Глава 1. После смертельной битвы

Наблюдая за тем, как тело Кирихары сковывает лёд, Сого потеряла сознание и рухнула, уткнувшись в грудь Хидзири.

— Думаю, все струны, что были натянуты внутри неё до предела, наконец лопнули. Судя по её виду, она нормально не спала уже несколько дней. Также нужно учитывать нагрузку, которую оказывает на тело её способность «Кёкугэн». Полагаю, нам стоит дать ей немного поспать, — произнесла Хидзири, ласково перебирая волосы Сого.

— Прошу прощения, Тоука-доно, — нерешительно начала Серас.

Она стояла рядом со мной, напоминая ученицу, всецело готовую к выговору от учителя.

— Тебе не нужно извиняться за то, что проявила инициативу и попыталась убедить Сого поверить мне, — перебил я, не давая ей договорить.

Глаза Серас удивлённо расширились, а спустя пару секунд на её губах заиграла одна из тех кривых ухмылок, свойственных только ей.

— Вы знали, что я собиралась сказать, Тоука-доно.

— Хоть переубедить её удалось именно Хидзири Такао, я считаю, что финальный толчок Сого дала именно ты. В конечном счёте, думаю, ты всё сделала правильно.

Хотя ставить на кон свою жизнь, пожалуй, было перебором. Полагаю, сила этих слов возымела эффект. Не говоря уже о том, что даже если бы Кирихара умер, Сого никогда бы не позволила Серас покончить с собой и выполнить обещание — таков уж она человек. По реакции Сого на слова Серас я понял: она бы не дала ей умереть.

— Ты правда очень помогла, Серас. И с первой помощью, и в бою против Кирихары.

— Вовсе нет, — возразила эльфийка. — Победу принесло множество ваших стратегий, Тоука-доно. Я ни на секунду не допускаю мысли, что смогла бы одолеть Такуто Кирихару в одиночку. Не говоря уже о том... — Серас резко отвернулась, сцепив свои белые руки за спиной. — Теперь я уверена в этом как никогда. Уверена в том, насколько спокойно мне сражаться, когда вы рядом. Именно благодаря вашему присутствию я смогла полностью сосредоточиться на своей роли в бою, Тоука-доно.

— Ты не единственная, — ответил я. — В смысле, мы выиграли этот бой только благодаря тебе, Мунин, Пиггимару и Слэй. Я же тебе всегда говорю, разве нет? В плане нет никакого смысла...

— ...Если некому претворить его в жизнь, — перебила меня Серас, развернувшись на месте и посмотрев мне прямо в глаза. — Я права?

Я фыркнул.

— Похоже, мне даже не нужно было это озвучивать.

— Тоука, ты был остёр как бритва! — воскликнула Мунин, подпрыгивая и кладя ладони на плечи Серас.

Позади неё стояла Слэй в своей первой стадии трансформации.

— Пакю-у!

Ицуки издалека посмотрела на Слэй, которая радостно вскинула передние ноги в воздух.

— Э-э? Что это за милашка там?.. Мне послышалось «пакю-у»?! — Похоже, Слэй её совершенно очаровала.

— Ты тоже хорошо справилась, Мунин, — сказал я.

— О-хо-хо, рада это слышать... — взгляд Мунин упал на собственные ладони. — Я счастлива, что план сработал.

Полагаю, это был пробный запуск её запретной магии. Я хочу убедиться, что мы избежим любых проблем с активацией, когда придёт время использовать её по-настоящему. В битве с Кирихарой мы столкнулись с наихудшим сценарием... но в итоге смогли обернуть это себе на пользу и решили вопрос эффективности запретной магии Мунин ещё до финальной схватки.

— Учитывая это, именно так я и хочу проводить наши бои с использованием запретной магии. Нам нужно не просто подобраться достаточно близко, чтобы попасть в радиус действия твоих заклинаний, но и создать возможность для их применения.

Дальность способности отключения у запретной магии примерно такая же, как у Паралича — около двадцати метров.

— Сможем мы это провернуть или нет — вот в чём вопрос, — заметил я.

Ни один из моих навыков изменения статуса не будет полезен против Вишис, если мы сначала не наложим на неё эту запретную магию.

Мунин посмотрела на сестёр Такао и Сого, стоявших поодаль. Сёстры проверяли состояние Кирихары и старосты.

— Ты не веришь, что Сого может победить Вишис? — спросила Мунин.

Хидзири Такао тоже герой S-ранга, и она проиграла Вишис в бою. Очевидно, у этой Богини есть какой-то способ усиливать себя. Когда Хидзири сражалась с Вишис, та была ослаблена воздействием Эссенции Короля Демонов — Хидзири сказала, что в тех условиях они были примерно равны. Она была ослаблена и опустилась до уровня, на котором герой S-ранга мог с ней сражаться. Но Сого, похоже, в бою даже сильнее Хидзири...

— ...На данный момент это полная неизвестность, — ответил я.

К тому же есть уникальный навык Асаги Икусабы, Королева Пчёл. Если она сможет применить его на Богине — это могло бы опустить Вишис до нашего уровня. Однако проблема всё ещё в том, чтобы подобраться к ней. Также существует вероятность, что навыки Асаги могут быть заблокированы Пузырём Рассеивания Богини. Не говоря уже о том, что, если подумать, я не уверен, насколько могу доверять Асаги как союзнику.

— С моей точки зрения, учитывая то, как старательно Вишис этого избегает... Комбинация запретной магии и навыков изменения статуса кажется наиболее вероятным путём к успеху.

— Да, я придерживаюсь того же мнения. О-хо-хо... Я и правда чувствую, что если ты победишь Вишис своими собственными навыками, это будет выглядеть куда больше похожим на личную расплату. Словно сама судьба.

— Не думаю, что стоит слишком зацикливаться на подобном.

В любом случае...

— А ты что об этом думаешь, Мунин?

— Я? Ну... Я действительно чувствую, что если моя запретная магия сыграет какую-то роль в поражении Вишис, это позволит мне вернуться в свой клан с высоко поднятой головой. — Мунин хихикнула, меняя тон. — Хех... Но мы ведь не можем позволить, чтобы исход этой важной битвы зависел от моей гордости, верно?

— Мной всегда двигали личные цели. Именно так я зашёл так далеко. У меня нет права отрицать твою мотивацию.

Да. Личные причины меня вполне устраивают. Лишь бы мы все хотели одного и того же.

— Я бы хотела поговорить с тобой наедине. Не возражаешь?

Обращалась ко мне Хидзири. Серас, Мунин и Ицуки беседовали где-то в стороне.

— Похоже, нам есть что обсудить, — ответил я, наблюдая, как Ицуки накрывает Кирихару тканью. — У нашего общения через фамильяра были свои пределы... Не возражаешь, если я буду звать тебя просто Хидзири?

— Для вежливых обращений уже поздновато. Да и тебе они, думаю, не идут.

— Верно. Итак, Хидзири... О чём ты хотела поговорить?

— Во-первых, тот Мимори Тоука, которого я знала в старом мире... это была игра?

— Ну... Можно начать и с этого.

— Теперь, встретив тебя лично, я вижу совершенно другого человека. Твоё лицо идентично тому, что я помню, но характер словно полностью подменили. Для этого потребовался бы недюжинный актёрский талант.

— Ты не ошибаешься, полагая, что Мимори Тоука из старого мира был ролью.

— Значит, это и есть настоящий ты?

— Наверное, это ближе к истине.

— Полагаю, у тебя была причина скрывать своё истинное «я».

— Моя семейная ситуация была немного сложной, понимаешь? Заставляла меня изо всех сил стараться оставаться в тени в нашем старом мире. Мне нужно было притворяться безобидным, сливаться с толпой.

— Понимаю, — сказала Хидзири с привычным бесстрастным выражением лица. — Что ж, все люди в той или иной степени создают себе маску для существования в обществе. Большинство масок мы надеваем по своей воле, это временные личности для конкретных целей. В твоём случае маска, которую ты носил, была, похоже, исключительно детальной и искусной.

...Теперь я вспомнил, что Хидзири Такао всегда была немного многословна в своих метафорах. Должно быть, ей приходилось сильно сдерживаться, когда мы говорили через фамильяра.

— Лично мне не претит то, какой ты сейчас.

— Никогда не думал, что услышу такие слова от Хидзири Такао.

— Я считаю, что настоящий ты лучше приспособлен для выживания в этом мире. И должна добавить — ты и остальные из 2-C слишком высокого мнения обо мне.

— Неужели класс 2-C так же думает и о Сого?

Хидзири посмотрела на Сого.

— Сого-сан всё ещё просто девочка-подросток... Думаю, я где-то по пути упустила этот факт из виду.

— Она искусная спортсменка, с отличными оценками и потрясающей внешностью. Она лидер собственной группы героев и наша староста. А ещё эти древние боевые искусства, которым она обучалась, так ведь? Она внимательная и честная, с обострённым чувством справедливости... Она чиста. Сого — прекрасный человек. У неё есть... всё.

— Одна из этих черт — обоюдоострый меч.

— ...Чистота, да?

— Злодеи часто пользуются чистыми душой. Таков закон мира.

— Из-за её чистоты другим легче окрасить её в свои цвета.

Иными словами, легко промыть мозги.

— Я считаю, что чистота — это священная вещь сама по себе, — произнесла Хидзири, не отрывая взгляда от Сого; в её глазах промелькнула тень какой-то мимолётной эмоции. — Но если она собирается жить свободной и чистой в этом мире, то кому-то придётся стать её ловцом во ржи. Впрочем, это лишь моя интерпретация ситуации. Моя личная теория.

— Ловец во ржи?

Разве это не из романа[✱]Имеется в виду роман американского писателя Джерома Сэлинджера «Над пропастью во ржи».? Кажется, я где-то уже слышал это.

— Ты имеешь в виду, что таким людям, как Сого, нужны защитники? Те, кто знает о зле этого мира и способен их уберечь? — переспросил я, полагая, что уловил ход мысли Хидзири.

— Да, именно это.

Пожалуй, совсем как в случае с принцессой, когда Серас была Святым Рыцарем Неи.

В глазах Хидзири мелькнула тень сложных эмоций.

— По правде говоря, именно потому, что Сого-сан так чиста, мне было трудно принять решение.

Похоже, Хидзири колебалась перед покушением на Вишис, не зная, стоит ли посвящать в свои планы Аяку Сого.

Она сомневалась, рассказывать ли о своих связях с Мирой и о возможном способе вернуться домой… Обо всех кознях, которые она строила против Вишис.

— На тот случай, если моя попытка убить Вишис провалится, я какое-то время думала доверить все свои планы ей, — произнесла Хидзири.

Далее она призналась, что подготовила для Сого два разных письма.

— Ты решила, что письмо, в котором были подробно изложены твои планы, Сого будет слишком трудно скрыть от Вишис?

— Она слишком чиста. К тому же… Раскрытие моих планов Вишис могло подвергнуть опасности одну личность. Того, кто может стать ключом к победе над богиней. Я поставила безопасность этого человека на первое место и использовала Сого-сан как приманку. Иными словами, она тоже была способом отвлечь Вишис.

— Мне кажется вполне вероятным, что ты просто беспокоилась о безопасности Сого.

— …

— Если бы Сого знала о твоём бунте против Вишис, эта мерзкая богиня наверняка сочла бы её сообщницей.

Она бы никогда не простила этого Сого. Но если Сого ничего не знала?.. Это позволило бы ей оставаться в положении, когда богиня продолжает её использовать, и защитило бы от необоснованного наказания за соучастие. Разве не об этом думала Хидзири?

Я продолжал смотреть в сторону Сого.

— Ты же не настолько недолюбливаешь Сого, верно? — спросил я.

Этот окольный вопрос заставил Хидзири замолчать на несколько мгновений.

— Если подумать, полагаю, испытанные мною эмоции были весьма необычны для моего характера. Ты прав… думаю, это была редкая, странная вспышка эго.

Это не было четким ответом на мой вопрос, но, по сути, прозвучало как «да».

— Итак, ты не смогла убить Вишис и решила восстановить контакт с Сого, как только встанешь на ноги. Ты собиралась дождаться подходящего момента, чтобы рассказать ей о своих планах и перетянуть на сторону противников богини. Но тут случилась беда…

— И я потеряла сознание, — закончила Хидзири. — Меня свалил яд, который использовала против меня Вишис.

— А Ицуки, которой ты велела передать послание Сого, в итоге предпочла спасти твою жизнь, — я перевёл взгляд с Ицуки на Сого. — А Сого промыла мозги богиня. И стало слишком поздно.

Она сломалась.

Хидзири скорбно покачала головой.

— После провала покушения на Вишис… Всё затянулось из-за моего отравления, а Сого-сан поддалась влиянию богини самым худшим образом. Я ведь говорила тебе, не так ли? Все слишком высокого мнения обо мне. Посмотри на мой послужной список, и ты увидишь череду неудач.

— Ты можешь называть это так, но я считаю, что ты избежала худшего сценария.

При этих словах Хидзири опустила взгляд на свои ноги.

— Так ли это…

Теперь, когда я вижу её вблизи, замечаю, что её ресницы почти такие же длинные, как у Серас.

— Вы обе выжили и добрались сюда, не так ли? И Сого пока с нами, жива и здорова. С моей точки зрения, это неудача, от которой можно оправиться… во всяком случае, если судить по результатам.

— Ты так пытаешься меня подбодрить, Мимори-кун?

— Ага, — я посмотрел на Серас и остальных. — Когда на тебя возлагают больше ожиданий, чем ты способен вынести, и ты всерьёз пытаешься оправдать их все… Это может быть тяжело.

— Звучит так, будто ты говоришь по собственному опыту.

— Повелитель Мух и Тоука Мимори не так всемогущи, как думают окружающие. Я не безупречен и не идеален, но мне приходится продолжать казаться таковым. И я намерен не жалеть сил для этого. Мне нужно продолжать добиваться результатов, даже если это значит откусывать больше, чем я могу проглотить, и стараться изо всех сил.

Хм.

Я фыркнул.

— Это эгоистичное путешествие ради мести, в которое я втягиваю всех остальных, поэтому быть таким — мой долг. Я не могу оправдывать себя отсутствием опыта, как Сого, или говорить, что я просто подросток.

— Значит, взваливаешь всё на себя?

— Не планируй месть, если не готов замарать руки.

Хидзири издала короткий, кривой смешок.

— Вишис в итоге избавилась от весьма выдающегося героя, не так ли?..

— Если бы меня оставили в том замке, меня бы использовали точно так же, как и остальных.

— Как Сого-сан и Кирихару-куна?

— Да. Как бы то ни было… спасибо за помощь с Кирихарой. Твой анализ его личности оказался кстати.

— Не возражаешь, если я кое-что спрошу, Мимори-кун? Насчёт того твоего навыка Заморозки… — начала вопрос Хидзири, но осеклась. — Нет, забудь. Я передумала.

Я примерно догадываюсь, о чём она хотела спросить. Действительно ли Кирихара освободится от моего навыка «живым» по прошествии трёхсот дней? По правде говоря — я не знаю. У меня никогда не было случая, чтобы срок превысил отметку в триста дней, так что я не могу быть уверен. Когда я объяснял свой навык Сого, я верил в то, что говорю, от всего сердца. Но если окажется, что Кирихара будет мёртв, когда Заморозка спадёт, выйдет, что я солгал. Она может потерять доверие к Хидзири, которая и уговорила её довериться мне.

— Я возьму всю вину за всё, что случится, на себя. По крайней мере, когда всё это закончится…

— Вижу, у мстителя, что идёт вперёд, много бремени на плечах… И никаких путей к отступлению.

— Но в этом ведь и заключается месть, разве нет? Впрочем… ворошить прошлое — это хорошо, но не стоит ли нам перейти к тому, что делать дальше?

— Ты прав, — сказала Хидзири, поглаживая свои мокрые волосы.

— Во-первых, эта мерзкая богиня. Похоже, она всё-таки не пришла сюда с Кирихарой, — заметил я.

— Думаю, возможно, что её опасения по поводу наличия у нас запретной магии удержали её от личного визита.

— Или она хотела использовать Кирихару, чтобы проверить, есть ли у нас заклинание отмены.

— Понятно.

— Также возможно, что она сосредоточилась на каком-то другом плане одолеть меня, пока Кирихара и Сого бодались друг с другом. Когда речь заходит о предметах, которыми, как известно, одержима Вишис…

— …Сердце Короля Демонов, — закончила Хидзири.

— Скорее всего, да, — ответил я.

— Среди вещей Кирихары-куна нет ничего похожего на сердце. Определённый ошейник тоже отсутствовал.

Ошейник, который должен был поглотить сущность Короля Демонов после его смерти — также называемую Эссенцией Истока, согласно записям в той запечатанной комнате. Кирихара мог использовать его, чтобы поглотить силу Короля Демонов. У него не было его при себе, когда он пришел сюда, а значит…

— Велика вероятность, что Эссенция Истока сейчас в руках Вишис.

Хидзири рассказала мне о черной сфере, которую Вишис проглотила во время попытки покушения Хидзири.

— Энергия, таящаяся в сердце Короля Демонов… Может ли она быть связана с этими чёрными сферами?

— Ты имеешь в виду, что Вишис, возможно, собирает Эссенцию Истока, чтобы увеличить свою божественную силу? Но если отправка нас, героев, домой потребляет много Эссенции Истока, тогда…

— Из этого следует, что Вишис захочет оставить всю её себе и никогда не вернет нас в прежний мир.

— Есть вероятность, что никто из прошлых героев так и не был возвращён в старый мир. Вишис могла избавиться от них или заставить остаться и жить здесь против их воли.

— Звучит правдоподобно, — заметила Хидзири.

— Если бы она избавлялась от героев, то использовала бы Руины Избавления.

Похоже, что-то мешает ей делать это собственными руками… но пока герои умирают в Руинах Избавления, для неё это не проблема. Думаю, именно по этой причине она заморачивается отправлять людей туда.

— …

Эссенция Истока, да?

Если эту штуку можно использовать для отправки героев обратно в старый мир, мне кажется, у неё должны быть и другие применения. Не только лишь увеличение её божественной силы. Это же Вишис. Её истинная цель может быть совсем в другом.

— Раз уж мы заговорили об этом… Ты, твоя сестра и Сого хотите вернуться в старый мир?

— Мы намерены это сделать, да. Я полагаю, что все наши одноклассники, следующие за Сого-сан, имеют то же намерение.

— С запретной магией возвращения домой вы сможете вернуться с помощью Вишис или без неё. Конечно, нет гарантии, что Эссенции Истока осталось достаточно, чтобы вернуть вас… В этом плане нам остается только надеяться на лучшее. Но пока мы не устраним Вишис, сомневаюсь, что мы сможем заполучить хоть сколько-нибудь.

Мы с Хидзири уже обсуждали запретную магию возвращения домой в нашем разговоре через фамильяра.

— Другими словами, ты говоришь, что эта битва обеспечит классу 2-C возможность вернуться в наш родной мир? И… ты хочешь, чтобы я лично передала это послание Сого-сан.

— Я ценю, что ты схватываешь всё на лету.

Всё, что нужно сказать: «Мы не попадём домой, пока не победим Вишис».

Прямо сейчас это именно то, в чём нужно убедить 2-C… и Хидзири Такао — моя лучшая надежда перетянуть их на свою сторону изнутри.

— Что насчёт Сого… У тебя есть идеи, как поступить с ней дальше?

— Когда она придёт в сознание, ты доверишь это дело мне? Её душевное состояние требует ухода в первую очередь.

— Хорошо. Всё равно, полагаю, сейчас только ты способна на это.

Уверен, это лучший ход.

— Интересно, как нам представить это общественности? — спросила Хидзири.

— Ну, пока что… Лучше всего пустить слух, что она либо мертва, либо пропала без вести.

— Ты прав. Не думаю, что стоит сообщать что-либо, намекающее на то, что она могла перейти на сторону Миры в этом конфликте. Особенно учитывая, сколько наших одноклассников, как считается, всё ещё находятся в Алионе.

— Верно… Как только Сого проснётся, именно о них она будет беспокоиться больше всего. В нынешнем положении они — её главная слабость.

Сого не сможет предпринимать никаких серьёзных шагов, пока Вишис держит остальных наших одноклассников в ежовых рукавицах. Пока мы не обеспечим их безопасность, мы не сможем использовать Аяку Сого на поле боя.

— Если бы мы только могли найти способ вытащить их из Алиона…

В худшем случае нам, возможно, придётся полностью отказаться от использования Сого в бою.

— Те, кто остался… возможно, есть способ безопасно вызволить их, — предположила Хидзири.

Способ? А, она, должно быть, имеет в виду…

— Тот человек, о котором ты упоминала… тот, кто может стать ключом к нашей борьбе против Вишис…

— Да… Иными словами, мой соратник внутри. При правильном выборе времени этот человек, возможно, сумеет вывести наших одноклассников из Алиона.

— Они будут в безопасности?

— Думаю, да… Но я передала, что этому человеку следует ставить собственную безопасность превыше всего. В душе эта личность совершенно не заботится о Вишис — но Богиня всё равно ей доверяет.

— Хм… Я и не знал, что там есть кто-то подобный.

Она не назовёт мне имя человека, которому доверяет Вишис, но который при этом способен предать её.

— …

Определённо не похоже ни на кого из окружения Вишис, кого я знал.

Хидзири начала постукивать носком ботинка по земле.

— Если подумать, нет смысла скрывать от тебя имя. С этого момента мы должны делиться друг с другом как можно большим объёмом информации, полагаю. Мой соратник — Нянтан Кикипат.

— Э-э?!

Няки.

Так вот как мы связались, прямо здесь.

— Ты её знаешь, быть может?

— Нет, мы никогда не встречались. Просто…

Она…

— Я бы очень хотел доставить её сюда в целости и сохранности, вот и всё, — сказал я.

Ясно. Вполне логично, что «Нее-ня», о которой говорила Няки, — это и есть соратник Хидзири внутри.

Хидзири не знала о связи между Няки и мной, поэтому я кратко пересказал ей события.

— Понятно. Если мы сможем передать Нянтан эту информацию о её сестре Няки, то, возможно, сумеем заручиться её сотрудничеством ещё надёжнее, — произнесла Хидзири.

— В итоге мы её используем, хоть и загоним в долги перед нами, — заметил я.

— Это ведь нормально, не так ли? Ни одно доброе дело не остаётся без награды, верно?

— Доброе дело? Ну…

Полагаю, я был просто взбешён тем, как Меч Отваги обращались с Няки. В любом случае, наличие соратника в Алионе было бы огромным плюсом.

Затем Хидзири подробно рассказала мне о том, что именно она попросила сделать Нянтан.

— Функция записи на твоём телефоне?

Похоже, навык Ицуки решил проблему с зарядкой. Учитывая, как быстро разряжались наши телефоны, трудно представить, что Вишис знает, на что они способны. Сам факт того, что она так много знает о нашем мире, возможно, и заставил её списать их со счетов. Даже если она знала, что могут смартфоны, держу пари, она не слишком беспокоилась, пока все они были в нерабочем состоянии.

— Мы не можем совершать звонки или подключаться к каким-либо сетям здесь, но оффлайн-функции телефонов всё ещё работают.

— Значит, можно делать снимки и использовать их как твёрдое доказательство, — заметил я.

Убедить Нянтан довериться ей было впечатляющим достижением — я и не ожидал меньшего от Хидзири Такао. У неё даже есть план спасения младших сестёр Нянтан, взятых в заложники Богиней. Не говоря уже о том, что подозрения Вишис переключились на Сого, предоставив Нянтан гораздо больше свободы действий. Похоже, она меняла свои планы на лету, подстраиваясь под меняющуюся череду событий.

— В отличие от меня, ты следишь за общей картиной, не так ли? — спросил я.

— Я создавала страховку, когда идеи приходили мне в голову и когда это было возможно, вот и всё.

Скромность это или честность? Не могу сказать по её выражению лица и тону голоса. Использовать эти возможности и переходить к действиям — вот что действительно впечатляет.

— Нянтан Кикипат, значит…

Честно говоря, когда речь заходит о безопасном выводе остальных из 2-C и выяснении истинных мотивов Вишис… в худшем случае мне не нужно выполнять ни одну из этих целей. Если я брошу наших одноклассников, высок шанс, что я потеряю Аяку Сого как потенциального союзника — но что бы ни планировала Вишис, это мало касается меня. Та мерзкая богиня может замышлять какую угодно грандиозную схему, но это ничего не меняет в моей мести. Я раздавлю её, несмотря ни на что.

Самое важное для меня сейчас — знать, где находится Вишис и что она замышляет. Имея на руках запретную магию и заключив союз с Мирой, я располагаю всем необходимым. Но есть одна вещь, которую я хотел бы сделать перед финальной битвой.

В любом случае мне нужно знать, где Вишис и куда она планирует направиться дальше. Я использую её передвижения, чтобы проложить нашу собственную траекторию и план атаки. Для этого мне придётся положиться на фамильяров Эрики, как и планировалось изначально. Эрика тоже это понимает. Я также планирую попросить её поискать шпионов и агентов Вишис в Мире в качестве меры предосторожности.

— В нашей борьбе против Вишис Нянтан не является строго необходимой для нашего дела.

Она была элементом, который я не учитывал в расчётах финальной битвы.

Хидзири молча наблюдала, словно ожидая моих следующих слов.

— Но… — лицо Няки всплыло в глубине моего сознания — то, как она выглядела, когда произносила имя своей Нее-ня. — Няки… Спасение её — это то, что спасёт меня. Мы должны вызволить Нянтан.

Лис, Няки — в конце концов, они и есть «я».

— Кажется, теперь я понимаю, — сказала Хидзири, повернувшись к Серас. — Серас, Эрика, Ева, Лис и остальные… Я вижу, почему они так привязаны к тебе.

— Повелитель Мух — парень популярный. Собирает последователей, куда бы ни пошёл, — сказал я.

— Ты ведь на самом деле так не думаешь?

— …Пожалуй, нет.

Ясно. Её уникальный навык подсказал ей, что я лгу.

— Мимори-кун.

— М?

— Меня всё не покидает чувство, что я разговариваю с совершенно другим человеком.

— Я и сам чувствую себя странно. Никогда не думал, что когда-нибудь буду вот так болтать с той самой Хидзири Такао.

Хидзири и я продолжили обсуждать наши планы. Сперва мы используем Эрику и её фамильяров, чтобы отследить передвижения Вишис и попытаться установить контакт с Нянтан.

В зависимости от ситуации нам, возможно, придётся даже рассмотреть отправку ей устного сообщения.

— Если к Нянтан относятся как к части круга приближённых Вишис, она может сообщить нам подробности о её местонахождении.

Я решил проконсультироваться с Императором Дикой Красоты по поводу будущего обращения с сёстрами Такао, Аякой Сого и Такуто Кирихарой.

Император должен находиться где-то к юго-востоку от нашего нынешнего местоположения.

Я отправил магического почтового голубя, которого подготовил заранее, направив птицу к миранской группе, доставлявшей фальшивого Серас и фальшивую голову Повелителя Мух к нашему месту встречи. Я намеревался использовать их группу как средство передвижения, как только мой бой с Кирихарой закончится. Император Дикой Красоты собрал для этой цели группу людей, которым доверял держать язык за зубами.

— Я пока сохраню в тайне от общественности вас, сестёр, Сого и Кирихару в его нынешнем состоянии. Думаю, первое время вам придётся где-нибудь укрыться.

— Этот Император Дикой Красоты — можно ли ему доверять? Я никогда не встречала этого человека лично, — произнесла Хидзири.

Хидзири планировала своё восстание против Богини в сотрудничестве с Императором Дикой Красоты, но на данный момент император знал о Хидзири Такао лишь то, что все сообщения от неё прекратились.

Он всё ещё должен считать её союзником… Их будет достаточно легко связать.

Я немного рассказал Хидзири о своих впечатлениях об императоре и своём анализе его характера.

— Очень хорошо, — ответила она, когда я закончил. — Твои мысли совпадают с моими. Кстати… я не спрашивала подробностей, но Кашима-сан и остальные ведь на стороне Миры, не так ли?

Я объяснил Хидзири, что произошло — что Кашима и остальные не смогли убедить Сого присоединиться к нам.

— Поэтому я подумал, что ты сможешь помочь нам с Сого, если Кашиме не удастся переубедить её. Вот почему я пригласил тебя сюда.

— Значит, неудача в убеждении Сого была одним из твоих наихудших сценариев, Мимори-кун.

Особенно после того, как эта мерзкая богиня добралась до Ясу и Оямады, да.

— Я допускала, что ей могли промыть мозги, и тогда достучаться до неё было бы невозможно. Конечно, лучший сценарий был в том, чтобы всё-таки суметь её переубедить.

— Думаешь, мы можем доверять Икусабе… Асаги-сан? — спросила Хидзири.

— Не знаю, — ответил я после короткой паузы.

— Конечно, нет. Она… другая.

— …

— Я бы даже назвала её инопланетянкой. Я наблюдала за ней с тех пор, как попала в этот мир… но, в отличие от тебя, Сого-сан и Кирихары-куна, у неё, похоже, нет чётких намерений или целей. Однако бездействием это назвать нельзя. Не похоже, чтобы Вишис манипулировала ею, и не похоже, чтобы она просто плыла по течению, как многие наши одноклассники. И всё же, возможно, есть в ней какая-то часть, которой совершенно плевать, чем всё это закончится. Это не просто пренебрежение собой. Нет… пожалуй, попытки проанализировать её действия бессмысленны. Просто… — Хидзири на несколько мгновений замолчала, погрузившись в раздумья. — …Кашима-сан.

— Кашима? — переспросил я.

— Сначала так не казалось, но… У меня такое чувство, что манера общения Асаги-сан с Кашимой-сан отличается от того, как она взаимодействует со всеми остальными. Между ними есть что-то особенное. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление.

«Асаги считает меня идиоткой, поэтому…»

Разве не это говорила Кашима?

— Способность распознавать ложь, похоже, мало что значит, когда речь заходит об Асаги, — пояснил я. — Я никогда не говорил ей, что на нашей стороне есть кто-то с такой способностью, но кажется, она заметила.

— Хочешь сказать, определить её истинные намерения с помощью моей способности будет трудно?

— Даже если тебе удастся скрыть свою способность от неё, Асаги не станет говорить с тобой о своих истинных чувствах. Или, скорее, я допускаю, что она просто говорит так со всеми — исходя из предположения, что все мы способны видеть ложь насквозь. В ней много такого, в чём я не могу разобраться.

Асаги Икусаба. Мне кажется, мы с ней похожи.

…Инопланетянка, да?

— Как думаешь, она встанет у нас на пути в битве против Вишис? — спросила Хидзири.

— …Не уверен. Хотя, если бы ей можно было доверять, она, безусловно, стала бы сильным союзником.

Может ли быть так, что Кашима — ключ к управлению Асаги? Нам нужно создать брешь, отвлекая Вишис в финальной битве. Добиться этого будет проще, если мы предоставим ей больше врагов, чтобы рассредоточить её внимание.

Значит, нам нужно сжульничать. У нас должно быть больше союзников, чем у неё.

— Хоть мы и будем сражаться бок о бок, нам стоит оставаться настороже с ней. Возможно, это лучшее, что мы можем сейчас сделать?

— …Да, пожалуй, так и есть.

Ладно… Сого не подаёт признаков пробуждения. Хидзири упоминала, что ей может потребоваться время, чтобы оправиться от ментального шока.

— Кстати говоря… мы немного обсудили ситуацию Ясу-куна через того фамильяра, но… — начала Хидзири.

— Если у Миры найдутся свободные люди, мы можем рассмотреть вариант отправки поискового отряда, — ответил я.

Если он где-то воспользовался той грамотой на проход, найти его будет проще.

— Думаешь, он согласится присоединиться к нам?

— Не могу ответить твёрдым «да». Когда я видел его в последний раз, он всё ещё выглядел нестабильным. Он сказал, что хочет хорошенько рассмотреть этот мир своими собственными глазами, так что… я не думаю, что мы вправе просить его.

— Но, судя по твоим словам, маловероятно, что он пойдёт против нас.

— Только если Вишис не схватит его и не промоет ему мозги… снова. Но, что ж… учитывая ситуацию с Сого, возможно, лучше всего будет разыскать его и свести их двоих вместе. Я подумаю над вопросом насчёт Ясу.

Упоминание Ясу, похоже, напомнило Хидзири о ещё одном нашем однокласснике.

— Касательно нашего плана, чтобы Нянтан воспользовалась возможностью вывести Дзакуроги-сенсея и других из замка, пока Вишис не смотрит… Неясно, сможет ли она забрать с собой Оямаду-куна. Его психическое состояние сильно пострадало в Битве за Белую Цитадель Защиты. Я не думаю, что он сейчас в здравом уме, и очень немногие из наших одноклассников контактировали с ним со времён Великого Вторжения. Вишис утверждала, что лечит его, но, учитывая его состояние, существует реальная опасность, что ему промыли мозги и им манипулируют.

Я ещё не рассказал Хидзири об Оямаде.

— Оямада Сёго пропал без вести.

На лице Хидзири отразилось замешательство.

— …Мимори-кун?

— Он выбрался из Алиона, но, судя по всему, никто не знает, куда он направился после этого.

Её пристальный взгляд говорил: «Ты ведь знаешь, не так ли?»

Она знает, что я лгу.

— Послушай… если в разговоре с Сого всплывёт тема Оямады, я хочу, чтобы ты сказала ей именно это.

— …

— Когда со всем этим будет покончено, я всё объясню.

Даже если мы выиграем эту битву и получим всё необходимое для возвращения в наш старый мир, Аяка Сого не уйдёт, пока не найдёт Сёго Оямаду. Если я собираюсь использовать Хидзири как посредника, чтобы задействовать силу Сого, то в какой-то момент мне придётся поговорить с ней о нём.

— Рассказать ей сейчас — значит лишь создать ненужные препятствия на пути моей мести. Я не намерен делать ничего, что снизит мои шансы на победу.

Хидзири, похоже, уловила мою мысль. Я знал, что она поймёт.

— Поняла. Я не буду больше лезть в это дело… пока. Но когда всё закончится и ты раскроешь Сого-сан правду, я не несу ответственности за её реакцию.

— Ладно.

Я знал, что Хидзири Такао согласится.

Через мгновение она скрестила руки на груди и посмотрела на меня снизу вверх.

— Ты… Ты ведь вовсе не пытаешься от неё избавиться, верно?

— Не-а.

— Это из-за того, что она сделала для тебя? Пыталась защитить, когда Вишис избавлялась от тебя?

— Не знаю. Можно сказать, я уже отплатил, защитив её в Битве за Белую Цитадель Защиты. Скорее дело в том, что если сильнейший герой S-ранга готов сражаться за нас против этой мерзкой богини, то, полагаю, она может присоединиться.

— …

Хидзири ничего не ответила, лишь молча посмотрела на меня, оценивая. Закончив и, видимо, удовлетворившись тем, что нашла искомое, она вздохнула.

— Я рада, что у нас появилась возможность поговорить лично, вот так. Наше общение через фамильяра было таким ограниченным. Я счастлива, что так сильно ошибалась насчёт того, каким надёжным союзником ты окажешься, Мимори-кун.

— Взаимно, — ответил я.

— Кроме того… встреча с тобой убедила меня в одном: в том, насколько сильно ты ненавидишь Вишис.

В конце нашего разговора Хидзири внезапно огорошила меня вопросом.

— Так вот, Мимори-кун…

— М?

— Быть внимательным к другим — ты считаешь это эгоистичным?

— Конечно.

Она ведь и раньше говорила что-то про эго, так?

— Я думаю, что именно моё эго стало причиной провала моей миссии, — сказала Хидзири.

Внимательность к другим может помешать достижению целей… что-то в этом роде?

Или речь идёт не о Сого? У неё должна быть какая-то причина, чтобы поднять эту тему.

— Я просто подумала, что это могло стать фактором отсутствия положительных результатов у меня.

Я раздражённо вздохнул.

— Если тебе интересно моё мнение, нет ничего плохого в том, чтобы быть внимательным.

— Но решения, рождённые эгоистичными эмоциями, имеют тенденцию мешать рациональному процессу принятия решений, необходимому для обеспечения успеха, и…

— Всё, что тебе нужно было сделать, — это преуспеть.

— Что?..

— Ты просто рассуждаешь «от обратного», отталкиваясь от поражения.

— О-от обратного?..

— Ты не смогла убить Богиню и решила, что решающим фактором стала твоя внимательность к другим. Но если бы твой план сработал, ты бы считала, что поступила правильно. Другими словами, проблема была не в том, что ты проявила заботу, — а в том, что ты была недостаточно сильна, чтобы всё получилось. Вот и всё.

— …Мне трудно что-либо возразить на это. — Хидзири выглядела немного ошарашенной, но затем улыбнулась мне. Она опустила взгляд и медленно отвела глаза в сторону. — Но знаешь… Это могло прозвучать сурово, но на самом деле это был очень добрый ответ.

Внимательность к другим… Вот что Хидзири винит в своей неудаче. Мои приёмные родители были полны такой доброты. Есть ли она во мне или нет — лучше пока отложить это в сторону. Забота о других — вот что спасло мне жизнь. Вот почему…

— Доброта — это не то, от чего можно просто так отмахнуться.

Когда мы с Хидзири закончили разговор, то отправились обратно к Серас и остальным.

— Анэки, — позвала Ицуки, указывая большим пальцем себе за спину и не оборачиваясь. — У Кирихары никаких изменений. Староста дрыхнет как принцесса, и видок у неё при этом — просто отпад.

— Значит, пусть пока спит, — ответила Хидзири.

— Она реально милашка, когда видит сны… Кстати, типа — это настоящий Мимори или как? — Ицуки посмотрела на меня. — Может, дело в том, как он говорит? Голос тоже звучит по-другому, сечёшь? Хм… У него всегда было такое лицо? Стопудово нет. Правда? Думаешь, волосы отросли немного? Прикинь, у Тоуки есть близнец, прямо как мы с тобой… и это, типа, другой Мимори?

— Исходя из того, что он мне сообщил, это настоящий Мимори-кун. Похоже, обстоятельства в старом мире вынуждали его носить маску — играть роль некоего «Мимори Тоуки», если угодно.

— Серьёзно?.. Он реально кажется совершенно новым парнем! Значит, он просто, типа, суперкрутой актёр… Короче, Анэки! Забей на это…

— ?..

— …Потому что это полный бред! Трэш какой-то! — Ицуки крутанулась на месте и зашла за спину Серас, которая направлялась к нам. — Это же буквально безумие, Анэки! Это настоящая Серас Эшрейн! Офигеть можно, Анэки!

Лицо Серас застыло где-то между кривой улыбкой и вежливой гримасой. Рот Ицуки округлился, напоминая формой каштан.

— Я тут немного с ней поболтала, присмотрелась… Думаю, она одна из тех настоящих красавиц, о которых ты вечно твердишь, Анэки! Типа, дело не только во внешности, но и в том, как она себя ведёт, как стоит, как держится, да? И даже как говорит. И личность у неё красивая! Если сравнить со всеми, кого я раньше встречала, Серас просто на голову выше остальных!

Кажется, у всех примерно одинаковая реакция при первой личной встрече с Серас. И всё же… мне кажется, Ицуки стала чуть менее колючей, чем раньше. Раньше она была резче… например, когда высказывала своё мнение о том, как нам следует поступить с Кирихарой. А теперь ведёт себя скорее как заботливая младшая сестрёнка. Кстати, о сёстрах…

— Весьма. Дискуссии о концепции человеческой красоты обычно начинаются и заканчиваются на симметрии внешности и фигуры. Проблема здесь в устойчивости. Красота лишь на поверхности кожи — ты ведь слышала это выражение, не так ли? Оно относится к тем, кто обладает лишь поверхностной красотой. Истинная красота требует симметрии в жестах, тонко культивируемой элегантности, благородства духа и многого другого. Истинная красота, иными словами, это красота долговечная. Только когда человек воплощает в себе эти аспекты, его можно считать истинно прекрасным. Разумеется, вне зависимости от пола.

Хидзири продолжила:

— Конечно, всё это основывается на предположении, что мы изначально принимаем симметрию в качестве мерила красоты. В конце концов, красота в глазах смотрящего.

К моменту, когда её сестра закончила, взгляд Ицуки уже остекленел.

— Я… я знаю все слова, которые ты используешь, но понятия не имею, о чём ты говоришь. Я опять запуталась…

— Ты имеешь в виду, что устаешь от красивых людей, которые ужасны внутри, верно? — вставил я. — Но только когда личность человека правильная, можно построить отношения, которые продлятся долго.

— Ну… пожалуй, если говорить просто… да.

— О-о, вот теперь понятно. Ты хорош в обобщениях, Мимори, — сказала Ицуки.

Хидзири пристально посмотрела на Серас.

— Но, что ж… Действительно, похоже, что Серас-сан соответствует всем требованиям, которые я обозначила для истинно прекрасной личности.

— Спорим, она могла бы покорять целые нации! Одна из тех роковых женщин, типа femme fatale, да?

— Ицуки… Постоянно называть человека красивым может быть довольно неловко для самого объекта обсуждения, особенно когда он действительно так прекрасен, как ты утверждаешь. Пожалуйста, будь тактичнее, обращаясь к ней, — заметила Хидзири.

— А? Хочешь сказать, Серас не нравится, что мы такое говорим? Я ж не то чтобы подкатываю к ней или что-то такое…

— Ах, нет… ничто из сказанного вами до сих пор меня нисколько не расстроило, леди Ицуки. Прошу, пусть это вас не тревожит. Просто я довольно скучная и неинтересная высшая эльфийка… так что мне бы не хотелось, чтобы вы ждали от меня каких-то остроумных ответов. Хе-хе… — Серас улыбнулась, а затем побледнела. Казалось, её скромное самоуничижение нанесло ей самой реальный урон.

Ты уверена, что именно так хочешь им отвечать, Серас?..

— О блин… Я что, задела за живое?

— Ну, Серас…

— Ого? Если таковы ваши критерии, интересно, могу ли я тоже считаться красавицей? — Улыбающаяся глава клана Куросага прервала меня, когда я попытался помочь Серас, и спасла положение. — Что думаешь, Ицуки? Я красивая?

— Э-э? Да… Мунин, ты типа как весёлая и красивая старшая сестрёнка.

— Старшая сестрёнка?!

— Сначала я думала, что к тебе фиг подступишься, типа строгая монашка или что-то такое. Но ты мне нравишься! С тобой куда проще общаться, чем я ожидала.

— Ицуки… ты такая хорошая девочка! Я тебя тоже люблю!

— Эй, чт… мнх, гх… У тебя они даже больше, чем у Серас, так что когда ты меня так обнимаешь, дышать супертяжко! Мнхгх!..

— …

— Прошу прощения за мою младшую сестру, Мимори-кун, — сказала Хидзири, и глаза её слегка похолодели.

— Эй, нам нужно немного развлекаться время от времени… О, кстати говоря — Пиггимару.

— Пи-и! Бой-ойнг! — Пиггимару выкатился ко мне на плечо.

— А, это тот самый слайм, о котором ты упоминал?

— Мой напарник, ага.

— Пи-и!

Хидзири посмотрела на Пиггимару, приложив палец к губам с огромным интересом.

— Повелитель Мух, хм… Теперь понятно. Полагаю, имя — это отсылка к роману Голдинга[✱]Роман Уильяма Голдинга «Повелитель мух». У одного из героев романа было прозвище Piggy.?

— А? Нет. Этот малыш просто пищит немного похоже на свинью… И он такой кругленький… как свинка. Поэтому я и назвал его Пиггимару…

Неужели Пиггимару напоминает ей какого-то персонажа из книги?

— …

— …

— Понимаю. Думаю, это хорошее имя. Приятно познакомиться, Пиггимару… если я могу так тебя называть? Я — Хидзири Такао.

— Пи. — Пиггимару протянул к ней щупальце, и Хидзири, в свою очередь, протянула указательный палец.

— …Можно потрогать?

— Конечно.

— Пи-ии.

— О, эй, нам можно трогать слайма? — спросила Ицуки, подходя и тыкая в Пиггимару.

— Пи-и. ♪

— О-о… Эта штука довольно милая…

Хидзири тоже начала тыкать, сохраняя бесстрастное лицо.

— Пи-ии. ♪ Чвяк, чвяк. ♪ Сквиш, сквиш. ♪ Пи-иих. ♪

Пиггимару пищал и издавал звуки при каждом тычке сестёр. Плечи Ицуки задрожали.

— Ка… какого чёрта, Мимори?! Мы тут ехали в один конец на бешеном «Кирихара Экспрессе» и дрались с богиней, втыкающей ножи в спину, а ты тусовался с этим писклявым слаймом и милой маленькой пакю-ю лошадкой?! Это просто несправедливо!

— …Я, честно говоря, не знаю, что на это ответить, — отозвался я.

Я чувствовал то же самое, когда разговаривал с её старшей сестрой… но всё-таки странно говорить с Ицуки в таком тоне.

Доставщики прибыли на наше местоположение, привезя с собой поддельную голову и лже-Серас. Я надел маску мушиного мечника, принадлежавшую Мунин, так как моя собственная была сломана во время боя с Кирихарой. Я уже заранее объяснил доставщикам через волшебного почтового голубя, что произошло, но кое-что мне нужно было прояснить лично. Как только с объяснениями было покончено, я отправил ещё одну птицу Императору Дикой Красоты.

Мы все погрузились в конную повозку, занеся внутрь Сого и Кирихару. С толчком она тронулась с места.

Внутри повозки было довольно просторно, места хватало всем. С одной стороны находилась приступка, которая могла служить скамьей для сидения во время поездки, а другая сторона была завалена багажом и прочим грузом.

Все устали. Нужно попробовать отдохнуть, пока мы в пути.

— Вы, сёстры, должно быть устали, учитывая, как я подгонял вас, чтобы успеть вовремя. Можете отдохнуть первыми. Я приготовил спальный мешок.

— Ицуки, постоянное использование твоего уникального навыка во время нашего путешествия наверняка тебя изрядно вымотало. Поспи подольше.

— Поняла! — Ицуки юркнула в спальный мешок и… — Хр-р…

— …Это было быстро.

— Она всегда быстро засыпала.

— Тебе тоже стоит попробовать поспать, Хидзири. Ты устала. Я слышу это в твоём голосе.

— Тебя трудно обмануть, Мимори-кун. С тобой непросто иметь дело, — пошутила она, прежде чем самой провалиться в сон.

Значит, спит сидя на скамье, да? Просто прислонившись к стенке повозки. Ладно… надо дать Серас и остальным тоже отдохнуть, но сначала…

— Итак… Что вы двое думаете о сёстрах Такао?

Серас ответила первой:

— Я полагаю, им можно доверять. Также, похоже, они обе доверяют вам, Тоука-доно.

— Да, эта парочка кажется такими замечательными девушками. Особенно у Хидзири такая светлая голова на плечах. Я иногда даже задумываюсь, не старше ли она меня на самом деле…

Эта мысль, казалось, чем-то задела Мунин, и она уставилась на стену повозки с отсутствующим взглядом.

Ну, Хидзири Такао — это своего рода… особый случай. В любом случае, похоже, сёстры не произвели плохого впечатления на Серас и Мунин. Серас права: думаю, я могу доверять сёстрам Такао. Остаётся только молиться, чтобы Хидзири смогла удержать поводья Сого.

Мунин забралась в спальный мешок и вскоре уснула, а я наложил Сон на Серас, чтобы и она могла отдохнуть.

Слэй уже спала, а Пиггимару находился в режиме глубокого покоя. Я остался один, глядя на маску Повелителя Мух, которую разбил одной из своих атак Кирихара.

«Позвольте мне починить вашу маску, как только я проснусь». Я вспомнил слова Серас.

— Эта восстановленная маска выглядит довольно потрёпанной… Может, пришло время для замены.

Повозка мчалась вперёд с постоянной скоростью.

Спустя некоторое время сёстры Такао проснулись. Вскоре последовали их примеру и остальные члены Отряда Повелителя Мух.

Ицуки была полностью очарована Слэй, обнимая её и болтая с ней в задней части повозки.

— Пампи-и.

— Пампи? Это что, персонаж из какого-то детского мультика?

— Пакю-ю, пакюри. ♪

— Ч-чёрт подери… Что за фигня?! Как ты можешь быть такой милой?! Такой ми-илой!

Слэй, похоже, Ицуки тоже понравилась.

— Ах! — воскликнула Ицуки, словно только что о чём-то вспомнила. — Эй, Анэки, а разве мы не должны поговорить с Мимори про это? Про незаконченные магические предметы в доме Эрики...

Я бросил на Хидзири вопросительный взгляд, и она ответила мне.

— Эрика ведёт свои исследования уже долгое время, пытаясь создать магические предметы, способные противостоять Богине.

Ну да, логично. В конце концов, Эрика тоже хочет помочь мне отомстить этой мерзкой богине.

Я видел ту подземную комнату, доверху забитую неудачными прототипами, и было совершенно ясно, что большинство из них предназначалось именно для борьбы с Вишис.

— Она сказала, что, возможно, сумеет создать предмет, способный подавлять — пусть и совсем немного — божественные силы. Однако в тот момент, когда мы покинули её владения, чтобы встретиться с вами, работа ещё не была завершена.

— Она рассказала нам всё об этом магическом предмете, пока мы были у неё дома, и, типа… Анэки сказала ей кое-что, и для Эрики это стало словно недостающим кусочком пазла! Ну, знаете, типа: «Эврика!», да? — вмешалась Ицуки.

— Возможно, как это иногда бывает в некоторых детективных романах, ей не хватало всего одного слова, чтобы раскрыть дело. Кстати, Эрика заявила, что попытается сообщить нам о завершении работы через фамильяра… но она сомневалась, сможет ли кто-то из её зверей добраться до нас.

Значит, возможно, нам придётся самим заехать к Эрике, чтобы забрать эту штуку. А вот будет ли у нас время на такой крюк… Это зависит от того, что планирует Вишис.

— А ещё, типа, Мимори… Мне как-то неудобно, знаешь? Мы ведь реально бросили тебя тогда, когда Вишис от тебя избавилась, ага. — Ицуки опустила голову.

— Не переживай об этом. Я уже говорил с Хидзири.

— Но, типа… знаешь… Всё равно.

Кстати, о той мерзкой богине…

— У вас ведь есть уникальные предметы, так? Что вам досталось? — спросил я.

Моим уникальным предметом оказался магический кожаный мешочек — тот самый, который мерзкая богиня назвала никчёмной дешёвкой… Но я никогда толком не слышал, что получили другие герои.

— Похоже, некоторым достались аксессуары, повышающие характеристики, а другие получили предметы, которые можно прикрепить к оружию или броне для улучшения их качества. Большинство из них, однако, были предназначены для поддержки в период сразу после нашего призыва, и казалось, что их актуальность пропадала по мере того, как мы повышали уровень. Наши с Ицуки уникальные предметы были именно такими.

Понятно… Она права: эти предметы были наиболее полезны, когда у героев были низкие статы и им требовался дополнительный буст. Должно быть, они предназначались для повышения выживаемости во время прокачки.

— Старосте достались серёжки или типа того, да? — сказала Ицуки.

— Некоторые предметы можно было выпить, и они давали бонусы к характеристикам или навыкам при употреблении.

Значит, расходники, да?

Я послушал, как Хидзири объясняет особенности еще нескольких уникальных предметов, прежде чем продолжить разговор.

— Судя по тому, что я услышал, похоже, мой предмет — единственный, который действительно… уникальный.

Как и мои навыки… мой предмет выходит за рамки нормы.

— А? Чем же твой предмет уникален, Мимори? — спросила Ицуки.

…Серас вдруг выглядит как-то странно взволнованной.

— Быстрее будет просто показать. Вот, смотрите, — я достал из сумки несколько пачек конфет и разложил их на полу экипажа.

— С-серьёзно? Мимори… Ты притащил всю эту еду с нашей школьной поездки, а потом таскал её через Руины Избавления?

Нет. Не говоря уже о том, что все мои сумки из школьной поездки остались в том замке.

— Не совсем… — я объяснил им, как работает мой магический кожаный мешочек.

— С-серьёзно?! Какого чёрта?! У тебя есть Пиггимару, Слэй, а теперь… вот это?! Это супер несправедливо! — Ицуки снова была поражена вселенской несправедливостью.

— Именно так мне удалось не умереть с голоду в Руинах Избавления.

— Это довольно интересная способность. Хотя, полагаю, ты технически мог бы выжить, если бы твои вещи тоже телепортировались с тобой в те руины.

— Там всё случайно. Иногда мне попадаются напитки и вещи, которые долго не хранятся. Конфеты я могу держать при комнатной температуре, и они не занимают много места в сумках. Вот почему я накопил их так много.

— Эй, эм... Ты будешь это есть? — спросила Ицуки.

— Бери всё, — ответил я.

— Чёрт, да! Блин, я их сто лет не видела, — Ицуки схватила упаковку конфет рамунэ, высыпала немного в рот и начала хрустеть. Её глаза сузились, пока она жевала, а лицо приняло несколько горькое выражение. — Наша бабуля по маминой линии обожала эту штуку, знаешь… Она съедала всё сама, говоря, что в конфетах нет никаких питательных веществ, так что нам нельзя. Выглядело так, будто она реально наслаждалась ими. Наверняка она просто, типа, придумывала отмазки, чтобы всё досталось ей. Прям ностальгия.

Хидзири ела небольшое лакомство со вкусом йогурта, изящно зачерпывая белое содержимое из пластиковой коробочки прилагаемой деревянной ложечкой и поднося ко рту.

Блин, когда это ест Хидзири, даже дешёвая конфета выглядит как блюдо из элитного ресторана.

Серас положила глаз на варианты послаще и разделила свою долю с Мунин.

— Ах… Когда я ем это здесь, то невольно вспоминаю, насколько этот мир отличается от того, откуда мы пришли. Типа, наверное, мы просто привыкли здесь жить. Я бы могла быть счастлива в любой точке мира, лишь бы рядом с Анэки.

Хидзири открыла пачку вяленого мяса и предложила немного Слэй.

— Хочешь тоже поесть?

— Пакью~у. ♪

Слэй съела маленький кусочек сушёной колбаски и издала довольное «пам-пи ♪'».

— А! Так нечестно! Анэки, покорми меня тоже~!

— При обычных обстоятельствах я бы отказала, но сегодня ты хорошо поработала — так что сделаю исключение. Держи.

— Отлично! — Ицуки широко открыла рот, и Хидзири поднесла вяленое мясо к её губам. Та с радостью сжевала сушёную колбаску. Казалось, Серас заразилась этой идеей и хитро потянулась за одной из палочек в индивидуальной упаковке — но, заметив, что я смотрю, быстро отдёрнула руку.

— Что случилось? Только не говори мне… Ты хочешь покормить меня тоже?

— Н-нет… Просто не смогла удержаться, полагаю.

— Здесь есть другие люди. Давай позже, хорошо?

— А… п-поняла.

Серас сидела, аккуратно поджав под себя ноги, и покраснела так сильно, что казалось, от её лица сейчас пойдёт пар. За этим последовала серия вопросов (в основном от Ицуки) о том, пара ли мы с Серас.

Держу пари, эта сцена только что заставила их задуматься.

У меня не было реальных причин скрывать наши отношения, поэтому я был честен с сёстрами Такао. Серас сидела рядом со мной, время от времени слегка кивая. Её обычно белые щёки порозовели от смущения, напоминая цвет вишнёвого лепестка.

Впрочем, ей удается подавлять свою реакцию. А вот Ицуки…

— С-судя по тому, что я услышала… В-вы двое, типа, реально, эм… вместе? В смысле, я догадывалась по атмосфере, что между вами что-то есть, но… я не ожидала такого. Ого. Типа… ОГО! — Ицуки взволновалась и сама немного покраснела. — Анэки… у них всё, типа… всё серьёзно!

…Возможно, я был слишком прямолинеен.

И так мы продолжили наше путешествие — пока наш экипаж в конце концов не прибыл в военный лагерь Миры, где нас ждал Император Дикой Красоты.

Некоторое время назад…

Два конных экипажа направились на север, покинув главный тракт. Их пассажирами были десяток мужчин и женщин всех возрастов. Томохиро Ясу находился в переднем экипаже. Был полдень, и сквозь щель в ткани в задней части повозки он видел чистое небо. Но лицо женщины средних лет, сидевшей напротив Ясу, было мрачным.

— Мы действительно доберемся до Ёнато?

Их так долго трясло на дороге, что разговоры сошли на нет, и повисшее молчание становилось всё длиннее. Казалось, женщина вытолкнула все их невысказанные страхи из глубины горла. Мужчина вмешался, чтобы прервать последовавшую паузу, а затем подключились и остальные, словно прорвало плотину.

— Никогда бы не подумал, что Мира развяжет войну с Алионом, понимаете…

— Не говоря уже о том, что эти златоглазые начали бродить по некоторым регионам, да?

— Торговец, которого я встретил на днях, говорил, что они лезут из ближайших руин.

— Но эти странные толпы белых человекоподобных… Нас просто не предупредили, что они идут, вот что хуже всего.

Ясу слушал всё это молча, в основном опустив голову.

— Император думает о войне, когда у нас в Мире златоглазые монстры и эти странные белые люди… Я бы предпочёл, чтобы он сейчас защищал своих от этих тварей.

Граждане Миры глубоко доверяли Императору Дикой Красоты, некоторые — с почти религиозным фанатизмом. Но не все разделяли такую веру в его лидерство, и, конечно, были те, кто придерживался иной точки зрения — что и привело к появлению экипажей с беженцами, покидающими Миру из страха за свою безопасность, если они останутся.

— Интересно, что будет с Мирой.

Город пассажиров подвергся нападению орды таинственных белых человекоподобных монстров. Большинство жителей сбежало на юг, в имперскую столицу, но те, кто выбрал экипажи, пошли другим путём.

— Не волнуйтесь об этом. Вот почему мы едем в Ёнато, разве нет? Там должно быть гораздо безопаснее, чем в Мире, и у меня там тоже есть семья… Смотрите, эта подорожная грамота позволит нам пройти прямо через границу.

Это был владелец повозок — крепкий мужчина средних лет с русыми волосами и голубыми глазами.

— Как закончится тут вся суматоха, сразу рванём обратно в Миру, а? Лучше пока убраться из страны от греха подальше.

В прошлом этот мужчина был наёмником, да и сопровождали их другие наёмники — как бывшие, так и действующие. Все они родились в одном городе и хорошо знали друг друга.

Нет… Если подумать, большинство людей в этом караване родились в одном месте.

Ясу был одним из нескольких попутчиков, которых подобрали на дороге.

«Здорово. Ранен, да, парень? Куда путь держишь? На север, значит… А нам как раз по пути в Ёнато. Подбросить?»

Поначалу Ясу пытался отказаться, но наёмник практически настоял — так он и присоединился к их пути на север.

Но так даже лучше, подумал про себя Ясу. Я хочу по-настоящему узнать людей этого мира. Вот ради чего я в этом путешествии. Всё нормально… В крайнем случае, у меня всё ещё есть мои уникальные навыки.

Ночуя в лесах, Ясу почти не спал. Воспоминания о Шестом Ордене не давали покоя: как ему вырывали ногти, как отрезали три пальца, как перерезали сухожилия на руках. Он лишился правого уха, а вместе с ним и куска плоти… Стоило мыслям вернуться к увечьям, как накатывали ужасающие флешбэки, преследующие его даже в кошмарах. Люди в повозке, казалось, беспокоились о его состоянии.

«Худо тебе пришлось, да?.. Но ничего страшного. Нам можно верить, так что постарайся хорошенько выспаться. Хе-хе, и насчёт златоглазых не переживай, мы с ними разберёмся».

Ясу помнил, как сжался кулак владельца повозки, когда тот произносил эти слова. В повозках ехали его жена, сын и братья. Ясу опустил взгляд на пятно на деревянном полу.

И всё же, правильно ли я поступил, отправившись на север? Сого-сан и остальные, должно быть, тоже сейчас направляются туда, чтобы сразить Короля Демонов… Так у меня больше шансов присоединиться к их битве…

В другом мире не было ни интернета, ни новостных передач по телевизору. Здесь существовало нечто вроде газет… но информация в них зачастую устаревала.

Кто бы мог подумать, что узнавать о событиях в дальних краях окажется так сложно…

Об использовании социальных сетей для поиска информации в реальном времени с другого конца света не могло быть и речи. Всегда следовало ожидать временной задержки, пока новости просачивались по миру. Магические почтовые голуби, курьерские голуби, быстрые конные гонцы и письма существовали, но ничто из этого не шло ни в какое сравнение со скоростью передачи пакетов данных в интернете. Слишком много информации было просто… недоступно, что делало разведданные ценным товаром.

Впрочем, ну… то, что мне не нужно постоянно проверять телефон, в каком-то смысле даже освобождает. В старом мире, если ты не следил за новостями каждый день, возникало чувство, будто ты отстаёшь от жизни. Живя здесь, я не испытываю этого странного чувства разочарования.

Даже если бы я захотел получить информацию, она недосягаема. А со смартфоном и интернетом всё было доступно, хотел ты того или нет. Именно это заставляло меня тянуться к телефону и теряться в сети… Я тратил всё меньше времени на собственные мысли и всё больше — находясь под влиянием других.

Внезапно кто-то ткнул его в руку.

— ?

Он поднял глаза и увидел маленькую девочку, тихонько присевшую перед ним на корточки.

Разве это не та девочка, что сидела через два места от меня?

У неё были большие круглые глаза, а волосы собраны в два маленьких хвостика по бокам головы. Женщина, сидящая рядом с Ясу, была, как он знал, матерью девочки. С невинной и счастливой улыбкой малышка протянула кусочек хлеба, который оторвала от своей порции.

— Держи, братик. Это тебе!

— А? А… Я-я… я в порядке.

— Поправляйся скорее!

— Я-я думаю, ч… что тебе самой стоит это съесть.

— А? — Его ответ, казалось, поставил девочку в тупик, и она посмотрела на мать. Мать девочки перевела взгляд на Ясу и, несмотря на усталость от долгих дней в дороге, читавшуюся в её глазах, улыбнулась ему.

— Прошу прощения… но не могли бы вы принять это? Думаю, моя дочь так будет счастливее. — Она вежливо жестом предложила Ясу взять хлеб.

Но у меня всё ещё остались сухпайки, которые дал мне в дорогу Бельзегея. Да и никто из людей в этой повозке, включая меня самого, не страдает от нехватки еды.

И всё же маленькая девочка хотела поделиться с Ясу своим хлебом.

— Братику всё ещё больно? Я так и думала. Кушай много и поправляйся! Юри поможет! — Малышка широко улыбнулась ему.

Значит, её зовут Юри. А, понятно. Она кормит раненую пташку — вот что это такое. Мне бы не хотелось отвергать её доброту и обманывать ожидания. Не говоря уже о том, что остальные пассажиры сейчас смотрят на нас и улыбаются…

Никто не смотрел на него косо — все выглядели довольными.

Бери, — казалось, говорила улыбка женщины средних лет, сидевшей напротив.

Ясу с некоторой неловкостью взял хлеб и поблагодарил её.

— С-спасибо…

Надо съесть это прямо сейчас, верно?..

Ясу откусил кусочек хлеба, затем сунул в рот остальное, прожевал и проглотил.

— Вкусно…

— Тебе лучше? — спросила девочка.

— …К-конечно.

— Здорово!

Она взволнованно вернулась на колени к матери, смеясь и глядя на неё снизу вверх. Затем снова повернулась, чтобы улыбнуться Ясу с невинным восторгом — выглядя немного гордой своим поступком.

Лошадь испуганно заржала, и скорость повозки упала. Снаружи до Ясу донеслись панические голоса.

— З-златоглазые!..

Повозка остановилась.

— Тц… Мы и держались подальше от тракта, чтобы избежать встречи с этими тварями — какого чёрта они здесь делают? — прорычал владелец повозки.

Вооружённый человек заглянул внутрь с козел кучера, ожидая приказаний.

— Какова обстановка, Оулу? — спокойно спросил владелец повозки, Ринджи.

— На первый взгляд… Меньше десятка. Крупных пока не видно.

— Добро. Тогда разберёмся с ними здесь… За мной, парни.

Ринджи встал первым, а за ним поднялись и остальные четверо наёмников, среди которых были и ветераны. Ясу инстинктивно дернулся, чтобы последовать за ними, но один из бывших наёмников остановил его у выхода.

— Эй! Спасибо за поддержку, парень. Но с такими ранами ты никуда не пойдёшь. Без обид, но ты не выглядишь готовым к драке — не перенапрягайся.

— Я-я… Я…

…Герой из другого мира, чуть было не сказал он, но вовремя осёкся. Герой? Я? Герой, который спасает людей? Нет. Я… я просто думал, что я герой… Именно это сделало меня таким высокомерным.

Отставной наёмник ухмыльнулся ему, оскалив зубы.

— Вот что я тебе скажу — если дело примет скверный оборот, ты отвечаешь за тех, кто внутри повозки! Тебе ведь спокойнее, когда тебя защищает старший брат, правда, Юри? — крикнул мужчина маленькой девочке, которая теперь жалась к матери, и Юри кивнула.

— Решено! Пригляди за ней для меня, парень. А то, что снаружи, оставь нам. Ринджи — чертовски опытный воин, слыхал? Эти монстры даже не поймут, что их пришибло! Хе-хе… Пришло время нам, наёмникам, отработать свой ужин!

С этими словами мужчина спрыгнул с задней части повозки наружу, где уже кипела битва.

Ясу снова опустился на сиденье.

Я…

Мужчина был настолько убедителен, что Ясу не смог ничего возразить. Точно так же, как когда его пригласили присоединиться к ним в самом начале, и он просто поплыл по течению.

С тех пор… Я… Может, я всё-таки не изменился?..

Бравада покинула его, а вместе с ней исчезли все то подавляющее высокомерие, заблуждения и яд, что отравили его в этом новом мире.

Кажется, я… я прихожу в норму. Возвращаюсь к самому началу.

— …

Маленькая Юри крепко уцепилась за одежду матери и дрожала.

— Всё хорошо, Юри. Посмотри на меня.

Юри подняла голову и посмотрела в лицо матери.

— Просто делай как всегда, хорошо? Когда тебе страшно, смотри на меня, ладно? Смотри, не отводи глаз… Мама ведь улыбается? Значит, с нами всё будет хорошо.

Храбрая, — подумал Ясу.

Мама Юри улыбалась, но её плечи тоже подрагивали. Однако Ясу заметил, как хватка девочки немного ослабла.

— …Как всегда, мамочка?

— Именно… Магия улыбки.

— …Хе-хе. — Юри тоже улыбнулась, словно всё в мире, кроме её матери, просто растворилось. Она выглядела такой спокойной и расслабленной, что Ясу тоже стало легче.

Интересно, почему эти люди так добры? Значит, добрые люди действительно существуют. Они есть… в этом мире. Вскоре все напавшие на них монстры были отогнаны, и лишь двое из отряда получили в бою лёгкие ранения. Все благополучно пережили стычку, и две повозки продолжили свой путь на север.