2

— Уаах, И‑тян, синяк у тебя тут здоровенный!

Закатав мне штанину, Кунагиса поглаживала синяк на моей коленке. Эта голубоволосая, наверное, даже не понимала, как от этих поглаживаний было больно. Хикари‑сан принесла мне противоотёчное, и я им намазался. Тепло словно высосало из тела.

Вот он, комфорт?

— Аканэ‑тян оказалась тако-ой си-и-ильной! — сказала Кунагиса. — Не то чтобы она вообще казалось слабачкой, но… Ты знал, И‑тян?

— Откуда мне? Кто вообще мог подумать, что одна из Семи Дураков окажется такой сильной? Это же не видеоигра.

С её силой нельзя было не считаться. Я не ожидал, что она будет так невероятно сильна, и уж чего я точно не ожидал, так это что у неё будет что-то огнестрельное. За свою жизнь я несколько раз был довольно близок к тому, чтобы умереть, но этот случай был опасней всего.

— Если бы Тэруко‑сан не пришла мне на помощь, всё закончилось бы довольно печально.

— Будь осторожнее. Твоё тело не одному тебе принадлежит, знаешь ли.

— Это ещё что такое…

После столкновения мы перешли к стадии лечения раненых, здравый смысл требовал заняться этим в первую же очередь. Сначала я не особо об этом задумывался, но потом боль в ноге начала нарастать, так что сейчас в комнате Кунагисы мне оказывали первую помощь.

— Вы же и спиной ударились, болит? — спросила Хикари‑сан. — Пожалуйста, аккуратнее. В старшей школе Аканэ‑сан занималась каратэ, вы знали?

— Слышал что-то такое, кажется…

— Даже в национальных соревнованиях участвовала.

Меня этому научите.

— Да-да, но победила, кажется, всего в пяти матчах.

— Чтобы взять на национальных соревнованиях первое место, нужно всего в пяти матчах победить.

Что касается ран Аканэ‑сан, во-первых, у неё была сломана рука. Далее, удар ногой по груди сломал ей четыре, кажется, ребра. И хотя в начале сражения ей нанесли такие повреждения, она всё равно могла свободно скакать, а это не так-то просто.

Акари‑сан обрабатывала Тэруко‑сан. Когда Аканэ‑сан душила её, часть кожи вокруг шеи была содрана, и теперь там немного кровило, но помимо этого никаких заметных ран не было. Когда раздался выстрел, мне показалось, что пуля попала ей прямо в центр спины, но на самом деле её и вовсе не задело. Я решил, что её откинуло мне на руки силой выстрела, а это она просто уклонялась от пули. Наверное, она так среагировала на звук взводимого курка. Она просто одна из Ангелов Чарли.

Молчу о, что потом она притворялась мёртвой.

— Вообще-то не совсем так, — сказала Хикари‑сан. — Уверена, она защищала вас.

— Защищала меня? — и правда, если посмотреть под другим углом, это не кажется совсем невозможным. —Хочешь сказать, что она ради меня рисковала жизнью?

— Нет, она была в полной безопасности. Наряд Тэруко пуленепробиваем.

— Пуленепробиваем?

Она совсем не ангел, она боевая горничная. Что вообще творится с этой реальностью?

— Да. Её одежда прошита нитями «спектр»[✱]Сверхвысокомолекулярный полиэтилен.. В отличие от кевлара, спектр выдерживает сколько угодно выстрелов и не ослабляется. Нити лёгкие, так что не устаёшь. Тэруко практически неуязвима в рукопашной, но и про защиту от дальнего боя она не забывает. Видите, какая длинная юбка её платья? Служит тем же целям, что хакама в айкидо.

Шутка всё это или нет, по выражению Хикари‑сан понять было сложно. Пожалуй, не стоит на этом зацикливаться.

— Но почему Тэруко‑сан такая сильная? И ты тоже такая сильная? — спросил я.

— Нет, Тэруко — что-то вроде телохранительницы госпожи. У нас совершенно разные роли. До сих пор вы же никогда не видели, чтобы мы все делали одинаковые вещи, так?

Если подумать, то всю работу по дому выполняли только Хикари‑сан и Акари‑сан. Для участника программы ER3 то, что я до сих пор этого не замечал, как-то беспечно что ли. Да, звучит печально.

— Но я очень рада, что она спасла вас. Разумеется, вы заметили, что она может быть страшно холодна. Помощь — это одно, но такая самоотверженность… Явление, практически лишённое здравого смысла.

— Да, это… почему она так поступила?

— Ну, она девушка непредсказуемая.

Как и все остальные здесь.

Но не то чтобы я вовсе не мог этого понять. Всё же не знаю точно, о чём думает Тэруко‑сан, но без сомнений, что насколько она является для меня загадкой, настолько же и я являюсь загадкой для неё.

Наверное, она просто хотела спросить.

— Впрочем, всё это абсурд.

…Если подумать, когда она днём схватила меня за руку, она показалась мне довольно сильной, но я и подумать не мог, что за этим стояло на самом деле.

— Спина и зад у тебя в порядке, похоже. Головой точно не ударился? Тогда всё! — Кунагиса, чуть ли не приклеившись ко мне, начала массировать мне плечи. Я просто в раю.

— Что же, тогда возвращаемся в столовую?

Я в аду.

Точно. Те, кто не был ранен, с тревогой ждут, когда мы с Кунагисой вернёмся в столовую. Невероятно. Ужасающе.

— Томо, иди одна. Раны серьёзней, чем мне казалось. Вряд ли я дойду.

— Как знаешь. Но И‑тян, это прекрасная возможность покрасоваться перед Акари‑тян. Сделаешь всё как надо, может, что-то и выгорит.

— О, так ты на Акари глаз положил? Ей нравятся умные парни.

Кунагиса с Хикари‑сан радостно закидывали меня предположениями. Они что, школьницы что ли?

— Томо, ты же знаешь, как мне это всё не нравится. Я для объяснений не нужен, так? Просто придумай что-нибудь сама.

— И‑тян, разве за границей ты не этим занимался? Выступления, презентации или что там ещё?

— Ну, да, но каждый раз это был просто ад. Каждый раз они ныли: «хватит ходить вокруг да около», или «не совсем ясно», или «твои проблемы никому не интересны». А, ладно, ладно, нужно просто сделать это, просто сделать.

Улыбка Кунагисы словно говорила, что не стоит прекратить с двусмысленностями.

— Не стоит, будет только хуже. Надо положительней к этому относиться. Знаю, для тебя это практически невозможно, но пойдём всё же. Но сначала заплети мне волосы.

— Э? Так тебе не нравится?

— Ощущения такие, словно голову на что-то натягивают. Один-два хвостика всё же лучше.

— М-м-м, а мне причёска нравилась.

— Томо‑сан, хотите, я заплету?

— Не-а, — покачала Кунагиса головой. — Заплетать мне волосы — это обязанность И‑тяна.

Повинуюсь. Я перезаплёл ей волосы, и…

… и все приготовления окончены.

— Что ж, идём.

Врата ада медленно разверзались. Моя поступь была тяжела, и вовсе не из-за ран.

— Какой же абсурд, — пробормотал я, входя в столовую. Все, кроме тяжело раненой Аканэ‑сан, были там.

В том числе Синъя‑сан, конечно же.

Словно бы он уже смирился, словно тяжёлый груз сняли с его плеч, он совершенно спокойно наблюдал, как мы заходим. Маки‑сан усмехнулась, глядя на меня, так что я решил, что она снова будет насмехаться, но она молчала.

Стол был заставлен едой, которую Яёй‑сан приготовила, пока мне оказывали первую помощь. В этот раз еда была заметно причудливей, возможно, потому что Яёй‑сан успокоилась.

Акари‑сан всё ещё смущённо отводила взгляд. У Тэруко‑сан шея была обмотана бинтом.

Рэй‑сан просто за всем наблюдала, не издавая ни звука.

А ещё там была Акагами Ириа‑сан. В её глазах читался азарт.

— Ну что ж, быть может, начнём? — обратилась ко мне Ириа‑сан. — И что это было?

— Давайте я всё объясню. Сонояма Аканэ‑сан, одна из Семи Дураков программы ЕР3 — убийца, а сопровождающий Канами‑сан, Сасаки Синъя‑сан — её помощник.

Молчание.

— И?

— И всё.

— Удели нам тридцать минут, — настаивала она. — Первое, что я хотела бы узнать, как Сонояма‑сан оказалась в комнате Яёй?

— Это просто. Яёй‑сан сбежала из столовой, так? А значит, она оказалась следующим человеком, который остался где-то совсем один, так что Аканэ‑сан решила воспользоваться возможностью убить её.

План был в том, чтобы опередить и самим напасть на Аканэ‑сан, но всё же она поборола меня, а Тэруко‑сан меня спасла. И всё же в итоге пришлось положиться на доброту Аканэ‑сан.

Топор, что она на меня направила — он бы точно отрубил мне голову.

— Я очень благодарен Тэруко‑сан.

— Нет, я не про это. Ты знаешь, что я хочу сказать. Разве Сонояму‑сан не убили? В той кладовке.

— Как вы могли заметить, она жива, — пожал я плечами. — Если только не допустить, что у неё есть сестра близнец, можно с уверенностью сказать, что это Аканэ‑сан.

— А то безголовое тело в кладовой?

— Ну, Аканэ‑сан жива, так что тело не её. Это простая логика.

— Это чей-то ещё труп?

— Если видишь тело без головы, ожидай подмены. Это одно из первых правил детективных произведений. Уверен, что ваш любимый детектив сказал бы то же самое.

Ириа‑сан качнула головой в мою сторону, будто бы говоря, что это всё за пределами её понимания.

— Эм, одну минутку. Я думаю, — она хотела немного поразмышлять над этим сама. Она меня поражает. — Эм…

— Могу я пока спросить? — поднял руку Синъя‑сан. — У меня к тебе вопрос.

— Я не против, — кивнул я. Я был уверен, что он спросит что-то вроде того, когда я понял, что стоит за происшествиями, или как я догадался, кто убийца, но вопрос Синъя‑сана весьма отличался от того, что я ждал.

— Твоя нога как, в порядке?

— Вполне. Синяки, впрочем, есть.

— Вот как? Так она не сломана. Эта женщина… — усмехнулся он. — А может, она просто не смогла сломать её? Хотя на неё это не похоже… или да?

Я не совсем понимал, о чём он там шепчет.

И наконец.

— Нет, не выходит, — сдалась Ириа‑сан. — Ничего не понимаю. И правда была подмена?

— Была. Ведь Кунагисе разбили компьютеры. Третий случай. Никто не мог их разбить. Буквально никто, совсем. Все видели друг друга, так что алиби и сообщники даже не рассматриваются. Все видели всех всё время. Никто не мог разбить. Никто из тех, кто был там. А значит, это был кто-то, кого с нами не было. Это простая логика.

— Это я поняла, — сказала Ириа‑сан. — Не стоит так зацикливаться на том, что это логично. Умника из себя строишь? Тогда чьё же тело мы видели в кладовой? Мы все там были вместе. Никто не мог изобразить тело Соноямы‑сан. Это тебе странным не кажется?

— Ну, это странно, но… — я решил привести простую аналогию. — Знаете такую загадку? Или это скорее розыгрыш, обман. Впрочем, неважно…

Я вытащил лист со списком алиби и перевернул его. На чистой стороне я нарисовал прямоугольник и расчертил его девятью линиями. Иными словами, нарисовал табличку с десятью строками.

— Что это такое? — спросила Ириа‑сан. — Как это к нам относится?

— Представьте, что это телефонные будки. Десять телефонных будок. Теперь поместим в них одиннадцать человек.

— Телефонные будки?

— Ну, это просто коробки. Можно условиться, что это комнаты.

— Десять комнат.

— Ага, — кивнул я.

Так вышло, что этот фокус я вычитал в одной книжке ещё в начальной школе.

— Ладно, скажем, А‑кун хочет войти в первую будку, но второй человек опережает его, — я нарисовал крестик в первой клетке, — Затем третий, — крестик в следующую клетку, — Четвёртый, — ещё крестик, — Пятый, шестой, седьмой и восьмой. Девятый и десятый. Так что сейчас в будках десять человек. Но у нас осталась ещё одна будка. Так что поместим в неё А‑куна, — я нарисовал крестик в последней клетке. — Так что вот, одиннадцать человек в десяти будках. Понятно?

— Глупость какая-то, — сказала Ириа‑сан. — Первый никуда так и не вошёл, так что он остался.

— Да, именно. Этот элементарнейший трюк разгадает любой, стоит лишь немного подумать. Но если провернуть всё достаточно ловко и умело, никто и не заметит.

— Обязательно заметят.

— Нет, нет. Мы же не заметили.

— Я совсем не понимаю, о чём это ты. И это вообще не относится к делу. Я спросила, чьё тело мы видели в кладовой. Все там были. Как ни гляди, кого-то всё равно не хватает. Или хочешь сказать, что на острове есть кто-то тринадцатый?

— Это невозможно. На острове было двенадцать человек. Давайте исходить из этих условий.

— Что же, тогда кто это был?

— Сейчас на этом острове в живых одиннадцать человек. Акагами Ириа‑сан, Тига Акари‑сан, Тига Хикари‑сан, Тига Тэруко‑сан, Ханда Рэй‑сан, Химэна Маки‑сан, Сасироно Яёй‑сан и Кунагиса Томо. А ещё есть Сакаки Синъя‑сан и Сонояма Аканэ‑сан. Наконец, ещё есть я. Так что ответ должен быть ясен.

Я выдержал небольшую паузу. — Это была Ибуки Канами‑сан.