Глава 273

273. Провозглашение (1)

Прошло два дня с тех пор, как Грех зависти опустошил Розарио.

— Вы теперь в порядке, маркиз?

— Да, в порядке.

Алон ответил на вопрос Эвана, несколько раз сжав и разжав кулаки.

«К счастью, восстановление идет быстрее, чем при первом использовании».

Конечно, это было связано с тем, что он не перенапрягался, как в битве против Баармы, но даже с учетом этого скорость регенерации была значительно выше прежней.

Иными словами, мастерство владения «Обращением небес» определенно возросло.

Хотя до совершенства было еще далеко.

Тот факт, что он растет, и, в особенности, что он смог применить «Обращение небес», не прибегая к Божественному рангу, был неоспорим.

Он довольно кивнул своим мыслям, как вдруг:

— Кстати, маркиз.

— В чем дело?

— Что это была за магия? Как вы ее подготовили?

— Какая магия?

— Ну, та самая. Метеорный дождь с небес. Я сам не заметил, как остолбенел, глядя на это.

[Хм, признаю, это было весьма эффектно.]

Алон слегка покачал головой в ответ на восхищение Эвана и Басилиоры.

— Это незавершенная техника.

— Простите?

— Та магия, которую ты видел.

— …Что? Правда?

— Да.

В сущности, магия, которую использовал Алон, не была готова даже на тридцать процентов.

Это был лишь прототип, созданный на основе мимолетной идеи после пары проверок.

Не более и не менее.

«К тому же, осталось еще много нерешенных проблем».

Магия, которую Алон продемонстрировал в битве с Грехом, могла выглядеть эффектно, но во многих аспектах она требовала доработки.

Особенно учитывая, что она изначально задумывалась как способ снизить нагрузку на вычислительные ресурсы Алона.

— …Значит, это была, по сути, лишь половина магии?

— Можно сказать и так.

— Если даже «половина» обладает такой мощью… то что же вы создаете на самом деле?

Эван выглядел ошарашенным. Алон лишь легко пожал плечами.

— Увидишь, когда закончу.

— И когда она будет готова?

— …Кто знает.

Алон потер подбородок.

На самом деле он полагал, что на завершение уйдет немало времени. Слишком много неразрешимых вопросов возникало во время вычислительных экспериментов с Пенией и опытов по реализации в малом масштабе.

Однако после того, как он полноценно применил магию в бою с Грехом, он нашел ключ к решению проблем.

— Что ж, думаю, это не займет много времени.

Возможно, сроки сократятся.

Алон вместе с Эваном направился наружу.

— Брат мой…! Как ваше самочувствие?

— В порядке, святой Юман.

К ним подбежал Юман, который до этого усердно беседовал с кардиналами перед храмом.

— Но…

Кардиналы, выстроившиеся за спиной Юмана, в едином порыве склонили головы перед Алоном.

…Слишком низко.

Не успел Алон почувствовать замешательство под своей бесстрастной маской, как:

— Прошу, поднимитесь все.

По приказу Юмана кардиналы осторожно выпрямились.

— Прошу прощения, маркиз.

— Мы… повели себя неподобающе.

— Именно так. Приносим извинения.

От этих слов в голове Алона начали всплывать еще более тревожные вопросы.

Через Эвана он слышал, что число верующих Розарио, считающих Алона посланником богов или кем-то еще более великим, растет.

Ему рассказывали, что когда он расправился с Грехом зависти, за его спиной возникло не только синее сияние, подобное свету богини Сиронии, но и гигантский источник света, являющийся ее символом.

Но одно дело — мнение простых верующих.

Совсем другое — когда даже кардиналы, способные в какой-то мере общаться с богиней Сиронией, реагируют подобным образом.

Это не укладывалось в голове.

«…Я ведь слышал, что они снова обрели возможность общаться с богиней».

Алон, чье лицо выражало сомнение, хотел было спросить об этом, но:

— Ха-ха-ха, не стоит так беспокоиться. Мы просто хотели выразить свою благодарность за случившееся.

— Да, именно так.

— И я того же мнения. Не берите в голову, я лишь хотел поблагодарить вас.

— Мы ведь больше ни о чем не расспрашивали.

Заметив, как Юман добродушно улыбается рядом с рассыпающимися в любезностях кардиналами, Алон понял, как обстояли дела.

— …На всякий случай скажу: я не тот человек, который…

— О, конечно, мы это прекрасно понимаем, маркиз.

— Граф Палатио остается графом Палатио.

— Мы прекрасно осведомлены.

— К тому же, у вас есть титул «Принимающий молнии».

Кардиналы смеялись, словно разыгрывая сценку, с видом «да-да, мы всё знаем, именно это ты и имел в виду».

Не дав ему шанса развеять недопонимание, они пожелали ему приятной беседы и поспешно удалились.

— …

Алон проводил их взглядом, а затем перевел его на улыбающегося Юмана.

— Я ничего им не говорил, брат мой.

Юман нанес упреждающий удар еще до того, как Алон успел что-либо спросить.

— …Правда?

— Да, я просто пробормотал пару слов.

«Так это был ты…»

Алон почувствовал дежавю, словно уже переживал нечто подобное. И тут же у него возник вопрос.

«…Если они действительно снова общаются с богиней, разве моя тайна не должна была уже раскрыться?»

Но эта мысль тут же отошла на второй план.

— Вы уже полностью оправились?

На вопрос Юмана Алон отбросил лишние раздумья и кивнул.

— Да. Кстати, какова ситуация?

— …Как видите, дела идут не лучшим образом.

Юман посмотрел в сторону, его лицо помрачнело.

Проследив за его взглядом, Алон увидел множество верующих, все еще остававшихся у храма, и руины, в которые превратилась территория.

— …Мы начали приводить все в порядок со вчерашнего дня, но это все еще тяжело.

— Поместье графа Палатио окажет всю возможную поддержку.

— Нет, вы и так уже очень помогли, не стоит утруждаться. К тому же, мы договорились о помощи с каждым из королевств.

— В таком случае, я рад.

— К тому же, похоже, нашлись люди, которые уже помогли нам.

— …Помогли, говорите?

Юман кивнул и начал объяснять.

Выслушав его, Алон с недоумением переспросил:

— …Значит, все «Белоснежные существа» за пределами Розарио были перебиты?

— Да. Говорят, на востоке все они будто поражены электричеством, на западе — раздавлены чем-то тяжелым. А на севере — огромное количество существ, которых просто разрубили.

— …Неизвестно, чьих это рук дело?

— Нет. Но, по слухам, на востоке сверкало что-то вроде золотой молнии…

— Золотая молния, говорите?

— Да. Вы что-нибудь об этом знаете, брат мой?

Алон тут же подумал о Снежной волчице, но медленно покачал головой.

— У меня есть догадка, но вряд ли. Она сейчас очень далеко отсюда.

Насколько он знал, Снежная волчица была в Колонии.

— Понятно.

Юман, продолжавший рассказывать о том о сем, склонил голову перед Алоном.

— В любом случае, благодарю вас, брат мой.

— …С чего вдруг?

— Если бы не вы, Розарио мог бы погибнуть.

— …Не стоит так переживать. Я просто сделал то, что должен был.

— Верно. Вы идете тем же путем… нет, простите, я сказал лишнее.

Юман рассмеялся, делая вид, что ничего не произошло, хотя только что выболтал лишнее.

Алон подумал, что Юман — персонаж, который, при всей своей кажущейся простоте, говорит все, что думает.

— И все же, надеюсь, подобное больше не повторится.

Юман тихо пробормотал это, глядя на руины.

Алон вспомнил слова, услышанные от Греха три дня назад.

[Этим, все, не-]

[Ради, защиты-]

[Защиты-]

Слова, сказанные Грехом с мутным взглядом — не Папой, а именно им — за мгновение до исчезновения.

Конечно, Грех зависти произнес лишь несколько обрывков фраз.

Но они заставили Алона о многом задуматься.

«…Что значит «защита»? И что значит «это не конец»?»

С самой первой встречи с Апостолом Алон думал именно так.

Если Апостол исчезнет, Грехи больше не появятся.

Это было логично.

В конце концов, он своими глазами видел, что именно Апостол порождает Грехи.

Но Грех сказал иное.

Что это не конец.

«…Значит ли это, что остался Грех гнева? Или же…»

Пока Алон размышлял, Юман прервал тишину:

— А, кстати, брат мой, если у вас есть время, не могли бы вы заглянуть в Комнату Святого Духа?

— …В Комнату Святого Духа?

— Да. Тот, кто там находится, хочет поговорить с вами.

— Со мной… говорите?

— Да.

Юман обратился с просьбой, и Алон, кивнув, направился к Комнате Святого Духа.

####