Глава 869. Грогги (5)

— Я скажу.

Канис подошел к Дороти.

— Если Святилищу нужны просто минералы, разве нельзя взять их в другом месте?

Ируки спокойно ответил: — Можно.

— Тогда зачем нас выгонять? Это исторически важный объект. К тому же, мы вложили в этот проект все свои сбережения.

— Вам обещана компенсация, разве нет?

— Дело не в этом!

Проблема была не в деньгах, а в чувствах.

— Хотя бы объясни толком! Если уж собираешься использовать весь хребет, зачем так жестко ставить условия?

— У Святилища нет времени. Мы не будем ограничивать объем добычи и не можем учитывать ваши обстоятельства.

Канис понял намерения Ируки — тот не хотел оставлять ни 0,1% неопределенности.

— Одним словом, мы для тебя просто помеха?

— Можно и так сказать.

В глазах Каниса вспыхнул гнев.

— О-о-о, вот как? Повзрослел, Ируки.

Рыцари позади одновременно обнажили мечи, и пространство наполнилось леденящей кровь аурой убийств.

— Что за…?!

Клозер и Савина вошли в Зону Духа, но уже понимали разумом: «Они действительно сильны». Давление коллективной боевой ауры было настолько сильным, что перехватывало дыхание.

— Канис, бесполезно, — сказала Арин.

— Ируки не передумает.

Через Восприятие Ируки выглядел как гигантское пламя, сжигающее собственную жизнь в качестве топлива.

«Это не то же самое, что готовность умереть».

Его воля превзошла саму жизнь, создавая ощущение, что он обязан добиться цели.

— Тьфу! Считай, тебе повезло.

Канис подавил свою боевую ауру, и Клозер с Савиной вышли из Зоны Духа. Атмосфера стала гнетущей.

— Обязательно было говорить так? — спросила Дороти.

— Можно же было объяснить нормально. Попросить помощи, договориться. Мы ведь не чужие люди…

Ируки внимательно посмотрел на нее. Девушка-фантазерка, жившая в своем мире, теперь стала взрослой и вела команду.

— Ты сильно изменилась.

И ее откровенная одежда, открывающая грудь, и прямолинейность — все было не так, как раньше.

— Нет, я ошибся.

Конечно, с возрастом многое меняется. Но то, что они пережили вместе, не могло исчезнуть.

— Мир за стенами академии суров. Я уже не такая упрямая, как раньше. Но я все еще иду к своей мечте.

Канис, Арин, Клозер и Савина — все они сохранили свои юношеские мечты.

— Тогда считай, что изменился я.

— Ты сам мне говорил! — крикнула Дороти.

— В мире нет взрослых! Есть только дети и дети, притворяющиеся взрослыми!

— На самом деле, в тебе все еще есть это. Почему ты говоришь так, будто и правда стал настоящим взрослым?

Она чувствовала обиду. Даже будучи расчетливым, Ируки, которого она помнила, был ребенком, понимавшим, что по-настоящему важно.

— …Прости, но у меня нет времени на это.

Только Арин поняла истинный смысл его слов.

«Ируки прав, Дороти».

Она не знала, что случилось с его телом, но ее Восприятие показывало, что он уже отпустил жизнь.

«И если он не говорит об этом… то потому, что хочет оставаться сильным перед друзьями. Я бы поступила так же».

Поэтому, даже когда товарищи противостояли ему, она могла только молчать.

— А? Нет времени?

Дороти резко развернулась и легла перед Хикори-19, раскинув руки.

— Тогда дави! Мы не уйдем! Дави нас или убивай, как хочешь!

Ее лицо, с закрытыми глазами, выглядело печальным.

«Вот сволочь».

Кто угодно, но не Ируки должен был так с ней поступать.

«После того, как Дороти так ждала этой встречи…»

Савина, понимая ее чувства, легла рядом и закричала: — Да! Убей нас, у-у-бе-ей!

Ароми поправила очки.

— Мы арестуем их.

Когда рыцари сделали шаг вперед, Ируки повернулся.

— Хватит. Сегодня отступаем.

— Но…

— Они давно исследуют хребет. Их навыки пригодятся. Сейчас конфликт только навредит.

Ароми не любила отступать от рабочих принципов, но уважение к Ируки было для нее важнее. Она обратилась к Канису: — По указанию главного стратега даем вам один день. Надеюсь, вы примете разумное решение.

Когда карета Святилища скрылась из виду, Арин подошла к двум женщинам.

— Они ушли. Можете вставать.

Дороти угрюмо опустилась на землю.

— Сегодня работать не будем. Вернемся, обсудим план. И вариант Ируки тоже рассмотрим.

Как бы ни злились, маги всё равно делали свое дело.

* * *

— Простите за скромное жилье. Мы не ожидали, что вам придется здесь остаться…

Временный лагерь, где остановился Ируки, находился в 300 метрах от раскопок.

— Ничего. Как дела у раскопочной команды? — Ароми сделала вид, что смотрит в сторону.

— Засели в бараках, даже носа не показывают. Кажется, изучают переданные нами документы.

Ируки поднялся со стула.

— Они согласятся. Они злятся на меня, но ребята умные и рациональные. Не волнуйтесь.

Ароми натянуто улыбнулась.

— Я не волнуюсь. Волнуюсь о вашем здоровье. Раз уж так вышло, отдохните хоть день.

Но даже если бы он хотел отдохнуть, мысли об армии Ада не покидали его голову.

* * *

Ночь. Все, кроме дозорных, уже спали. Ируки, дремавший в кресле, приоткрыл глаза, услышав шаги.

— Отпустите. Да отпустите же!

У входа в барак Дороти, сдерживаемая рыцарями, яростно вырывалась. Без рабочей одежды она выглядела почти как в академии, только наряд стал еще откровеннее.

— Главный стратег! Эта женщина явилась без…

— Всё в порядке.

Когда рыцари вышли, Дороти потерла зажатое запястье и подошла ближе.

— Ничего себе. Эти железные дровосеки тебя как щенки слушаются.

— Зачем пришла?

Дороти промолчала.

— Если насчет прав на раскопки — моя позиция неизменна. Завтра начнет работу подрядчик…

— Не в этом дело.

Дороти резко перебила.

— Работа работой, но у нас есть личный нерешенный вопрос, разве нет?

Она шагнула вперед быстрее, чем обычно.

— Ты пьяна?

— Неважно! Я хочу знать… почему?

— Что?

Дороти не забыла. Ни на секунду.

— Мы целовались.

— Ты поцеловала меня.

— Неважно! И мы встречались!

Все 13 минут.

— Почему? У тебя были хоть какие-то чувства? Или просто любопытство?

— Какая разница?

— Мне важно!

Первый парень. Первый поцелуй. Могла бы оставить это просто приятным воспоминанием, но, увидев его снова, не смогла не спросить.

— Я…

Ируки, вспомнив годы в академии, вздохнул и оборвал себя на полуслове.

— Хватит. Это бессмысленно.

— Бессмысленно? Почему? Теперь, когда ты важная персона, это стало детским? Или боишься, что я потяну тебя вниз?..

— Я скоро умру.

Дороти замолчала.

— …Что?

— Мой мозг… он слишком мощный. Сжигает жизнь. А недавно стал работать еще быстрее.

Если это была шутка, то очень злая.

— Ч-что за бред? С чего бы кто-то умирал от того, что слишком умный?!

— Не настолько опасный. Может, и продержусь. Но я — ключевой интеллект Святилища. И останавливаться не собираюсь. Если продолжу Овердрайв…

Ируки сделал жест руками, изображая взрыв.

— Нет.

Дороти покачала головой.

— Не может быть.

Она злилась, чтобы скрыть страх, но на самом деле… это был друг, по которому она так скучала.

— Ха-ха! Не пугайся. Пока держусь.

Пока.

— Честно, даже легче стало. Я не могу позволить себе слабость. Слишком много жизней на мне. Кстати, твой Хикори-19 впечатляет. Говорят, ты его здорово улучшила?

Дороти скривилась.

— Почему ты такой идиот? Совсем не изменился!

Ируки горько усмехнулся.

— В любом случае, помоги. Ты же глава команды, уговори своих…

Не дав договорить, Дороти схватила Ируки за ворот и швырнула на койку.

— Я же сказала: пришла не за делами. Ты обязан дать ответ.

Дороти сбросила обувь и взобралась на койку, зажав лицо Ируки между бёдер. Её короткие джинсы открывали всё до самого верха.

— ...Что ты делаешь?

— Если не понимаешь, то ты не мужчина. Хотя ты понимаешь.

— Ты сумасшедшая.

— С чего вдруг? Я — Дороти.

И это он тоже знал.

— Я же сказал. Я не остановлюсь. Моя жизнь может оказаться слишком короткой для... чего-то с тобой.

Уголки губ Дороти дрогнули.

— Если завтра умрёшь — перестанешь есть?

Ируки на секунду задумался, затем медленно покачал головой.

«Левое бедро. Правое бедро».

Бежать было некуда.

«Чёрт, прямо в лоб».

Он резко приподнялся.

* * *

Следующее утро. Дороти, выскользнувшая из барака, как воровская кошка, зашла в здание команды, будто ничего не произошло. В гостиной команда изучала юридические документы, переданные Святилищем. Савина подняла голову.

— Где ты была? Утром в комнате не ночевала.

— А? А, просто проверяла площадку.

Притворившись невинной, Дороти вошла в зал. Канис ворчал, недовольный: — Чёрт, даже так — выгонять нас таким образом...

Всё ещё тот же вопрос.

— Слушайте, — осторожно начала Дороти.

— Может, просто уступим? Ируки явно загружен войной. Руины важны, но человечеству сначала нужно выжить.

Команда моргала, удивлённая её внезапной переменой. Арин сказала: — Мы уже склонялись к этому. Всё равно против Святилища в суде не выиграть.

Савина, подперев подбородок, листала документы.

— Мы просмотрели, условия не такие плохие. Права на следующие раскопки остаются за нами, компенсация достойная.

Лицо Дороти просияло.

— Тогда я поговорю с секретарем? Может, выбить ещё лучшие условия?

Папка с бумагами захлопнулась.

— С этим согласны. Но сначала кое-что проясним.

— М-м? Что прояснить?

Савина ткнула пальцем в Дороти, щурясь.

— Ты переспала с ним, да?

— О-о-о?

Клозер тут же оживился, а Дороти закатила глаза.

— Ну, вообще-то...

Даже десять ртов не помогли бы ей объясниться.