землю, тяжело навалился на оружие, ища опоры. Он был наследником дома Орд и нынешним главнокомандующим армией Миры.

— Его Величество сейчас готовится прибыть сюда, не так ли? — спросил Честер одного из своих военных советников.

— Так точно, сэр.

Совсем недавно действия противника изменились — и не только из-за недавней волны подкреплений, полученных из Алиона.

Поступал доклад, что их армия встретилась с войсками нейцев и бакоссцев, но...

— Каттлея Страумс взошла на трон Неи. Её присутствие на поле боя привело к видимым переменам в поведении врага. К тому же они используют Черных Драконьих Рыцарей для своих грязных трюков.

— Но единственная причина, по которой им действительно удалось оттеснить Отряд Солнца, это...

— Да. Герой, о котором мы говорили.

Это нестандартно... то, как командиров наших легионов «похищают» одного за другим. Их не убивают на месте. Их цель — захват?

Я не знаю. Зачем? И всё же...

— Мы не можем их остановить, говорится в докладах. Этому единственному герою невозможно помешать прорывать наши ряды.

Военный советник погладил бороду и прищурился.

— ...Цивит Гартленд из Бакосса.

— Ситуация заставляет и вас вспомнить его имя, я погляжу.

— Да.

Некоторое время назад в Бакоссе разразилась гражданская война. Некий барон — младший брат императора — поднял восстание против старшего. Младший брат пользовался популярностью, и восемьдесят процентов знати Бакосса поддержали его притязания, оставив действующего императора лишь с двадцатью процентами поддержки. Однако среди этих двадцати процентов был один человек — Сильнейший в Мире Человек.

— Цивит... Он постоянно совершал одиночные рейды на армию врага, забирая головы генералов одну за другой. Он появлялся днём и ночью, так что никто не знал, когда он спит. Он казался настоящим призраком, преследующим поля сражений.

— Оставшись без командиров, солдаты теряют решимость... Бесконечная череда атак заметно сказалась на их боевом духе.

— В конце концов, Сильнейший в Мире Человек принёс голову барона в шатёр императора — голову его собственного младшего брата... Цивит Гартленд почти в одиночку подавил восстание.

Честер закрыл глаза, затем приоткрыл их лишь на щелочку.

— Думаете, появился ещё кто-то, кто занял его место? — спросил он.

— Возможно. Но в данном случае я бы сказал «нет».

— Почему?

— Эта ситуация более... необычна, чем случай с Цивитом.

— …

— Слишком мало смертей. Это так странно. Согласно докладам, множество наших солдат либо теряют сознание от ударов, либо сталкиваются с причудливыми рыцарями, похожими на неких магических существ. А затем их... нейтрализуют.

Нейтрализуют... не убивают. Они лишают нас руководства. Это не практическая стратегия — на такую тактику способен разве что Бог.

— Вы имеете в виду, что они сражаются так, чтобы по возможности избегать жертв?

— Да — хотя я не понимаю почему.

— Прячутся за пленниками? Они собираются использовать наших капитанов в качестве заложников?

— Если бы они взяли сэра Рухейта, сэра Кайзе или кого-либо из глав трёх домов курфюрстов, возможно... Но те, кто сейчас у них в руках, не имеют особой ценности как рычаг давления.

— Мы не знаем, какова их цель.

— Возможно, они просто не хотят, чтобы кто-то умирал без нужды...

— Не говорите ерунды. Мы на войне.

— Да, конечно. Вы правы... Я тоже не могу найти в этом смысла... И всё же не удержался и сморозил глупость. Прошу прощения.

Прошло несколько часов, и положение на фронте Миры продолжало ухудшаться... пока, наконец, не настал момент истины.

— О-Отряд Солнца разбит?! — закричал генерал, словно не веря словам, слетающим с его губ.

— Если бы нам противостояли только объединённые силы врага под предводительством Каттлеи Страумс — тогда, возможно, мы бы смогли их победить! Но... но сейчас... — произнёс рыцарь, доставивший доклад, скрипя зубами от горькой ярости.

— Э-тот герой, переполошивший всё поле... Здесь не с кем вести битву! Р-разве мы всегда были так слабы?! Наших генералов забирают одного за другим... Я больше не понимаю, что происходит! Все теряют волю к сопротивлению! Кажется, нет никакого способа противостоять им — но при этом почти похоже... похоже, что у них всё равно нет намерения нас убивать. И дело не только в этом! Они постоянно извиняются! Неужели это действительно один из тех Героев из Иного Мира, о которых мы слышали истории?!

Военный советник опустил взгляд, на его лице отразилось уныние.

— Если бы только Его Величество прибыл на поле боя...

— Нет, — резко ответил Честер, прерывая советника. — Если мы не сможем защитить Его Величество, это подвергнет его опасности. Нам нужно отступать — вернуться к границе между Урзой и Мирой. Мне следовало действовать раньше.

— ...Ничего не поделаешь. Я передам приказ об отступлении по р…

— Сэр Честер!

— Что ещё?

Судя по выражению лица гонца, у Честера возникло плохое предчувствие.

— Не может быть...

— Г-герой! Одинокий всадник прорвался через слабо защищённый фланг нашей оборонительной линии! Объединённые силы в данный момент атакуют нашу самую мощную оборону в центре!

Честер поспешил из своего шатра, расположенного на небольшом холме, с которого просматривалась окрестность.

Вот и она. Одинокий всадник, совершенно одна.

Они разбили лагерь на довольно ровной равнине с хорошим обзором. Честер не видел мест, где могла быть устроена засада, и не заметил чёрных драконов в небе.

— Она действительно пришла сюда в одиночку. Один всадник — это Герой из Иного Мира.

Герой скакал прямо к ним, вверх по пологому склону к их шатру.

— Ч-что это за штука... — в панике выдохнул один из рыцарей рядом с Честером.

Над головой героя внезапно появилась серебряная сфера. Словно кто-то расплавил тысячу серебряных слитков в огромный расплавленный шар и подвесил его в воздухе над головой всадника.

— Это то, о чём говорилось в докладах? ...Летающее оружие?

Но в следующее мгновение, подобно внезапному ливню...

Тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук!

Сфера извергла дождь из человекоподобных фигур, падающих с неба. Они тоже были серебряными — странные существа, выглядевшие почти как рыцари.

Остатки сферы над головой героя трансформировались в оружие, которое легло в руки серебряных рыцарей. Рыцари устремились за героем — нет, они следуют... Она ведёт этих серебряных рыцарей в бой.

Рыцари Миры покрылись холодным потом.

— Герой с-создала армию? В-в докладах... ничего об этом не говорилось...

— ...Отступаем. Защищайте сэра Честера любой ценой, — сказал военный советник.

Честер молча уставился на героя — затем быстро принял решение.

— Я хотел бы выйти туда и ударить по ним, даже если сам буду сражён в процессе... Но я командующий кампанией против Урзы, и мой захват может привести к разгрому легионов. Я рассчитываю на всех вас — вытащите меня отсюда.

Честер обхватил левую руку правой и сильно сжал её. Его трясло — он дрожал от разочарования.

Я бы предпочёл сражаться здесь и умереть, чем использовать своих подчинённых как щиты для собственного побега. Но как командир стольких людей, моё положение не позволяет этого.

— Не бойтесь, сэр Честер. Мы вытащим вас из этого места, будь что будет, — сказал один из рыцарей, улыбаясь и садясь на лошадь. Остальные вокруг сделали то же самое, все как один полные бодрости. Они прекрасно понимали разочарование Честера отступлением. Военный советник яростно замахал на них рукой.

— Замаскируйте меня под командира! Я отвлеку их внимание и дам вам уйти! Вперёд, сэр Честер, как можно быстрее!

Честер сел на быстрого коня, которого ему подготовили.

— Прошу прощения. Остальное оставляю на вас.

Он ударил коня по бокам, полный решимости не дать инициативе советника пропасть даром. Рыцари на лошадях позади него обнажили мечи.

— За императора! За будущее Миры! Скачите — все вместе, сейчас же!

Рыцари радостно закричали, а Честер заскрежетал зубами, когда направил своего скакуна прочь от битвы. Далеко позади он слышал звон мечей, слышал крики воинов Миры. Звуки поля боя были настолько мучительными, что Честер не мог от них отделаться — он оглянулся лишь на мгновение.

— Их невозможно остановить. Словно никто не может сдержать их наступление.

Верхом на серебряном скакуне ехала черноволосая женщина, герой. На голове она носила треснувший обруч.

Должно быть, это...

— Аяка Сого.

Рыцари Миры преследовали её, но их медленно поглощала стена серебряных рыцарей, не давая даже приблизиться. Ни одна из их стрел не нашла цели — атаки древними магическими предметами, на которые полагалась армия Миры, тоже оказались бесполезны.

Аяка Сого не собиралась останавливаться.

К тому моменту, как она это сделала, Честер уже упал с лошади и лежал на спине, глядя на неё снизу вверх. Его меч давно был выбит из руки. Именно тогда, с громким треском, диадема Аяки раскололась на части и упала на землю. Она опустила взгляд на распростёртого перед ней Честера.

— Вы командующий этой армией?

В выражении её лица не было ничего даже отдалённо напоминающего радость победы.

— …Да, — ответил он.

— Это единственный способ, которым я могу поступить. Мне очень жаль. Мне нужно, чтобы вы пробыли некоторое время без сознания.

Он почувствовал удар по голове.

— Сэр Честе-е-ер!

Честеру показалось, что он слышит голос своего военного советника — это было последнее, что он услышал, прежде чем потерять сознание.

Армия Миры практически беспрепятственно продвигалась через Урзу, и всем казалось, что вскоре они окажутся на территории Алиона, но внезапно наступление застопорилось.

Честер Орд и бесчисленное множество капитанов под его началом были захвачены в плен, выбыв из боевого порядка. Новая жизнь была вдохнута в свежесформированные объединённые силы Алиона, и армия Миры была вынуждена отступить аж до границы с Урзой.

Об этой битве говорили шёпотом — ходили слухи, что армия Миры потерпела поражение от рук всего одного героя.

Наездники Белого Волка направились на восток, чтобы соединиться с армией, созданной для победы над Королём Демонов, которую возглавляла сама Богиня. Но пока они были в пути, прилетел магический почтовый голубь с посланием от Вишис.

Наездники Белого Волка последовали её приказу и изменили маршрут. Им было предписано встретиться у руин небольшой крепости. Она устарела после постройки другого форта и была покинута уже довольно давно. Нянтан Кикипат сопровождала Наездников Белого Волка в этом путешествии.

— Сэр Согуд… Я вижу его, — сказал один из Наездников Белого Волка, как только руины крепости показались в поле зрения. Он выглядел потрясённым увиденным.

Капитан наездников Согуд Сигмус ослабил хватку на поводьях своего скакуна.

— Такуто Кирихара. Солдаты-огры и Златоглазые Монстры кишат у него за спиной. Там есть и демоны из Круга Приближённых. Понятно. Послание Богини было правдивым.

Наездники Белого Волка выстроились перед героем и его армией монстров и остановились.

Там стоял герой, победивший Короля Демонов, — Такуто Кирихара. Им сказали, что он обрёл способность управлять Златоглазыми Монстрами.

Согуд спешился с единственной чёрной лошади среди Наездников Белого Волка и встретился лицом к лицу с Кирихарой. Остальные всадники затаили дыхание, наблюдая за своим капитаном. Напряжение сковало каждого из них. Монстры больше не источали Эссенцию Короля Демонов, поэтому угроза, которую они представляли, значительно уменьшилась — но даже так, вид человека, командующего Златоглазыми Монстрами, вызывал тревогу.

— Чёрный Волк, Согуд Сигмус… — произнёс Кирихара, называя его по имени.

Капитан Наездников Белого Волка был единственным «чёрным волком» среди них. В то время как доспехи остальных рыцарей были серыми, доспехи Сигмуса были чёрными как смоль. Он выделялся из группы.

Любой, кто видел его, наверняка вспомнил бы другого — бывшего лидера сильнейших рыцарей в мире, который когда-то восседал верхом на единственном белом драконе среди моря чёрных. Сильнейшего в Мире Человека, Цивита Гартленда.

Часто говорили о Чёрном Волке, мчащемся по северу, и Белом Драконе, парящем в небесах юга. Этих двоих часто сравнивали, но, как ни удивительно, они никогда не встречались.

— Давно не виделись, Кирихара.

Голос Согуда был низким и резонировал подобно удару тяжёлого клинка. В нём было странное свойство — грубость и спокойствие сосуществовали в равной мере. Он был высоким и поджарым, из-за чего казался худым, но рыцарские доспехи скрывали массу его мышц.

Он выглядел свирепо, с глубоко посаженными глазами и грубо подстриженными волосами. Из-за бороды было особенно трудно назвать его внешность опрятной. Но было ясно, что приложи он немного усилий, он мог бы выглядеть весьма достойно. Несмотря на его безразличие к уходу за собой, под этим скрывалась очевидная элегантность, которую не так-то легко спрятать.

— Мы прибыли сюда по приказу Вишис. Мы получили послание… У тебя есть к нам какое-то дело?

Они вдвоём сражались на восточном фронте, когда началось Великое Вторжение.

— Ты тоже ведёшь себя по-королевски, — сказал Кирихара. — Я слышал, что ты должен занять трон Магнара, так как являешься младшим братом бывшего короля… Но я решил, что Королём Магнара буду я.

По рядам всадников прошёл ропот — но Согуд даже не дрогнул.

— Прости, но смерть Короля Белого Волка ещё не подтверждена. Я подумываю временно занять трон в его отсутствие, просто пока он не вернётся. Не пойми превратно, но я не собираюсь уступать трон никому. Нам не нужна твоя помощь.

— Помощь? Нет… Я имею в виду, что только я достоин этого.

— ...

— Вишис санкционировала это.

Рыцари из отряда Наездников Белого Волка были сбиты с толку, и ропот усилился. Согуд приподнял одну бровь.

— Вишис?.. Что ты имеешь в виду?

Кирихара медленно вытащил катану.

— Какого чёрта ты творишь?! — с упрёком выкрикнул вице-капитан Наездников Белого Волка.

— А что же ещё? Если вы не уступите трон, то предлагаю определить силой, кто достоин… Таково провидение. Или я не прав?

Кирихара пошёл к Согуду, приближаясь шаг за шагом с катаной в руке.

— Чушь. Ты вообще хоть немного понимаешь, что значит быть королём? Если бы у меня не было обязательств, не было долга, который я должен выполнить, я бы предпочёл выбрать свободу, а не сидеть на троне. С возрастом ты поймёшь, насколько бесполезны эти должности со всей их помпезностью и формальностями. Кирихара… у тебя есть сила и талант. Почему бы не попробовать обратить свой взор на широкий мир, прежде чем мечтать о том, чтобы стать королём?

Кирихара остановился, стоя всего в метре от Согуда.

— Ты говоришь о выборе свободы? Хм… Превосходно. Ты свободен уступить трон Магнара мне, истинному королю.

Согуд вздохнул.

— …Извини. Трон Магнара должен перейти к кому-то из Магнара. Я не знаю, что об этом думает Вишис, но трон — это не то, что я могу просто так отдать Герою из Другого Ми…

Тхк!

— …?

Это произошло в мгновение ока — Кирихара сделал выпад катаной, и её лезвие пронзило грудь Согуда.

— Гх, ха…?!

— …Ты проиграл в тот момент, когда подумал обо мне как о том, кем я был раньше. Я победил Короля Демонов и я — сильнейший во всех отношениях. Эта оплошность и стала причиной твоего поражения.

Кирихара посмотрел вниз и фыркнул на Согуда, когда Чёрный Волк начал валиться вперёд.

— Хмм… Но я действительно почувствовал в тебе то королевское величие, что приближается к моему собственному. Должен признать, кажется, у тебя есть задатки короля. Я уважаю это в тебе… в некотором смысле.

Наездники Белого Волка не могли понять, что происходит у них на глазах. Нянтан тоже была застигнута врасплох — и ошеломили её не только внезапные действия Кирихары.

Этот единственный удар… Было ли в нём намерение убить?

— Ки-… Ри… Ха… — харкая кровью, Согуд попытался выхватить свой меч.

— Слишком поздно для этого.

С этими словами Кирихара нанёс молниеносный удар. Голова Согуда отделилась от тела и упала на землю.

Кап…

Глаза вице-капитана широко распахнулись, и из его лёгких вырвался крик.

— Э? …Что? Ах… Ах… Н-нет… С-сэр… Согуд… Сигму-у-ус?!

— Где сёстры Артлайт? — вопрос Кирихары был адресован вице-капитану. Его тон был безразличным.

— Ч-чт… Что?

— Я спрашиваю тебя, где сёстры Артлайт.

— …П-почему? — заикаясь, произнёс вице-капитан, его голос дрожал. — Почему ты вообще спрашиваешь?

— Хм? Потому что они станут моими наложницами. А почему ты задаёшь мне вопросы? Не могу понять, зачем тебе вообще это делать…

— С-старшая сестра… Леди Д-Деарис… Она обручена с сэром Согудом. Они должны были прожить ж-жизнь вместе.

Кирихара щёлкнул языком.

— Значит, ты говоришь, что она использованный товар, да? Старшая стоит меньше.

— Т-ты ублюдок… Даже герою такое не позволено! Ты животное! Агх… Как ты мог? Как ты мог так поступить с сэром Согудом! Наездники Белого Волка, к бою!

На глазах рыцарей стояли слёзы, их лица исказились от муки. Нянтан заколебалась.

Такуто Кирихара стал намного, намного сильнее, чем был когда-то. Сейчас мне его не победить. Но, похоже, Наездники Белого Волка тоже это знают… Все они сами по себе умелые воины — они могут чувствовать опасность и понимать, насколько на самом деле силён Кирихара. Их гнев станет их гибелью.

— У Согуда Сигмуса было то, что нужно королю, но он был глупцом… Он принимал плохие решения. И, ну, оставлять вас в живых, чтобы вы разъезжали по Магнару, распространяя обо мне грязные слухи… Это было бы неприятно. Вы тоже должны умереть. Просто так должно быть…

Златоглазые Монстры начали наступать, и Кирихара призвал своих мерцающих драконов.

— Ваш король приказывает вам убить их.

Поток золотых драконов, роящихся подобно гигантским змеям, яростно извивался в воздухе вокруг него.

— Не оставляйте никого в живых.

Резня закончилась, Наездники Белого Волка были уничтожены. Златоглазые Монстры принялись расчленять трупы, чтобы удостовериться наверняка.

Нянтан Кикипат была единственной, кого оставили в живых.

Я уже должна была привыкнуть к запаху крови, — подумала она.

Почему-то запах крови, пролитой в этот день, казался хуже, чем когда-либо прежде. Кирихара вернул катану в ножны.

— К счастью для тебя, Вишис велела мне позволить тебе вернуться домой живой. Будь благодарна, что я решил сотрудничать с ней. — Кирихара, нахмурившись, омерил Нянтан взглядом с ног до головы. — Ты, может, и способная… Но ты ведь из помойки, не так ли?

Нянтан посмотрела на него в ответ, её лицо было напряжено.

— И что с того?

— В конце концов, твоя кровь нечиста… Я не могу считать тебя достойной меня. Хм. А теперь быстро уходи. Не хочу страдать от того, что Вишис будет пилить меня из-за тебя. Для тебя здесь больше нет роли.

— …Тогда прощай.

— О, и ещё… — окликнул её Кирихара, когда она уже сидела верхом. — Я уверен, ты понимаешь, но ты никому не расскажешь об этом, кроме самой Вишис. Если раскроешь, что здесь произошло, тебя устранят — даже если ты любимица Вишис.

— ...

— Ты не отвечаешь мне.

— …Поняла.

Нянтан хотела уехать как можно скорее. Было что-то особенно тревожное в том, каким стал Кирихара. Ей казалось, что она сойдёт с ума, если ей придётся разговаривать с ним дольше.

— Ещё кое-что, Нянтан.

— Что я могу для тебя сделать?

— Теперь я превзошёл тебя… Признай это.

— …Да. Ты превзошёл меня.

Кирихара выдохнул, издав долгий вздох.

— Этого достаточно.