Глава 750

— Что ты такое несешь... Если так судить, то и кровь — это вода! Я — дух воды, приносящий кровавые бури! И к тому же, феи и духи — это разные вещи!

— Да, братья также упоминали, что вы самая воинственная из всех. У каждого из них есть воспоминания о синяках, полученных от вас!

— И зачем только они всё это рассказывали!

— Ваши родители думают, что братья просто дрались между собой, но для них это приятные воспоминания. Говорят, что иногда, когда вам не нравилось их чрезмерное проявление любви, вы изо всех сил били их по лицу, а потом, пока синяк не сходил, были очень ласковы?

— ...

— И они не раз говорили, что это было невероятно мило.

Я бы предпочла, чтобы они не рассказывали направо и налево о том, как младшая сестра их била, словно это какое-то прекрасное воспоминание... Это же позор для семьи! Хотя, конечно, я уже и так натерпелась позора на всю оставшуюся жизнь.

Судя по всему, Зен много знает о моих братьях, но не подозревает, что они — три брата из семьи Кроуэлл. Кажется, братья, несмотря ни на что, надежно скрыли свою принадлежность к семье.

Но раз уж Зен знает, что я призыватель духов воды и что меня похитили, думаю, братьям было внутренне комфортно сближаться с ним именно потому, что он не человек. Как и Рика, большинство ликантропов, скорее всего, никогда даже не слышали о «Святой Джини Кроуэлл»...

Ну, по крайней мере, до того момента, как Эйдена переодели в Джини Кроуэлл.

— Ты... дошла до того, что и семью избиваешь?

— Заткнись.

— С Далией такое и представить невозможно.

— Старших братьев иногда просто необходимо бить! Иначе они не понимают слов!

Зекар смотрел на меня с недоверием, но эти трое дураков-братьев, унаследовав от Лусада Кроуэлла его безмерную любовь к жене и дочери, имели обыкновение невыносимо умиляться каждому моему вздоху.

Думаю, проблема усугубилась еще и тем, что я, в отличие от родителей Кроуэлл, относилась к излияниям любви со стороны трех братьев с большим пониманием.

И всё же... то, что я со всей силы била их, а потом, чувствуя вину за синяк под глазом, размером с паучью попу, какое-то время вела себя мило, вряд ли заслуживает таких умилений.

— Не знаю. Либо ты странная, либо человеческая культура странная. Брат или сестра — это еще один другой «я». Какой смысл драться с тем, в ком течет та же кровь...

— Джини! Мы, ликаны, тоже деремся между братьями и сестрами чуть ли не до смерти!

— О! Как и ожидалось! Значит, это эльфы, которые так не делают, странные!

— Верно! Эльфы только и делают, что важничают!

— ...Нашли, в чем сойтись.

Пока со мной Рика, большинство всегда будет на моей стороне. Зекар, открыто выражая недовольство и отвращение к тому, что полузверь и человек так радуются взаимопониманию, был бессилен. Что поделать, если по своей воинственной натуре я лучше лажу с волками, чем с эльфами.

Но! Не делай такое лицо, Зекар, ведь мой лучший друг — это ты. Конечно, лучших друзей может быть несколько! Но если уж расставлять по местам, Зекар определенно был бы в топе. Сразу после Ирузе и Мии.

Разумеется, на самом верху существует множество духов, таких как Лай и Ундина, но, будучи призывателем, я прекрасно понимаю, что не могу ставить кого-то выше духов. Тот же Зекар, окажись я и его дух в опасности, несомненно, спас бы духа первым.

*Вжииик.*

— Силапхе.

Даже я сочла бы это само собой разумеющимся. Силапхе, вернувшись с мягким ветерком, плавно облетела нас с Зекаром и остановилась. Я поприветствовала Силапхе радостнее, чем когда-либо.

— Ты вернулась! Немного задержалась? Ты благополучно высадила братьев?

*Вжик.*

— Ну как? Доставила их туда, куда я сказала? Или там было небезопасно, и ты выбрала другое место? Братья не слишком надоедали?

*Вжииик!*

— Слава богу. Спасибо за помощь.

— ...Послушай, не могла бы ты перестать делать вид, что понимаешь духа другого? Это выглядит так естественно, что я чуть было не поверил.

— Хм, а я и поняла.

— Да? И что же она сказала?

— Сказала, что была рад мне помочь. Что братья сейчас в безопасности и ждут меня там.

— ...

— Я ошиблась?

— ...Как ты узнала?

— ...А? И правда, как?

— ...?

*Вжиик?*

Я, Зекар и Силапхе, пообщавшись так естественно, вдруг все, как один, наклонили головы, не в силах скрыть недоумение по поводу произошедшего только что странного явления, и переглянулись.

Это было похоже на то, как если бы кто-то, сам того не осознавая, дышал, а потом вдруг забыл, как это делать, и почувствовал себя глупцом.

[Ох уж эти...! Кажется, даже сама Силапхе не понимает причины, но это всё из-за влияния Зекара. Эта Силапхе любит своего хозяина, а духи неизбежно проникаются любовью и к тем, кого любит их хозяин!]

— Хм?

[Из-за этого между вами и этой Силапхе естественным образом возникла крошечная связь. К тому же у Мастера изначально хорошая совместимость с ветром, а в последнее время она стала еще лучше...]

(Еще лучше?]

Я не могу полностью согласиться с тем, что Зекар любит меня. Но он, вероятно, дорожит мной больше, чем кем-либо из людей. Чтобы сказать, что он меня любит, ему нужно проявить хотя бы столько же искренности, сколько Шаку.

[Или же... возможно, главная причина кроется в том, что ветра мира начали обращать на Мастера внимание.]

(Ты можешь говорить проще?]

[Если источник ветра прислушивается к Мастеру, то и Мастер слышит голос ветра. Потому что расстояние между Мастером и источником ветра сократилось.]

(Понятно. Это то, о чем говорил Акираэль?]

[Да, мы уже знаем, что Король Воды начал следить за действиями Мастера. Это означает... что Король Ветра, который не может успокоиться, пока не узнает все слухи, скорее всего, тоже обращает на Мастера пристальное внимание. И это, хоть и незримо, оказывает определенное влияние на связь Мастера со всеми ветрами.]

Это похоже на то, как любимица Акираэля, Нифава, никогда не заблудится в лесу и не останется голодной. Привлекая внимание могущественного духа, ты невольно начинаешь ощущать изменения вокруг себя.

И Акираэль, как только встретил, назвал меня «той, кто стоит во взоре Короля». Будучи духом Срединного мира, не подчиняющимся Королю, он был довольно словоохотлив, и как великий дух леса — видел многое.

Он определенно сказал, что чувствует, как за мной наблюдают Короли Духов. Для призывателя духов это скорее преимущество, чем недостаток... но, честно говоря, это сильно давило.

Даже если у меня есть такое редкое преимущество, как способность слышать голоса духов ветра, которые мне не принадлежат... Если они за всем наблюдают! Тогда! Как-то неловко устраивать неприятности!

[Кья! Вы об этом беспокоитесь!]

(Кстати, я ведь не слышу голоса всех духов ветра, да?]

[Ну... Скорее всего, только некоторых. В особых случаях, как с этой Силапхе, вы будете слышать хорошо, а в остальном — только если это дух призывателя, который намного слабее Мастера, или если сам дух испытывает к Мастеру огромную симпатию и очень хочет донести до нее свои мысли.]

Если так подумать, Лай тоже весьма эрудирован, не хуже духа леса. Впрочем, он ведь дух, живущий дольше Акираэля. Разница лишь в том, что у Акираэля, вероятно, больше опыта жизни в Срединном мире.

Лай же большую часть времени, не имея контрактора, был привязан к миру духов.

— У тебя такое лицо, будто ты о чем-то догадываешься.

— ...Ни о чем таком.

— Рассказывай, что знаешь.

— Наверное, это потому, что у меня неплохое сродство с ветром. Я ведь редкий гений, разве нет?

— Не говори чепухи! Одно только это не может объяснить происходящее. Слышать голос не низшего, а среднего духа...! Да еще и так внезапно... Что-то тут не так. Это настолько неестественно, что даже пугает.

— Не думай слишком глубоко. Зер, может, это потому, что ты меня так сильно любишь.

Услышав мое внезапное заявление, Зекар, казалось, напрочь забыв о своих зловещих предчувствиях, готов был взорваться от гнева. По крайней мере, лицо у него было именно таким.

Но вдруг, словно впервые осознав смысл этого слова, он замер... и вскоре его лицо густо покраснело, а губы лишь беззвучно зашевелились.

Можно подумать, я ему кинжал в живот вонзила, так он испугался.

— Чт... чт... что за...!

— Что? А какая еще может быть причина?

— ...Кххх.

Отлично, отлично. Раз уж я заставила его так испугаться, он вряд ли станет докапываться до сути этого дела, хотя бы для того, чтобы снова не услышать это слово.

Если этот мнительный тёмный эльф узнает, что я «та, к кому прислушивается ветер», список мужчин, которых я довела до слез, может пополниться... Пожалуй, лучше держать это в секрете. Ему тоже полезно чего-то обо мне не знать.

Так будет спокойнее, да и достаточно того, что об этой проблеме знаем только мы с Лаем.

— В любом случае, раз Силапхе вернулась, нам лучше уходить отсюда.

Я легонько хлопнула в ладоши, пытаясь разрядить обстановку. Я решила не обращать внимания на явно смущенную Силапхе и на Рику с Зеном, которые бегали глазами туда-сюда.

— Эм... Джини...? Кажется, этот парень сломался.

— У него хорошая регенерация, так что всё будет в порядке. По крайней мере, управлять Силапхе он сможет. Главное сейчас — замести следы и закрыть барьер до возвращения стражников.

Хотя стражники, испугавшись ужасов на месте происшествия, временно отступили, они вернутся с большим количеством людей, так что нам нужно было исчезнуть до этого.

— Тот парень, чей дух земли или кто он там, должен помочь нам замести следы... кажется, полностью потерял дар речи?

— Сестренка, сестренка! Впервые вижу, чтобы эльф был в таком шоке.

— И я впервые. Зен, это стоит увидеть.

— Но всё равно удивительно. Оказывается, эльфам тоже могут нравиться люди? Я думал, они смотрят на нас свысока.

[Я знаю, что это такое! Мастер! Это атака признанием! Тот самый метод, когда ты сбиваешь противника с толку, наказывая его признанием!]

Разве это не совсем то? Строго говоря, никто никому не признавался, я просто при ликанах упомянула то, что этот парень не хотел признавать.

Да еще и преувеличив до уровня: «Ты что, меня любишь!».

Хотя, в плане шоковой терапии, это, возможно, похоже...

*Вжииик!*

— Пфф, прости, прости.

В ответ на мою шутку, сказанную Зекару из своего рода добрых побуждений, Силапхе устроила мне маленькую месть, растрепав мои волосы, но мне это не было неприятно.

Братья были в безопасности, никаких других угроз не оставалось, так что я чувствовала себя довольно расслабленно.

Поправляя растрепанные волосы, я проверила радар Ирена: в лагере живыми оставались только мы четверо.

С лидером мошенников расправился Зекар, и его труп одиноко догорал в пылающей палатке. Мошенники были полностью уничтожены берсерками... а берсерки не смогли одолеть силу Рики, Зена и Зекара.

Лидера берсерков я собственноручно закопала, и хотя он, казалось, довольно долго держался без кислорода, в конце концов он испустил дух, что я отчетливо почувствовала через корни, удерживавшие его за лодыжки.

В этом хаосе выжили только мы четверо, мои братья, и... маги и рыцари, которые рано поняли, что их план провалился, и сбежали на восток.

Один из магов, похоже, погиб во время бегства, но, по словам Ирена, который всё проверил, это был не тот проблемный парень, на которого я надела ошейник подчинения.

Остается только догадываться, что у них там тоже возникли свои разногласия.

*Вжииик! Вжик!*

— Этот ветер... почему он продолжает портить твою прическу. Джини?

— Хе-хе, просит не издеваться над его хозяином. Разве не мило?

— ...Лично мне было бы страшно, если бы ветер, с которым нельзя договориться, постоянно портил мне прическу. И я говорю это не поэтому, но... мы с Зеном решили отправиться по суше. Думаю, нам лучше разделиться здесь.

— А? Наш план был лететь на Силапхе... Конечно, на сверхскорости он берет только троих, но братьев уже нет, так что нам не нужно так спешить. Мы полетим немного медленнее, но сможем уместиться все, не так ли?

— Госпожа Джини! Сестра говорит, что боится летать на ветре. И мне это вряд ли принесет удовольствие.

— Этого не узнаешь, пока не попробуешь.

Зен выглядел так, будто ему было интересно узнать, каково это — летать на ветре, но Рудрика решительно покачала головой.

— Нет, мы пойдем отсюда на север, к горам Акираэля. Встретимся там, Джини.

— Мне-то всё равно, но не слишком ли далеко бежать? Отсюда до Акираэля десять дней пути даже на карете.

— Об этом не беспокойся! Золотые монеты, конечно, тяжеловаты, но с нашей скоростью мы доберемся до Акираэля дня за два-три.

Значит, ликаны бегают по лесу быстрее, чем лошадь по равнине. От них не скроется ни одна добыча.

— Ну, хорошо. Нам с Зекаром всё равно нужно доставить Нифаву в ближайший город... и еще заглянуть кое-куда. Наверное, действительно будет удобнее двигаться по отдельности.

— Заглянуть куда?

— Да, я узнала, кто стоит за берсерками. Не могу же я позволить ему сегодня спать спокойно, верно? Хоть это и хлопотно, но раз уж мы всё равно в пути, усыплю его навсегда.

[Смотрите! Настоящий лентяй, раз уж встал, делает все дела разом!]

Я узнала, что у него есть магическая теплица, где он выращивает целую кучу цветов Грака, так что надо будет сжечь и её. Я вспоминала информацию, которую выудила у мага с помощью «Слезы Истины».

Приворотное зелье, которое убивает, если перестать его пить, не нужно этому миру. Тем более тот, кто выжидает момент, чтобы напоить им меня, заслуживает смерти.

— Ах да, тот, кто за ними стоит... Зен! Расскажи ей. Того человека, о котором ты мне говорил... Ромеро…. Ромерон, что ли? Тот, кто, по-твоему, был спонсором твоих похитителей.

— Ромерон...?

— Рометураха, сестренка.

[...У меня сильное предчувствие, что этот волк и в будущем будет хорошо ладить с Мастером.]

И правда. Её способность запоминать имена на моем уровне.

Услышав имя, произнесенное Зеном, я не удивилась. Только поняла, почему там было так много барьерных камней и почему повсюду чувствовалась высшая магия.

— Роме... тураха? Если это он, то он должен быть великим магом людей. Почему это имя звучит из твоих уст! Юный волк.

— О, вы пришли в себя. Мистер эльф.

— ...Хотя бы зови меня «господин» эльф.

— Да, мистер эльф. Люди, которые меня похитили и заперли, видимо, не знали, насколько у меня хороший слух. Они вели тайные разговоры всего в 20 метрах от меня.

По-человечески рассуждая, подслушивать с такого расстояния — это настоящее читерство.