Глава 4. Терминус

Мы направились в запечатанную комнату, расположенную этажом ниже Великой Сокровищницы Миры. Мы спускались по лестнице — я, Серас, Мунин и Император Дикой Красоты — в сопровождении эскорта из четырёх человек, включая его телохранителей. С нами был и учёный, изучавший запретную магию.

— Перемены, произошедшие со Златоглазыми Монстрами у Ночной Стены... слухи подтвердились, — сообщил мне на ходу Император Дикой Красоты. — Главные силы Короля Демонов, включая его солдат-огров, больше не источают Эссенцию Короля Демонов.

— Значит, Король Демонов мёртв.

— Верно. Это означает, что силы Богини освободились от сдерживающего фактора, но также и то, что больше нет страха перед тем, что может случиться после победы над Вишис. Возможно, нам больше не понадобится помощь героев S-класса — это можно считать положительной стороной нового развития событий.

…Значит, Король Демонов мёртв, да? Любопытно, кто же его прикончил.

Сого? Или всё-таки Кирихара?

— В любом случае, теперь мы можем сосредоточиться на борьбе с Богиней, — произнёс я.

— Именно так. Мне больше незачем медлить с присоединением к моей армии на востоке.

— Я слышал, что Нея и Бакосс вступили в бой в Урзе.

— Да, Каттлея Страумс со своим Орденом Святых Рыцарей, а также, как я слышал, Чёрные Драконьи Рыцари. Однако, учитывая присутствие на поле боя Честера Орда и Отряда Солнца, они должны суметь навязать патовую ситуацию, если сосредоточатся на обороне своих позиций. Вскоре я присоединюсь к ним — и тогда мы двинемся прямиком на Алион.

Император Дикой Красоты понизил голос, на мгновение оглянувшись через плечо.

— Было бы лучше всего сначала заключить союзы с Неей и Бакоссом. Можно ли убедить Серас Эшрейн помочь в переговорах с принцессой Каттлеей?

— По правде говоря, я тоже не горю желанием с ней сражаться. Мы с Серас сделаем всё возможное.

— Хм, благодарю.

Сама Серас, похоже, тоже думала об армии Неи.

«Когда мы воссоединились в Белой Цитадели Защиты, я обсуждала с принцессой, как нам действовать, если мы когда-нибудь окажемся по разные стороны баррикад. Не беспокойтесь за меня, Тоука-доно», — вспомнил я её слова.

Возможно, Серас просто проявляет тактичность и не хочет, чтобы я волновался. Хотя сейчас она кажется более решительной, чем раньше... словно она сделала свой выбор.

— Когда с этой запечатанной комнатой будет покончено, мы отправимся на восток вместе с вами, Ваше Величество?

— Да. Нападение на имперскую столицу задержало нас, но теперь приготовления завершены. Рухейт наконец-то вернулся. Я намерен доверить город ему на время моего отсутствия.

Я встретился с Рухейтом ещё до того, как мы спустились в хранилища. Он получил донесение о смерти Хоука ещё до прибытия в столицу.

«Цин... Его Величество говорил со мной об этом, понимаете? Он сказал, что Серас Эшрейн считает себя ответственной за смерть Хоука, и что этот инцидент тяготит её. Он просил, чтобы я не был с ней жесток...»

После этих слов Рухейт едва заметно, горько улыбнулся.

«Затем я получил такое же предостережение от дворян трёх домов курфюрстов. И от Кайзе. Судя по тому, что я слышал, было бы жестоко с моей стороны винить её в случившемся. Да и... именно эта искренняя и честная часть её натуры причиняет ей столько горя. Несомненно, она тоже жертва».

Затем он подытожил свои мысли.

«Да... Не то чтобы я не скорбил о его смерти. Но я примирился со своими чувствами ещё до приезда в столицу. Я возлагал большие надежды на будущее Хоука и тепло вспоминал о нём, это правда. Но в этом восстании против Богини мы должны быть готовы к тому, что такая участь может постичь любого из нас. Если кто-то не готов принимать жертвы, то ему незачем вообще идти на войну. У меня есть право на скорбь... но моя печаль не сломит меня. Таковы мои чувства».

Вспоминая его слова, я обратился к Императору Дикой Красоты.

— Похоже, вы поговорили с господином Рухейтом от нашего имени, Ваше Величество.

— Никаких проблем не возникло бы, даже если бы я этого не сделал. У него превосходный характер — я нисколько не сомневаюсь, оставляя его императором после моей смерти.

Рухейт и Кайзе не пошли с нами в запечатанную комнату. Они остались где-то наверху, обсуждая планы действий и отдавая приказы.

— Но такое развитие событий означает, что нам нужна сила для борьбы с Богиней... Познание секретов запретной магии стало важнее, чем когда-либо. Учитывая прошлый опыт, вполне возможно, что героев могут отправить на восточный фронт. Вишис может использовать их возвращение в старый мир как рычаг давления.

— Вы хотите сказать, что может существовать способ вернуть героев домой без помощи Богини? Тогда мы должны открыть запечатанную дверь, чтобы узнать, так ли это на самом деле. Эта дверь хранит ключ к разгадке.

— Именно так. Я должен знать наверняка.

Император Дикой Красоты остановился.

— ...Вот мы и на месте.

Мы подошли к двери той самой запечатанной комнаты. Сама дверь была украшена резьбой и в целом очень походила на те, что вели в Великую Сокровищницу. Но между двумя входами были явные различия.

Двери в Великую Сокровищницу не имели резьбы. В эту же дверь чуть выше центра был вставлен кристалл. Он напомнил мне световую панель, что находилась внутри Великой Сокровищницы. Я присмотрелся и увидел похожие линии, расходящиеся от кристалла.

— Ах, — подала голос Мунин, словно заметив что-то.

Император Дикой Красоты положил руку на кристалл и начал вливать в него ману. Линии на двери засветились бледным светом. Сияние мерцало, словно мягкие солнечные блики на поверхности озера.

— Как видите, она светится, но не открывается, — произнёс Император Дикой Красоты.

Он прав — эта штуковина и не думает открываться.

— Мунин, — окликнул я, кивком указывая на резьбу на двери. — Кажется, ты только что что-то заметила. Ты можешь это прочесть?

У меня возникло чувство, что я уже где-то видел эту резьбу.

Да, они выглядят так же... так же, как письмена на Свитках Запретной Магии.

Император Дикой Красоты тоже смотрел на Мунин.

— Как по мне, это похоже на запретные слова... Ты ведь можешь их прочесть, Мунин? — спросил я.

«Тому, кто читает эти слова... Ты достоин открыть эту дверь. Отомсти богу, как тот, кто обладает собственной волей».

Когда Мунин закончила говорить, раздался слабый гул — и дверь открылась.

— Ого... — выдохнул учёный, глядя на это с полуоткрытым ртом. — О-открылась... З-запечатанная комната открыта!

Учёного била дрожь от переполнявших эмоций.

Хотя я его понимаю... Есть что-то особенно заманчивое в том, что скрывается за закрытой дверью.

— Ваше Величество, мы пойдём первыми. Внутри могут быть ловушки, — сказал один из телохранителей императора. Они подняли свои фонари.

— Думаю, стоит осветить всё пространство целиком, — заметила Серас, увидев их действия. Она использовала своего духа света, чтобы озарить комнату.

— Сила духов, — произнёс Император Дикой Красоты, выглядя впечатлённым. — Понимаю. Света куда больше, чем могли бы дать нам фонари. Отличная работа.

— Благодарю вас, леди Серас, — произнёс один из стражников. — Пожалуйста, подождите здесь несколько минут.

Они вошли в комнату. Спустя пару мгновений я — с позволения императора — последовал за ними.

У меня есть некоторый опыт в поиске ловушек в подобных местах. Если говорить мерками старого мира, это помещение размером татами в пятнадцать, плюс-минус.

В дальнем конце комнаты, а также слева и справа, на стенах были высечены письмена. У дальней стены стоял длинный стол, который, казалось, был сделан из бронзы. На столе лежали три плоские бронзовые коробки, хотя две из них выглядели так, словно их открыли, и теперь они были пусты.

Что касается остальной обстановки, то во всех четырёх углах комнаты стояли пустые книжные полки и старые пустые деревянные ящики. Я потратил ещё некоторое время на осмотр, но ловушек, похоже, не было. Я подал знак Императору Дикой Красоты и остальным; тот вошёл, прикрыв нос рукавом, но быстро опустил его.

— Пыли нет. Даже при таком освещении от духа света я не вижу в воздухе каменной пыли. И плесенью здесь не пахнет... Почти никаких запахов. Какая странная комната.

Понятно. В маске я этого особо не заметил.

— Полки пусты, и ящики в углах комнаты, похоже, тоже, — сказал я.

— Хм, — с большим интересом хмыкнул Император Дикой Красоты. Его взгляд обратился к двум пустым коробкам на столе.

— Похоже, кто-то побывал здесь до нас и забрал из этой комнаты несколько предметов... Мунин?

Мунин не ответила.

— Мунин? — повторил я.

— ...А? Простите... Я зачиталась письменами на стенах.

— Значит, ты и их можешь прочесть? Я хотел бы, чтобы ты рассказала мне, что там написано, — произнёс император.

— Д-да... Конечно.

Мунин нервно пробежала глазами по буквам на стенах.

— Эм... Будет звучать немного напыщенно, если я прочитаю всё как есть, так что я перескажу своими словами. Ещё я пропущу то, что мне покажется неважным. Но не волнуйтесь, я знаю, что именно вы ищете. И ещё... в некоторых местах букв не хватает или они неразборчивы. Пожалуйста, учтите это, прежде чем я начну.

Сказав это, Мунин начала.

— Во-первых, три шкатулки на столе — в них содержатся Свитки Запретной Магии.

— Две пусты… Что насчёт оставшейся? — спросил Император Дикой Красоты. Затем он приказал учёному открыть ящик. Они подошли и приподняли крышку с такой осторожностью, словно обращались с драгоценным антиквариатом. Внутри лежал единственный свиток.

— Это Свиток Запретной Магии?

— Скорее всего, да.

— Вы можете прочесть его?

— Одну минуту.

Свиток был настолько древним, что существовал риск его разрушения от одного лишь прикосновения. Учёный покрылся холодным потом, деликатно осматривая находку, будто оценщик, изучающий реликвию.

— Фух… — он глубоко выдохнул. — …Кажется, всё в порядке. Состояние пергамента не вызывает нареканий. Должно быть, материал сам по себе особенный. Полагаю, развязать и открыть его будет безопасно.

С видом человека, сбросившего камень с души, учёный передал свиток Императору Дикой Красоты.

— Давайте расшифруем этот свиток позже. Мунин, могу я сначала попросить вас прочесть надписи на левой и правой стенах?

— Ах, да. Стены слева и справа от нас исписаны усовершенствованной, обновлённой формой древних заклинаний… Похоже, они воспроизводят то, что написано в самих Свитках Запретной Магии.

Надписи на этих стенах — я тоже где-то видел эти буквы раньше. Думаю, это те же самые отрывки, что и в трёх Свитках Запретной Магии, которые есть у меня.

— Символы на самих свитках начертаны особыми герметизирующими чернилами. Я не могу настроиться на запретную магию, просто читая слова, вырезанные на стенах. Иными словами, настенная резьба служит лишь справочным материалом. Верхняя строка перечисляет слова самой запретной магии, а… — Мунин присела на корточки, аккуратно подбирая подол юбки. — Эти строчки помельче внизу объясняют действие магии… Полагаю, это своего рода примечания.

— Значит, это действительно комната, хранящая секреты запретной магии… — задумчиво произнёс Император Дикой Красоты. — Благодарю за объяснение, Мунин. Это было весьма полезно.

По приказу Императора Дикой Красоты учёный достал из своего рюкзака Свиток Запретной Магии.

Они принесли его сюда с собой… Это не тот, что из шкатулки.

Император Дикой Красоты взял его и передал Мунин.

— Могу я попросить вас прочесть сначала это?

— Поняла.

Мунин начала читать свиток, несколько раз поднимая глаза на стену, чтобы сверить предложения.

— Это заклинание для «возвращения домой»… заклинание, возвращающее героев в их старый мир.

Учёный посмотрел на Императора Дикой Красоты глазами, полными радости. Император же, однако, не выказал никакого счастья.

— Что ещё там написано? Есть ли условия для использования?

— Магический круг, начертанный божеством, предназначенный для возвращения домой или призыва… Сказано, что при соблюдении этого условия церемонию «возвращения домой» может провести и не божество. Но также говорится, что необходимы мы, выходцы из Клана Запретных Слов.

Учёный выглядел так, словно совершил великое достижение, а Император Дикой Красоты казался несколько расслабившимся.

— Прочтёте и этот тоже? Свиток, который мы только что нашли.

— Да, конечно. Я рада, что они всё ещё кажутся разборчивыми, но… Кхм…

Мунин подошла к противоположной стене, бормоча что-то себе под нос по пути.

— А — вот оно!

Мунин глубоко вздохнула с облегчением, затем снова деловито принялась за чтение.

— Это заклинание… «призыв».

Плечи Императора Дикой Красоты вздрогнули.

— Заклинание для призыва тех из иного мира, кто не подвержен влиянию эссенции Короля Демонов…

— Что-нибудь ещё? — перебил её император, явно сгорая от нетерпения.

— Д-да… Как и в прошлом случае, ритуал призыва может быть выполнен при наличии необходимого магического круга и члена Клана Запретных Слов.

— Что ещё нужно?

— Для получения магии необходим синий драконий камень… Исходная эссенция для проведения церемонии… Либо другой источник эквивалентной силы…

Учёный радостно воскликнул:

— Ваше Величество!

— Сколько у нас есть синих драконьих камней?

— Меньше десяти… Но если мы прочешем мир, думаю, сможем добыть больше!

Если подумать… Синие драконьи камни — это то, что остаётся после того, как тело Голубоглазого Дракона истлевает, верно? Помнится, Мунин как-то говорила мне, что эти драконы живут в основном в горном хребте на западе континента. Логично, что Мире будет проще их найти, чем другим странам.

У них, должно быть, уже была какая-то информация о синих драконьих камнях и их связи с запретной магией — вот почему они их накапливали. Запретная магия «отмены», которая есть у меня, потребляет синий драконий камень при активации… Но, похоже, они понадобятся нам также для ритуалов призыва и возвращения домой. Двух штук должно хватить для получения самой магии, и у Миры уже есть кое-что в запасе. Похоже, мне не придётся делиться с ними своими камнями.

— Я-я понимаю… — голос Императора Дикой Красоты звучал побеждённым. Он покачнулся, словно вот-вот упадёт. Я поддержал его за плечи сзади.

— Вы в порядке, Ваше Величество?

— Нх… Прошу прощения. Я чувствую себя несколько опустошённым.

Император Дикой Красоты вложил свою руку в мою и быстро обрёл равновесие.

— Мы подтвердили существование запретной магии и получили её… Полагаю, моя ставка сыграла. То, что теперь у нас есть сила запретной магии для призыва и возвращения героев домой — весьма существенно. Уверен, это очень поможет нам убедить героев S-класса присоединиться к нам.

Он прав — это важно. Очень важно. Это особенно сильно поможет убедить Сого присоединиться к нам.

— Отныне нам не нужно полагаться на Богиню, мы можем сами сражаться с Корнем Всего Зла. Это было моей самой большой тревогой всё это время. Я не хотел полагаться на принятие желаемого за действительное, надеясь, что следующее божество, посланное в наш мир, окажется более разумным, чем нынешнее. Но… Понятно. Так вот почему эта Богиня была в таком бешенстве, запрещая использование этой магии…

— Но это требует наличия меченого члена Куросага… — сказал я.

Не хочу омрачать облегчение императора, но всегда существует опасность, что линия меченых Куросага может прерваться в любой момент. Проблема долговечности этой силы никуда не делась. Прямо сейчас Мунин и Фуги — единственные двое оставшихся меченых Куросага.

Казалось, Мунин почувствовала, о чём я беспокоюсь.

— Хе-хе, я думаю, с этим всё будет хорошо. В каждом поколении всегда был по крайней мере один меченый член нашего клана. Конечно, нет никакой гарантии, что тенденция сохранится — возможно, меченые умрут от болезни, — но если прецедент верен, наш род никогда не вымрет полностью.

Понятно.

— Значит, по крайней мере, шансы не против нас.

— Глава клана часто воспитывает меченых, и они становятся следующими вождями после смерти старого главы… Но лично я не считаю, что кто-то должен становиться вождём только потому, что ему посчастливилось родиться с меткой, понимаете?

Мунин криво улыбнулась мне. В этой улыбке я увидел, как сильно она заботится о Фуги, девочке из Куросага, которую она оставила дома.

— …

В любом случае, похоже, у меня уже было всё необходимое с самого начала. Не здесь, когда я вижу конец своего путешествия, а там, в самом начале, когда всё казалось потерянным.

Призыв, возвращение домой, отмена.

Не знаю, понимал ли он, какой Свиток Запретной Магии за что отвечает, но тогда, в Руинах Избавления… Великий Мудрец Энглин унёс все свитки, какие смог, в самое пекло, в лапы смерти, лишь бы уберечь их от Богини. Прямо сейчас у Императора Дикой Красоты есть свитки для призыва и возвращения домой, но у него нет свитка для отмены.

…М-да, это заставляет меня снова испытать огромную благодарность. Только потому, что у нас теперь есть этот свиток отмены, мы сможем прижучить эту мерзкую Богиню. И я смогу ударить её своими навыками статусных эффектов, над которыми она насмехалась как над бесполезными.

Своими собственными руками…

…Я смогу свершить свою месть.

Император Дикой Красоты перевязал свитки.

— И всё же… Здесь нет запретной магии, способной ослабить Богиню, не так ли? Я хотел бы иметь что-то, что повысит наши шансы на победу в битве против неё, но, полагаю, с этим ничего не поделаешь. Давайте возложим наши надежды на Асаги и героев S-класса, которых, будем надеяться, мы сможем склонить на свою сторону во время нашей последней конфронтации с Богиней. Повелитель Мух… Я рассчитываю также на тебя и на проклятую магию твоего Отряда Повелителя Мух.

— Ради вас, Ваше Величество, ради тех, кем я дорожу и кто живёт в Стране на Краю Света, ради будущего этого мира — я сделаю всё, что в моих силах, до последнего вздоха.

Мы вернулись наверх в замок и расстались с Императором Дикой Красоты. Нам нужно было вернуться в наш гостевой дом и подготовиться к отъезду.

Сначала мы выясним, где находится Вишис — куда нам нужно отправиться, чтобы покончить с этим раз и навсегда. Нам нужно решить, что делать дальше. Самый эффективный способ найти Богиню — это, полагаю, использовать фамильяров Эрики.

Когда мы вернулись в дом, Пиггимару начал пищать, обращаясь к нам.

— Это фамильяр Эрики?

Мы оставили маленький колокольчик в птичьей клетке и договорились о нескольких сигналах, которые она могла бы использовать, чтобы привлечь наше внимание. Звон, раздававшийся в тот момент, когда мы переступили порог, означал срочное сообщение — не высшего приоритета, но следующего за ним.

Мы уже получали этот сигнал раньше, и тогда новости тоже были важными.

Мы поднялись наверх, в комнату, где находился фамильяр, и поспешно выпустили пичугу на доску для сообщений. Птица нетерпеливо суетилась, но в её перебежках я заметил некоторую нерешительность. Было ясно, что Эрика раздумывала, стоит ли говорить с нами напрямую, даже зная, как дорого это ей обойдётся физически. Мы ждали, и в конце концов её косноязычное послание было закончено.

«Земли Златоглазых. С севера, к Мире. Златоглазые Монстры. Человеколикие типы. Много в движении. Северный регион Земель Златоглазых».

Северный регион Земель Златоглазых Монстров… Там обитают сильнейшие из них. Мы однажды проезжали там на боевой колеснице Эрики, используя силу её магических предметов, чтобы прорваться. Половина того путешествия прошла через опаснейшие места. Она имеет в виду, что все монстры из той области направляются к Мире?

«Северный регион. Монстры. Человеколикие типы. Трупы тоже. Много. Следы конфликта».

— Значит… Их приманили эти Человеколикие?

«Нет. Командование организовано. Странное, массовое движение. Обнаружен среди орды человек».

— Человек?

«Человек ведет монстров. Выглядит так. Какая-то сила. Высокий шанс, что он контролирует их. Я так думаю».

— …Человек.

«Описание совпадает с твоим воспоминанием. Сверилась с Такао, подтверждено».

С того момента, как фамильяр прыгнул на первые две буквы имени, я уже мог догадаться, что пишет Эрика. Когда все буквы были переданы — я сложил их в голове воедино.

«К-и-р-и-х-а-р-а Т-а-к-у-т-о».

Вскоре Император Дикой Красоты снова вызвал нас. Он получил сообщение от магнарского магического военного голубя. Отправитель был обозначен как Кирихара Такуто.

Я победил Короля Демонов.

У меня есть новый навык, позволяющий мне управлять ордами Златоглазых.

Теперь приспешники Короля Демонов — его монстры и демоны — мои подчинённые.

Даже Человеколикие теперь мои.

Я делаю монстров Земель Златоглазых Монстров своими слугами, путешествуя через этот регион. Я появлюсь в Империи Мира, нации, начавшей эту идиотскую войну.

Сначала я продемонстрирую свою королевскую власть разрушением Миры.

Но я не лишен сострадания.

Выполните все следующие условия, полностью сдайтесь, и я приму вас как своих подчиненных — подданных истинного короля.

Первое условие: Отряд Повелителя Мух, который был принят в Мире, должен быть передан мне. Их нужно взять в плен.

Второе условие: Серас Эшрейн признает свои ошибки, полностью отделится от Отряда Повелителя Мух и поклянется мне в верности навечно.

Это простая задача, всё, что я приказываю — это вернуть её, ничего более.

Меч должен вернуться в свои законные ножны. Вот и всё.

Если я не получу подтверждения, что эти условия выполнены, Человеколикие будут вынуждены вторгнуться в Миру, ведя остальную часть моей армии в бой. Вас сокрушат.

Я установлю крайний срок.

Я истинный король. Вы глубоко ошибаетесь, если думаете, что я буду ждать вечно.

Я разрешаю вам передать Отряд Повелителя Мух где угодно, при условии, что я одобрю место передачи.

Я должен предупредить вас: не делайте глупостей.

Нарушьте свои обещания или попытайтесь перехитрить меня, и вы узнаете истинного Кирихару.

Ваше глупое восстание закончится беспрецедентным сожалением, не более того.

Если вы не хотите испытать это сожаление — если вы дорожите своими жизнями и хотите спастись — примите приказы вашего бесконечно великодушного и идущего на компромиссы короля. Другого пути нет. По правде говоря, сейчас я практически равен богам.

Те, кто поймет следующие слова, слушайте.

Я никогда вас не прощу.

Вас нужно исправить и вернуть к вашему законному положению.

Я исправлю этот мир.

Всё будет так, как должно быть.

Новый Король Северных Земель, Кирихара Такуто»

Я сидел в зале, где проходил военный совет; Серас и Мунин расположились по обе стороны от меня. Напротив нас, за столом, восседал Император Дикой Красоты, а справа и слева от него сидели Рухейт и Кайзе.

— Что ты об этом думаешь? — спросил меня император, откладывая послание в сторону.

— Откровенно говоря, я поддерживаю связь с жителем Страны на Краю Света особыми средствами и имею некоторое представление о происходящем в Землях Златоглазых Монстров. Считайте это своего рода особым магическим военным голубем. Раскрытие личности моего источника и способа связи создаст угрозу для этого человека, поэтому больше я ничего сказать не могу. Я дал этому человеку слово, торжественное обещание. Однако переданную мне информацию я озвучить могу.

Обычно фамильяры Эрики летают по всему континенту, так что я могу получать данные не только из Земель Златоглазых Монстров. Но пока нет нужды это разглашать. Эрика может смотреть только через глаза одного фамильяра одновременно — это не круглосуточная система наблюдения за всем миром. Я также намеренно описал Эрику как жительницу Страны на Краю Света, но, поскольку она присутствовала при основании этой страны, полагаю, это не совсем ложь.

— Продолжай, — произнёс Император Дикой Красоты, побуждая меня говорить дальше.

— Эта огромная орда Златоглазых Монстров и Человеколиких — я могу подтвердить, что они действительно пришли в движение.

Кайзе устремил на меня пронзительный взгляд.

— Они идут в Миру?

— Судя по их нынешнему курсу — да.

— Из докладов… Я слышал слух, что они могут быть из глубоких северных регионов Земель Златоглазых Монстров.

— Да, из того региона, где обитают опаснейшие представители их вида.

— Ваше Величество, — начал Кайзе. — Правильно ли считать, что Король Демонов был убит этим Такуто Кирихарой?

— Остается вероятность, что его победила Аяка Сого. Однако, учитывая дату, когда она, по сообщениям, покинула Алион вместе с Богиней… Я полагаю, что это был Кирихара, да.

— В данный момент я придерживаюсь того же мнения, — добавил я.

…Значит, Короля Демонов победил Кирихара.

Кайзе простонал, глубоко задумавшись.

— Эта сила управлять Златоглазыми Монстрами… Судя по тому, что сказал нам Повелитель Мух, у нас нет иного выбора, кроме как поверить в её реальность. …Какой бы невероятной ни была ситуация.

— Я слышал от Кобато Кашимы об отличительных чертах Такуто Кирихары. Этот человек, замеченный в Землях Златоглазых Монстров — кукловод — он соответствует описанию Такуто Кирихары, которое мне дали. Я полагаю, это определенно он, — сказал я.

— …Прежде всего, я не думаю, что этот человек в здравом уме, — произнёс Рухейт, молча слушавший наш разговор. — В некоторых местах, особенно во второй половине письма… он кажется несвязным. Он назвал себя Королём Северных Земель, но я не понимаю, что он имеет в виду. В его письме есть что-то… своего рода безумие, оторванное от рассудка.

Я погрузился в свои мысли, выискивая воспоминания о Кирихаре Такуто с момента непосредственно перед тем, как от меня избавились. Я пошел дальше — вернулся в салон автобуса во время нашей школьной поездки. И еще дальше, к дням, когда мы были одноклассниками в академии.

Что-то не так — это не тот Кирихара Такуто, которого я знаю. Прямо как с Ясу. Приход в этот иной мир — он сломал их. Или, может быть, они такие же, как я, и что-то глубоко внутри них вырвалось на поверхность.

— Ваше Величество, похоже, эта орда Златоглазых Монстров действительно направляется в Миру. Как нам поступить? — спросил Кайзе.

— Это правда, что с исчезновением Эссенции Короля Демонов и её эффектов с ними стало легче сражаться. Но это никак не уменьшает угрозу, которую представляют человеколикие. Учитывая появление Неи и Бакосса в нашей войне против Урзы на востоке и потери, которые мы понесли во время недавнего нападения на имперскую столицу… Грядущая битва против армии монстров из Земель Златоглазых Монстров может оказаться довольно трудной.

Глаза Императора Дикой Красоты обратились ко мне и Серас.

— Но вы думаете, их можно остановить, выдав этих двоих? — с ухмылкой спросил Рухейт.

— Да… — произнёс Император Дикой Красоты, подперев щеку рукой и несколько нагло поставив локоть на стол. — Но я не намерен принимать эти условия.

— Бесспорно, я согласен с этим, — ответил Рухейт.

Император Дикой Красоты обратил на меня свой острый взгляд.

— Повелитель Мух сейчас является бесценным военным активом в нашей борьбе против Богини. Принести его в жертву — временная мера, чтобы выиграть время — будет также стоить нам союза со Страной на Краю Света.

— Тем не менее… — начал Кайзе, скрестив руки с озабоченным видом. — Как нам решить эту проблему? У Империи Мира нет свободных сил, чтобы встретить армию монстров Кирихары. Вряд ли драгоценные резервные бригады, которые мы наконец смогли собрать в столице, смогут их сдержать…

Резервные бригады... Кажется, я где-то слышал, что большинство полулюдей в Мире живут скрытно, на западе страны. Давным-давно и Мира, и Ёнато терпимо относились к полулюдям, но сейчас большинство из них обитает в Стране на Краю Света. Основная масса эльфов живет по ту сторону барьера, известного как Великое Заклинание. Есть и те, кто предпочел остаться во внешнем мире — например, Клан Спид леопардолюдей, — но я никогда не видел, чтобы полулюди свободно разгуливали по имперской столице. Говорят, Священный Орден Очищения в Ёнато принимает полулюдей, и к членам ордена там относятся вполне сносно, но мало кто из них достигает такого высокого положения. Мира же, напротив, построила для защиты своих полулюдей скрытые деревни.

Понятно... Должно быть, отчасти поэтому империя Мира пригласила к себе Клан Запретных Слов. В Мире к полулюдям относятся хорошо, поэтому, судя по всему, многие вступают в союз по доброй воле... но единственное условие для получения покровительства Миры — согласие вступить в резервные бригады.

Резервные бригады призывают, когда назревает решающая битва, — хотя уникальность этой системы, полагаю, в том, что у них есть право отказаться от призыва. По-видимому, любому, у кого есть веская причина, разрешено воздержаться от участия в боях. Возможно, потому что полулюди понимают: после падения Миры они станут следующими, — или, может быть, из-за нового союза со Страной на Краю Света, — но почти все боеспособные члены резервных бригад согласились сражаться.

Если подумать, в последнее время я вижу в замке все больше и больше полулюдей. Так что, как и у Ёнато с его Святой Кавалерией, у Миры тоже есть свой козырь в рукаве. И все же...

— Ты прав. Резервные бригады вряд ли смогут противостоять этой армии.

— Если бы нам удалось убрать Кирихару, того, кто их контролирует...

Как только я заговорил, все трое братьев из семьи Мира обратили на меня внимание.

— ...Тогда, возможно, мы были бы в силах не дать Златоглазым Монстрам добраться до Миры. Таково мое мнение.

Кайзе устало улыбнулся мне:

— Мы ведь говорим о герое, который победил Короля Демонов, понимаешь?

— Но с моей проклятой магией... кто может быть уверен, что я не смогу остановить его?

Кайзе выглядел смущенным, а Император Дикой Красоты вздохнул:

— Прошу прощения... Я не хотел вынуждать тебя говорить это.

— Пожалуйста, не беспокойтесь об этом.

Да — незачем Кайзе переживать из-за этого. В первую очередь, я считаю, что это проблема, с которой обязан разобраться Повелитель Мух. Ненависть Такуто Кирихары направлена не на Императора Дикой Красоты, а на меня. Но почему у него зуб на меня? Он требует выдать не императора Миры в цепях, а Повелителя Мух. Почему? Он угрожает вторжением в Миру, но в его послании не было ни слова о самом Императоре Дикой Красоты. Единственные, кого он упомянул по имени, были Повелитель Мух и Серас Эшрейн. У него какая-то фиксация на нас двоих.

«Я никогда тебя не прощу».

Он имеет в виду не Императора Дикой Красоты, а Повелителя Мух. Что такого в Повелителе Мух, чего Кирихара не может «простить»? Может, дело в том, что моя слава растет по всему миру?

Я перевел взгляд на ту, что сидела рядом со мной, — на ту, которую, похоже, Кирихара хотел забрать себе...

— Хм?

...Или дело в том, что рядом с Повелителем Мух находится Серас Эшрейн? Этого он не может мне простить?

Самомнение, с которым он написал это письмо, так и сочится со страниц. Он думает, что достоин обладать всем, чего пожелает.

— ...

Здесь применимо старое понятие из мира, откуда я родом. «Потребность в одобрении» — жажда внимания и признания со стороны окружающих.

«Я теперь крутой, и я хочу, чтобы вы это признали».

«Я победил Короля Демонов, так что теперь я величайший в мире».

И есть Тоука Мимори, вечно избегающий света софитов, фоновый персонаж... Скрывающий свою истинную личность и крадущийся в тени под маской Повелителя Мух.

И его полная противоположность, Такуто Кирихара. Монстр, рожденный из жажды признания.

Ему необходимо, чтобы Серас была рядом с ним, потому что он не способен сам определить собственную ценность. Он не может решить, счастлив он или печален, или чего что-то стоит на самом деле. Эта неуверенность способна разъедать разум человека, пока в конечном счете не убьет его.

— Он победил Короля Демонов и обрел силу управлять Златоглазыми Монстрами, поэтому я полагаю, что сейчас он чувствует себя всемогущим, — произнес я.

Однако эта мерзкая богиня... каков бы ни был её следующий шаг, это все еще меня беспокоит. Она не стала устранять Кирихару. Неужели он теперь сильнее ее? Может ли быть так, что ей тоже трудно с ним справиться? Я не вижу, какие ходы сейчас делает мерзкая богиня, так что мне следует постоянно держать мысли о ней в голове. Не может быть, чтобы она ничего не предприняла, пока Кирихара бесчинствует в Мире.

— Он желает Серас, полагая, что как спаситель этого мира он заслуживает обладать женщиной, которую называют самой прекрасной из живущих. Ему не нравится, что сейчас она находится во владении Повелителя Мух... Другими словами, эта беда постигла империю Мира потому, что я нахожусь в её границах. Остановить его — моя ответственность.

— Я не могу с этим согласиться, Повелитель Мух, — ответил Император Дикой Красоты. — Ответственность, говоришь? Я не признаю, что ты или Серас являетесь причиной этого. Я тот, кто пригласил вас в наш альянс. Не валяй дурака.

— Хе-хе... Конечно, у меня было чувство, что вы можете так сказать, Ваше Величество.

— Хм. Ты бываешь довольно ехидным, не так ли?

Хмм. Значит, даже Император Дикой Красоты может скроить такую мину — я от него такого не ожидал.

— Но я не могу позволить империи Мира пойти ко дну под волнами этого вторжения до решающей битвы с той богиней. Чтобы противостоять богине и Алиону, мне всё-таки понадобится сила Миры.

И самое главное: учитывая злобу, которую Кирихара, похоже, затаил на Повелителя Мух, кто знает, как он может помешать моей схватке с ней, если я оставлю его в покое. Он опасный и неизвестный фактор, который мне нужно раздавить как можно скорее.

— Ты сможешь это сделать, Повелитель Мух?

— У меня нет иного выбора.

— Хм, — сказал Кайзе, внезапно выглядя оптимистичнее. — Если бы ты смог разобраться с Кирихарой и этой его армией... Тогда мы могли бы действовать по плану на восточном фро...

Бах!

— Прошу прощения, что врываюсь!

Дверь распахнулась, и в комнату широким шагом вошёл Хаузен Диас, глава одного из домов курфюрстов. Следом за ним, спотыкаясь, вбежал единственный гонец. Император Дикой Красоты даже не подумал встать со своего места.

— Я велел тебе ждать снаружи моего сигнала... Но полагаю, этот доклад настолько серьёзен, что тебе пришлось просить господина Диаса помочь тебе войти. Что случилось?

— Разгром, Ваше Величество!

— Наша армия на востоке? Тогда мы должны немедленно выступать. Насколько далеко отступили наши силы?! — спросил Император Дикой Красоты.

— Объединенная армия врага вот-вот пересечет границу Миры.

Грохот!

Кайзе рефлекторно вскочил на ноги:

— Что ты только что сказал?! Их действительно оттеснили так далеко?!

Брови Рухейта тоже были плотно сдвинуты, от его обычной мягкости не осталось и следа:

— Я никак не могу поверить, что добавление принцессы Каттлеи и остатков Черных Драконьих Рыцарей могло дать им такое преимущество.

— Это должно означать...

— Это Аяка Сого!

Появилась Аяка Сого? Теперь она воюет против людей? Она всегда была неизвестным фактором... Значит, ее склонили на свою сторону. На сторону богини.

Я посмотрел на Императора Дикой Красоты, а он, в свою очередь, взглянул на меня.

— Аяка Сого — единственный герой, участвующий в сражении?

— Она единственная, кого видели на фронте! Помимо всех генералов нашей армии, в плен взят и сэр Честер! Восточный фронт... Э-этот герой полностью переломил ход битвы!

Кайзе уперся руками в стол и подался вперед:

— Невозможно! Король Демонов, богиня, возможно, Цивит Гартленд... Но я отказываюсь верить, что один герой может так повлиять на ход...

Внезапно слова, казалось, застряли у Кайзе в горле.

Вероятно, он только что вспомнил, что мы обсуждали героя, ведущего армию монстров на Миру.

— Гх... Значит, вот они какие, герои S-класса, — произнес он наконец.

Гонец продолжил свой доклад, лишь усиливая замешательство всех присутствующих. Кайзе был поражен услышанным.

— Т-ты говоришь, она сражаются так, чтобы минимизировать наши потери? Захватывает наших генералов и призывает солдат отступать? Берёт в плен тех, кто не принимает её совет, везде, где это возможно, вместо того чтобы убивать их... Держит их узниками в крепостях Урзы, которые они отбили? Н-невозможно... Э-это же война, разве нет?!

Судя по всему, ее уникальный навык действительно играет огромную роль во всем этом. Серебряная армия, которую может развернуть Сого Аяка, сдерживает потери по обе стороны линии фронта. Им не нужна еда, они никогда не устают, никогда не болеют. Они также не могут умереть — пока у Сого Аяки есть мана для их поддержания. Мана восстанавливается во время сна, а не только при повышении уровня.

— Это отличается от Белой Армии, которая недавно атаковала наш город? — спросил Император Дикой Красоты.

Ответил ему Хаузен:

— Судя по тому, что я слышал, это совершенно разные армии. Они не златоглазые и не пытаются держаться за руки перед смертью тем отвратительным образом, как это делали белые…

— Хм, — Кайзе задумчиво хмыкнул, обдумывая только что полученные разведданные. — Похоже, они не могут сохранять форму, находясь слишком далеко от Аяки Сого. Звучит действительно иначе. Белая Армия под руководством Изгнанного Императора, казалось, была способна действовать на довольно обширной территории. Возможно, узкий охват действий этой Серебряной Армии — своего рода благо. Однако убить или обезвредить их, судя по всему, сложнее, чем Белую Армию. Они кажутся намного сильнее наших предыдущих врагов.

Именно в этот момент гонец начал кричать, повышая голос так, что у рта почти выступила пена:

— М-моральный дух нашей армии падает! Это второе пришествие Цивита Гартленда… Хуже! Отчеты… они безумны! Один всадник создает целую серебряную армию… Несется прямо к командирам наших сил! Никто — никто из нас не может их остановить! Мы не смогли бы сделать этого, даже будь у нас в тысячу раз больше людей! Они даже не попадаются в наши ловушки! Бесчисленные прославленные воины Миры скрестили мечи с Аякой Сого! Никто не может с ней соперничать! Ни один мужчина! Я-я слышал от члена Ордена Солнца, что дело не просто в её особых способностях героя… Она несравненный боец… Природный талант…

В моем сознании всплыло сомнение.

Поздновато я это осознал, но эта сила Аяки Сого… Неужели дело только в её способностях героя? В нашей старосте есть что-то еще — что-то из ряда вон выходящее.

Закончив доклад, гонец упал на колени; краска отлила от его лица.

— Как ни стыдно признавать, я… Послушайте, отчеты, которые мы получили об Аяке Сого, о-они… Они ужасают меня! Думаю, она может что-то замышлять против нас… Даже те истории, что я только что передал вам, кажутся мне такими нереальными, почти…

— Значит, таков Герой S-класса… Аяка Сого.

Даже фантастические доклады гонца не смогли поколебать спокойствие Императора Дикой Красоты. Он торжественно произнес, отдавая приказ:

— Если когда-нибудь и было время для их выхода на сцену, то оно, несомненно, настало. Приведите мне Асаги Икусабу.

— Хм, тот самый Кирихара-кун, да?.. Победил Короля Демонов? Пффф.

Асаги Икусаба, выслушав краткую версию всего, что нам только что рассказали, приставила руки к вискам, изображая уши.

— Считайте меня зайкой в шоке.

…Полагаю, она всё же изображает кроличьи уши, а не кошачьи.

Император Дикой Красоты вздохнул, выглядя в некоторой степени впечатленным.

— Даже новость о том, что Кирихара победил Короля Демонов, похоже, не сильно тебя потрясла. Полагаю, такая реакция мне нравится больше, чем растерянность и паника.

Асаги вызвали одну — Кашима отсутствовала. Я попросил Императора Дикой Красоты не показывать ей письмо Кирихары напрямую, а пересказать его содержание, поскольку меня беспокоили некоторые части послания.

— Н-ну, я типа догадывалась, что это сделал кто-то из детишек S-класса. Логично же, да? А теперь он, типа, завалил главного босса… Я прям вижу, как он бегает и думает, что теперь он тут самая большая шишка. Наверняка у Богини с ним теперь тоже проблем выше крыши, а?

— Наша текущая теория заключается в том, что он лишился рассудка, — сказал Рухейт.

— Но типа, кто решает, что считать безумием, а что нормой, мяу? Эти здравомыслящие типы всегда называют тебя психом, просто чтобы автоматом игнорить всё, что ты говоришь, сечёшь? Типа такой ментальной самозащиты. Ну… короче, — продолжила Асаги, — если он победил Короля Демонов, значит, он теперь типа супер-прокачался, так? Всё ещё не совсем понятно, как работает эта тема с левел-апами, но его навыки, наверное, тоже апнулись, да?

— Мы решили оставить Такуто Кирихару Отряду Повелителя Мух.

— Звучит отлично. Используйте ту вашу непобедимую проклятую магию, ту самую, которой вы уложили Первого из Клятвенных и Саблезубых Тигров, чтобы разобраться с этим парнем! Понимаете? Мы с Кирихарой-куном, как ни крути, не особо созданы друг для друга, смекаешь? Я чутка волнуюсь, что то моё секретное оружие может против него не сработать. В смысле, по сравнению со старым Императором Зерой в прошлой битве… Ну, это игра чисел, я полагаю. Шансы на победу. Кири-тян — он сам по себе. Как кот… Эй, может, даже больше, чем кот.

Асаги передернуло при мысли о том, что она может получить смертельную рану из-за одной из прихотей Кирихары.

— Типа у него нет постоянства… Результаты скачут, будто парень — квантовый механик, да? Вот оно! Хайп по этой теме, конечно, совсем спал, но это ж чистый кот Шрёди, все любят квантовую теорию! Мя-ха-ха!

Кайзе приложил руку ко лбу, словно разговор причинял ему физическую боль. По его общему поведению я видел, что ему нелегко общаться с Асаги.

— Я не знаком с концепцией квантовой теории… Но Его Величество хочет знать, что вы думаете насчет того, чтобы убедить Аяку Сого присоединиться к нам, учитывая ситуацию, которую мы только что объяснили.

— Мы в деле, чувак.

— …Довольно краткий ответ.

— Ну типа, кроме Повелителя Мух-чина, единственные ребята в Мире, кто может тормознуть эту суперсильную девчонку — это мы, да? А Повелитель Мух-чин занят ситуацией с Кири-тяном, так? Методом исключения — мы дежурные по Аяке.

— Верите ли вы, что сможете её убедить? — спросил Император Дикой Красоты.

— Шансов больше, чем у кого-либо другого здесь, я думаю.

Она права. Аяка Сого — она…

— Мы для неё сейчас типа самая большая слабость. Она не может убить своих одноклассников, понимаете? Этого просто не случится. И серьезно ранить нас она тоже не сможет. В смысле, типа, она даже говорила о защите того трио топ-псов! Буквально плохих парней, да? И типа, у нас есть Пиджи-тян, с которой у Аяки связь. И судя по тому, что я только что услышала… у нас есть способ вернуться в наш старый мир без помощи мелкой Богини-чин, нэ?

— Нам потребуется магический круг, используемый для призыва героев, который находится в Замке Алион. А также понадобится либо сердце Короля Демонов, либо ошейник, поглотивший его эссенцию. У нас нет иного выбора, кроме как надеяться, что Кирихара владеет последним.

— Это ж Кири-тян, о ком мы говорим, он захочет доказать, что он завалил Короля Демонов, да? Он по-любому оставит какой-то пруф, так? И типа, неважно… Пока мы можем вернуться, даже без Богини-чин на горизонте, это отличный аргумент, чтобы переманить Аяку. Я, типа, на 100 процентов уверена, что наша староста не в восторге от того, чтобы полагаться на эту тираничную Богиню…

— У меня, однако, есть одно опасение, когда речь заходит об убеждении Аяки Сого, — сказал Кайзе. — Вероятность того, что вы потерпите неудачу, и она захватит всех вас в плен.

— …Типа, мы всё ещё её одноклассники. Она будет обращаться с нами нормально, проследит, чтобы мы не пострадали. В смысле, в худшем случае, — Асаги посмотрела на свою ладонь. — Она настоящая леди, эта девчонка… Сорвала куш в лотерее с родителями. Благословлена во всем, чёрт возьми — победитель по жизни. Может, отправим её в путешествие по нашему миру на какое-то время, а?

— Только не говорите мне, что вы намерены использовать эту силу, чтобы убить её?

— Кто знает? Типа, эй… Я тут говорю о сценарии на худший случай, вот и всё.

— …

Серас легонько коснулась моей ноги под столом. Она подала сигнал пальцами — всё то время, что Асаги говорила, она говорила правду.

— Короче, мы отвечаем за остановку неуправляемого поезда «Аяка»!

— Значит, вы принимаете задачу и отправитесь с нами на восток? — спросил Император Дикой Красоты.

— О как? Ты тоже едешь, Цин-чин? Там реально дикая Аяка на воле, знаешь ли?

— Они направили на фронт не только Аяку Сого, но и войска. Мне нужно учитывать падающий боевой дух моих солдат.

Так Асаги попросили удалиться, чтобы немедленно готовиться к путешествию на восток.

— Увидимся, Повелитель Мух-чин. Удачи с Кири-тяном! А, и не болтай Аяке, если в итоге прикончишь его, ок? Она озвереет, серьёзно. Кстати, типа, Серас-чин… ты просто чересчур, блин, горячая! И сексуальная! А грудь, уф! Типа, я… Если переживу всё это, хочу забрать её в старый мир… Сделать звездой всего чёртова мира косплея! По-ка, Повелитель Мух-чин.

— Молюсь о вашем успехе, госпожа Асаги, — ответил я. — Будем надеяться, что встретимся снова, живыми и здоровыми.

С этими словами она ушла.

Насчет того, заметила ли она, кто я на самом деле под этой маской — пока не знаю. С моей точки зрения, она талантливая актриса, до мозга костей. Мунин тоже казалась ошеломленной Асаги, всё время, пока та была здесь, она тихо сидела рядом со мной. Спорю, она просто никогда не встречала таких, как она. Настоящая встреча с неизведанным, ха. И всё же…

— …

Надеюсь, у тебя всё получится, Кашима.

— Боже правый, — покачал головой Кайзе. — Разговоры с этой девчонкой всегда выбивают меня из колеи…

Итак. Слэй восстановилась, и финальная стадия усиления монстра у Пиггимару завершена. Мунин теперь может использовать запретную магию, а у Серас есть нечто под названием Исходная Слеза, усилившая её духовный доспех.

— Ваше Величество, — произнес я, когда атмосфера в комнате пришла в норму. — Аяка Сого пока что будет оставлена на них, а вопрос с Такуто Кирихарой будет решать Отряд Повелителя Мух. Верно ли я понимаю ситуацию?

— Хм.

— Сообщение, полученное нами с помощью магического почтового голубя от Магнара... Ты упомянул, что птица полетит обратно к нему, как только мы выпустим её в воздух, не так ли?

— Если не случится ничего непредвиденного, да. Они возвращаются в гнездо того, кто их выпустил. Такова их природа.

Я поблагодарил Императора Дикой Красоты, а затем повернулся к Серас.

— Серас. Новый Король Северных Земель, судя по всему, хочет тебя, — сказал я.

— Да.

— Тогда я отправлю ему ответ, в котором сообщу, что мы передадим тебя. Я отведу тебя к нему.

Серас повернулась ко мне, и в её глазах не было ни тени сомнения.

— Если таков твой приказ, мой господин, я без колебаний последую по этому пути.

— Благодарю. Кроме того, — произнёс я, медленно поднося руку к горлу. — Я преподнесу ему и голову Повелителя Мух.

Трое братьев Мира молчали.

— Разумеется, всё это лишь приманка — план по уничтожению Короля Северных Земель.

— Картину ты рисуешь занимательную, Повелитель Мух.

— Я хотел бы запросить часть вашего личного состава, Ваше Величество, — попросил я.

— Судьба Миры висит на волоске — ты получишь всё, что тебе требуется.

— Примите мою благодарность. Тогда позвольте мне объяснить...

Я продолжил рассказывать Императору Дикой Красоты о том, что задумал.

Хорошо. Вишис и Кирихара могут явиться парой — значит, мне придётся взять с собой и Мунин. Есть ещё кое-что, не дающее мне покоя. Вероятность того, что Кирихара Такуто знает, кто я такой — знает истинную личность Повелителя Мух.

«Я никогда тебя не прощу».

Что, если это «тебя» в письме относится не к Повелителю Мух? Что, если он обращается к Мимори Тоуке? У меня есть основания прийти к такому выводу: моё внимание привлекла строчка, идущая прямо перед этим.

«Те, кто поймёт следующие слова, слушайте» — вот что зацепило мой взгляд. Чувствую, за этим кроется смысл. Будто он говорит, что знает мою истинную личность, но просто решил не писать об этом открыто.

Ещё эта строчка про «подобающее положение». Может быть, он просто считает, что какой-то проклятый маг в маске мухи не имеет права быть рядом с Серас Эшрейн — что Повелитель Мух недостоин её. Но если эта фраза о надлежащем статусе относится к моему рангу героя E-класса...

Предположим на минуту, что Кирихара действительно знает мою истинную личность.

Как ему удалось это выяснить? Кто мог сказать ему, что я всё ещё жив?

Из возможных кандидатов — это, должно быть, Вишис, верно?

Тогда... знала ли Вишис всё это время, с момента моего побега из Руин Избавления? Узнала ли она, когда у неё закончились войска, и она отправилась, чтобы вывести Пожирателя Душ из руин?

...Нет. Какая разница, как это произошло.

В любом случае возможно, что Кирихара знает, кто я на самом деле — и теперь я не могу это игнорировать. Я должен быть готов к худшему в любой момент.

Почему меня вообще так беспокоит, что Кирихара знает мою настоящую личность? Ну — это потому, что если он знает, то наихудший сценарий развития событий теперь действительно возможен.

Прямо перед тем, как от меня избавились...

«Уйди уже с дороги, мусор E-класса».

Это были слова, которые сказал мне Кирихара Такуто.

То послание, которое он отправил, слова, нацарапанные в его письме... Странно признавать это, но такое чувство, будто ты теперь совсем другой человек, Кирихара.

Все просто сходят с ума всё сильнее и сильнее. Даже Сого Аяка сейчас воюет против людей. А если говорить о тех, кто рехнулся, есть ещё Ясу Томохиро. Неужели во всём виновата та мерзкая богиня?

Я не знаю.

Уверен, я тоже сошёл с ума. Я был призван в этот мир, вытащил своё прошлое «я» из теней. Нам всем пришлось измениться, к лучшему или к худшему. У нас не было выбора.

...

Повелитель Мух и Король Северных Земель.

...Король, да.

Однако я не сосуд для короля. Не я. Это просто случайность, что выбранная мною маскировка основана на легендарном лорде...

Король?

Значит, теперь ты король, а, Кирихара?

Это неправильно. Мы не настолько велики. Ни один из нас. Короли — это люди на службе у других, а это не про нас.

Ты и я... мы эгоцентричные, эгоистичные иномирцы. Вот и всё, кто мы есть.

...Вот и всё. Конечная остановка.

Конец пути для Кирихары Такуто.

— Если не считать императора, главнокомандующего и премьер-министра, ну... Мы, главы домов курфюрстов, послужим лучшей приманкой, чем Честер, — сказала Йойо Орд, сидя верхом на прекрасном гнедом коне.

Перед ней простиралась широкая равнина. Она смотрела на неё, окружённая рыцарями, с чистым полем обзора и разбитым за спиной лагерем.

На самом деле её эмоции были какими угодно, только не спокойными — будущий наследник дома Орд был захвачен врагом, — но если она и была обеспокоена, то не подавала и виду.

Кобато Кашима убрала лицо от щели в палатке, повернулась к Асаги и присела на корточки.

— ...Ты уверена, что всё будет в порядке, Асаги-сан?

— Будет просто отпад. Не парься об этом. Они уже пустили инфу, что сильнейший из домов принцев-курфюрстов — дом Орд — выдвигается, прикинь! Было бы реально рискованно на самом деле отправлять Цин-чина в поле, понимаешь? Его супер-горячие братья тоже заняты в столице.

Обнародование участия Йойо Орд в битве предназначалось не только для того, чтобы повлиять на врага — эта новость также принесла свежую волну боевого духа её отчаявшимся союзникам. Ходили даже слухи, что Император Дикой Красоты может лично принять командование — и поэтому пораженческие настроения, распространявшиеся в армии Миры, постепенно сходили на нет.

Однако на уме у Кобато была более серьёзная тревога...

— Я-я тоже думала об этом, но... также о том, чтобы убедить Сого-сан присоединиться к нам...

— А? А, Аяка придёт в себя, как пить дать. Я хочу сказать, она считает, что если будет бегать и захватывать всех больших шишек-генералов из Миры, то сможет выиграть эту войну, не вызывая особых жертв, да? Ва-ха-ха! Типа, попытка остановить войну, сохраняя потери врага как можно ниже... Это что, какая-то демонстрация за мир?!

Асаги присела на корточки рядом с Кобато; они вдвоём старались оставаться скрытыми внутри лагеря.

— Но я никогда не думала, что староста будет участвовать в войне против людей... Думаешь, у неё наконец крыша поехала или типа того? В смысле... я же говорила тебе, когда нас только призвали сюда, что она стопудово помрёт, помнишь? У неё всегда была эта тупая опасная жилка. Ты ведь встречаешь таких иногда, да? Люди, которые получают все титулы, академические штуки, почести, но, типа, всё равно остаются идиотами, когда доходит до дела. Я думаю, староста просто такая и есть, понимаешь... У неё есть способности и знания, но она просто не понимает людей. А это важно, сечешь? Мне кажется, она добралась так далеко только благодаря поддержке Хидзири-сэнсэй из тени. Кстати, если подумать, для меня это тоже стало настоящим сюрпризом. Эта старшая сестра Такао была монстром и реально хорошим человеком, да.

— Сого-сан не из тех, кто просто так безрассудно бросается в битвы... Я думаю, ты ошибаешься насчёт неё, Асаги-сан.

— Хех, вот поэтому ты тоже дурочка, Пиджи-тян. Ты реально вовлекаешься, когда мы говорим об Аяке и всё такое, а? Это так милашненько!

— Э-это не только из-за Сого-сан я стараюсь изо всех сил!..

— ...Ты меня тоже бесишь.

— А?

В этот момент подошла Мамия Сейко.

— Эй, Асаги... Мы правда собираемся драться с Аякой?

Асаги с кривой ухмылкой легко отмахнулась от неё.

— Не-а, я на самом деле планирую просто пригласить её к нам. Мы будем драться, только если совсем уж не получится переманить её на свою сторону, поняла? Мы пойдём по дороге насилия, когда не останется другого выбора. Всё пучком, всё пучком. Лишь бы мой трюк сработал, ага? Тот самый, который мы использовали против старика Изгнанного Импи, помнишь?

— Да, но сейчас мы говорим об Аяке. Серьёзно, я не могу... У того старика не было ни капли человечности, но Аяка? Ни за что в жизни я не смогу сражаться с ней.

— Хе-хе-хе, не волнуйся. Мы не убьём её — по крайней мере, не специально. Да и вообще, типа, зачем нам её убивать? Давай просто схватим её и свяжем или что-то в этом роде.

Сейко выглядела так, словно у неё гора с плеч свалилась.

— Точняк, да? — ответила она.

— Да, да. Тебе тоже надо расслабиться, Пиджи-тян.

— В любом случае, Пиджи, — сказала Сейко.

— Д-да? Что такое, Мамия-сан?

— Я вроде как вижу твоё, эм, бельё.

— А? Ты видишь чт— ах?! О-ох!

Кобато поспешно свела колени в панике и прикрыла их юбкой.

— Блин, ты всегда сидишь нараспашку, Пиджи-тян... Хм?

Снаружи их палатки лагерь начинал суетиться.

— Она здесь, да?

Асаги приоткрыла полог и выглянула наружу. Они услышали крик одного из оруженосцев:

— Госпожа Йойо, она здесь! Пожалуйста, отступайте!

Кобато набралась смелости тоже пойти посмотреть, чувствуя, как её собственное сердце колотится в груди так, словно может взорваться в любой момент.

Она смотрела, но пока ничего не видела.

Сого-сан...

Кобато была счастлива наконец увидеть её снова, но беспокоилась о том, что грядёт. Она также нервничала, не зная, сможет ли сделать то, о чём её просили. Эти три эмоции смешались внутри, и она почувствовала, как её дыхание становится быстрым и поверхностным.

— Тц... — цокнула Йойо. — Она может быть героем, но неужели мы правда так напуганы одной маленькой девочкой? А вот это... это странно. Что это за штука...?

В небе возникла огромная серебряная сфера, похожая на каплю ртути. В одно мгновение сфера взорвалась, разлетаясь во все стороны, а её части начали принимать человеческие очертания. Армия Миры начала запланированное отступление, устремившись туда, где расположилась Йойо.

— Ах!

Наконец Кобато увидела её — девушку верхом на серебряном скакуне.

Сого-сан!

Тут она поняла, что остальные члены группы Асаги толпятся за её спиной, набившись как сельди в бочке, чтобы хоть краешком глаза взглянуть на происходящее.

Все хотят увидеть. Они все выглядят такими нервными.

Асаги приоткрыла полог палатки пошире, позволяя всем выглянуть наружу.

— Погнали, мальчишки и девчонки, — сказала Асаги.

Пружинистой походкой Асаги выпрыгнула из палатки. Кобато последовала за ней, а за ними и остальные. Они увидели, как Йойо отступает в их сторону.

— Остальное зависит от вас, дамы!

— Ещё бы, мы в деле! А, убедитесь, что наша аудитория останется приватной, если можно. А то это может погладить Аяку против шерсти.

Йойо проскакала прямо мимо Асаги, её рыцари и солдаты следовали по пятам, уходя прочь от битвы.

— Воу, она здесь, она здесь... Вот и она! Сого Аяка! Ну просто привет из прошлого... Э-э-эй! Стаааростааа!

Асаги начала махать рукой, выглядя слишком уж расслабленной для человека, стоящего посреди поля боя, когда Аяка заметила её.

— Асаги-сан?! ...Ты в порядке?!

Она остановила коня, и серебряные рыцари мгновенно устремились к ней, выстроившись полукруглой стеной за её спиной. Перед ней стояли Кобато и остальные из группы Асаги.

— Сого-сан! — крикнула Кобато, и лицо Аяки просияло.

— Ах! Кашима-сан! Я так рада, что ты тоже в безопасности!

Кобато была просто счастлива видеть это выражение на её лице. Аяка оглядела своих одноклассников из группы Асаги.

— Вы все здесь... Никого не не хватает...

— Само собой! Никто не умрёт, следуя за мной, Великой Асаги-сан!

— Спасибо, Асаги-сан — правда, спасибо тебе.

— Короче, типа, чё происходит? Эти серебряные лошадки и рыцари... Это теперь так работает твой уникальный навык, староста?

— Д-да.

Лагерь позади группы Асаги был совершенно пуст, так как они попросили Йойо и её солдат отступить на приличное расстояние от их палатки — всё по приказу Асаги.

— Эм, типа, то, что ты всё еще держишь их наготове... Ты же не боишься нас, а? В смысле, типа, мы доверяем тебе, Аяка — вот почему мы отослали всех остальных, ня... Это меня немного печалит, мяу...

— Ах... П-прости.

Серебряные рыцари на своих серебряных скакунах исчезли, как только Аяка развеяла свой уникальный навык. Кобато на всякий случай посмотрела на статус Аяки Сого, используя свой навык Раскрытие.

Ого... Сого-сан...

Показатели характеристик Аяки были намного, намного выше, чем у Мимори Тоуки.

— Зацени, староста... мы наконец-то нашли его! У нас теперь есть способ вернуться в наш старый мир без помощи Богини-чин.

— А?

— Не будет ложью сказать, что это именно то, что мы искали всё это время.

— Ч-что ты имеешь в виду...?

Асаги рассказала Аяке о найденной ими запретной магии.

— Ну да, вот как-то так. Эта Богиня-чин просто, типа, старая, бесячая карга-богиня теперь. Типа, мне ещё интересно, собиралась ли эта супер-мутная, супер-абьюзивная старая карга вообще отправлять нас обратно, понимаешь? Что думаешь? Ты реально можешь доверять этой мутной леди, староста?

Аяка была удивлена, услышав о запретной магии и о том, как она может отправить героев домой в их старый мир. Кобато показалось, что она не так уж сильно удивлена самим фактом существования этого метода — словно Аяка уже какое-то время рассматривала вариант не полагаться на Богиню.

Сого-сан...

Аяка не выглядела счастливой от этих новостей. На её лице даже промелькнуло слабое выражение неудовлетворенности.

— Кхм, Асаги-сан, ты и твоя группа... — неуверенно начала она. — Вас захватила Мира? Заставили прийти и убедить меня присоединиться к вам? Это ведь не так, правда?

— Чего? Это такую байку тебе Богиня-чин скармливает? Ха-ха, звучит прям как она. Уважаю хитрость — вся Богиня в этом.

— ...П-правда?

— А? Ты нам не веришь?

— Ну... я подумала, что это Император Дикой Красоты или Повелитель Мух могли уговорить вас на это, возможно...

По группе Асаги прошла слабая волна шепота.

— Я не знаю, что тебе наговорила Богиня-чин... Но ты реально собираешься доверять ей больше, чем нам, староста?

— Я-я не это имею в виду! Просто... Император Дикой Красоты и Бельзегея-сан... Я слышала, они могут очень хорошо убеждать людей присоединиться к ним...

— Очень похоже на тебя — не говорить прямо «промывка мозгов», староста! Ты реально думаешь, что эти двое — такие большие и плохие злодеи, да?

Затем Аяка объяснила, почему она так думает — Кобато не могла не удивиться тому, что она говорила.

Всё в точности так, как и говорил нам Мимори-кун. Он упоминал, что Богиня, возможно, вешает на него всякие вещи, которых он даже не делал, и лжёт Сого-сан...

Шепот среди членов группы Асаги стал громче, и Чигасаки Ацуко вышла вперёд.

— П-подожди секунду, Аяка?! Серьёзно?! Я не знаю насчёт Ясу... Но ты действительно думаешь, что Девятый Орден был убит Повелителем Мух, пока они молили о пощаде? Я хочу сказать, Девятый Орден были...

Она осеклась, не договорив, и Асаги посмотрела на неё.

— Да, вот в этом проблема... Ты не знаешь правды, староста.

Дело не только в Девятом... То, что она рассказала нам, не сходится и с тем, что Мимори-кун говорил о Шестом Ордене, и её информация о нас неверна. Богиня, должно быть, всё это время выставляла Императора Дикой Красоты и Мимори-куна злодеями в её глазах.

— Но... н-но тогда! — воскликнула Аяка. — Доказательства... Я хочу доказательств! Я хочу верить вам всем... Чтобы защитить вас.

— Как мы можем доказать тебе это, мяу? — спросила Асаги.

— Ну...

— А Богиня-чин дала тебе какие-нибудь доказательства?

— Свидетеля.

— Ты, типа, встречалась с ним лично?

— Э? Ну... Нет, не напрямую.

— Ожидаемо, да?

— Но... — Аяка опустила взгляд. — Я всё ещё не могу отрицать возможность, что это их рук дело. Что Император Дикой Красоты и Бельзегея-сан манипулируют вами всеми. Мы даже не знаем, кто такой Бельзегея-сан на самом деле! У него может быть что скрывать. Сперва меня это не особо волновало, но теперь... я не уверена, что могу доверять ему.

— Так ты просто хочешь, чтобы мы сдались и позволили тебе захватить нас? А потом что, мы поговорим, и ты нас переубедишь? Что за дела, староста... Ты теперь воюешь против людей? Я, типа, в супер-шоке, что ты вообще здесь. Что происходит?

— Я... я хочу закончить эту войну как можно скорее. Думаю, я единственная, кто может остановить его сейчас! Я уверена, это моя работа — спасти его! Поэтому... с этой моей силой... Даже если мне придётся замарать руки ради этого, я... я должна сделать всё, что могу! Даже если совершенства не существует — я обязана сделать то, на что способа!

— Сого-сан...

Кобато была поражена силой эмоций Аяки.

— ...

Асаги же, напротив, замолчала.

О чём она думает? — с беспокойством подумала Кобато. — Это выражение у неё на лице... У меня нехорошее предчувствие.

Вдруг Асаги ухмыльнулась, сияя, как солнце.

— Я поняла тебя, староста!

— А?

— Я доверюсь тебе... Вот, — Асаги протянула обе руки к Аяке, словно сдаваясь. — Мы пойдём тихо, позволим тебе захватить нас. Сперва, как насчёт того, чтобы сесть и поболтать по-хорошему где-нибудь, а?

Глаза Аяки широко распахнулись.

— Асаги-сан.

— Я не могу доверять Богине-чин, видишь ли... Но я могу доверять тебе, староста.

Асаги шагнула к Аяке.

Н-нет.

Ужасное предчувствие вновь накрыло Кобато, и она почувствовала, как оно разрастается. В памяти начали всплывать все слова, которые Асаги только что сказала Аяке, и тут Кобато всё поняла.

Дело плохо... Асаги-сан отказалась от попыток убедить Аяку! Она собирается использовать свой уникальный навык... Она собирается использовать его на Сого-сан! А потом она может...

Асаги на мгновение замерла на месте.

— Хью? Аяка, ты...

— Это Мимори-кун!

При этих словах все взоры обратились к Кобато. Аяка выглядела ошарашенной, уставившись в её сторону.

— Э? Мимори-к-кун...? Ч-что насчёт него...?

— Он Бельзегея-сан! Это Мимори-кун под маской!

— Мимори-кун это... Бельзегея-сан? — спросила Аяка.

— Чего?! — воскликнула Асаги, округлив глаза.

Я так и знала! Асаги не заметила — она понятия не имела, что я знаю истинную личность Повелителя Мух всё это время.

— Так что, я... я думаю, у нас есть причина доверять ему! Я... я разговаривала с ним лично! Я знаю, что это он!

Кобато объяснила про свой уникальный навык, запинаясь на каждом слове. Её сердце билось так быстро и громко, что она думала, оно вот-вот взорвётся. Она так нервничала, что в висках стоял высокий звон, и ей было трудно дышать.

— Я-я спросила его про Ясу-куна тоже! Богиня приказала Шестому Ордену схватить Ясу-куна и... — Кобато рассказала им всё — всё, что Тоука поведал ей о Ясу Томохиро и Шестом Ордене. — Мимори-кун, он... он спас Ясу-куна! Прямо сейчас он... Ясу-кун решил уйти, в Стране на Краю Света... Он сказал, что собирается отправиться в Алион, чтобы извиниться перед тобой, Сого-сан!

— Бельзегея-сан... это Мимори-к-кун. Э-этого не может быть... и теперь... Ясу-кун...

Аяка, казалось, пошатнулась от шока после этих новых откровений. Группа Асаги справлялась ненамного лучше.

— Чего-о-о? Повелитель Мух — это Мимори?! Ты шутишь, да?!

— Кобато, ты наконец с ума сошла или типа того?!

— Н-но ты же перепроверила своим уникальным навыком, да?! Значит, это стопудово правда!

— Ня-ясно... Значит, тогда, во время переговоров со Страной на Краю Света, когда ты так побледнела, Пиджи... Ты и на вечеринке его встретила! Ага-ага... — Асаги выглядела немного удивлённой, но, скорее, так, словно недостающие кусочки головоломки наконец встали на свои места. Она ухмыльнулась Кобато, прищурив свои глаза-полумесяцы, как лиса. — Так дело не пойдёт, Кобато-тян... Кобато... Ты ведь тупая, неуклюжая Пиджи-тян, так? Это совсем на тебя не похоже! Неправильно это... как-то мимо кассы.

В её реакции было что-то тревожное, но это не остановило Кобато.

Я не могу остановиться. Только не сейчас.

— С-Сого-сан! Я думаю, мы можем доверять Повелителю Мух — доверять Мимори-куну! Мимори-кун, он...

Он спас столько людей.

Кобато принялась пересказывать всё, что поведал ей Тоука: историю о сбежавшей эльфийской принцессе, за которой охотились злодеи... О полулюдях, которые сбились с пути, которых эксплуатировали и над которыми издевались негодяи.

Он спас стольких и в Белой Цитадели Защиты — Аяка должна это знать.

— Он сказал, что цель его путешествия — личная месть Богине... Но в конце концов, Мимори-кун добрый человек... Я не думаю, что он может спокойно смотреть, как хороших людей мучают из-за того, что творит в этом мире Богиня. Когда Мимори-кун видит кого-то в беде, я знаю, он просто не может оставить их страдать. Я уверена в этом...

На мгновение в её памяти всплыл тот бездомный котёнок, которого подобрала Кобато.

— Даже тогда, в автобусе, когда Оямада-кун издевался над тобой, Сого-сан... он пытался помочь тебе, помнишь?

Сама того не замечая, Кобато расплакалась.

— Я думаю, я могу доверять ему, если под маской скрывается Мимори-кун. Сейчас в нём что-то изменилось... но это он, я знаю, это он! Я доверяю ему гораздо больше, чем той страшной Богине! Пожалуйста, Сого-сан! Пожалуйста, сражайся с нами! Давай вместе остановим Кирихару-куна!

— ...

— Послушай, я... я люблю тебя, Сого-сан.

— Кашима-с-сан.

— Когда я вижу, как тебе тяжело, мне тоже больно... Мы наконец-то снова нашли тебя. Почему всё должно быть так? Всхлип... Я просто хочу, чтобы мы все улыбались вместе. Вернуться в старый мир...

Аяка закрыла глаза, а Кобато и остальные ждали — ждали её ответа.

— Хорошо.

— Сого-сан!..

— Я остановлю Кирихару-куна... А что касается Мимори-куна — мне придётся встретиться с ним лично, чтобы понять его истинные намерения.

— А?

— Где сейчас Мимори-кун? — спросила Аяка.

— Сого-сан?

— Я слышала, что Император Дикой Красоты направляется сюда. Тогда кого вы отправили остановить марш Кирихары-куна на Миру?

— Это будет Повелитель Мух-кюн, — ответила Асаги, видя, что Кобато не совсем улавливает суть происходящего.

— Асаги-сан... — проговорила Кобато.

— Мы пришли сюда, потому что мы не лучшие соперники для Кири-тяна, смекаешь?.. За Кирихару-кюна отвечает Мимори-кун.

— ...

— Вы можете сказать мне, где они?

Кобато почувствовала странное, нарастающее в груди чувство, что что-то не так.

У меня получилось?.. Неужели мы действительно убедили её присоединиться к нам? Понимает ли она мои чувства?

— С-Сого-сан...

— Вот карта, — сказала Асаги, передавая Аяке карту, на которой было отмечено место встречи, назначенное Такуто Кирихарой. — Ему может понадобиться часть твоей силы, чтобы остановить Кирихару-куна, староста. Вот почему я захватила эту карту с самого начала — всегда планировала взять тебя с нами, как только мы тебя уговорим.

Асаги проверила время.

— Мы бы едва успели встретиться с ними? Это если бы поторопились, конечно.

Аяка взяла карту.

— Возможно, я успею, на скорости серебряного скакуна, созданного моим уникальным навыком. Спасибо, Асаги-сан.

— Всегда пожалуйста, староста.

Аяка воссоздала свою серебряную лошадь с помощью уникального навыка и вскочила в седло.

— Даже если Мимори-кун действительно Повелитель Мух... Я не знаю, сможет ли он на самом деле остановить Кирихару-куна. Я не могу... не могу допустить, чтобы погиб ещё кто-то из моих одноклассников. Ни за что!

— Сого-сан... — Всё, что могла делать Кобато, это повторять её имя.

— Простите, мне нужно идти... Не волнуйтесь, я попросила армию не продвигаться дальше без моего приказа. Могу я попросить, чтобы Мира сделала то же самое? Вы запросите прекращение огня у Императора Дикой Красоты? Без этого здесь погибнут люди, а я этого не хочу... Я просто не хочу, чтобы кто-то ещё умирал!

Она не оставила никому времени, чтобы остановить её, помчавшись на своём скакуне так быстро, что преследовать её было бы невозможно.

— С-Сого-сан.

— Фух, она меня конкретно уделала... Вообще не сработало.

— Асаги-сан... Только что ты...

— А? Да-да, я собиралась использовать на ней Королеву Пчёл. Но блин — ничего не вышло.

Если подумать... В тот момент, прямо перед тем, как я раскрыла истинную личность Повелителя Мух, Асаги выглядела так, будто что-то поняла.

— Аяка нам не доверяет, — сказала Асаги.

— А?

— Она была типа супер-осторожна со мной. Когда я подошла близко, притворяясь, что даю себя схватить... Я поняла, что у меня нет ни шанса применить свой уникальный навык. Блиин... Аяка-чин просто не оставляет брешей в обороне.

Асаги посмотрела в ту сторону, куда умчалась Аяка.

— И дело не только в этом моменте. Ранее, когда ты начала рыдать, Пиджи-тян, и умолять её помочь... Она не доверяла нам полностью, даже тогда. Она была настороже всё это чёртово время. С ней каши не сваришь. Не важно, что мы ей говорим, она просто больше никому не может верить. Даже тебе.

— Э-это не может быть правдой... — Страшная догадка нахлынула на Кобато, и она упала на колени.

— Она сломлена. Похоже, у неё больше нет компаса, указывающего, кому можно верить. Она теперь нам не по зубам. Не выйдет. Сорян, но не сорян.

— Тогда, Асаги-сан, ты думаешь...

— Мимори-кун и Кирихара-кун — единственные, кто теперь может остановить Аяку, вот к чему я клоню. Мы не потянем. Оставим это тем двоим. Теперь всё на них — поэтому я и отдала ей карту, сечёшь? «Давай, вали отсюда!» Учитывая, что происходило здесь на фронте, это огромный плюс, что героя Аяку выманили... В любом случае, Кобато, сейчас есть дела поважнее.

— !..

Асаги ухмыльнулась ей.

— Ты знала личность Повелителя Мух-кюна... Не могла сказать пораньше~?

— П-прости... Мимори-кун просил меня ничего не говорить.

— Это на тебя не похоже, Кашима Кобато-сан. То, что ты меня так обманываешь, реально на тебя не похоже... Типа, вот совсем. Ты вообще кто?

— А? Ах... Я-я сожалею...

Кто я?

Асаги слегка хихикнула и вернулась к своей обычной беззаботной манере.

— И всё же... Значит, так. Это Мимори-кун под той маской, а? Я имею в виду, я рассматривала отдалённую вероятность, но... Хм, после того, как я поболтала с ним, он показался мне довольно полезным, так что, честно говоря, мне было плевать на его настоящую личность. Отчасти поэтому я и не пыталась выяснить. — Асаги поворчала, затем продолжила: — Хм... Я имею в виду, тогда в столовой в Мире, когда мы говорили с глазу на глаз, я реально думала, что нет никаких шансов, что это может быть он, понимаешь? У него этот изменитель голоса и маска, конечно, но даже старушка Асаги-сан немного в шоке, что под всем этим именно он. От парня не исходит ни дуновения Тоуки Мимори — типа, даже намёка! Неужели всё это время в нашем классе скрывался какой-то монстр? Должна признать...

Голос Асаги был полон восхищения.

— ...Я впечатлена, Мимори-кун.

Магический боевой голубь, которого Кирихара отправил в Миру, вернулся с ответом.

«Мы преподнесём вам голову Повелителя Мух и передадим Серас Эшрейн», — гласило послание.

Такуто Кирихара остановился на некоторое время в юго-западном регионе Земель Златоглазых Монстров. Он ночевал в одних из близлежащих руин, и именно там ожидал следующего шага Миры.

— Этот Император Дикой Красоты всё-таки печётся о собственной шкуре. Мимори предан Мирой и будет передан мне... Подходящий для него конец.

Он скомкал послание от Миры.

— Но что ж... Возможно, и они меня недооценивают. Что если они намереваются обмануть меня или расставить какую-то ловушку.

В конце концов, он использовал свои нечестные трюки, чтобы убить Сильнейшего в Мире Человека.

— Он мог инсценировать собственную смерть, чтобы попытаться усыпить мою бдительность. Я могу представить, как этот презренный негодяй Мимори пытается провернуть такое.

Кирихара хрустнул шеей, наклонив голову вбок.

— Ну... пока они доставят Серас Эшрейн в пределы моей досягаемости, остальное образуется само собой. Единственный, кто способен победить меня теперь, когда я поднялся на такие высоты... это я сам. Он может симулировать смерть, чтобы попытаться обмануть, но это будет не более чем тщетное трепыхание комнатной мухи... Я не настолько наивен, чтобы оставить жалкую хитрость таких, как Мимори, без внимания.

Передача должна была состояться немного дальше на юго-запад. Кирихара отправил своих слуг разведать местность и выяснил, что она усеяна руинами. Земли Златоглазых Монстров изначально назывались Землями Великих Руин, и регион был завален остатками множества разрушенных зданий.

Они ещё не прибыли.

В сообщении от Миры также была тщательно указана дата их прибытия.

— Они не торопятся. Надеюсь, они ничего не замышляют. Всё будет сокрушено. Всё. Даже провидение. Я раздавлю их и заставлю встать на колени...

Вишис, Аяка Сого, Сёстры Такао, Асаги Икусаба, Ясу Томохиро...

— Их головы подняты слишком высоко. Не бойтесь... Я верну вас всех на ваши законные места.

Кирихара покинул руины.

Клонилось к закату спокойное послеполуденное солнце, деревья шептали, покачиваясь на ветру.

Полдень, достойный короля, — подумал Кирихара.

— Прошу прощения...

К нему подошёл один из подчинённых демонов; голос его дрожал от страха:

— Мой король, вы действительно уверены в этом решении? Мы будем ждать неподалёку, готовые в любой момент броситься вам на помощь, если что-то случится... но мне всё же кажется безрассудством отправляться к месту передачи в одиночку.

— Если понадобитесь — я вас позову. Существует ничтожная вероятность, что Мимори не мёртв и всё это — заговор с целью меня обмануть... В таком случае вы послужите для него лишь кормом — очками опыта. Меня бы особенно раздражало, если бы он случайно убил кого-то из Человеколиких монстров и благодаря этому повысил уровень. Я не позволю смертям моих слуг ускорять его развитие.

— Как пожелаете, — ответил демон.

— И прежде всего, я никогда не допущу, чтобы меня сочли настолько слабым и немощным, будто мне требуется сила Человеколиких монстров для победы над таким незначительным врагом, как Мимори. В любом случае... предполагалось, что эти Человеколикие станут воплощением ужаса, но они совершенно не оправдали своего названия. Я бросил излишки своих монстров-слуг в битву в качестве живых щитов, не заботясь об их жизнях — и нацелиться на Человеколиких с помощью моих Драконьих Цепей оказалось слишком просто. Жертвовать слабыми, чтобы заменить их сильными — примитивная тактика, подобная той, что используют соломенные миллионеры, разменивая мелочь на богатство. У них нет силы, чтобы победить Сого, но я могу их контролировать. Я стою бесконечно выше. Человеколикие монстры — это не моя истинная военная мощь, а лишь численность моих резервов. Исходя из того, что я тебе сейчас сказал, ты всё ещё веришь, что есть причина, по которой я должен полагаться на них?

— ...Никакой.

— Я решил оставить рядом с собой лишь самых послушных... И ты — весьма достойный образец. Познай, что значит быть королём, и, возможно, однажды ты тоже сможешь приблизиться к той чести, которой обладает Кирихара.

— Я благодарен за ваши слова.

— Ты ненавидишь меня за то, что я убил вашего Короля Демонов?

— Я не знаю.

— Не беспокойся, когда-нибудь ты возненавидишь. Ты поймёшь, что я — и только я — прав.

Орда монстров остановилась и пребывала в своего рода спячке.

Возможно, я использовал свой навык, чтобы подчинить слишком многих. Был определённый порог — число, после которого я ощутил, как на меня навалилось бремя. Я устал.

— Даже я не всемогущ... Разумеется. Иначе и быть не может.

Рационально всё обдумав, Кирихара оставил бодрствовать лишь тех монстров, которые были ему нужны, а остальных отправил спать — особенно большие группы тех, кто находился далеко от него. Это ощущалось как временный разрыв связи. Как только монстр освобождался от контроля Кирихары, ему приходилось снова использовать на нём Драконью Цепь, чтобы восстановить своё господство. Мысль о необходимости делать это раздражала его, поэтому Кирихара предпочёл просто погрузить своих монстров в сон. Однако демонов из Круга Приближённых он держал в бодрствовании, как бы далеко они от него ни отбились.

— Я должен заставить работать тех из вас, кто обладает интеллектом и некоторой степенью компетентности. Но способные подчинённые — ничто, если ими руководит некомпетентный лидер. Это должен быть я — никто другой. Я должен удерживать слабых на их месте, выжимать из них всё до последней капли, не давая им ни жизни, ни избавления в смерти... Максимальная эксплуатация ресурсов как нельзя лучше подходит истинно сильному.

Это Кирихара услышал от гостя на одной из вечеринок в доме его родителей. Мужчина называл себя финансовым аналитиком и, судя по всему, был финансовым блогером, известным в определённых кругах социальных сетей.

— Страна, в которой я когда-то жил, была слишком мягка к ленивым и непродуктивным. Те, кого заставляли поддерживать слабых, ломались под давлением, а те, кто мог стать сильным, терпели поражение один за другим... В конечном итоге все они пришли в упадок, и страна была унижена. Ничего хорошего никогда не выйдет из неспособности отсечь и бросить слабых — моя нация была тому идеальным подтверждением. Да, слабые... Они ничего не сделали, чтобы помочь победить Короля Демонов, но всё равно продолжают жить в этом мире, который сильные построили для них. Эти неполноценные, бесполезные герои...

— Слабые люди, поднимающиеся выше своего положения — это зло? — спросил демон.

— Теперь ты начинаешь понимать. Да... Никто не должен подниматься выше своего положения. Именно так, как Серас Эшрейн была поставлена рядом с ним... Он не может правильно использовать Серас. По всем правилам он должен ползать в сточной канаве... Он должен служить.

Кирихара ждал назначенного дня. В тёмных руинах он в одиночестве шептал в пустоту.

— Нарушьте свои обещания, и я разбужу Человеколиких монстров. Тогда Мира падёт. Если голову Мимори мне не доставят, как обещано, ты знаешь, что произойдёт, не так ли, Император Дикой Красоты?

Пришёл день передачи. Такуто Кирихара вышел из здания, служившего ему временной спальней, и повернул ладонь к небу. Он цокнул языком.

— Неудачное время для дождя. Похоже, небеса не умеют чувствовать атмосферу. Что ж, тогда даже небеса не выживут в моём мире... Идём.

Такуто Кирихара оседлал своего огромного золотого жеребца и поскакал к условленному месту встречи. Он прибыл раньше запланированного времени, спешился и отослал жеребца назад, осматривая местность.

— Значит, это здесь.

Зданий здесь было больше, чем там, где Кирихара провёл ночь. Он присел на обломок каменной глыбы.

— Мой король.

К нему подошёл один из демонов, внимательно следивший за окрестностями.

— Как прошла разведка?

— Сюда направляется группа. Похоже, они из Миры. Должны быть здесь в течение часа.

Кирихара скучающе вздохнул.

— Боже, боже... Они заставляют меня ждать. Наконец-то я встречу Серас Эшрейн — подлинник.

— Нам стоит подождать?

— Выезжать им навстречу было бы против моего провидения. С моей стороны это выглядело бы жадно... Сейчас от меня требуется поведение, подобающее королю.

— ...Понял, мой король.

Он отослал демонов прочь. Если бы он держал их рядом с собой, это противоречило бы философии силы Кирихары.

Я сильнейший, мне не нужны подчинённые, плетущиеся сбоку, в подобных ситуациях.

Бывали моменты, когда Кирихаре нужно было демонстрировать Своё Величество и господство над ордой. Но стоять перед массами в одиночестве — вот истинное величие, решил он.

— Это будет моя первая встреча лицом к лицу с Серас Эшрейн. Иметь в кадре этих Златоглазых Монстров было бы полным отстоем... Это удешевило бы ценность моего спектакля.

Капли дождя застучали сильнее, и Кирихара снова цокнул языком.

Будет неприглядно, если я промокну под этим ливнем.

Он посмотрел на одно из ближайших зданий.

— Полагаю, мне стоит войти...

Он остановился.

— Они ведь не могут быть внутри... верно? Заманивают меня, ждут в засаде? Это было бы хитро... но я вполне могу представить, что он на такое способен. Он умеет сражаться только используя нечестные трюки и ловушки. Как же мне его жаль...

Кирихара больше не колебался и зашагал к дверному проему.

— Но как сильнейший из сильных, я не могу отступить. Я не такой трус, как ты, понимаешь? В этом разница между нами двумя — черта между прирождённым превосходством и врождённой неполноценностью.

Если Мимори Тоука скрывается там, я полагаю, он намерен заманить меня в ловушку. Он использует свою проклятую магию — эти навыки статусных эффектов — чтобы нацелиться на меня, я не сомневаюсь.

Кирихара медленно выдохнул и отбросил волосы назад.

Такова моя цель, — прошептал он в своих мыслях. — Мимори... Если ты там, я разрешаю тебе нанести удар.

Используй их — используй свои навыки статусных эффектов.

Интересно, готов ли ты к такому варианту развития событий?

Знаешь ли ты, что это значит — то, что я принял твоё приглашение — что влечёт за собой мой выбор прийти сюда?