1

Юкарики Ичихиме, или же Химе-тян, пряталась за учительской кафедрой.

— Довольно очевидное место для пряток… Если бы, открыв дверь, я пошёл влево, то тут же бы тебя обнаружил.

— Потому-то я там и спряталась. Никто бы и не подумал, что кто-то станет там прятаться. Наставник же первым делом накинулся своим взглядом на самое очевидное место, шкафчик, верно? Так что вот так вот.

— ……

— Что-то не так, Наставник?

— ………Нет, ничего.

Завершив нашу предварительную встречу, мы, наконец, представились друг другу, после чего Химе-тян тихим, но весьма настойчивым голосом сказала мне: «Я хочу, чтобы ты звал Химе-тян Химе-тян!». Я, конечно же, ничего не имел против. В конце концов, имена — лишь те же клички. Проблемой скорее выступало прозвище, которое решила мне дать Химе-тян.

Наставник.

Нет, эпохой она не промахнулась. Даже если принять за истину брошенную ей фразу: «Друг Джун-сан — нечто вроде наставника для Химе-тян!», — решение звать меня так всё равно было мне непонятно. Более того, употреблённое ей «нечто вроде» говорило о том, что никакого уважения, обращаясь ко мне так, она не испытывала. Если на что это и было похоже, так на то, что меня пытались выставить дураком.

— Итак, я пришёл, чтобы вытащить тебя отсюда, и мне сказали, что всё, что нужно, я узнаю уже от тебя.

— Хм, не знаю, что и ответить, — Химе-тян скрестила руки на груди и будто задумалась. — У нас, как бы, времени не особо, да и Химе-тян не ахти как умеет что-либо объяснять… Может просто уйдём отсюда?

— … Ясно… — Она не особо дружна со словами, или, скорее, не особо дружна с головой — так бы я объяснил стиль её речи, а потому, найти в себе силы согласиться с её предложением, было сложно, но, может быть, мне лучше просто следовать за Химе-тян. В конце концов, нет смысла заставлять Айкаву-сан ждать нас вечность.

— Чтобы пройти через главный вход нам потребуются пропуска, у тебя есть свой?

— Да-а, есть.

Тогда ты ведь могла выбраться отсюда и сама? Я в очередной раз задался этим вопросом. Однако, спрашивать об этом у Химе-тян, похоже, было бесполезно. С учётом той информации, что я извлёк из нашей пятиминутной беседы, надеяться на то, что я получу адекватный ответ, не приходилось. Как ни крути, но моё первое впечатление о Химе-тян было таким — девушка, с которой не поговоришь на японском.

— Тогда… выдвигаемся.

— Ага, — сказала Химе-тян, проскользнув ко мне за спину, словно щенок. После случая с блокфлейтой я сохранял определенный уровень осторожности, но в этот раз направлять что-либо на меня она не стала. «Чу-чу, поехали!»

Чтобы соответствовать её неуместно весёлому, беззаботному настроению, я наклонил голову на бок, а затем мы покинули классную комнату. «Давай без шума, привлекать внимание к себе нам не стоит» — предупредил я Химе-тян, и мы зашагали по коридору. Всё что нам требовалось сделать, это лишь вернуться туда, откуда я пришёл. Представить что-либо, способное помешать нам по пути, я не мог и ощущал, что порученная мне миссия подходит к своему концу как-то уж чересчур прямолинейно. Конечно же, подобная простота приветствовалась, но в тоже время меня грызли сомнения о том, компенсируют ли вложенные мной в это усилия всё то, что до этого сделала ради меня Айкава-сан.

— Кстати, Химе-тян, а что тебя связывает с Айкавой-сан?

— А! — вскрикнула Химе-тян, показывая на меня пальцем и совершенно не учитывая наши текущие обстоятельства. — Наставник, тебе не следует так делать! Если будешь называть Джун-сан по фамилии, то она ещё как разозлится!

— Так в этом и смысл… Эм, в смысле, она всё равно это не слышала. Так что связывает тебя с Джун-сан?

— Эм, скажем… Примерно в то время, когда была сделана фотография, которая сейчас в руках Наставника, я была спасена ею. Пять лет назад получается, что ли? Довольно ностальгично… — произнесла всё ещё безразличная к нашей ситуации Химе-тян, закрыв глаза и погрузившись в воспоминания. — Полагаю, она всё равно что моя спасительница. И-и-и поэтому Химе-тян готова умереть, если Джун-сан ей прикажет. Но также это значит, что я верю в то, что Джун-сан никогда так не скажет, ведь умирать то мне не так уж и хочется. А что насчёт тебя, Наставник, что связывает с Джун-сан тебя?

— Она мой друг, друг. Просто близкий друг.

Судя по тому, что Химе-тян склонила голову немного набок и хмыкнула, то, что я повторил это трижды, уменьшило доверие к сказанному. Однако кроме того подозрительного ответа, что я выдавил из себя, у меня больше ничего не было. Мои отношения с Айкавой-сан — я никогда о них не задумывался. Мы познакомились совершенно случайно, после этого она иногда призывала меня для помощи с работой, или же пользовалась мной как игрушкой, или же издевалась надо мной, и всё такое прочее.

Однако, Химе-тян, пока ты относишься к Айкаве-сан как к той, кому по гроб обязана, ты продолжаешь на неё полагаться. Ох жеж, может тебе стоит поучиться у меня.

В тот момент, когда мы уже должны были начать спускаться по лестнице, я заметил двух учениц. Пара девушек. Упс, может мне всё же стоит собраться. Нам стоит прервать нашу беседу и пройти мимо них, избегая их взгляда…

— Вот ты где! — неожиданно прокричала одна из учениц, тут же выбив все мысли из моей головы. Её палец был направлен не на меня, она тыкала им на прятавшуюся за моей спиной Химе-тян. Пока я лишь поворачивался к ней, чтобы уточнить, что происходит, Химе-тян схватила меня за левую руку и, быстро побежав вверх по лестнице, потянула меня за собой. Вообще, мне стоило бы стыдиться того, что меня вот так тянет за собой старшеклассница, но времени на это совсем не оставалось. Продолжая как будто бы убегать от той пары учениц, мы очутились на последнем этаже.

Выражение «как будто бы убегать» всё же было не совсем верным — мы удирали от них в самом, что ни на есть, настоящем смысле. Девушки же во всю нас преследовали. Они гнались за нами со всей своей скоростью. Почему Химе-тян пустилась в бег, и почему эти двое нас преследовали, я совершенно не представлял, сейчас мне было понятно только одно — если всё будет продолжаться в таком темпе, то нас догонят.

«Вот ты где!» — значила ли эта фраза, что Химе-тян искали? Айкава-сан, конечно, говорила, что в моё задание входит поиск человека, но было ли это как-то с этим связано? Нет, размышлять над этим сейчас было некогда. Прямо сейчас мы удирали. Если на чем сосредоточиться и стоило, так на том, чтобы не оказаться пойманными, а это подразумевало под собой то, что действовать надо быстро. Именно это сейчас и было важнее всего. В то же время бегущую впереди меня Химе-тян назвать быстрой было нельзя. Если уж какое-то слово и подходило для описания её скорости, то этим словом было «медленно». «Невероятно медленно». Это было вполне предсказуемо, если учесть что длина её шага была в половину того расстояния, что за шаг преодолевает среднестатистический человек.

— Приношу свои извинения.

Я ускорил свой темп и быстро оказался напротив неё, после чего, обхватив Химе-тян за талию, оторвал её от земли.

— Укья!

Химе-тян издала странного рода вопль, на который я не обратил ни капли внимания. Как можно было догадаться, просто взглянув на неё, она была очень лёгкой. В соревновании на перегонки с девчонками подобный вес даже нельзя было бы назвать форой, — бежавшая до этого передо мной Химе-тян претендовала на подобное звание гораздо сильнее. Таким образом, проделав вышеперечисленные махинации, я смог как следует ускориться и стряхнуть преследовательниц с нашего хвоста. Или, может, они не особо и пытались нас догнать, ведь после того как я вслепую пронёсся через всё здание, я обнаружил, что позади больше никого нет.

— Думаю, здесь нам ничего не грозит, — сказала Химе-тян, которую я всё это время тащил у себя подмышкой, после чего я опустил её на землю. Оглядевшись по сторонам, я осознал, что не узнаю окружение. В принципе, этого и следовало ожидать, после столь долгого быстрого перемещения вслепую. Мне хотелось было взглянуть на распечатку планировки школы, но я был не в состоянии.

— …Фух, — ни с того ни с сего рвануть изо всех сил, да ещё и без какого-либо разогрева, — нет ничего удивительного в том, что моё сердце бьётся так сильно, что я весь дрожу. Не то чтобы я устал, но отдохнуть и впрямь хочется. — …Но отдыхать в коридоре — не лучшая затея. Может, зайдём в класс?

— Давай, — кивнула Химе-тян. — Несмотря на свой внешний вид, Наставник довольно-таки силён.

— Хвалить тут нечего; это ты просто очень легка, — сказал я, сев на учительскую кафедру. — Так что это было? Химе-тян, тебя преследуют?

— Да, — снова кивнула Химе-тян. — А ты не знал? Химе-тян, как бы, сейчас разыскивается всей школой. Вот почему Химе-тян нуждается в помощи Наставника и Джун-сан.

Аргументация Химе-тян была как у ребёнка. В общем, я и впрямь ничего об этом не слышал. Тогда становится понятна реакция тех двух учениц. Они обнаружили разыскиваемого человека, так что их последующие действия и впрямь предсказуемы.

То, что её никто не удерживал, означало лишь то, что её просто ещё не поймали. Когда Химе-тян пряталась за учительской кафедрой, она делала это не для того, чтобы просто надо мной подшутить. И в то время как по учащимся, которых я встретил по дороге к «2-А» это было не видно, похоже, они именно что разыскивали Химе-тян. Ясно… так вот почему ей требовалась помощь кого-то вроде меня. В данный момент у неё не было никаких шансов выбраться отсюда самой.

— Знаешь… о подобном стоит упоминать заранее. Если бы ты так сделала, то я бы, может, что и придумал… а теперь нас только что обнаружили.

— Но Наставник так уверенно вёл Химе-тян в сторону выхода. Я полагала, что у тебя есть какой-то секретный план.

— … — так в этом ещё и моя вина? Ну, может, если бы кто-то взглянул на всё это, особо не вникая, то оно и впрямь было бы так.

— Как бы то ни было. Химе-тян, ты натворила что-то плохое? Эти розыск и преследования — ты как будто замешана в чем-то серьёзном.

— Хмм. Не могу сказать, что это так, но, — Химе-тян вздохнула, — Может с их точки зрения оно так и выглядит. Химе-тян не знает.

— Может это что-то по типу издевательств?

Не то чтобы про Химе-тян вообще можно было сказать, что она выглядит так, будто над ней издеваются, но людей нельзя судить по обложке. Возможно, кто-то может счесть, что грубо предполагать, что что-то подобное может происходить в элитной школе для благородных девиц, но это не более чем предрассудок.

— Издевательства… думаю, если бы это были издевательства, то всё было бы гораздо лучше.

В ответе Химе-тян не было никакой конкретики. Скорее, она нарочно давала размытые ответы. Она вела себя так, будто хотела сказать «если ты этого не знаешь, то лучше тебе и не знать» — будто тем самым делала мне одолжение, опекала меня.

— Эта школа выглядит несколько странной. Я, конечно, и до этого знал, что она особенная… но у меня складывается ощущение, что дело не только в её статусе. Химе-тян, будь добра, объясни мне это.

— Ну, если по-простому, то эта школа — старшая школа.

— Это чересчур просто.

— Тогда, позволь спросить. Наставник, сколько ты уже знаешь о ней?

— Айкава-сан задавала мне тот же вопрос.

Я повторил свой тогдашний ответ Химе-тян. Выслушав меня, Химе-тян кивнула в ответ. «И всё?» — произнесла она. Её реакция была полностью идентичной реакции Айкавы-сан, если закрыть глаза на набежавшую на её лицо тень.

— Наставник, кто-то из твоих знакомых… или даже кто-то из знакомых твоих знакомых…, или же, нет, это не важно, приходилось ли тебе слышать о том, чтобы хоть кто-нибудь смог сдать вступительные в эту школу?

— Хэ? Э… нет — никогда об этом не слышал.

— «Но это же просто совпадение» — ты же собираешься сказать именно это; но что тогда насчёт того, чтобы назвать хотя бы одного человека отсюда выпустившегося?

— Ну… э…э?

Мда. В мою голову не приходила ни одна кандидатура. Но нет же — такого просто не может быть. Академия Самиюри обладает репутацией национального уровня, эта сверхэлитная школа для благородных девиц входит в состав самых знаменитых учебных заведений мира, так что имена её знаменитых выпускниц просто обязаны витать в воздухе. Но по какой-то причине ни одно из этих имён не приходило мне в голову. Это же — это же совпадение?

— Вот в этом всё и дело, — произнесла Химе-тян. — Никто сюда не поступает, и никто отсюда не выпускается — подобную школу нельзя назвать нормальной, верно?

— Но, Самиюри…

— Что? — Химе-тян выглядела искренне удивлённой, но затем быстро пришла в себя. — А, Самиюри — имя этой школы. Химе-тян даже забыла про него. Если подумать, то учителя и впрямь называют это место по имени — Химе-тян и остальные учащиеся зовут это место иначе.

— Тогда… как же её зовёте вы?

— Повесившаяся Школа…

Подобное имя с таким негативным подтекстом просто-таки лишило меня слов.

Повесившаяся школа.

Закрытая организация, что держит всю свою деятельность в секрете, прикрываясь её эксклюзивностью, но в тоже время заверяющая, что ничего не нарушает. У тех, кто снаружи, нет шансов узнать о том, что происходит внутри. А добавив такие ярлыки, как «элитная» и «школа для благородных девиц», уровень неприкасаемости подобного места возрастает ещё выше. Другими словами, это значит, что чего бы вы ни делали внутри, информация об этом вряд ли выйдет за эти пределы.

Чего же… Чего же Айкава-сан хотела от меня?

Почему-то я ощущал, что меня втянули в бессмысленное, лишённое какой-либо цели, мероприятие. В очередной раз, не осознавая этого сам, я завёл себя в царство абсурда.

— Ува, — простонала Химе-тян, быстро вывернув руки так, что подушечки её пальцев были направлены в потолок, а затем вернув их в исходное положение. Похоже, это было её привычкой. — Химе-тян порядком устала. Она была слишком беззаботна. Химе-тян полагала, что Джун-сан хотя бы настолько введёт тебя в курс дела…

Похоже, ошибка заключалась в просчёте количества оглашённой мне информации. Однако винить в этом Химе-тян я не мог. Никто не стал бы ожидать, что пришедший их спасти человек — да, «спасти» теперь было подходящим словом — окажется настолько неумелым и настолько не в курсе всего происходящего, как я. Ожидать подобного никто бы не стал.

— Но почему Айкава-сан ничего не сказала мне об этом… Я не могу выполнить подобное задание, не зная хотя бы этого.

Да, вина целиком и полностью лежала на Айкаве Джун.

Во всём этом был виноват этот неаккуратный подрядчик.

— Хмм. Но Джун-сан, вероятно, тоже не ожидала, что до этого дойдёт. Добираясь до места встречи, Химе-тян слегка накосячила, поэтому-то и преследователи просто с катушек слетели. И хоть я смогла как следует спрятаться, теперь нас увидели. Мы не можем сидеть в этом классе вечно.

— А связаться с Айкавой-сан ты можешь? Если у вас было оговорено место встречи, значит, ты как-то связалась с ней для этого, верно?

— Когда я обращалась к ней за помощью, меня ещё не преследовали, так что я просто воспользовалась телефоном в общежитии.

— Хм…

Причиной выбраться отсюда было не то, что её преследовали; скорее её преследовали из-за того, что она пыталась отсюда выбраться — похоже стоило воспринимать это так. Однако данный факт превращал это место в подобие тюрьмы. Или, может, «подобие» в данном случае всё же стоит откинуть.

— Ясно…

Хоть я и сказал «ясно», текущая ситуация всё ещё ясной не выглядела. Всё что я узнал так это то, что это не просто школа, что это странное, необычное место совсем не является элитной школой или же школой благородных девиц.

— Странное, необычное место… подобное описание выглядит более точным.

Однако если всё так и есть, то эта территория — мои охотничьи угодья. Хоть это место и заметно отличалось от того, что я представлял в своей голове, хоть причиной здешнего беспорядка и был кто-то другой, раз уж меня сюда занесло, я обязательно увижу, чем здесь всё закончится.

— Ну, раз так. Давай-ка спрячемся и подумаем над планом. Беспокоиться всё равно не о чем. Если Наставника и Химе-тян не будет слишком долго, Джун-сан придёт к нам на помощь. Несмотря на показное безразличие, Джун-сан очень ценит тех, кто ей близок, так что она ни за что нас не бросит.

— Прятаться? — я спрыгнул с кафедры и, развернувшись спиной к Химе-тян, подошёл к окну. — Это совсем не то, что мы должны делать — раз уж нас нашли, скрываться уже не выход. Они уже знают, что мы внутри школы. Нам нужно немедленно действовать в соответствии с обстоятельствами.

Я открыл окно, схватил ближайшую парту и выбросил её оттуда. Мы забежали в эту комнату без каких-либо особых причин, так что я совершенно не представлял, на каком этаже мы находимся, но, судя по грохоту, прозвучавшему несколько секунд спустя, мы были довольно высоко. Совершенно не заморачиваясь, следом в окно я отправил пару стульев и соседнюю парту.

— Ч-что ты делаешь?! — Химе- тян схватила меня за пояс. — Это привлекло столько внимания! Это же всё равно что выдать себя!

— Этим мартом мне только исполнилось девятнадцать — сказал я, после чего сделал паузу и выкинул в окно шестую по счету парту, и лишь затем избавился от слабой хватки Химе-тян. — Но на протяжении этих девятнадцати лет я только и делал, что думал о том, как полностью запутать сознание людей и как от них скрыться. Я только и думал о том, как бы скрыться от них. И хоть я и не представляю, что это за место, я не могу позволить, чтобы моему побегу помешало лишь то, что это вот такое вот место.

«В любом случае, теперь здесь опасно, нам надо менять расположение».

— … Всё верно. Но эта часть здания Химе-тян тоже особо не знакома, так что Химе-тян не представляет куда идти.

— Ничего страшного, у меня есть распечатка планировки… — я проверил свой карман — … и её у меня нет.

Странно, но фотография Химе-тян исчезла тоже. На месте был только фальшивый пропуск. Похоже, я выронил всё остальное, пока мы убегали. Как нелепо. Стоило только мне похвастаться, как я тут же облажался.

— …Ну, мы взбирались наверх, значит, сможем выбраться отсюда, если спустимся. А как покинем это место, можно будет просто положиться на инстинкты.

— …Довольно беспечно, — раздражённо произнесла Химе-тян. — Но, оказывается, Наставник более предусмотрителен, чем полагала Химе-тян. Это даже неожиданно.

— А, ну…

Я расплывчато ответил на её слова. Конечно же, предусмотрительным меня назвать было нельзя. Предусмотрительный человек не стал бы тратить девятнадцать лет своей жизни на размышления о том, как запутать чужое сознание. По возможности, я бы тоже лучше подождал бы прихода Айкавы-сан.

Однако — и тут я задумался. Мне больше никогда бы не хотелось видеть то мрачное выражение её лица, когда она называла академию Самиюри Повесившейся Школой. И это было не потому, что я хотел отплатить Айкаве-сан, скорее это было некоторым чувством долга.

Да, вероятно, это был эффект наложенного восприятия. Юкарики Ичихиме и голубоволосая, которую однажды назвали савантом.

Вот почему с моей стороны это не было просто актом чрезмерной заботы, по отношению к Химе-тян. Это было лишь самоудовлетворением — нет, даже в моём случае, это было лишь самоотравлением.

Боже. Этот бред просто невыносим.

В данный момент я совершенно не представлял масштаб происходящего и совсем не осознавал силу циркулирующих вокруг меня потоков, а также не был способен отличить, где право, где лево, так что всё это дурачество вполне можно было назвать буйством, но, даже несмотря на всё это, я испытывал столь редкое для целеустремлённого, пессимистичного любителя нести вздор чувство, что никогда об этом не пожалею.

Даже если дело могло быть не в этом.

Даже если до сих пор не было ещё ничего, о чём я потом бы не пожалел.