Эпилог (1)

Мужчина сидит на пне и молча смотрит в ясное синее небо.

Рубашка сидит без единой складки. Поверх неё — шёлковый жилет, дальше льняные брюки, голубоватый сюртук и лёгкая мантия мага.

Одежда тесновата и чересчур строгая, зато для приличного вида иначе нельзя. Сейчас, впрочем, рядом никого нет, так что можно хотя бы ненадолго расслабиться.

Он закуривает. Дурная привычка пристала от старших профессоров, с которыми приходилось водиться. Но когда нужно привести мысли в порядок, способа лучше он пока не нашёл.

Птицы щебечут где-то в кронах. Мужчина слушает их вполуха и смотрит вверх.

Прошлое. Настоящее. Будущее. «Точка Обрыва».

Мысли теснятся одна на другую, но хотя бы с одним всё уже ясно.

Он выжил.

А у того, кто остался в живых, неизбежно появляется следующий вопрос.

Что теперь делать с этой жизнью?

* * *

Трейсиана Блумривер вернулась в Академию Сильвании спустя два года.

— Всё-таки после выпуска опять сюда приехала...

Она расплатилась с кучером, забрала багаж и спустилась с экипажа. За морем сразу открылся остров Акен.

Великий мост Мексес рухнул во время катастрофы позапрошлого года. На его месте теперь тянулся новый мост Блумривер — гораздо шире, ровнее и чище старого. Строительство оплатил дом Блумривер, так что с названием долго не мудрили.

Следом из кареты вышла женщина уже немолодая, но всё ещё державшаяся прямо.

Синир Блумривер, глава дома.

Слуги помогли ей спуститься. Синир окинула взглядом мост, ведущий к Академии, и удовлетворённо заметила:

— Сделано добротно. Столько времени прошло после завершения работ, а я из-за дел только теперь смогла увидеть всё своими глазами.

— Мама... то есть госпожа глава дома, вы же были заняты поместьем. Нельзя требовать, чтобы вы ещё и сюда постоянно ездили.

— И всё-таки наш дом вложил в этот проект слишком большие деньги, чтобы мне было неинтересно посмотреть на результат. Хотя теперь, думаю, насмотрюсь вдоволь.

Синир набросила отделанный кожей плащ и поправила одежду.

В Академию она приехала не с визитом. Отныне Синир Блумривер становилась профессором алхимии.

Катастрофа позапрошлого года унесла больше половины преподавателей Академии Сильвании. После неё руководство хваталось за любую возможность заново собрать профессорский состав и рассылало приглашения всем, до кого могло дотянуться.

Те, кто и раньше думал о преподавании, иногда соглашались. Большинство всё же отказывалось: слишком тяжёлые раны получила Академия, и никто не знал, что ждёт её дальше. Место казалось ненадёжным.

Спасало только имя, накопленное за многие годы. На освободившиеся кафедры удалось привлечь председателей научных обществ, хозяев магических башен, отставных командиров прославленных рыцарских орденов, капитанов наёмников, видных алхимиков.

У Синир тоже хватало обязанностей как у главы Блумриверов. Но дочери уже уверенно подхватывали дела рода, и в какой-то момент она решила, что может позволить себе преподавание.

Тем, кто пережил день, когда Велброк, Дракон Святого Копья, разнёс остров, пришлось вытаскивать Академию буквально из руин. Судя по всему, они выложились до последнего.

И только теперь, спустя два года с лишним, можно было сказать: основная часть ущерба восстановлена.

Синир присоединилась к новому составу почти последней. В каком-то смысле она стала первой из тех профессоров, которые приходили уже не спасать разваливающуюся Академию, а работать в заново отстроенной.

Здания, разрушенные больше чем на семь десятых, подняли заново на деньги императорского дома, торговых компаний и Церкви. Новые фасады сияли так, что издали можно было решить: у Академии начинается очередной золотой век.

Но кое-что восстановить было нельзя.

У конца моста Блумривер стояла огромная каменная стела.

На ней высекли имена погибших в той катастрофе.

Памятник был в несколько человеческих ростов — слишком большой, чтобы взгляд сразу охватил всё. И всё равно поверхность от края до края покрывали имена. Его поставили ради простой вещи: помнить.

Трейсиана долго смотрела на камень и тяжело выдохнула.

— Для тебя это, должно быть, особенно тяжёлый список, — тихо сказала Синир.

Два года назад Трейсиана ещё училась здесь. До выпуска оставалось совсем немного, к тому же она была лучшей на курсе, поэтому во время катастрофы носилась по острову, пытаясь вытащить как можно больше младших студентов.

Многих вытащила.

Многих — нет.

Несколько мгновений Трейсиана смотрела вверх по стеле, потом резко мотнула головой, будто отсекая нахлынувшее.

* * *

— Ой!... Ой-ой! Я не слышала, что старший профессор Синир приезжает именно сегодня!... Простите! Вы столько добирались, а вас никто даже не встретил! У нас людей не хватает, расписание забито под завязку... Но это же не повод так встречать человека вашего положения! Я... я сама прошу прощения!...

Профессор уровня Синир Блумривер явилась на первое рабочее место — и у входа толком не оказалось даже встречающих.

В другой обстановке за подобное впору было устроить разнос. Но Синир вошла в новый корпус «Трикс», огляделась и промолчала.

Здесь не было ни одного человека, который выглядел бы свободным.

Огромную Академию тянуло на себе чуть больше половины прежнего штата. Удивляться было нечему.

Клэр, неожиданно быстро ставшая профессором, пересекала холл с такой кипой бумаг, что за ней едва было видно лицо. Под глазами залегли тени. Помимо кафедральных дел на ней лежала ещё и часть кадровой работы, поэтому встречать Синир пришлось именно ей.

— Похоже, у вас здесь настоящий аврал. Мне тоже лучше как можно скорее включиться в работу, — спокойно сказала Синир.

На фоне общего безумия её вежливый, выдержанный ответ произвёл на Клэр почти разрушительное впечатление. Глаза у той вдруг заблестели.

— Старший профессор Синир... вы нормальный человек...

— Простите? Я что-то сделала?

— Нет. Просто я извинилась, а вы в ответ тоже вежливо заговорили и даже поддержали... Отчего-то сразу плакать захотелось...

Синир не стала спрашивать, какую именно жизнь надо вести на профессорской должности, чтобы обычная учтивость растрогала до слёз. Похоже, расспросы только расковыряли бы рану.

Клэр наконец заметила Трейсиану.

— А вы... Ах, точно. Трейсиана! Как же вы повзрослели. Совсем не такая, как в студенческие годы, я сперва даже не узнала. Хотя прошло всего два года... Люди и правда меняются мгновенно.

— Доцент... то есть профессор Клэр. Рада вас видеть. Как вы тут жили всё это время?

— Сказать «хорошо» не смогу даже из вежливости. В переходные периоды работы всегда навалом. Сейчас хотя бы худшее уже разобрали, можно жить. Спасибо, что спросили, студентка Трейсиана... Ох, что я несу. Вы же больше не студентка.

Клэр сгрузила бумаги на рабочий стол и исправилась:

— Доцент Трейсиана.

Пока Синир пошла смотреть выделенную ей лабораторию, Трейсиана отправилась с Клэр получать первые рабочие инструкции.

Даже по дороге та успевала раздавать распоряжения направо и налево. Добравшись до личного кабинета, Клэр первым делом распахнула окно и устроила проветривание.

Трейсиана увидела стол и едва не присвистнула.

Бумаги лежали в таком количестве, будто со времён доцентуры Клэр их стало не меньше, а ещё больше.

Со стороны профессор Клэр легко производила впечатление беспечной недотёпы, которая только и умеет жаловаться на жизнь. На деле выяснялось, что она одна закрывает работу за нескольких человек.

От прежней неопытности младшего преподавателя почти ничего не осталось. Большинство дел Клэр теперь разбирала на ходу. Анис, её старшая ассистентка, уже выпустилась, однако скорость работы, кажется, даже выросла.

— Вам ещё не сказали, кто будет вашим научным руководителем, доцент Трейсиана?

— Нет... Я почему-то думала, что вы.

— Я больше не в состоянии отвечать ещё и за чужую жизнь...

— А... Понимаю.

У Клэр снова увлажнились глаза. Трейсиана посмотрела на неё с искренним сочувствием.

Профессор вытащила из стопки нужный документ, пару раз стукнула им о стол, выравнивая листы, и пробежала глазами список. Похоже, там были распределены руководители для доцентов.

Через некоторое время Клэр неловко усмехнулась.

— Ха-ха... Вам тоже, кажется, придётся несладко.

— Что? Мой руководитель настолько придирчивый?

— Нет. Дело немного в другом.

Клэр повернула лист к Трейсиане.

Напротив её имени стоял профессор, которого она прекрасно знала.

«Эд Ростейлор».

— ...Что?

— Имя знакомое, да?

— Когда я выпускалась, он ведь сам был только на третьем курсе. Почему теперь он указан моим научным руководителем?

Клэр на секунду задумалась, с какого конца объяснять, потом решила сразу выдать итог.

— В начале года его назначили приглашённым профессором. Одновременно пришли рекомендательные письма от принцессы Пэнии, которая утверждена следующей императрицей, и от Святой Кларис. После выпуска его сразу назначили профессором. Ещё немного стажа — и его уже собираются перевести в старшие профессора. С таким темпом через несколько лет, чего доброго, станет заведующим кафедрой.

— Старшим профессором... в его возрасте? Такого, кажется, вообще никогда не бывало.

— Во время катастрофы он отличился так, что спорить бессмысленно. В духоведении и магитехнике достиг уровня, на котором даже наши преподаватели едва ли могут его чему-то учить. А в звездоведении он фактически уникальный специалист.

Профессор, который способен одновременно закрывать духоведение и магитехнику, да ещё работать со звездоведением, — редкость сама по себе.

Прибавить к этому происхождение из высшей знати и умение вести за собой студентов — и становилось понятно, почему Академия, задыхавшаяся от нехватки кадров, вцепилась в него обеими руками.

Чтобы удержать Эда, Академия предложила условия, каких прежде не получал никто и, скорее всего, больше не получит. Публично известна была лишь часть. По слухам, руководство втихую приняло ещё несколько требований дома Ростейлор, причём явно себе в убыток.

Поговаривали даже, что заметная доля реального влияния в Академии теперь перешла в руки Ростейлоров.

Трейсиана ненадолго замолчала.

Старший профессор — в начале третьего десятка.

Она невольно сравнила это со своей собственной должностью доцента, и разница вдруг стала особенно наглядной.

Даже профессор Гласт, прославившийся невероятно быстрым продвижением, получил звание старшего профессора, насколько она помнила, лишь ближе к сорока. И тогда назначение считали беспрецедентным.

— Неловко, наверное: ваш младший по учёбе теперь руководит вами.

— Да нет, это меня как раз не волнует. Он всё-таки из герцогского дома; мне и раньше было неудобно разговаривать с ним свысока. Просто я совершенно не представляю, как теперь будет устроена работа.

— Вот этого я и боюсь. Профессор Эд Ростейлор — человек совершенно непредсказуемый.

— Простите?

Он поднялся с невозможной скоростью и почти мгновенно оказался на одном уровне с самой Клэр.

И то ненадолго.

Было ясно, что через несколько лет Эд уйдёт гораздо выше. Его заслуги и почести давно знали по всей империи. Среди будущих первокурсников хватало тех, кто мечтал поступить в Академию хотя бы ради возможности увидеть профессора Ростейлора собственными глазами. Трейсиана, прежде не интересовавшаяся преподавательской кухней, даже не подозревала об этом.

— Обычную работу он выполняет безупречно. Но дел у него столько, что найти самого профессора бывает сложнее, чем получить от него готовый отчёт. Обычно он сидит в личной лаборатории в Северном лесу и почти не выходит. А на каникулах вообще исчезает.

— В смысле?

— Он часто уезжает за пределы Академии. Сейчас тоже давно не попадался на глаза. Помню, говорил, что во время каникул собирается в родовое поместье Ростейлоров. Возможно, находится там.

— Он что, просто ездит где хочет и никому даже не говорит, куда?

— ...Он при этом всё необходимое успевает. Придраться не к чему. Вообще работать с выдающимися людьми тяжело: они почему-то уверены, что остальные способны жить в том же темпе...

С этим Трейсиана спорить не могла. Эд и студентом был именно таким: если брался за дело, оно оказывалось сделано.

Она подперла подбородок и задумалась.

Кажется, с руководителем ей всё-таки не повезло.

— Кстати, для него лежат три пакета документов. Передайте, пожалуйста. Если в лаборатории Северного леса его нет... то я, честно говоря, сама не знаю, где искать.

— А... Да. Документы.

Первое поручение на новой должности.

Найти Эда Ростейлора и вручить ему бумаги.

— Ещё нужно готовить выпускную церемонию для четвёртого курса. Это традиционно сваливают на самого младшего преподавателя. То есть, скорее всего, на вас.

Итак, второе поручение — выпуск нынешнего четвёртого курса.

— С этим... с этим я справлюсь.

— Конечно. Молодец, доцент Трейсиана...

Клэр вдруг посмотрела на неё почти с нежностью. Видимо, вспомнила собственные первые месяцы, когда только получила должность и на неё так же валили всё подряд.

Теперь бумаги распределяла уже она.

Время, оказывается, идёт быстро.

Правда, собственная нагрузка Клэр от этого меньше не стала.

Трейсиана просмотрела документы.

— А это что?

— Список дел профессора Ростейлора на остаток каникул. Делать всё не обязательно: пусть выберет одно из трёх.

— Всего одно?

— Все три важные, но до начала семестра закрыть их вместе нереально. Хотелось бы, чтобы хотя бы одно он довёл до конца. Желательно до возвращения студентов.

Каникулы и правда подходили к завершению. В календаре оставалось закончить вступительные испытания, проводить выпускников — и почти сразу начинался новый учебный период.

— Он и так занят отбором абитуриентов, но пусть попробует выкроить время.

— Понятно...

Трейсиана развернула первый пакет.

— Пюлан?..

— Да, область Пюлан. Знаете, там ещё огромные пастбища и молочные хозяйства.

— Конечно.

— Недавно наша исследовательская группа получила сведения оттуда. Следы Тиркалакса, знаменитого в древности верховного духа ветра, когда-то как раз обрывались в той области.

— Тиркалакс... Это тот гигантский дух-медведь размером с горный склон?

— Он самый. Научные поручения по срочности обычно уступают хозяйственным, но если совсем забросить исследования, императорская проверка быстро напомнит, чем должна заниматься Академия. Минимум научной работы всё равно надо вести.

Клэр уже подписывала другой лист, продолжая говорить почти без пауз.

— В Пюлане недавно нашли старые документы с упоминаниями Тиркалакса. Для духоведения это очень серьёзная находка. Из нынешних специалистов лучше профессора Эда никто не подходит, поэтому Академия спрашивает: если у него найдётся время, не съездит ли он на место и не проверит материалы.

— Ясно.

— Особой опасности там вроде бы не ожидается. Но на всякий случай посылать нужно человека, который умеет за себя постоять.

Трейсиана отложила первый документ и взялась за следующий.

Этот выглядел куда более прозаично — чистая административная практика.

— Торговый город Олдек?..

— Тоже командировка. Только здесь не исследования, а логистика. Пора продлевать соглашения о поставках с торговым домом «Эльте», который сейчас обслуживает основные академические грузопотоки.

— И почему этим должен заниматься профессор Эд?

— У него отличные связи среди торговцев. К тому же из Олдека в последнее время приходят тревожные слухи. Руководство предпочитает послать туда человека, которому можно доверить сложные переговоры.

— Что за слухи?

Клэр на секунду перестала водить пером по бумаге и задумчиво наклонила голову.

— Вы знаете, кто сейчас официально возглавляет торговый дом «Эльте»? Старый купец Слог Келдракс.

— Разве не Лортель?

— У Лортель в годы учёбы был титул и. о. главы. Пока она находилась в Сильвании, нужен был человек, который формально займёт полноценное место руководителя. Одного статуса заместителя недостаточно, если из Олдека управляешь главным отделением.

Слог примкнул к Лортель, помог отстранить Золотого короля Эльте и получил кресло главы лишь как временный держатель — пока сама Лортель не вернётся в торговый мир.

— Так вот, после её выпуска он, говорят, вовсе не торопится отдавать должность. Крутится, строит планы, ищет способы удержаться. Возможно, хочет перекроить расстановку сил в Олдеке под себя.

— В таких мутных купеческих интригах я ничего не понимаю...

— Я тоже. Но одного достаточно: в Олдеке сейчас неспокойно. Значит, лучше отправить человека с местными связями. Профессор Эд подходит почти идеально.

Логика была понятна. Можно было назначить и кого-то другого, но руководству Академии разумнее доверить переговоры тому, кто наверняка не завалит дело.

— Тогда последний пакет...

— Просьба съездить в горный край Рамельн.

— Почему у него вообще столько командировок?

— Потому что если человек способен решать проблемы, проблемы начинают искать именно его. Здесь речь о найме.

Трейсиана сглотнула и пролистала бумаги.

— Вы знаете волшебницу по прозвищу Зелан Рассекатель? Она участвовала в войне с представителями нечеловеческих рас вместе с профессорами Гластом и Калейдом. В последнее время её видели в Рамельне. Говорят, она идёт по следам великого мага Глокта и изучает места, где тот когда-то бывал.

— Академия хочет завербовать Зелан в преподаватели?

— Она очень сильна. А ещё ходят слухи, что в последнее время её всерьёз заинтересовали исследования звёздной магии. Поэтому решили: больше всего шансов уговорить её у нашего лучшего специалиста, профессора Эда. С кадрами у нас беда, так что такого человека руководство упускать не хочет.

— Допустим. Но она вообще согласится?

— Кто знает. Надёжнее всего было бы отправить ректора Обела лично, но он до сих пор прикован к постели и почти не может передвигаться.

В голосе Клэр прозвучало искреннее сожаление.

— Люси тоже прекрасно разбирается в звёздной магии, но пока восстанавливает ману, она покинула Академию и живёт в поместье Ростейлоров. Так что остаётся профессор Эд.

Гласт Исследователь. Калейд Беззаконник. Зелан Рассекатель.

Трое магов, которые вместе с Обелом прошли эпоху войн и прославились самыми громкими победами. Именно Зелан когда-то передала детей из этих народов под защиту настоятельницы Остин в монастырь Кледрик.

— Да уж... Все три дела за раз никак не закрыть. И каждое вроде важное.

— Поэтому, как найдёте профессора Эда, обязательно скажите: пусть выберет хотя бы одно и доведёт до конца.

— Хорошо. Только где мне его самого искать?..

Клэр улыбнулась.

— Начните с личной лаборатории в Северном лесу. Если его там нет, проверьте остальные места в Академии. А если выяснится, что он вообще не на острове Акен... всё-таки каникулы...

— И?..

Улыбка Клэр стала какой-то подозрительно мучительной.

Она вытащила из бумаг ещё один лист и развернула на столе.

Карта всей империи.

У Трейсианы сразу нехорошо засосало под ложечкой.

— Вы ведь не хотите сказать...

— Отсюда.

Клэр ткнула пальцем примерно в середину страны — в северную оконечность владений Ростейлоров, которыми управляла глава дома Таня Ростейлор.

— И досюда.

Палец прошёл южнее, до примыкавших к ним баронских земель Пейловеров.

— Если объедете этот участок, где-нибудь его наверняка найдёте.

Трейсиана побледнела.

Если сама Клэр уже не сумела отыскать Эда на острове Акен, у неё-то откуда возьмётся волшебный способ?

Итак, первое рабочее поручение после назначения оказалось простым: сесть в экипаж и несколько дней трястись до самого центра материка.

Абсурд, конечно.

Но делать нечего.

Такова судьба самого младшего преподавателя.