Глава 135
— Что ты сказал…?
На мгновение Таркан потерял дар речи и не мог придумать, что ещё сказать.
[Я хорошо забочусь о своей сестре, так что не вмешивайся.]
В тот момент, когда Таркан услышал это, его нить рациональности оборвалась.
Его нервы и так были на пределе после того, как его беременная жена исчезла. Тускло мерцающее предупреждение в его сознании о том, что это брат его жены, разбилось.
— Ты несёшь чушь после того, как похитил мою жену.
Прорычал Таркан.
[Похитил? Ринэ приехала, потому что сама захотела. Я не могу не прислушиваться к мнению своей младшей сестры.]
«Потому что Ринэ захотела?»
Это замечание было настолько шокирующим, что даже пылающий гнев Таркана угас.
[Конечно, она больше полагается на своего единственного и неповторимого старшего брата, чем на мужа, которого нет рядом. Моя сестра, должно быть, очень сильно меня любит. Ты же знаешь, что я её единственная семья, да? Ах, скоро мой племянник появится на свет.]
— Я — семья Ринэ. И он не твой племянник, а мой ребёнок.
[О, неужели? Тогда почему моя сестра здесь, со мной, а не с тобой? В этом варварском месте моя сестра….О?]
Как будто удивлённый чем-то, голос Лаунелиана на мгновение прервался.
Мгновение спустя его голос снова послышался.
В отличие от того, как он говорил с Тарканом, его голос звучал липко и сладко, словно сочился мёдом.
[Ринэ, зачем ты вышла? Ты должна отдыхать в своей комнате…]
Связь оборвалась.
Таркан всё ещё держал передающий камень. Он не мог поверить в то, что сейчас произошло.
«Что? Единственная семья? Мой племянник? Моя сестра меня любит?»
Хуже всего было то, что он даже не услышал голос Аристины, потому что слушал эту чушь.
Треск!
Передающий камень быстро рассыпался в его руке.
Из его золотых глаз полетели искры.
Асена и придворные дамы чуть не рухнули, когда увидели, как что-то твёрже камня рассыпалось в мгновение ока.
Придворные дамы упали на колени, почувствовав настроение своего господина.
— В-ваше высочество Таркан…
— Тем не менее, принцесса, похоже, пришла в сознание, к счастью.
Услышав, что здоровье Аристины, должно быть, улучшилось, гнев Таркана немного утих.
Вот почему у Нефтера не было выбора, кроме как позволить Лаунелиану забрать Аристину. Потому что Лаунелиан сказал, что он должен забрать её обратно в Сильванус, чтобы ей стало лучше.
И как будто его слова подтверждались, королевский врач не мог точно определить симптомы Аристины.
Он только сказал, что беременность, похоже, слишком напрягает её тело, так как у неё мало физических сил.
Учитывая, что она всё ещё находилась на ранних сроках беременности, они не могли понять, почему её состояние уже настолько плохое. Естественно, они не могли улучшить её состояние, не выявив причину.
Видя, что Аристина не подаёт признаков пробуждения, Нефтер отпустил Аристину.
«Верно, я так рад, что она очнулась».
Подумал про себя Таркан и закрыл глаза.
За закрытыми глазами он видел, как длинные серебристые волосы Аристины мягко развеваются. В конце их он видел её лицо, ярко улыбающееся ему.
«Кан».
Её шёпот.
Её стройное тело, которое так удобно помещалось в его объятиях. Её мягкая кожа. Её протянутая рука.
— Тоже…
Прямо сейчас этот мерзавец Лаунелиан был рядом с Аристиной.
Разговаривал с ней, видел её, гладил её живот…
— Я тоже могу хорошо заботиться о своей жене…
Придворные дамы, распростёртые на полу в ожидании гнева своего господина, произнесли «а?» и подняли головы на бормочущий голос.
Асена, которая изо всех сил пыталась восстановить злосчастный передающий камень, тоже недоумённо подняла взгляд.
На их лицах было написано «мне послышалось?», когда они смотрели на великого воина, который убил двух великих демонических зверей.
— Я могу решить все проблемы, с которыми сталкивается Ринэ, я могу достать ей всё, что она захочет съесть…
Здесь не было никакого великого воина.
Только муж-раб, который был опечален тем, что не может работать на свою жену.
Рот Асены открылся, даже не осознавая этого. Однако придворные дамы были другими. Они прекрасно понимали, что чувствует Таркан.
— Наша принцесса нуждается в массаже…
— Наша принцесса, кажется, ест всё, но на самом деле она привередлива в некоторых вещах…
— Даже если ей что-то не нравится, она съест всё, если положить это ей в тарелку. Так что мы должны заботиться о ней…
Опечаленные придворные дамы пробормотали с заплаканными глазами.
— Поспешите с приготовлениями к отъезду в Сильванус.
Приказал Таркан, его губы были сжаты в линию.
«Похоже, он не ожидает, что я приеду. Просто подожди».
Даже когда он думал об этом, его сердце было полно тревоги.
«Похитил? Ринэ приехала, потому что сама захотела. Я не могу не прислушиваться к мнению своей младшей сестры».
«Конечно, она больше полагается на своего единственного и неповторимого старшего брата, чем на мужа, которого нет рядом».
«Тогда почему моя сестра здесь, со мной, а не с тобой? В этом варварском месте моя сестра…»
Слова, которые сказал Лаунелиан, застряли в его сознании и отказывались уходить.
Потому что Таркан тоже думал о них раньше.
Когда он узнал, что Аристина беременна, он подумал, что, конечно, должен быть рядом с ней.
Представьте, как тревожно и одиноко ей должно было быть, представьте, насколько огромным должно было казаться его отсутствие.
«Я не смог быть рядом с ней в такое важное время».
Даже если Аристина разочарована в нём, он ничего не мог сказать.
«Это моя вина».
Сказать, что он не знал, что она беременна, или что он был на истреблении демонических зверей, или что связь была прервана.
Ни одна из бесчисленных ситуаций и причин не имела значения.
Реальность заключалась в том, что его жена узнала, что беременна, и искала его, но он, её муж, не был рядом с ней.
Важен был только этот факт.
«Независимо ни от чего, это моя вина».
Возможно, Аристина обижена на него. Возможно, она зла и не хочет его видеть, потому что его не было рядом в такое важное время.
Изображения того, как Лаунелиан влезает и несёт чушь со стороны, стояли перед его глазами.
«Мне всё равно, даже если она будет холодна со мной».
Аристина не прощала легко, если она отвернулась. Её чувства даже не задерживались.
Она была так близка с «Лу» и называла его одним из своих немногих друзей, но отвернулась в одно мгновение.
Радость, которую он чувствовал, видя, как игнорируют Хэмилла, теперь нависла над его головой, как тень.
Одна мысль об этом заставляла его сердце падать.
Таркан сжал кулаки.
— Но даже так, я должен быть рядом с Ринэ.
И в тот самый момент.
Передающий камень подал сигнал.
Не тот, который разбил Таркан, а передающий камень, который держала одна из придворных дам.
Таркан практически вырвал передающий камень из рук придворной дамы. Его интуиция подсказывала ему.
Это была его жена.
[Кан!]
И действительно, как только связь установилась, из динамика полился ностальгический голос.
Несмотря на то, что он услышал голос, который так хотел услышать, Таркан некоторое время ничего не говорил.
Он был настолько переполнен эмоциями, что мгновение не мог говорить.
— …Ринэ.
Его голос был едва слышен, слова с трудом срывались с губ.
[Так ты вернулся с Равнины демонических зверей. Ты вернулся рано.]
Услышав её голос, яркий и полный радости, Таркан почему-то почувствовал удушье.
Она теряла сознание дважды с беременным телом и даже уехала в таком состоянии. Заставляя его так волноваться, что внутренности выворачивало.
— …Зачем ты поехала в Сильванус?
«Ты могла бы подождать меня немного дольше».
«Ты сказала, что будешь ждать, так почему же не подождала?»
Хотя он не хотел быть таким, Таркан не мог сдержать своих эмоций.
— Я думал, что смогу увидеть тебя, когда вернусь, но когда я услышал, что тебя нет, знаешь, как я…!
Таркан схватился за лоб.
— Мало того, я слышал, ты беременна и потеряла сознание…
Таркан скрипнул зубами. Его голос звучал так, будто угасал.
[Кан…]
Её тонкий голос позвал его, и услышав это, Таркан немедленно пришёл в себя.
Что он только что сказал?
Самые трудные времена сейчас были не у него, а у Аристины.
Только потому, что её голос сейчас звучал ярко и бодро, не означало, что она действительно в порядке.
Таркан подавил желание ударить себя и быстро сказал Аристине:
— Прости. Я слишком долго. Мне нужно было вернуться раньше.
[…]
— Я хочу увидеть твоё лицо.
Если бы только передающий камень мог показывать её лицо.
— Я хочу обнять тебя, расчесать твои волосы, уткнуться носом в твою шею и вдыхать твой аромат.
Он хотел чувствовать, что он рядом с ней.
— Мне нужно быть рядом с тобой.
Аристина молчала.
Однако Таркан прекрасно мог сказать, какое лицо у неё сейчас.
Должно быть, она слегка прикусила губу, и её красивые брови нахмурены. И когда она больше не могла выносить этого, она заговорила.
[…почему ты так поздно пришёл?]
При жалобном тоне Аристины сердце Таркана сжалось, словно вот-вот остановится.
[Ты знаешь, как долго я ждала? Ты сказал, что вернёшься рано. Почему ты так опоздал?]
— Прости.
Это всё, что он мог сказать.
Даже если он вернулся достаточно быстро, чтобы переписать историю экспедиции, это было всего лишь оправданием.
[Глупый. Я не для того это говорю, чтобы ты извинялся.]
— Я еду.
«К тебе».
[Езжай быстро.]
При этих словах Таркан расплылся в улыбке.
— Как ты себя чувствуешь? Как наш ребёнок?
[Я в порядке. Наш ребёнок тоже в порядке.]
Ответила Аристина, и как раз когда Таркан почувствовал облегчение от её ответа, она добавила:
[Спасибо старшему брату Лаунелиану.]
Улыбка Таркана исчезла с губ, когда он услышал это.
— Что?
[Не волнуйся слишком сильно. Старший брат очень хорошо ко мне относится. Он настолько всё предугадывает, что мне даже не нужно просить первой.]
Кто знает, как она восприняла его возражение, но Аристина говорила мягким тоном, как будто уговаривала его.
Конечно, это возымело противоположный эффект.
Челюсть Таркана сжалась.
— Я тоже…
[Ммм?]
— Я тоже могу хорошо! Нет, я могу даже лучше!
[А?]
— Я определённо могу заботиться о тебе лучше, чем этот парень!
[Э-э…]
— Ты ещё не дала мне возможности заботиться о тебе.
[Подожди, «возможности заботиться», что ты имеешь в виду…]
— И я узнал, что ты беременна, последним.
[…]
— Но я хотел делать для тебя всё.
Таркан скрипнул зубами от злости.
Просто глядя на него, можно было подумать, что он собирается сразить демонического зверя своей переполняющей харизмой.
На самом деле он просто ныл о том, как хочет помочь своей жене.
[Какой милый.]
Бормотание Аристины просочилось сквозь передающий камень.
— …!
Когда эти слова полностью дошли до него, яркий румянец поднялся к глазам Таркана.
«Моя жена называет меня милым!»
Асена посмотрела на Таркана мёртвыми глазами и покачала головой, бормоча: «Эта болезнь серьёзна».
С другой стороны, придворные дамы довольно улыбались и выглядели удовлетворёнными.
— Ринэ, дай мне немного…
[Ах, спасибо, старший брат.]
Взволнованные слова Таркана были остановлены голосом Аристины.
Его лицо окаменело, как только он услышал слово «брат».
— Ринэ?
[О, я могу сама съесть.]
[Зачем напрягать руки, когда я рядом? Давай, скажи «а-а».]
Вены на голове Таркана вздулись от разговора, плавно текущего сквозь передающий камень.
Этот мерзавец определённо делал это нарочно, чтобы помешать ему говорить с Аристиной.
Даже его голос вызывал у Таркана мурашки.
Он был таким мягким и сладким, что Таркан сомневался, тот ли это человек, с которым он разговаривал ранее.
[Ох, старший брат…]
В голосе Аристины слышались нотки смеха.
[Как тебе? Разве старший брат, который заботится обо всём и находится рядом, не лучше, чем тот отсутствующий парень?]
— Этот мерзавец…
Хватка Таркана крепко сжала передающий камень.
Он попытался призвать как можно больше терпения, чтобы уменьшить силу хватки. Если он разобьёт его, его связь с Аристиной прервётся.
И в тот самый момент.
[Мф!]
— Ринэ?
[Ринэ!]
— Ринэ, ты в порядке?
Однако взволнованный голос Таркана не достиг ушей Аристины.
Потому что линия связи оборвалась.
Таркан смотрел на передающий камень, остолбенев.
— Похоже, у её высочества начался токсикоз.
— Нам нужно поехать и позаботиться о ней…
Придворные дамы в гневе топали ногами.
— Токсикоз, это чрезвычайно мучительно… даже нормально поесть не может.
Брови Таркана нахмурились от беспокойства.
Его внутренности горели от представления, как его маленькая жена не может даже поесть.
— Я должен ехать немедленно! Все, надеюсь, вы готовы?!
— Конечно, ваше высочество.
— Я упаковала всё, что любит принцесса.
— Мы должны быть лучше, чем этот старший брат.
— Конечно!
Придворные дамы закричали, сжимая кулаки.
Асена смотрела на них, ошеломлённая, затем произнесла «Прошу прощения…» и подняла руку.
— Я думала, мы ждём разрешения от Сильвануса? Даже если сейчас у наших стран дружественные отношения, так произвольно ехать в другую страну…
— Где моя жена, там и я должен быть.
Таркан прервал Асену и твёрдо сказал.
«О, я ошиблась. В его глазах нет логики…»
В его золотых глазах слово «жена» стояло на месте рациональности.