Глава 1: Покорять океан
080 Море! «Что ещё за способ загорать?»
Море широкое и большое.
Твоё море — моё море.
Моё море — моё море.
Мы плыли по морю на корабле.
Автор песни — я. Название: «Твоё море — моё море».
Лёжа на шезлонге, я напевал собственную песню, когда...
— У тебя слуха нет.
... Прозвучал голос.
Это была Алеида, которая постелила полотенце и собралась прилечь.
Улёгшись, она подставила спину под солнце.
Рыжие волосы были убраны направо и налево, а кожа сияла под солнечными лучами.
... Однако.
— Не умеешь ты загорать. Вообще ничего не знаешь.
— Что?
Повернувшись, она приподнялась и посмотрела на меня.
— Что ещё за способ загорать?
— Когда ложишься на живот, бретельки лифчика надо убрать. Иначе следы так и останутся. Обычный способ.
Из-за того, что лежала на животе, грудь прижала. Когда приподнимается, можно увидеть, но пока лежит, ничего не разглядеть. Вся сексуальность загара, возможность что-то разглядеть, надев верх купальника, дворняжка испортила весь вид.
— ... Извращенец, — сказала она. Сделала девушка это, смотря на меня краем глаза.
— А? Извращенец? — я стал скалиться. — Ну ты. На кого рот открыла? Грудь, попку, это местечко и дырочку сзади, ты всё мне показывала, а теперь смущаешься?
— Я-я не говорила... Что смущаюсь! Я сказала, что ты извращенец!
— Да это одно и то же. Сама показывала, как у тебя глубоко эта дырочка открывается, и я даже знаю, сколько у тебя морщинок в попке...
— Ва! Ва! Ва! Ва!
— Заткнись ты... Снимай верх. С этими своими «ва-ва» никакого отдыха для моих глаз.
— А! Блин! Сказала же! Извращенец! Озабоченный!
Алеида принялась прикрывать грудь руками.
Сколько раз, нет, десятков раз её тело изучал, а она смущается?
Ну, такая уж она, это даже интересно.
— Орион... Верх. Снять?
Скелтия сняла одну лямку, глядя на меня.
— А. Ага. Как самой удобно будет.
У Скелтии цельный купальник. То есть не разделён на две части.
Тут без разницы на животе лежишь или на спине.
Маленькая грудь. На неё не влияет вес и гравитация.
И нельзя сказать, что маленькие сиськи — это плохо. Ага.
Она вне категорий.
Просто со спины или сбоку во время солнечных ванн мало возможностей ей насладиться.
— Ради господина Ориона... Это... Я...
Находившаяся в тени Мития взялась за верх купальника. Она собиралась снять его, но я остановил.
— У тебя и Морин прекрасный белый цвет кожи, вам не обязательно выходить под солнце.
Мития, Морин и Коморин в моём мире были бы европеоидами.
Алеида кочевница, и у неё более смуглый цвет кожи.
Загар даже полезен для Алеиды и ещё кое-кого...
— Алеида. Раз не хочешь, то и не надо.
— Я-я не говорила, что не хочу...
Я вздохнул и повернулся в другой женщине.
— Господин Орион, вот так ведь.
Наставница Зайка сняла верх и легла на живот.
Её две выпуклости оказались прижаты.
— Да, да, хоть кто-то понимает.
— Так ведь я распутница.
На ней был купальник зайки. На голове обруч с ушками. И внизу на купальнике был белый и круглый «хвостик».
Она покинула континент и села на этот корабль.
Я зову её «наставница» Зайка.
И наставница она потому что ей я проиграл. И если спрашивать, в чём, то в том самом.
У неё отличная попка, хотелось её попробовать, и она превратилась в настоящего зверя. И в итоге съела меня.
Она научила, что разница в силе в сексе не так важна.
Каждый вызов учит меня чему-то новому. Я постоянно на силу полагался. Она объяснила мне это, выжимая всякий раз.
Потому тут она моя «наставница».
Я наблюдал за грудью наставницы Зайки...
— Р-р-р... Раз ты так хочешь, я сниму верх...
Дворняжка что-то там говорит.
— В-вот... Сняла. Теперь лягу... Вот так?.. Вот, прижала.
Дворняжка опять что-то там говорит.
— В-вот... Сделала... С-смотри...
Игнорируем.
— Смотри...
Вот ведь. Расшумелась.
Могла с самого начала так поступить. А теперь поздно, не буду я смотреть.
Ни за что не буду.
Буду смотреть только на наставницу Зайку.
Я посмотрел в её сторону... И увидел фигуру, драившую палубу.
— Эй. Новенький. Не халтурь, — сказал я.
— Я не халтурю, — продолжая убираться, ответил он.
— И на сиськи моей женщины не пялься. Иначе в море сброшу.
— Не пялюсь.
Но ведь точно посматривает. И лицо красное в подтверждение.
Это безбилетник.
Пробрался на корабль, когда мы с континента отбывали.
Претендент на победу на турнире, Восьмёрка-кун.
Стоило бы его в море выкинуть.
И это не я злодей, так бы любой поступил.
Если не красотка или хотя бы не красавчик, плавать ему...
Но Алеида и ещё несколько человек пожалели его, и я не стал сбрасывать его к акулам, а оставил работать. Корабль большой, и Морин с Коморин тут со всем справиться непросто, так что удачно он заглянул.
Я знал о зайце, но притворился, что не заметил... Отчасти из-за этого.
Но этот смазливый пацан... Уже достал просить «Если пригожусь, сделайте вашим учеником».
Я не переживал, что он на коленях трое суток умолял, пусть бы так и засох, но женщины начали его жалеть... И кто-то сказал, что только зря человек пропадает...
В общем не высох он.
Пришлось взять его на «обучение».
И всё же. Хоть и рос капризным богатеем, на работу не жалуется.
Даже если шучу, чтобы вылизал добела унитаз, он это делает... Обувь мою сам греет...
Его верность... Если с дворняжкой сравнивать, то она просто поражает.
Что я сделал для него?
... А. Да спас от клеток злого божества, когда они его захватили.
Так-то я и не собирался. Просто пытался уничтожить их, чтобы никто не пострадал, и случайно он остался.
В итоге вышло, что я его спас.
Но мои женщины.
Уверен. Они одурманены магией красавчика.
А если бы он был не красавчиком, а свинорылым, они бы так же реагировали?
Нет. Точно уверен. Готов даже поспорить. Никто бы не возражал, если бы его акулам скормили.
Кстати, возражать против «красавчик — закуска для акул» стали Алеида, Кузаку и Мития. Все трое были сурово наказаны. Трахал до потери сознания. Хотя кажется, что это не наказание.
Вроде как наказал защитниц, но...
Если с другой стороны посудить...
Они это даже приветствовали.
Если красотка попросит сделать её ученицей...
Ага. Сделаю.
Конечно же за учёбу будет платить телом!
— Учитель. Я убрался, как вы просили. Так что научите меня владению мечом. Учитель.
— Придурок. Это практика. В тебя вообще ничего не заложено. Уборка палубы — лучшая тренировка для нижней части тела.
— Вот как! И правда! Учитель!
Восьмёрка стал убираться ещё в три раза быстрее.
А-ха-ха-ха-ха. Вот же он дурак.
— И ещё. Это твоё «учитель»... Завязывай.
— Да! Учитель.
— Ничего ты не понял...
— Смущаешься, — я уставился на влезшую Алеиду.
Она расстегнула купальник и лежала на животе.
Её выпуклости от этого изменили форму.
Угу. Отлично. Отлично.
— Эй, Хати. Неси попить.
— Я Восьмёрка.
— Заткнись. Хати... У меня тут Каку, Ске, значит ты Хати.
— Я не Хати, а Восьмёрка.
— Достал. Отымею.
Восьмёрка покраснел. Чего он красный такой?
И женщины почему с каким-то странным предвкушением на меня смотрят.
Мне это вообще не интересно.
Что б его. Жаль, что он не женщина.
Личико симпатичное. Волосы светлые и длинные. Хоть и мужик, а такие длинные и шелковистые. Для «деревенского героя» тут вообще стесняться нечему, тело у него что надо.
Прискорбно. Серьёзно. Родился бы он женщиной.
Родись он женщиной, обладал бы идеальными пропорциями и красотой.
Красивой женщиной или девушкой. От возраста зависит.
— Эй, Хати. Тебе сколько лет? — спросил я, когда он вернулся с напитками.
— Семнадцать.
Ага. Значит девушкой, а не женщиной.
Лёжа на шезлонге, я пил принесённый Восьмёркой коктейль.
На голубом небе плывут облака.
Граница между небом и морем кажется размытой.
Разница между синевой и голубизной слишком нечёткая.
Хорошо ехать на повозке...
Но и на корабле довольно неплохо...
081 Остановка на острове «Эй, это карта сокровищ?»
Бесконечный океан.
Корабль продолжает плыть к бескрайнему горизонту.
Стоя за штурвалом, я напевал.
Этот корабль — волшебный.
Хоть есть штурвал, управлять им ни к чему.
... Но когда особенно скучно, я стою за ним.
Когда сам управляешь судном, можешь насладиться плаванием.
Когда меня нет, тут Коморин сидит и вообще не шевелится.
Я пересаживал её на колени и сам брался за штурвал.
Корабль двигается на мане, так что хоть мачта и есть, паруса собраны.
Можно плыть с помощью ветра, но это скорее вспомогательный способ.
По морю можно плавать даже без моряков благодаря утерянной древней и эффективной магической технологии.
Даже полвека назад, когда я был героем, это было очень полезно.
Корабль конечно не такой же, но очень похож...
Но я удивился, узнав, что они ещё существуют.
И всё же ну организатор турнира даёт. Здорово, что можно выиграть такое.
Правда победителя там заранее определили, потому корабль отдавать не собирались...
Однако я победил, и теперь корабль мой.
Я много где на нём побывал. Держа штурвал, я испытывал ностальгию.
Под конец появились летательные аппараты и божественная птица, то есть более удобный транспорт, потому его мы почти не использовали...
— ... М.
Коморин у меня между ног заёрзала.
Маленькая попка стала двигаться.
Это значило, что сознание теперь в ней.
Я называю неподвижное состояние «режимом сна».
Когда они двигаются обе, это даёт слишком большую нагрузку, так что одна чаще всего именно в режиме сна.
В таких случаях Коморин продолжала спокойно сидеть на моих коленях. Вообще не двигалась.
Мягкие округлости её попки находились между моих ног.
Хм...
Ещё три года. Нет, два.
— ... Мастер?
Задрав голову, она посмотрела на меня.
— А. Нет. Ничего. Вообще ничего. Всё в порядке.
— Мастер. У вас встал?
Что эта лоля спрашивает?
— Ага, да. Нет. Не встал. Отдыхает. Отдыхает. Крепко.
— Встал, — сказала она, надавив попкой. Уверенно так сказала.
— Я была бы рада, если бы вы любили и меня.
— Нет, нет, нет, что ты говоришь, Морин?
— Я Коморин.
Коморин и Морин — это один человек. Одна душа в двух телах.
Одна взрослая, больше двадцати лет внешне. А другая лолита, которую едва можно тинэйджером назвать.
— Я считаю, что это несправедливо. Это как любить правой рукой, но не касаться левой... Будто чего-то не хватает. Понимаете?
— Нет. Не очень. Не понимаю.
— Но у вас встал.
Маленькая попка снова зашевелилась. Специально нажимает.
— Лолита, не трогать.
— Что?
— Это заклятие.
— И для чего?
Я сунул руки Коморин подмышки и поднял.
Я решил, что не буду сдерживаться, но самоконтроль ещё при мне.
— Меня это не устраивает, — сказала поднятая точно кукла Коморин. Губы сжались на миллиметр. Если ты не главный специалист в моринологии, то даже не заметишь этого.
— Так ты по какому-то делу?
— Верно, — точно вспомнив, сказала она. — Мастер. Можно сменить курс?
— М?
— На два часа архипелаг. Овощи и фрукты там просто замечательные.
— О.
Я кивнул и стал крутить штурвал.
Сменить курс.
***
— Ах! Земля! Земелюшка! Давно не виделись! — шумела Алеида. Она прыгала по земле.
Пришвартовавшись в порту, мы ступили за остров.
Вслед за вылетевшей Алеидой засеменила Скелтия. Дальше пошли Морин, Коморин, я, наставница Зайка, Кузаку, Восьмёрка и Мития в форме лошади.
Всего девять.
Большая же теперь семейка. А раньше были только Морин и я.
И всё мои женщины.
... Хотелось порадоваться, но тут кое-кто лишний примешался.
Восьмёрка. Он. Вот ведь. Лучше бы женщиной родился.
Мы высадились на остров по совету Морин.
Вообще останавливаться здесь было ни к чему, но тогда бы в путешествии не было бы никакого смысла.
Раньше Морин и Коморин использовали магию телепортации и доставали еду и вещи первой необходимости.
А теперь надо было больше всего.
В городе был небольшой рынок, мы взяли овощи, фрукты, зерновые, птицу, мясо и рыбу.
А на спине наконец ставшей лошадью Митии была корзина вместо упряжки.
Туда мы складывали покупки.
Я переживал из-за того, что она одна несёт багаж, но хвост у неё довольно раскачивался.
Работящая девочка.
Помимо продуктовых тут есть и ремесленные магазины.
Они интересны торговцам, но не нам.
Так я подумал...
И тут влезла Алеида.
— Э-хе-хе... Мне идёт?
Она примерила заколку с красивым камнем.
И у кого она спрашивает?.. А, у меня.
— Не идёт, уродина.
— Жестоко!
Нет никакого очарования в модных украшениях в её случае.
У неё собственный шарм. И это её ненормальность.
— Светится... Красиво, — Скелтия рассматривала другое украшение.
И ей не украшение понравилось, а именно камень.
— Покупаем, — сказал я.
Ну что? Это ведь ради милой дочки. Можно украшение-другое купить...
— Погоди! Почему отношение другое? Чего так?! Почему, когда я прошу, ты говоришь, что я уродина, а Ске покупаешь?! Не честно!
— Ты что-то просила? Когда?
Так это просьба была? Тогда сожалею.
— Тогда один предмет на человека, — сказал я, ведя себя как учитель на экскурсии.
— Кья,- Алеида сразу же подскочила к товарам.
Всего было много. Были вещи, менявшие цвет глаз, поделки из дерева, вещи разных племён.
Даже всякое старое барахло.
Глаза Алеиды и Скелтии бегали туда-сюда.
Мития вела себя сдержанно.
Кузаку позади всех бросала взгляды, когда я кивнул, она наконец подошла.
И чего она такая скромная? Всегда где-то над потолком сидит. Со всеми не ест. Даже не говорит, когда её очередь в постели подходит.
О?
Даже Морин и Коморин украшения выбирают.
Я собирался моим девочкам купить... Ну. Ладно Морин тоже моя женщина. В моей семье она скорее мать.
И вообще. Госпожа Морин. Ты вместе с Коморин выбираешь? Я же вроде говорил про одну вещь на человека... Ну. Ладно уж.
— Эй, — я позвал Восьмёрку.
— Да. Что?
— Ты чего за вещи схватился? Думаешь, я и тебе что-то куплю?
Он потянулся к старой кукле. Какому-то хламу.
— А? Но мне тоже что-нибудь хочется, учитель.
— Хватит меня учителем звать. Я не брал тебя в ученики.
— Как же так.
— Я уже говорил, если хочешь стать учеником, переродись женщиной.
— Это невозможно.
— Не кокетничай тут.
Я стукнул Восьмёрку по голове. И хоть просто тыкнул, я ведь герой. У него половина здоровья слетела.
— Ха!
Он выронил куклу из рук.
И при ударе её голова откололась.
— Эх...
Придётся покупать.
***
Мития везла вещи, и мы возвращались на корабль.
— Вот что мне учитель купил! Это моё сокровище! — сказал Восьмёрка, и я выхватил у него сломанную куклу.
— И чего я тебе это купил?
— А! Не отдадите?! Не отдадите?! Жестоко!
И чего я так добр с мужиком?
— ... О?
У куклы и на теле трещина.
Внутри она полая, там какой-то листочек... Вытащил.
Я развернул, это оказалась карта острова. И в одном месте был крест.
— Что это? Что это?! Карта сокровищ?! — Алеида начала скакать.
— Вроде остров из этого архипелага. Необитаемый, — бросив взгляд на карту, сказала Морин.
— Хм...
Припасы мы пополнили. Сувениры купили.
Даже заполучили неожиданный «сувенир».
Так. Ну и что теперь?
082 Родник женщин «Что если у тебя есть возможность стать моим учеником, как поступишь?»
— Так. Место на этой карте...
Мы прибыли на остров, прошли через лес, поднялись на холм и оказались на открытой территории.
И тут был родник. Размером с небольшой пруд.
Карту от руки нарисовали. Точно местоположение мы установить не могли, ведь не могли посмотреть свысока.
Но больше тут ничего примечательного не было.
А значит цель — этот родник.
— Эй! Сокровища! Где они? Где они здесь? — Алеида скакала вокруг.
Дворняжка подумала, что в старой кукле прятали карту сокровищ...
Но я не думал, что это и правда карта сокровищ.
Однако раз её скрыли, значит в этом месте должно быть что-то особенное.
У Восьмёрки показатель удачи на высоте, вот я и подумал, а вдруг...
Ну, это могла быть просто детская шутка.
Ах, я такие и сам делал. Когда мелким был.
Карта сокровищ!.. Я писал всякую чушь и прятал потом.
***
Эта карта из таких же?
В таком случае... Раз мы что-то рассчитываем найти... То мы идиоты.
— ... Кузаку. Здесь есть какие-нибудь проходы в подземелье? Или может гробницы? — спросил я у девушки.
Всё же у неё профессия рейнджер.
— Нет. Ничего, — Кузаку лишь пожала плечами.
Похоже она уже всё осмотрела.
— Значит, если что-то и есть, то в этом роднике...
Я посмотрел в воду. Ничего необычного, простой родник.
— В нём какая-то магия, — сказала Морин.
Её глаза были направлены на воду.
Хм. Всё же не простой этот родник.
— Использовать оценку?
Я применил навык. И вот...
... «Родник женщины».
Прояснилось название.
Я использовал оценку и на карте.
Оказалось, что это «карта родника женщины».
Ну да.
Одно название и выяснил. И никаких подробностей. Проблема в уровне навыка. Я использовал его лишь для проверки статуса и навыков людей, потому не прокачивал.
Может пусть мудрец Морин оценит? У неё навык максимального уровня... Хотя был способ проверить и получше.
— Эй. Хати.
— Что, учитель?! Но я не Хати, а Восьмёрка.
Сразу же ответил, но ещё и поправил.
Ну раз так.
— Заткнись. И не перечь. Хати с тебя достаточно.
— Жестоко. Что ещё за Хати?
— А, со мной так же было, — сказала Алеида Хати. — ... Не знаю почему, но я стала Каку. Мы Ске и Каку.
— Да плевать на это.
— Раз плевать, то и не давай странные имена.
— Отказываюсь, — ответил я Алеиде и повернулся к Хати.
У меня для него важная задача.
— Слушай, Хати. Вот допустим. Что если у тебя есть возможность стать моим учеником... Как поступишь?
— Сделаю это!
Да. Сразу же ответил. Отлично.
— Тогда встань здесь.
Я заставил Восьмёрку встать на краю родника.
— А? Это... Учитель? Что мне делать-то?
— Помолчи. Повернись и стой.
— Д-дя...
И я... Отвесил ему пендаля.
Восьмёрка упал прямо в родник.
Буль, буль, буль.
Ко дну пошёл.
— Аха!.. Пха!.. У-учитель!.. Вы что делаете!..
— В родник тебя толкнул.
— И зачем вы это сделали?!
— А как он называется?
— Это! Это, это! Вроде «Родник женщины»!
— Ага. Верно.
Судя по карте, здесь полно всяких родников.
И наверняка у всех свои имена.
У Восьмёрки невероятно высокий показатель удачи. Я думал, что его вообще от клетки злого бога не отделить.
Но он выжил.
У Момотаро в гоблинской кастрюле, которого вышло к жизни вернуть, тоже высокий показатель удачи, но у деревенского героя он должен быть ещё выше.
Из-за половой принадлежности я отказывал Восьмёрке в ученичестве.
А потом эта карта «совершенно случайно» попалась ему, спрятанная в кукле.
Из этих двух фактов вытекает...
— Блин, жестоко, учитель...
Восьмёрка выбрался на берег.
Весь мокрый, с него стекала вода.
Одежда прилипала к телу, а с длинных золотистых волос лил настоящий поток.
О...
Э-это...
Вода капает...
Я сам не понял, как протянул руку.
И схватился за сиську.
— А?
С широко открытыми глазами Восьмёрка посмотрел на мою руку.
А потом опустил взгляд на свою «грудь»...
— И?! И-и-и-и!..
— Хм. Размер Е. Отличные у тебя сиськи.
Размер и упругость — никаких замечаний.
Плечи шире, чем у обычных женщин, потому грудь кажется не огромной, а прекрасной и сбалансированной.
— Отлично! Признаю тебя моей ученицей! — громко сообщил я.
— А?! Правда, учитель!.. Ва! Кья?!
Я схватил Восьмёрку за плечо. Взял в захват. И потащил назад.
— Ну... Это, Орион. Погоди. Мы не поспеваем... — что-то говорила Алеида.
— Смотри! Красотка ведь! — я показал ей Восьмёрку.
Симпатичное личико. Длинные светлые волосы. Подтянутое тело.
Я столько раз думал, что это женщина...
И теперь это женщина!
— Да. Красивая... Слушай. Но ведь. Если мне не изменяет память, ещё недавно... Секунд тридцать назад... Он был мужчиной...
— Мелочи! Не бери в голову! — сказал я.
Плевал я на это.
Я не такое ничтожество, чтобы переживать о прошлом красотки.
— А, блин! Не могу терпеть! Ладно! Сделаем это здесь!
Я повалил красотку на траву.
— Х... Хотя бы давайте на кровати! Учитель!
— Отказано!
Мы сделали это под ясным небом.
У меня был безумный секс.
083 Главное - внешность «Кто внутри – не важно, главное внешность»
Утро.
Всё ещё не до конца проснувшись, я шарил рукой по кровати, в поисках того, что тут должно быть.
Ага.
Есть. На месте.
Вот так. Похлопаем.
То, что недавно достал. Предмет моих недавних увлечений.
Пользовался им прошлой ночью. И днём ранее, и ещё раньше.
Хм.
Может ещё разок воспользоваться перед завтраком?.. Так я подумал, протянув руку.
«М-м», — прозвучал сонный голос.
— Орион, завтрак готов...
Дверь открылась, и появилось лицо дворняжки.
Она не договорила, и я спросил.
— Что?.. Присоединиться хочешь?
— Я в шоке.
— И почему в шоке?
— Почему?..
— Ах, учитель... Нет, не надо... Госпожа Алеида смотрит.
Восьмёрка в моих руках стонала. А я трогал её здесь и там.
— Слушай. Орион. Думаю, ты понимаешь... — сказала Алеида. Голос был поражённым. — Она... Была мужчиной.
— Нет. Тут только ты не понимаешь, — серьёзно ответил я.
— А? Я? Что... Почему? Что ты говоришь?
— Что было — не важно... Или что? Если старуху омолодить и она станет красоткой, ты всё равно будешь относиться к ней как к старухе?
— А? Так старухи к делу отношения не имеют. Тут речь о том, кто он внутри, мужчина или женщина...
— Кто внутри — не важно! Главное внешность! Вот и всё!
Что вообще несла эта дворняжка?
Вообще не понимаю.
— А? Нет, ну... Если ты так говоришь... Ну... Ладно.
— ... Так. А ты что? Будешь просто наблюдать? Или присоединишься?
— Д-дурак!.. Давай быстрее спускайся!
Алеида покинула комнату.
Она попросила быстрее, потому я ускорился.
— Ах! Учитель! Так внезапно, н-нет!
Крики Восьмёрки стали сладостными стонами.
***
Вместе с Восьмёркой я спустился в гостиную на первом этаже.
Завтрак уже был готов, и ждали только нас.
Я здесь главный, потому без меня завтракать не начинают.
Я спокойно сел на своё место. Никто не говорил по поводу того, что я опоздал или заставил ждать.
У нас тут никто не жалуется.
— Мастер. Сегодня у нас минестроне с красными бобами.
Пришлось меня подождать, но суп был тёплым. Морин как всегда идеально справляется.
— Из-за того, что Орион опоздал, я проголодалась.
Поправлюсь.
У меня жалуется одна лишь дворняжка.
— Она слишком хороша, — я погладил попку Восьмёрки.
«Хья», — раздался милый визг.
Мне плохо становилось от мысли, как он с такой мордашкой хмурился, когда мужчиной был.
А теперь женщина и да, это миленько.
— Пошляк, — пока я заигрывал с Восьмёркой, Алеида сказала так, чтобы я мог услышать.
— Ты сама не присоединялась.
— Не присоединялась. Ты странные вещи говорил.
— Какие ещё странные?
— Слишком добрые.
— Я добр с женщинами.
— Врёшь. Ты не добр с теми, кто не позволяет тебе делать это. А она ещё недавно была мужчиной.
— Но сейчас женщина.
— Но ведь она ещё недавно мужчиной была, так что и внутри мужчина. Да, Восьмёрка? Ты же не стала в душе девушкой? — Алеида спросила у Восьмёрки.
Она вытянулась, сидя рядом со мной, и ответила:
— Это... Да. Именно... Так.
— И когда Орион тебя брал... Делал с тобой всякое, тебе неприятно было?
— Н-не то, чтобы... Неприятно.
— ... А?
Алеида была в шоке.
Ага. Я знал.
Она постоянно говорила «сделайте меня учеником», потому наверняка ей этого хотелось. Так что я и держал его подальше. И пинал. Не особо радостно, когда тебя мужик любит.
Но когда она стала красоткой — совсем другое дело.
Восьмёрка слишком красива, чтобы быть мужиком...
Я вытянул руку и погладил её по шее.
— Котенька.
— ?! Какая ещё котенька?! — закричала дворняжка. И чего она добивается? — Блин! Да пойми ты. Внутри это парень! Парень!
— Это ты тут что-то непонятное несёшь, — прохладно сказал я.
— И что? Сделала бы это с той, кто внешне двенадцатилетняя, а внутри ей уже миллиард лет? А? Ну что?
— Слушай... А это уже не крайности?
— Да плевать на странный возраст. Пусть будет сто тысяч или миллион лет.
Я бросил взгляд на Морин. Лицо такое же спокойное?
А? Неужели даже не миллиард лет?
— Э-это... Н-не сможешь ведь... Девочка двенадцати лет... Э-это ведь... Уже перебор.
— Ну да, — оставалось кивнуть.
— Это уже почти возраст для вступления в брак, — вмешалась Коморин. Сжала одежду горничной на груди и отпустила.
А на лице недовольство.
— Нет, хотя бы пятнадцати лет надо дождаться.
— И правда.
Великий мудрец соглашалась с мнением Алеиды.
— Ске... Пятнадцать.
Скелтия едва прошла.
Коморин — нет.
Вот такое было разделение внутри меня.
— Эй, Алеида. Так ты всё же согласна. Главное — внешний вид.
— Э? А? Это... Вот как? — Алеида озадаченно наклонила голову.
Бестолковая она. Легко запутать.
— Ты всё визжала тут. Но ведь просто не хочешь свою очередь пропускать.
— Н-нет!.. Это не так!
Эти три дня я был только с Восьмёркой.
А Алеида составила календарь, пометив, свои дни, думала, я не знаю.
Я же беру кого захочу и когда захочу.
То же было, когда Мития появилась, чтобы понять это, дня три ушло.
— Ну. Этой ночью можно взять кого-то другого.
— Тогда!.. Тогда! М-меня!.. — закричала Алеида.
Ты же. Вроде. Говорила. Что всё не так?
— И Ске.
Скелтия тоже вызвалась. Нечасто она инициативу проявляет.
Ревнует из-за того, что я всё время Восьмёрке уделяю.
Ага. Миленько. Миленько.
— Ске, твоя очередь позже!
Эту очередь ты сама придумала.
— Развратница тоже хочет этой ночью поразвратничать, — с улыбкой отозвалась наставница Зайка с другой стороны стола.
— Да. Тогда сделаем это все вместе.
— А? А? А-а-а? В... Все вместе?.. — Восьмёрка запаниковала.
— Морин, Алеида и Ске, Мития и наставница Зайка, а ещё Кузаку, — я стал загибать пальцы. — А Коморин будет наблюдать.
— Ну ты! Ты что ребёнку показывать собрался?!
— Так когда наблюдают, ещё сильнее возбуждает.
— Не возбуждает!
— Тогда ты и будешь просто наблюдать.
— !.. — Алеида лишилась дара речи.
А-ха-ха. Забавная она.
Думая о ночи, я стал завтракать.
Я наслаждался своей размеренной жизнью во время плавания.
***
Корабль. Здорово. Лодочка, плыви.
Господин Орион в этой жизни столько друзей завёл и живёт на полную катушку, так наслаждается.
Они все реслингом занялись? Ни одной ночи не упускают, больше всего им это нравится.
Знаю. Знаю. Я ведь богиня перерождения. Постоянно слежу за мирами. Потому прекрасно знаю про их ночные побоища.
Господину Ориону этой ночью будет непросто. Один против семи. Это ведь королевская битва? Буду наблюдать, не отводя взгляда, чтобы узнать, кто победит!
Я богиня, и физического тела у меня нет. Но если бы было, я бы тоже хотела заняться реслингом.