Глава 125. Уезд Дэхун

До уезда Дэхун добрались уже без новых происшествий.

Он лежал на дальнем краю Юньнани, у дорог, ведущих к Сычуани и Тибету. Здесь смешивались обычаи Центральных Равнин и западных земель, поэтому даже улицы выглядели непривычно.

Именно сюда Ха Джин Воль предложил отвести оставшихся.

— Через Центральные Равнины нас будут искать люди Облачного Небосвода. Лучше сделать крюк через Тибет и уже оттуда выйти к Ганьсу. Дольше, зато безопаснее.

Ён Му Сон согласился.

От охраны Торгового союза Белого Дракона осталось всего несколько человек. Даже вместе с Железным Братством отряд не набирал двадцати — меньше пятой части тех, кто отправлялся в дорогу изначально.

После пережитого никто уже не обманывал себя: если случится ещё одна серьёзная схватка, таким составом они её не выдержат.

Поэтому долгий путь через Тибет казался разумной ценой за возможность вернуться в Ганьсу живыми.

На развилке Юн Джа Мён остановился перед Джин Му Воном и почтительно сложил ладонь поверх кулака.

— Спасибо за всё, молодой господин Джин. Без вас я бы сюда не дошёл.

Джин Му Вон покачал головой.

— Не только благодаря мне. Слишком многие заплатили за это жизнью. Не забудьте тех, кто погиб ради вас.

— Не забуду. Их семьи получат всё, что им положено, и больше.

— Тогда достаточно.

Юн Джа Мён помедлил.

— Если когда-нибудь вам понадобится помощь, сообщите Торговому союзу Белого Дракона. Я подниму ради вас всё, чем располагаю.

— Благодарю за слова.

— Это не просто слова.

Он говорил иначе, чем прежде. В голосе появилась твёрдость, которой раньше не было.

— До этой поездки я думал почти только о деньгах. Теперь понял, что есть вещи дороже выгоды. Глядя на вас, я впервые по-настоящему понял, чего стоит верность слову. Дальше хочу жить не только ради прибыли.

Смерть людей вокруг изменила его сильнее, чем он сам ожидал.

Джин Му Вон коротко поклонился и подошёл к Хван Чхолю с Квак Мун Джоном.

— Дядя Хван.

— За меня не тревожьтесь. Закончу работу над своим искусством и сразу найду вас.

— Хорошо.

Джин Му Вон посмотрел на Квак Мун Джона.

— Присмотри за дядей Хваном.

— Конечно. А вы сами берегите себя, брат.

Квак Мун Джон даже ударил себя кулаком в грудь, стараясь улыбаться как можно шире.

Глаза у него были красные.

Его душила злость на самого себя.

Он хотел остаться рядом, хотел быть полезным, но прекрасно понимал: сейчас ему не хватает силы даже на то, чтобы не стать обузой.

Квак Мун Джон изо всех сил удержал слёзы.

Джин Му Вон молча потрепал его по голове.

Потом улыбнулся обоим и повернулся к тем, кто ждал дальше по дороге.

Ха Джин Воль. Чхон Ин. Тан Ги Мун с племянницей.

Им предстоял путь к Облачному Небосводу.

Поднялся ветер.

Джин Му Вон посмотрел на север.

* * *

Далеко отсюда между отвесными скалами лежало огромное ущелье.

Стены поднимались с обеих сторон почти вертикально, острые, будто лезвия. По дну с грохотом неслась бурная вода, вспениваясь на камнях.

Среди скал, деревьев и зарослей прятались люди в чёрном.

Их было больше сотни.

Они не двигались, почти не дышали и настолько хорошо скрывали присутствие, что сливались с местностью. Некоторые умели даже замедлять пульс и понижать температуру тела.

Это были профессиональные убийцы.

Врата Убийц «Синего Лотоса».

Организация существовала уже двести лет и гордилась безупречной репутацией. Заказ, принятый Вратами, считался смертным приговором. Их цель могла бежать, прятаться, нанимать охрану — итог, по рассказам, всегда был один.

Недавно им предложили необычную работу.

Убить одного человека.

Заказчик не раскрыл имени, зато назвал такую цену, какую Врата обычно зарабатывали за десять лет.

Отказываться никто не стал.

На охоту вывели почти всех действующих убийц — больше сотни. Подобного в истории Врат ещё не случалось.

Даже их глава Пэк Гён Су, который обычно не участвовал в обычных заказах, прибыл лично.

«Мы обязаны выполнить этот заказ».

Пэк Гён Су чувствовал: на кону стоит будущее всей организации.

Поэтому приказ был предельно прост. Потери не имеют значения. Цель должна умереть.

Едва уловимая жажда убийства расползлась по ущелью.

Люди её почти не ощущали, зато звери и птицы исчезли, а насекомые перестали стрекотать. Живое чуяло угрозу раньше человеческого разума.

*Гул!*

По ущелью прошла тяжёлая волна.

Спрятавшиеся убийцы едва заметно напряглись. С ветвей сорвалась стая птиц и разом ушла в небо.

Колебание было слишком сильным, чтобы спутать его с природным.

«Началось».

Пэк Гён Су понял: цель вошла в ущелье.

*Шорох.*

Сотня неподвижных теней ожила.

Убийцы двинулись через лес и камни, по-прежнему не выдавая себя. Они сходились к северной части ущелья, откуда пришла первая волна.

Сам Пэк Гён Су остался на месте.

Так было задумано.

Он не рядовой убийца. Если первая атака провалится, его меч станет последней страховкой. До тех пор он будет ждать, не двигаясь и не вмешиваясь.

«От Врат «Синего Лотоса» ещё никто не уходил».

Пэк Гён Су верил в подчинённых.

Среди них было больше десятка убийц высшего класса, и каждый имел за плечами десятки удачных работ. Если нельзя доверять таким людям, доверять вообще некому.

*БАХ!*

С севера донёсся оглушительный удар.

Камни под телом Пэк Гён Су дрогнули.

Между ним и источником звука было около трёхсот чжанов.

«Мастер. И очень сильный».

Если дрожь дошла сюда с такого расстояния, противник оказался куда сильнее, чем он ожидал.

Ладони Пэк Гён Су покрылись потом.

Он сразу заставил тело успокоиться.

Замедлил сердцебиение. Выравнял дыхание. Снизил температуру кожи почти до температуры воздуха.

Для убийцы высшего класса контроль над собой был такой же частью ремесла, как клинок.

Коронным искусством Пэк Гён Су был Беззвучный Убийственный Меч.

За свою жизнь он собственноручно устранил троих мастеров запредельного уровня.

*БАХ!*

Второй удар прозвучал тише.

Но камни затряслись сильнее.

*Бум!*

Третий был ещё дальше и ещё тише — а ощущение опасности стало почти физическим.

Пэк Гён Су нахмурился.

«Что за чертовщина?»

По спине будто поползли холодные черви.

Желудок сжался.

За долгие годы убийств он отучил себя от страха настолько, что почти забыл это чувство. Сейчас тело вспоминало его раньше разума.

И это было хуже всего.

В конце концов Пэк Гён Су нарушил собственное правило и поднялся.

Он пошёл к месту боя.

Примерно через сотню чжанов впереди снова грохнуло, и из зарослей посыпались обломки веток вместе с чем-то тяжёлым.

Пэк Гён Су приблизился.

На земле лежало человеческое тело.

Вернее, то, что от него осталось.

Мясо и кости были смяты так сильно, что лицо почти невозможно было узнать.

Пэк Гён Су всё же узнал.

«Ю Мён».

Один из лучших людей.

Ю Мён был его правой рукой: убийца высшего класса, за плечами — десятки безупречных заданий.

Теперь он лежал в кустах куском изломанной плоти.

*Гул!*

Неподалёку поднялась новая волна.

Ветки заметались, листья сорвались и закружились в воздухе.

Пэк Гён Су стиснул зубы и рванул туда.

Он одним прыжком оказался на толстой ветви и наконец увидел противника.

На поляне бушевала серебристо-белая буря.

Ветер внутри неё был острым, как десятки клинков.

Убийц резало прямо на ходу.

Тела падали половинами, разлетались на несколько частей, кровь превращалась в красный туман и смешивалась с вихрем.

Оставшиеся люди Врат атаковали изо всех сил.

В воздух летели отравленные иглы и скрытое оружие. Следом шли мечи, сабли и короткие клинки. Никто уже не пытался экономить силы или сохранять строй.

Это была последняя ставка.

*Звон! Звон!*

Всё разбивалось о серебристо-белую сферу.

Часть оружия падала, не достигнув цели. Часть отбрасывало обратно.

А затем буря отвечала.

Серебристые лезвия ветра прошли по поляне.

*Крики!*

Даже люди, которых годами учили умирать молча, не могли сдержаться.

Пэк Гён Су не понимал увиденного.

Ещё недавно здесь было больше ста его подчинённых.

Теперь на ногах оставалось около десятка, и каждый выглядел так, будто проживёт ещё несколько вдохов.

Он больше не мог ждать.

Пэк Гён Су сорвался с ветки и пошёл прямо на серебряную сферу.

Незаметность — первое правило убийцы. Он нарушил его сам.

Инстинкт орал, что приближаться нельзя.

Внутри этого света пряталось нечто, чему он не сможет сопротивляться.

Страх, который Пэк Гён Су считал давно умершим, вернулся целиком.

И именно поэтому он ускорился.

Убийца, который отступает из-за страха, уже мёртв как мастер.

Вся внутренняя сила вошла в меч.

Один удар.

Если цель переживёт его, следующего шанса не будет.

*Свист!*

Пэк Гён Су ударил одновременно с остальными. Каждый вложил в эту атаку всё, что ещё оставалось.

Серебристо-белая сфера внезапно сжалась.

На долю секунды показалось, что натиск сработал.

Потом свет взорвался во все стороны.

*Треск!*

Разрезало всё.

Мечи.

Людей.

Самого Пэк Гён Су.

Его разрубило поперёк туловища.

Падая, он успел увидеть собственные ноги, летящие в другую сторону.

«Что... это за чудовище?»

Это была последняя мысль.

*Глухие удары.*

Капли крови забарабанили по листьям.

Серебристый вихрь начал рассеиваться.

Когда он исчез окончательно, посреди поляны осталась одна девочка.

На вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать.

Очень светлая кожа, почти прозрачная. Чёрные глаза, блестящие, как полированный нефрит. Губы — ярко-красные, будто только что тронутые кровью. Длинные синие волосы мягко двигались на ветру.

Если бы не изрубленные тела вокруг, в ней трудно было бы увидеть человека, только что уничтожившего больше сотни убийц.

Красота казалась почти нереальной.

В волосах сидело украшение в виде цветка — настолько тонкой работы, что лепестки выглядели живыми.

Перед девочкой бесшумно опустилась чёрная фигура.

Широкий чёрный плащ скрывал фигуру целиком: ни по сложению, ни по лицу нельзя было понять, мужчина это или женщина.

Фигура сразу преклонила колено.

— Молодая госпожа, поздравляю. Вы завершили великое искусство.

Запах крови стоял тяжёлый, но чёрная фигура никак на него не реагировала. Взгляд оставался прикован к девочке.

Заказ Вратам Убийц «Синего Лотоса» был делом Са Рён. Настоящей целью была не смерть девочки, а проверка результата семилетнего затворничества.

Девочка это знала.

Она заговорила впервые:

— Са Рён. Сколько времени прошло?

— Семь лет.

— Семь лет... Уже столько?

— Вы совсем не изменились, молодая госпожа.

Веки Са Рён едва заметно дрогнули.

Семь лет назад девочка вошла сюда с тем же лицом и тем же телом.

Время словно обошло её стороной.

Её звали Ын Хан Соль.