ГЛАВА 24. ХУДШИЕ СТРАХИ

— Что происходит? Кто это были и почему мы всё ещё здесь ждём? — спросила Инь, почесывая ухо. Она покосилась на окно, где за столом уже несколько часов сидел великий мастер.

Би Де вздохнул: — Не знаю. Они говорили загадками, и великому мастеру их слова явно не понравились.

Великий мастер Би Де был расстроен.

Это было заметно всем. Великий мастер подпирал подбородок одной рукой и рассеянно барабанил пальцами по столу. Сидя на полу со скрещёнными ногами, он смотрел в окно. Город окутывали тени: утреннее солнце померкло, уступив место клубящимся грозовым тучам.

Спина у него была согнута. Он ссутулился, словно съёжился… почти стал маленьким — совсем не таким, как обычно. И выражение его лица Би Де тоже не нравилось.

Вопрос Инь, однако, был весьма кстати. Би Де понятия не имел, кто они такие, но раз уж эти люди довели его великого мастера до такого состояния, значит, они наверняка были злодеями! Он уже почти объявил их самозванцами и собирался покарать за дерзкие слова.

И всё же его мастер согласился на предложенную встречу. Какая бы весть ни потрясла его, она явно выбила его из колеи. Агент Сливового Цветка — по крайней мере, столько Би Де понял из подслушанного — быстро проводил их в приготовленные комнаты. С тех пор как мастер замкнулся в себе, он сидел неподвижно и молчал. Би Де не мог понять, что его тревожит.

Инь, Мяньтяо и Би Де беспокойно ждали в другой части комнаты, устроившись на шёлковых простынях и собрав часть своих вещей. Барабанящий по столу ритм становился всё громче, и Мяньтяо вздохнул: — Мы ведь ничего не выиграем, если будем просто сидеть и ждать? Лучше спросить сейчас — потом меньше страдать.

Би Де кивнул. Ему не хотелось прерывать мысли великого мастера, и он надеялся, что его господин простит ему эту дерзость, но ждать дольше он уже не мог.

Би Де вспрыгнул на стол. Выглядел он сейчас весьма жалко: от беспокойства перья топорщились во все стороны.

— Великий мастер, вы нездоровы. Что такого сказали вам эти люди, что вы так встревожились? — спросил он прямо.

Его мастер подскочил на месте и широко раскрыл глаза, внезапно вырванный из размышлений. Он рассеянно оглядел комнату и всех учеников, словно только сейчас заметил, что они здесь.

Мастер криво улыбнулся и принялся чесать затылок. Его взгляд скользнул по каждому из них, а на их любопытные лица он ответил болезненной гримасой.

— А! Э-э… простите, что так задумался. Просто… ну, думал кое о чём. — Он глубоко вдохнул, прежде чем снова вздохнуть. — Что до вашего вопроса… эти люди сказали, что их послала Секта Облачного Меча, чтобы устроить мне встречу с одним из её членов, культиватором по имени Лу Жи. Я… когда-то его знал.

Би Де застыл, услышав это имя: он его помнил — Секту Облачного Меча. Она едва не убила его великого мастера и вынудила отправиться в путь, который в итоге привёл его в Фа Рам.

— Секта Облачного Меча? — недоумённо переспросила Инь. Мяньтяо и Инь тоже ничего не поняли, зато ци Би Де взметнулась, а клинки Священного лунного света так и просились наружу.

Эти гнусные люди осмелились показаться им на глаза? После всего, что они сделали, у них хватило наглости требовать встречи? Они сами нарывались на смерть!

Би Де охватила ярость. Он уже открыл клюв, чтобы позвать друзей и товарищей к оружию. Они отправятся в город и потребуют ответов от этих… прихвостней.

Но тёплая ладонь легла Би Де на голову и погасила все мысли о мести.

— Думаю, вы двое ничего об этом не знаете, — сказал мастер, глядя на Мяньтяо и Инь. — Я расскажу вам эту историю.

Би Де пробормотал что-то невнятное, пока его господин гладил ему серёжки, и позволил ярости улечься. Похоже, великий мастер очень хотел рассказать эту важную историю, поэтому Би Де позволил усадить себя на колени. Двое новейших учеников переглянулись и тоже устроились поудобнее.

Голос великого мастера звучал тепло и спокойно, когда он начал свой великий рассказ. Истории мастер рассказывал весьма недурно. По мере того как он повествовал о своём путешествии, рассеянный стук пальцев по столу стих, а сутулость исчезла.

Эту историю Би Де хранил в сердце. Она помогала ему чувствовать, что он по-настоящему понимает своего мастера. И снова услышал, как тот задаёт вопрос:

— Каков был смысл той жизни? Каков был смысл этой гонки наверх?

Он понял, что для их новых товарищей всё было так же. Мяньтяо закрыл глаза, впитывая слова великого мастера. Его голова едва заметно кивала, а лицо выражало сожаление. Он всё понял без лишних объяснений.

А Инь лишь склонила голову набок и внимательно слушала, хотя, похоже, была озадачена. Как и Тигу, ей всё ещё не до конца была понятна мудрость его слов.

Но под этой мудростью скрывался страх. Би Де до сих пор с трудом мог осознать, что существует человек, превосходящий великого мастера, — даже после того, как увидел вспышки видений внутри кристалла.

Он не отрываясь слушал, как мастер снова рассказывал ему о своём путешествии в Лазурные холмы.

— Вот почему я ушёл, — закончил я. Рассказывать эту историю всегда было немного тяжело… но хотя бы на время она отвлекла меня от всего остального. Какое-то время мне казалось, будто я кружу вокруг сливного отверстия. Эти вопросы не давали покоя. Почему именно здесь? Зачем ему понадобилось иметь со мной дело после моего ухода?

— И теперь этот человек хочет с тобой встретиться? — спросила через некоторое время Лапша.

Я кивнул. Лапша презрительно зашипела, и я поморщился.

— Они не… Ну, не все они плохие, — начал я. Цай Сюйлань была культиватором и хорошим человеком. Наверное, там есть и другие люди, которые не полные придурки.

До знакомства с Цай Сюйланью я бы сказал, что они все плохие. Что это ужасные люди. Мне казалось, что все культиваторы должны быть сумасшедшими. Но они явно не были такими. Некоторые из них даже были… Не хочу говорить «милыми», но Лу Жи обошёлся со мной по-честному.

— Лу Жи — думаю, это Оны отправил послание — вернул мне деньги и отпустил. Я… не думал, что когда-нибудь снова о них услышу. А с чего бы? Зачем могущественной Секте Облачного Меча приходить в Лазурные холмы? Зачем им меня искать? Я… ну, не знаю. Может, дело в ростках низших духовных трав, которые я забрал… но вряд ли. Вдруг он не записал, что я заплатил? Возможно, но не думаю, что Оны стал бы лгать о таком.

Мысли так и высыпались из меня на них. Я понимал, что несвязно бормочу.

— Так… что будем делать? — спросила Инь.

Я замолчал и посмотрел на неё. Что?

— Если он плохой, будем с ним драться? — агрессивно спросила Инь. — Думаю, я смогу его отвлечь.

— Что?

Она встала на задние лапы и кивнула, вдруг оживившись. — Если он плохой, нам ведь придётся защищать свой дом и друзей, правда?

Большой Би кивнул, а Мяньтяо фыркнул.

— Ну вы, мелкие негодники, — вздохнула змея. — Этот Мяньтяо добавит свою силу, сколь бы мала она ни была.

— Разумеется, — согласился Большой Би. — Мы поддержим нашего мастера. Если он друг — окажем ему честь, если враг…

Все они повернулись ко мне и уставились сияющими глазами. Готовые встать рядом. Готовые броситься на мою защиту.

Они хотели помочь мне — совсем как я когда-то учил их.

Я с трудом сглотнул.

Перед глазами вспыхнула картина. Картина того, что случается, когда всё идёт наперекосяк.

Там была кровь — кровь и смерть. Всё разбито. Я помнил это ощущение.

— Я встречусь с ним один. — Я заговорил раньше, чем осознал это. — И… ну, у вас ведь тоже есть свои дела, правда? — спросил я с самой лучшей улыбкой, на какую был способен. — Вам нужно встретиться с мастером Гэнем насчёт кристалла.

Я не мог позволить, чтобы с ними такое случилось. Если Секта Облачного Меча явилась сюда ради драки, я хотел, чтобы они оказались подальше от города.

— Вам стоит этим заняться. Сходите на турнир и проследите, чтобы Тигу не натворила глупостей. Заодно узнайте, как там Цай Сюйлань.

Я уже отправлял петуха одного в глушь.

Я позволил Тигу отправиться на турнир.

Но только когда знал, что они окажутся сильнее всего, с чем могут столкнуться. Что будут в безопасности. Или хотя бы в достаточной безопасности.

Страх. В конце концов всё сводилось к страху. За себя я, кажется, особо не боялся. Мог и потерпеть. Мог склонить голову и уткнуться лицом в грязь. Если понадобится — унижаться на коленях. Но я не мог вынести одной мысли о том, что они пострадают.

Я не позволю им так рисковать. Просто не мог удержаться и не отослать их подальше от опасности.

Я снова сглотнул.

— Идите, — приказал я, вложив в голос всю твёрдость, на какую был способен.

Наступила тишина. Большой Би выглядел так, словно не мог поверить своим ушам. Он взглянул на пол, потом снова поднял глаза на меня; его горло дёрнулось. Инь прищурилась и раздражённо фыркнула. Взгляд Лапши был исполнен понимания.

Змея прекрасно понимала, что я делаю. Я не мог толком посмотреть ему в глаза. Он скривился и отвёл взгляд в сторону.

— Как прикажете, великий мастер, — наконец прошептал Большой Би.

Он направился туда, где находился кристалл, волоча ноги, а затем принялся собирать вещи.

Я отвернулся от них И снова посмотрел в окно на клубящиеся тучи, пытаясь смириться с собственными словами.

Наверное, я потерял в их глазах часть уважения. Они даже могли начать меня за это недолюбливать. Но так было лучше.

Если это защитит их, значит, всё нормально.

Он был верным слугой своего мастера.

Тем, кому был дарован огонь. Тем, кого растили без оглядки. Тем, кого возвысили над всеми остальными.

Он исполнит приказ. Би Де не мог поступить иначе, даже если от этого сердце наливалось свинцом.

Голос Ини хрипло шептал ему в уши, но он едва замечал её недовольство. Она ворчала и бросала на великого мастера сердитые взгляды.

Его мастер хотел для них самого лучшего. Хотел защитить их настолько, насколько мог.

Глаза его мастера были далёкими и тревожными, в них отражались тёмные тучи над Озером Бледной Луны. Они слишком напоминали глаза Мяньтяо, каким Би Де увидел его при первой встрече.

Пока он осторожно укладывал вещи, в памяти сами собой всплыли слова. «Нужно помогать тому, кто в тебе нуждается», — с улыбкой сказал ему когда-то великий мастер.

Приказ мастера уйти причинил Би Де боль, но ослушаться его Оны не мог. Великий мастер явно не без причины отправлял их прочь.

Неужели возможный враг был настолько ужасен? Неужели они были для него настолько бесполезны?

Би Де оглянулся на своего мастера, и из памяти всплыли новые слова.

«Тебе не обязательно в одиночку противостоять небесам».

Запасы снова были надёжно уложены. Он достал водонепроницаемый чехол и аккуратно накрыл им вещи.

Собрать всё оставалось недолго. Вещи и так были заранее уложены и готовы к отправлению.

Оставался только кристалл. Би Де проверил его, как делал всегда: не потускнело ли свечение, не стали ли трещины глубже.

Он вспомнил о своей миссии — о желании узнать, какие тайны скрываются в Лазурных холмах.

Он уставился на тускло-синий кристалл. Из прошлого на него смотрело фрагментарное видение человека.

Человека, который в одиночку взвалил на себя всё бремя. Который пытался сражаться один. Который в конце концов лежал сломленный и одинокий, оплакивая собственный выбор, пока мир разрывался на части.

Его великий мастер поступит так же. Попытается взвалить на себя тяжесть целого мира.

Его великий мастер, который всегда говорил, что может ошибаться. Что иногда бывает неправ.

— Иногда каждому нужна поддержка. Особенно тем, кто меньше всего хочет её принимать.

Петух смотрел на расколотый кристалл.

— Лучше помочь кому-то и обжечься, чем вообще никому не помочь, — решительно говорил его великий мастер.

Учения мастера значили больше, чем сам мастер думал. Благодаря им Би Де обрёл друзей и товарищей: сестру Жи Цзу, Инь, Мяньтяо, Чжан Фэя — Всадника Потока, — и даже пламенных медведей. Он следовал наставлениям и всегда становился от этого богаче.

Возможно, если Би Де останется, этот Лу Жи и Секта Облачного Меча убьют его. Но это было вовсе не предрешено.

Но он предпочёл бы помочь, чем не помогать вовсе.

Би Де сделал свой выбор.

— Великий мастер. Вы однажды сказали, что величайший дар, которым мы обладаем в жизни, — это возможность выбирать, — прошептал Би Де. Голос его звучал твёрдо, пока он смотрел на кристалл, зажатый в крыльях.

Би Де услышал, как заскрипел стул: мастер повернулся к нему.

Би Де поднял самоцвет — сокровище, добытое в странствиях. — Месяцы пути. Часы размышлений. Тяготы, о которых я не люблю вспоминать, — прошептал он. — Тайны давно минувшей эпохи.

Он ещё мгновение смотрел на него, а потом небрежно отбросил в сторону. Кристалл зловеще звякнул, покатился и ударился о стену. Би Де сложил перед собой крылья и низко поклонился.

— Простите этого Би Де. Но ваш смиренный ученик должен выбрать неповиновение вашему приказу. Я не оставлю вас.

Инь взвизгнула, а Мяньтяо резко обернулся. Би Де увидел силуэт мастера на фоне тёмного неба.

— Я знаю. Я понимаю, что вы хотите нас защитить. Но вы учили нас помогать друзьям, когда те нуждаются в помощи. И я, ваш ученик, не могу с чистой совестью исполнить приказ уйти. Не тогда, когда считаю, что помощь нужна вам.

Би Де держался прямо и твёрдо. Гордый и непокорённый.

— Позвольте нам стоять рядом с вами, выпрямившись, что бы ни случилось.

Кристалл мог подождать. Да пусть хоть на тысячу осколков рассыплется — Би Де было всё равно.

Впервые в жизни он намеренно ослушался своего мастера.

Они смотрели друг на друга. Один — спокойный, с твёрдым лицом. Другой смотрел в ответ; его глаза были мутными и тёмными, полными скорби и гордости.

В итоге, пока мы ждали Лу Жи, я провёл ночь в постоялом дворе. Ночь и большую часть следующего дня. Но наконец меня вызвали. Лу Жи был рядом.

Я шёл по городу на встречу со своим старшим учеником. На плече у меня сидел петух, вокруг руки обвилась змея, а под рубашкой прятался кролик.

Сегодня я чувствовал себя просто отлично. Может, дело было в том странном повторяющемся сне, где я бросался грязевыми шарами в какого-то ребёнка. Раньше после него я всегда просыпался немного грустным. А сегодня? Сегодня я был на вершине мира.

Может, было плохой идеей брать их с собой на встречу. А может, и нет. В любом случае я сказал, что они сами могут выбирать.

И, если честно, я гордился Большим Би за то, что он мне отказал. Странно такое говорить, но… приятно знать, что кто-то любит тебя достаточно, чтобы указать тебе на твою чушь.

Я уважал бы их выбор — к добру или к худу. И встретил бы всё, что ждало впереди.

Нет.

Мы встретим всё, что ждёт впереди.