2

По дороге обратно в комнату к Кунагисе я наткнулся на команду Маки‑сан, Синъя‑сана и Яёй‑сан. Они, по всей видимости, направлялись есть. Мне было немного завидно: с Яёй‑сан в команде они могли есть потрясающие блюда когда только захотят. Не то чтобы я был против готовки Хикари‑сан…

— Аха-ха… парень. Аха-ха-ха-ха-ха-ха. А-а-а-а-ха-ха-ха-ха-ха-ха… ха.

Едва только увидев меня, Маки-сан просто разорвалась со смеху. Я уже даже не считал это грубым. Этого ждёшь точно так же, как смены времён года.

— Что на этот раз, Маки‑сан? Вы как всегда полны энергии.

— А-ха-ха. Юноша, похоже, Тэруко‑сан на тебя серьёзно наехала. Ох мои звёзды. Так тебе и надо.

— Откуда вы знаете?

— Ты всё ещё спрашиваешь? Благодарю за восхитительную передачу, нерешительность‑сан. Тебе, наверное, никогда не скучно. Завидую.

Да уж, Маки‑сан жить очень скучно. Она знает всё, что произошло, что происходит и что произойдёт. Это как если смотреть бесконечный поток фильмов, концовку которых ты уже знаешь. Без сомнений, что такое отнимает у бытия всяческую радость.

— Не совсем так.

Маки‑сан всё смеялась. Это алкоголь на неё так действует, она навеселе? Её голова изнутри напоминает, наверное, мэнтайко[✱]明太子— в японской кухне маринованная икра трески и минтая..

Она пронзительно на меня посмотрела.

— Скажи, тебе действительно необходимо в сейчас быть здесь? — Синъя‑сан всё ещё был немного печальным, но он несколько успокоился и больше не был бледным. И пускай наступают суровые времена — в конечном счёте время добро ко всем нам. — Кунагиса‑тян и Хикари‑сан одни там наверное волнуются. Они же такие маленькие. И к тому же Хикари‑сан сейчас главная подозреваемая, так? Твоя любимая Кунагиса может быть в опасности.

Он говорил словно в шутку, он было ясно, что он на самом деле за меня волнуется. Я благодарно ему поклонился.

— Э-хе-хе. Что же, теперь прошу нас простить, недоделанный‑сан. Не переусердствуй в размышлениях, — усмехнулась Маки‑сан, после чего повернулась ко мне спиной. Синъя‑сан бросил на неё взгляд.

— Если ты винишь себя в смерти Соноямы‑сан, то не стоит, я считаю. Ты сделал всё, что было в твоих силах. Ты не мог сделать большего. Ты сделал всё, что мог, — сказал он мне.

— Благодарю вас, — благодарно поклонился я в ответ.

— Что же, пока, — он тоже развернулся.

Яёй‑сан бросила на меня пару подозрительных взглядов, которые, наверное, должны были что-то значить, но она лишь едва кивнула и направилась вслед за другими двумя в сторону столовой.

— Что это сейчас было?

Не было ничего особо подозрительного, но что-то было не так.

— Эх, наверное, не стоит об этом думать, — пробурчал я себе под нос.

Возвратившись в комнату, я застал Кунагису по уши закопанной в детали от компьютеров, Хикари‑сан же прибиралась. Говорю вам, Хикари‑сан помешана на чистоте. Если так подумать, она всё время прибирается. Наверное, это какая-то форма трудоголизма. На этом острове есть хоть один нормальный человек?

— Эй, И‑тян, ты как раз вовремя.

— Для чего это?

— Чтобы заплести мне волосы.

Понял.

Я подошёл к ней сзади. Решив заплести ей кучу маленьких косичек, я начал собирать волосы небольшими прядями.

— А-а-а-ах, — от удовольствия вздохнула она.

— Томо‑сан, мне убрать весь этот хлам?

— Не называй это хламом! Ещё можно использовать какие-то детали, я их сейчас вытаскиваю. Вещи нужно использовать многократно! Повторное использование, рециркуляция, ради матушки земли! Повторное использование — это важно. М-м-хм-м. Но что мне делать? Может, собрать секретное оружие и остановить убийцу?

Да уж, вешать нос она не умеет. Не то чтобы я хотел быть таким же, как она, но нельзя не уважать её позитивное мышление. Даже если просто потому, что она никогда не знала отрицательных эмоций.

Э-эх.

— Ах да. Хикари‑сан, у тебя найдётся что-нибудь вроде блокнота? И чем писать?

— Всё есть в кабинете. Вам нужно?

— Я хочу очертить сложившуюся ситуацию.

Вчера мы составляли список алиби для всех, но эти данные были разбиты на осколки вместе с компьютерами. Поэтому я хотел написать новый список, с учётом обновлённой информации.

— Понятно, — сказала она и отправилась в кабинет.

— Ах да. Томо, забыл тебе сказать, помнишь про картину? Я понял, что с ней не так.

— Хм-м? Ах, да, ты же говорил что-то об этом. Ну так что?

— Часы.

— Часы?

— Ага, часы. Когда я позировал Канами‑сан в ателье для картины, на мне не было часов. Они сломались и я отдал их тебе на починку. Так что на моих руках ничего не было.

— Тем не менее, на картине часы нарисованы были.

Кунагиса была озадачена пару мгновений, но затем вернулась к обычному своему выражению и задала ожидаемый вопрос:

— Тебе не кажется, что это просто ошибка? Не думаю, что это очень уж важно.

— Ну, да, пожалуй, но…

— Какой?

— Как насчёт подлежащего и сказуемого?

— Экран часов. Он был пуст или такой, какой после починки, с цифрами в обратную сторону?

— О, ну, если честно, то там я повёрнут вовнутрь, так что не могу сказать.

— М-м, — кивнула она и через пару секунд продолжила: — Ага, думаю, это просто ошибка. Что важнее, кажется, надумала зацепку. Убийство Аканэ‑тян, оно как… Её обезглавленное тело словно, эммм…

— Эммм?

— Её руки как будто бы…

Она наклонила голову и сложила руки в замок.

— Даже не руки, а пальцы. Что-то было в них неестественное, то есть очень неестественное, пожалуй… Ох чёрт, моя память работает на пределе мощности. Словно бы у меня в голове большая мозаика. Эй, Хикари‑тян, ты ничего странного не заметила у неё с пальцами?

— Хм-м-м…

Хикари‑сан, в какой-то момент вернувшаяся, села на ковёр рядом с Кунагисой, прямо напротив меня.

— Простите за ожидание. Вот бумага и ручка.

— Спасибо.

Я забрал предложенное, и, вспоминая, что мы там вчера писали, составил новый список алиби для всех на этом острове на момент убийств Ибуки Канами и Соноямы Аканэ.

Фух. Вроде так. Я вздохнул, глядя на список.

— Алиби, да? Но знаешь, это всё не так уж много теперь значит, нет? До этого момента мы отвергали мысль о том, что это может быть сговор, но если учесть такую вероятность, то список ничего не значит. Особенно если посмотреть на показания групп по двое и по трое.

А ещё есть вероятность, что даже не-убийца соврал, просто чтобы не оказаться под подозрением, и если учесть и это, то этому списку ещё сложнее верить.

Прекрасно осознавая бессмысленность всего этого, я всё же решил набросать краткое описание самих убийств.

СЛУЧАЙ ПЕРВЫЙ:

Жертва: Ибуки Канами;

Условия: запечатанная комната, река из краски (решено);

Время: ночь (вероятно, после землетрясения);

Примечания: обезглавленное тело; убийца неизвестен.

СЛУЧАЙ ВТОРОЙ:

Жертва: Сонояма Аканэ;

Условия: запечатанная комната, открыто окно на большой высоте (не решено);

Время: между двумя ночи и половиной десятого утра;

Примечания: обезглавленное тело…

— И… убийца… неизвестен.

Я закончил писать и отложил ручку.

— Ты забываешь о третьем случае, И‑тян! — тут же заспорила Кунагиса. — Случай с бедной Кунагисой‑тян.

— Ах да. В сравнении оно меркнет, но это тоже загадка, ага.

— Не говори так! Для меня это страшнее, чем если бы мне голову отрезали! Раз до такого дошло, то лучше, если бы и правда её отрезали!

— Ладно, ладно… — я вновь взялся за ручку.

СЛУЧАЙ ТРЕТИЙ:

Жертва: Кунагиса Томо (её компьютеры);

Условия: незапечатанная комната; замка нет, заходи кто хочешь;

Время: между десятью утра и окончанием завтрака; однако, на тот момент все были вместе. Комната, запечатанная временем?

Примечания: предположительно, целью преступника было уничтожение фотографий с места смерти Ибуки Канами.

— Комната, запечатанная временем, э?

В первом случае комната была запечатано рекой краски. Во втором — окном, до которого не дотянуться. Комната, запечатанная высотой. А третий случай был запечатан временем.

— Второе, третье и четвёртое измерение, а?

— Да уж, так это выглядит как преступление невероятных масштабов. Скажи, Хикари‑тян… Вопрос, пожалуй, обнуляет все предположения, которые мы делали до сих пор, но… может такое быть, что на острове кроме нас есть кто-то ещё?

— Нет, не может, — уверенно ответила та. — На всём острове есть только одна точка, к которой может пристать корабль, так что в этом я уверена.

— Ясно…

Но если бы это было так, то тогда то, что произошло с компьютерами Кунагисы было бы абсолютно невозможно. При достаточном уме с мудростью кому-то реально под силу пройти сквозь запечатанное пространство и покорить высоты, но время — эта вотчина неподвластная человеку.

— Так что мне интересно, это тоже был какой-то фокус? Что-то вроде удалённого управления? М-м-м, но совершенно очевидно, что это дело рук человека.

— Хикари‑сан, быть может, он или они ускользнули, пока все были в замешательстве после обнаружения тела? Я хочу сказать, ведь перед нами был обезглавленный труп. Может, кто-то воспользовался ситуацией и ушёл, пока мы все отвлеклись?

— Я… я так не думаю.

Хикари‑сан всё было не убедить. Даже я сомневался над этой идеей, хотя это я её высказал. На самом деле мы бы скорее всего заметили бы, если бы кто-то исчез из комнаты.

— Первый случай. Кто угодно мог это сделать — если учитывать вероятность сговора. Но по крайней мере мы знаем, как это сделали, мы знаем, что на самом деле это не «запечатанная комната. Далее, второй случай. На этот раз мы не знаем, как всё было сделано.

— Но я, как исключение, могла всё сделать, — сказала Хикари‑сан.

Я кивнул.

— Наконец, третий случай. Этого не мог сделать никто. Более того, этого вообще никак не могло произойти.

Сам случай стремительно усложнялся и усложнялся. Не очень хорошая тенденция для следующего случая.

— Боже, ну что это за цикл такой?

— Ну, не думаю, что всё это было спланированно заранее. Хм, но и на совпадения всё списывать тоже нельзя.

— Ладно, хватит думать о том, от чего опускаются руки, — сказал я. — Алиби, запечатанные комнаты. Трюки, уловки, постановки, обманы. Неважно. Сойдёмся на том, что кто-то просто дурит нас всех каким-то невообразимым образом.

— Быть может, это виртуальная машина.

— Ага, именно.

Наверное.

В старых детективах часто говорят, что сложнее придумать загадку, чем её решить, но мне кажется, что это не так. Придумать загадку или трюк или что нужно намного проще. При создании загадки можно смотреть на события с любой стороны, с которой только тебе захочется. С другой стороны, решать загадку ты можешь только с одной определённой стороны.

Так что сейчас надо отложить это дело в сторонку.

— Но вы не думаете, что нам нужно по крайней мере рассмотреть алиби? Только это нам сейчас и известно, — сказала Хикари‑сан. — А если в доказательства мы станем подмешивать эмоции, все сразу попадут под подозрение. Я хочу сказать, разве когда убили Ибуки‑сан, Сонояма‑сан не стала главной подозреваемой из-за того, что они были на ножах? И посмотрите, к чему это привело.

— Да-а-а-а, но… ели бы Аканэ‑сан была бы убийцей, это было бы логично.

А теперь Аканэ‑сан тоже мертва.

— Как насчёт идеи, что Сонояма‑сан убила Ибуки‑сан, а затем кто-то убил ту в отместку?

— Думаю, в этом случае её скорее всего убил бы Синъя‑сан. Он заботился за Канами‑сан и был её лучшим другом.

— Но у Синъя‑тяна алиби. Да и если не учитывать его, откуда он бы узнал, что это Аканэ‑тян её убила?

— Может, он не знал, может, просто чувствовал. Ошибочная месть не каждый день случается, но не такая уж и редкость. Если подумать, что такое с Синъя‑саном и Маки‑сан? У них алиби второй день подряд. На ночное время. Вам не кажется, что их Алиби как-то подозрительно?

— Есть немного, м? Может, они втайне согласовывают показания. Но знаете, Химэна‑сан вряд ли стала бы таким заниматься.

Химэна Маки. Неописуемая предсказательница со сверхчеловеческими способностями. Абсолютная абсолютистка, она может заглядывать в головы людей и слышать всё, что угодно. Чем-то она напоминала Кунагису. Странно.

— Что с тобой, И‑тян? Влюбился в Маки‑сан что ли?

— Боже, не говори так. Но знаешь, от такой долбанутой женщины не ждёшь особенно здравого смысла.

Ох, всё это воистину бесполезно. Кажется, что мы уже рассмотрели все возможные варианты. Будто мы на мели. О чём ещё остаётся думать?

— Такое чувство, что Аканэ‑сан знала, что её убьют.

— Э? — Хикари‑сан удивлённо подалась вперёд. — Что вы хотите сказать?

— Просто мне так кажется. Вчера вечером я разговаривал с ней под дверью, она, ну, была всё время такая спокойная. Цитировала Рёкана и всё такое. На неё это было не похоже.

— Хм, интересно, она знала, кто убийца? — сказала Кунагиса.

Действительно, она могла. В конце концов, она же была Соноямой Аканэ из Семи Дураков ER3. Даже не проводя расследование, если у неё было предчувствие, кто убийца, скорее всего, так оно и было.

— Кстати, Хикари‑сан, я только что говорил с Тэруко‑сан…

— Чего?! — кажется, она была ошарашена ещё больше, словно я сказал что-то возмутительное. Точнее, не возмущена. Больше похоже, то она думала что-то вроде «почему ты так откровенно врёшь?»

— Хочешь сказать… Тэруко говорила?

— Ага. Я тоже сильно удивился, но проблема тут в том, что именно она сказала.

Я рассказал Хикари‑сан и Кунагисе, что сказала мне Тэруко‑сан. Конечно, вторую половину я опустил. Никогда не любил болтать о своих ошибках.

— Так что это значит, Хикари‑сан? Сколько из этого — правда?

У Хикари‑сан было совершенно растерянное выражения, когда она пыталась сказать что-то в ответ.

— Эм… — тянула она. — Эм, ну, эм…

— А ещё утром Акари‑сан кричала о чём-то странном. Что-то вроде «я так от этого устала». О чём это она?

Она всё ещё не могла ничего сказать в ответ. Затем, решившись, видимо, она посмотрела на меня. И всё же её взгляд метался туда-сюда, пока она ещё немного размышляла. Наконец, она открыла рот.

— Всё верно.

Э.

Надо сказать, не такого ответа я ожидал.

Пришёл мой черёд терять дар речи. Что, всё, всё верно? Э? Что это она сказала?

— Я скажу, раз уж дошло до этого, и потому что я решила доверять вам. И потому что я обязана вам. — Хикари‑сан снова помолчала, и затем, выглядя ещё отрешённей, продолжила. — Да, технически, госпожа — преступница. Мы служим ей с полным осознанием этого.

— И поэтому вы не вызываете полицию?

— Мы просто на неё работаем. Больше мы ничего не делаем. С момента, как мы приехали на этот остров, произошло много всего. Так мы познакомились и с Айкавой‑сан, о ком вы уже слышали.

Много всего? Много чего всего?

Происшествие на острове.

Если подумать… Если подумать, прошлой ночью…

— Эй, Томо.

— Что, И‑тян?

— Я помню, ты вчера говорила что-то вроде того, что тебе интересно, что произошло на этом острове, но ведь это снова шалит моя память?

— Не-а.

— Значит, ты знала.

— Ага, — усмехнулась она. — Это общеизвестный факт. Много кто об этом знает, но никто не говорит. Мало кто хочет стать врагом фонда Акагами.

Так значит, со времён старых добрых деньков увлечения Кунагисы ничуть не изменились. Может, пяти лет мало, чтобы изменить её природу.

— На самом деле это было среди прочей информации от Ти‑куна, но я подумала, что лучше тебе этого не говорить, так что…

— Почему это?

— Потому что я знала, что ты сделаешь такое вот лицо.

Ага.

Да ладно…

Я опустошён.

Очень слабо, неуверенно, болезненно — Хикари‑сан продолжила.

— Когда мы придумывали этот «салон», госпожа несколько успокоилась, но… Я могу понять неудовлетворённость Акари. Но, знаете, это же наша работа.

Работа, э? Если она серьёзно, то это веское утверждение. Я впечатлён, правда. Я уважаю всех, кто живёт исключительно для выполнения своей роли, вне зависимости от того, что это за цель. Это что-то, что я никогда не смогу.

Так что Хикари сан тоже была погружена в самую пучину бездны.

— Э, так вот в чём дело?..

Но что это значило? Если убийца знал всё это, знал, что Ириа‑сан не вызовет полицию, тогда…

Тогда эта поразительная храбрость, смелость и бесстрашие его действий вдруг обретали смысл.

— Ладно, Хикари‑сан, значит…

И когда я собирался расспросить её о деталях этого происшествия, в дверь постучали. Это была Яёй‑сан.