Глава I: Действие второе

Он не знал, как выглядели его настоящие родители.

Все то время, сколько себя помнил, Леми провел в приюте.

Ему не было известно, был он брошен или же попал туда из-за смерти родителей.

Притом, что в приюте было несколько детей, оказавшихся в той же ситуации, что и Леми, это не означало, что с каждым из них он дружил. Они отличались как характерами, так и внешне. В частности, многие были довольно замкнутыми.

Леми и сам был не из общительных. Он всегда играл с определенными двумя-тремя детьми, так как не очень хорошо ладил с другими.

Его лучшей подругой была Рин, девочка примерно одного возраста с ним, с очаровательным личиком, усыпанным веснушками, а также с черными волосами до плеч. В отличие от Леми, та хорошо читала книжки с картинками и, прежде всего, превосходно пела. Под аккомпанемент фортепиано у нее это выходило громче и красивее остальных. Вне всяких сомнений, на фоне других детей из приюта Рин выделялась. Леми она нравилась больше всех.

Иногда приют посещали не знакомые ему взрослые. Они появлялись несколько раз, наблюдали за детьми, после чего забирали одного из них.

Те из взрослых, что не имели собственных, брали в свои семьи сирот.

Чаще всего усыновляли детей воспитанных. Каждый раз, когда в приюте появлялись незнакомцы, Леми нервничал, полагая, что из-за шалостей его никогда не выберут или точно заберут Рин.

Леми, будучи совсем маленьким, часто просыпался в слезах из-за кошмаров.

Сны, в которых он тонет.

Леми мучился, в рот и нос попадала вода, а кто-то смотрел на него сверху.

Это была женщина в откровенном фиолетовом наряде, лица которой он не мог рассмотреть.

Больно.

Холодно.

Сколько бы он ни кричал, та не пыталась помочь.

В конце концов, она перестала наблюдать и ушла.

…В этот момент он просыпался.

Из-за этих снов Леми возненавидел воду и фиолетовый цвет.

С Джулией он познакомился, когда ему было пять.

Леми не знал, столько ему на самом деле. Это говорило лишь о том, что с момента, как он попал в приют, прошло пять лет. В тот день, когда Леми оказался там, было решено, что 27 декабря — его день рождения. На тот момент он был новорожденным ребенком, так что, вполне возможно, это могло быть правдой.

Джулия пришла в приют накануне его дня рождения, 26 декабря.

Это была красивая женщина, которая выглядела моложе других взрослых, появлявшихся здесь. Леми, впервые ее увидев, не мог избавиться от ощущения, что они уже встречались до этого.

Джулия принесла большой белый мешок и поставила перед детьми.

Внутри было много игрушек, среди которых и заводная карета, столь желанная Леми. Такая же, как у его друга Никеля, но тот никогда не давал поиграть с ней.

— Пожалуйста, берите, что понравится, — сказала Джулия.

Дети вмиг окружили мешок, после чего каждый взял приглянувшуюся игрушку. Леми также смог заполучить то, чего он так хотел.

С улыбкой понаблюдав за детьми, Джулия вместе с директором скрылась в кабинете в глубине приюта.

За ней следовала кошка, которая в какой-то момент пробралась внутрь. Шрамы, что были по всему ее телу, не могла скрыть даже длинная рыжая шерсть.

Позднее Леми узнал, что она принадлежит Джулии.

.

На следующий день Леми отправился в кабинет директора, куда его вызвали.

Внутри ожидали директор и еще одна женщина.

Это была Джулия, что принесла накануне ему и другим детям подарки. Позади нее, будто это совершенно естественно, расположилась та самая кошка.

Когда он вошел, директор сказала: «У нас для тебя рождественский подарок».

Рождество было праздником, в который отмечалось рождение [Богов-Близнецов]. Оно было сегодня, 27 декабря, как и день рождения Леми.

— Вчера я уже получил от нее подарок, — ответил он, вынув из кармана заводную карету и показав директору.

— Действительно. Тогда назовем это подарком на твой день рождения. Леми, с сегодняшнего дня ты — сын мисс Джулии.

— А?!

Директор с улыбкой смотрела на его удивленное лицо.

— Мисс Джулия захотела взять тебя под опеку. Ее особняк гораздо больше этого места, и я уверена, что она купит тебе столько игрушек, сколько захочешь. Мисс Джулия весьма богата.

— Ого…

Внезапность происходящего озадачила Леми.

Это, конечно же, отразилось на его лице. Джулия подошла к Леми и, присев рядом, спросила: «‎Ты не хочешь быть моим ребенком?»

Леми подумал, что даже вблизи она красива, и кажется весьма милой.

Джулия погладила его по голове.

Ощутив тепло ее руки, у него в очередной раз промелькнула мысль, что это это не первая их встреча, что, может быть, она его настоящая мать.

Конечно, она не могла быть ей. Черты лица, цвет их волос и глаз сильно отличались. И даже если бы они действительно были родственниками, у Джулии и директора не было причин скрывать это.

Леми покачал головой.

— Я не против, но…

— Что?

— Я не хочу расставаться со всеми.

Вот только под «‎всеми» он имел в виду одну лишь Рин, и это слишком смущало его, поэтому он ответил так, пытаясь скрыть правду.

— О, понятно… Но я не могу усыновить всех. Знаешь, мы можем время от времени приходить сюда поиграть с ними. Идет?

— Да.

— Отлично. Я приеду за тобой завтра, так что собери собери вещи, а после обязательно попрощайся с друзьями и сотрудниками, ладно?

— Хорошо.

Джулия весьма настойчиво добивалась его согласия.

Но Леми уже думал, что, может быть, просто хочет, чтобы эта женщина стала его мамой. У нее было особое обаяние, заставляющее чувствовать себя так. Она будто притягивала к себе.

Леми уверенно кивнул.

.

Когда Леми вышел из кабинета, он подслушал продолжившийся внутри разговор.

— Вас это устраивает, мисс Джулия?

— Да.

— Но это действительно нормально? Одинокая женщина, взявшая сироту… Это может породить слухи, которые помешают вашей «общественной» деятельности. Зачем столько хлопот из-за этого мальчика…

— В ваших советах не нуждаюсь. Детей я иметь не могу, хоть и давно хочу стать мамой. Так что я взяла этого ребенка как своего. Еще нужны причины?

— …Нет.

— Тогда расслабьтесь. Я буду хорошо о нем заботиться.

Леми не понимал смысла разговора в силу возраста.