2

Грубо отрубленная голова, валяющаяся во тьме.

Насколько бы безумно безумным не был мой разум, сохранить спокойствие в этот раз мне не удалось. Я отдёрнул руку, которая до этого держала это, после чего моё сознание полностью отключилось. Я был полностью запутан. Совершенно не в себе. Случившееся, текущую ситуацию, мозг просто отказывался осознать. Я всё, вообще всё воспринимал неправильно. Я никак не мог прийти к верному ответу. Это, так напоминавшее мне голову Оригами Ноа, подвешенную к потолку в кабинете декана, было лишено какого-либо выражения лица и выглядело так, будто просто спит, но по окончании шеи ничего больше не было…

— Осторожно!

Химе-тян спасла меня. Она бросилась на меня, схватив за пояс; и если бы в любой другой ситуации Химе-тян, которая была почти в два раза меньше меня, даже не сдвинула бы меня с места, сейчас моё обессилевшее тело с лёгкостью снесло в сторону, совсем как несколько часов назад.

И тут же туда, где я только что стоял, вонзилась пущенная из армейского арбалета стрела.

Меня словно сковало льдом, и я немедленно осознал, что происходит. Не вставая с колен, я прижал Химе-тян к себе и покатился. Стрелы вонзались в землю прямо за нами следом. Если я так и буду катиться, они успеют поправить свой прицел — мне было необходимо перейти в нападение.

Первую стрелу выпустили примерно от… туда? Если учесть угол, под которым были выпущены остальные, я могу примерно рассчитать, откуда ведётся стрельба. Даже если противник двигался во время стрельбы, я могу вычислить его местоположение и в этом случае. Продолжая перекатываться дальше, я схватил камень размером с кулак и сменил направление движения. Когда стрела вонзилась совсем рядом с нами, я вскочил и бросил камень туда, где по моим расчётам должен был находиться стрелок. Новых выстрелов не последовало.

Спустя некоторое время из тьмы показалась девушка. Изящная фигура и зачаровывающие длинные чёрные волосы, а также чёрная матроска.

— Да уж, от таких штук нет никакой пользы, пока ты к ним не привыкнешь, — сказала она, отбросив армейский арбалет в сторону. Впрочем, это скорее было связано с тем, что у неё закончились стрелы. — Хагихара Шиоги. Опять же, рада нашей встрече.

— …Я тоже.

Я встал, заслонив собой Химе-тян, будто пытаясь её защитить. Мы снова умудрились попасть в засаду. Похоже, Тамамо-тян всё-таки успела связаться с ней и сообщить наше местоположение. Хоть она и была довольно хмурой, работать в команде она всё же умела, эта Тамамо-тян.

Но почему тогда часть Тамамо-тян валяется прямо здесь на земле?

— Я хотела воспользоваться твоим удивлением. Но не всё пошло по плану — стоит сказать, настолько сильные отклонения от моих планов случаются весьма редко. Нет, правда, кто же всё-таки ты такой?

Последний вопрос предназначался мне, но это должны были быть мои слова. Что не так с этой школой? Три часа назад мне пришлось наблюдать подвешенную к потолку голову расчленённого декана, а ещё спустя три часа я споткнулся о голову молодой девушки, а между двумя этими событиями меня чуть было пару раз не убили.

Поле боя.

Эти слова всплывали в моей голове ещё во время моей первой встречи с Шиоги-тян. Тамамо-тян была её павшим товарищем. И хоть между мной и умершей не было ни дружбы, ни симпатии — её голова, она будто говорила — времени больше нет, это конец.

— …За этим есть какой-нибудь смысл?

— Бессмысленно думать о смысле. Я всегда выбираю самые подходящие и эффективные методы. Да, … — Шиоги-тян озабоченно встряхнула головой, в её поведении не наблюдалось и капли притворства. А её голова, пока, всё ещё крепилась к шее. — Да, из-за появления Смертоносной Красной более половины учащихся уже потеряло желание продолжать сражаться, так что самым подходящим и эффективным методом воспользоваться не получилось. Но я всё-таки смогла прийти к следующему за ним наиболее подходящему и достаточно эффективному методу, так что всё прошло удачно.

Эта фраза была в прошедшем времени.

Не удивительно, ведь шах и мат уже был поставлен. Шах и мат, основывающийся на безупречном выборе момента и безупречном исполнении. Хоть ни одна стрела и не попала в цель, Шиоги-тян сумела понять, что Айкава Джун не скрывается где-то рядом. Скорее всего, она не особенно и старалась в нас попасть. А если здесь были только мы, то справиться с нами голыми руками Шиоги-тян точно не составляло проблем.

— Прятки окончены — теперь это битва титанов.

Шах…

С этими нельзя было ничего поделать… на данный момент это определенно было наше поражение. Окружённые железной оградой Шиоги-тян, мы просто не могли никуда сбежать.

Пусть и в игре «проскользни у противника за спиной», но это было вполне удовлетворительное поражение.

Это было не так уж и плохо.

В итоге, защитить Химе-тян оказалось мне не под силу. Этим, всё же, должна была заниматься именно Айкава-сан. Какая жалость, мистер Повелитель бессмыслиц.

— …Ну, тогда

Тогда, пришло время молить о пощаде.

Этому я был довольно хорошо обучен.

Я сделал шаг вперёд, вперёд шагнула и Шиоги-тян… а между нами вклинилась Химе-тян.

Разведя руки в стороны, она создала небольшую стену прямо передо мной. Эта стена, и впрямь, была мала и хрупка, но её значение было легко понять.

— Уу, ууууу….

Химе-тян дрожала, но с места не двигалась. Защищая меня, она отказывалась сдвинуться в сторону.

— ……

Увидев это, Шиоги-тян остановилась. Она вздохнула и, разозлившись, произнесла:

— Прекрати своё бесполезное сопротивление, Юкарики. Я не помню, чтобы учила тебя сопротивляться до самого конца. У тебя нет причин пытаться меня победить — думаю, в своей голове ты сама хорошо это понимаешь, так ведь?

— Это… — продолжая трястись, Химе-тян твёрдым голосом ответила Шиоги-тян. — Пока не попробуешь — не узнаешь.

— «Не попробуешь — не узнаешь» — ты, правда, настолько глупа?

— Настолько. И меня это полностью устраивает, — произнесла Химе-тян. — Лучше быть настолько тупой, чем настолько умной.

Ах.

Почему я.

Почему я думал о таких глупостях?

Юкарики Ичихиме — подруга Айкавы Джун.

Особые навыки или странные силы…

Разве для дружбы требуется что-то такое?

Она беспокоилась и плакала обо мне.

Она изо всех сил пыталась меня остановить.

Она последовала за мной.

Она спасла меня.

Она подарила мне улыбку.

Она не была неумёхой.

Химе-тян.

Ты — замечательный человек.

Ты та, кто достоин быть на стороне Сильнейшей Представительницы Человечества.

— …Ох же — тот ещё шедевр.

Ну ладно.

Тогда давай продолжим нашу игру в дружбу ещё немного.

Хорошо, хорошо. Я чувствую себя очень здорово.

Прямо сейчас я чувствую себя по-настоящему хорошо.

Если не удержусь, то просто-таки расхохочусь.

— Химе-тян… ты ведь сможешь добраться одна обратно? — шепнул я. — Ты ведь смогла найти меня самостоятельно, значит, и вернуться сможешь, ведь так?

— …Наставник? Ты о чём вообще говоришь?

Она явно была запутана.

И сколько бы я об этом не думал, их образы накладываются друг на друга

— Я говорю: «Положись на меня и просто беги к Айкаве-сан».

Пришло время нам разделиться. Но в этот раз это было не из-за моего самолюбия или трусости, а потому что в этом заключался мой план. Что ж, Шиоги-тян, если, как стратег, ты решила поступить с Тамамо-тян таким образом, то я готов отказаться от своей роли повелителя бессмыслиц.

Теперь это больше не игра в «проскользни за спиной у противника».

Это — битва не на жизнь, а на смерть.

Я убью тебя, порублю на кусочки, разложу рядами, пообрубаю всё лишнее и выставлю всё что останется всем на показ.

— Но, Наставник…

— И хоть я немного с этим запоздал, но позволь, всё же, внести поправку. Может, я и не могу быть другом Айкаве-сан… Но я хотел бы. Я осознал это только что. Так что данное мне тобой прозвище до ужаса в пору… хоть я и халявщик, хоть я и мутный тип, оно абсолютно точно мне подходит — как бы иронично всё это ни было. А чтобы… — я на секунду взглянул на Химе-тян, но разглядеть её выражение у меня не вышло. — …Чтобы ученик не слушался своего Наставника — это ведь не дело, так ведь?

Химе-тян.

Юкарики Ичихиме кивнула, после чего рванула отсюда, похоже, приняв моё предложение.

— ! Стой!

На лице Шиоги-тян промелькнуло удивление, и в то же мгновение я бросился на неё. Победит тот, кто ударит первым — конечно же, мой план был не настолько элегантен. Я просто пытался купить время на побег Химе-тян. Даже если Хагихара Шиоги Стратег, сначала ей придётся среагировать на непосредственную угрозу. И перебороть этот рефлекс человеку просто не под силу. Избавиться от него можно было лишь став подобным утратившему человечность и овладев навыками, превосходящими рефлексы, — но, к сожалению для неё, в этом плане Шиоги-тян не выходила за пределы нормы.

— …!

Шиоги-тян с трудом уклонилась от моей атаки и сделала три шага назад, тем самым создав между нами некоторое расстояние. В кендо это называлось пространством девяти шагов. Этого было достаточно, чтобы обозначить враждебность намерений, но самую малость не хватало для того, чтобы вступить в схватку.

Печально взглянув на скрывающуюся вдали Химе-тян, Шиоги-тян тяжело вздохнула.

— Я не понимаю… Почему ты раз за разом рушишь мои расчёты? У меня совсем не получается тебя просчитать. Говорят, что люди состоят из атомов, но тобой будто вообще ничего не движет, тебе, будто, просто нравится быть бельмом на моем глазу.

Причина? А… Тамамо-тян тоже меня об этом спрашивала. Хотя сейчас я могу дать чёткий ответ.

— Мной движет желание помочь Химе-тян сбежать отсюда. Или, если тебе будет угодно, помочь ускорить ей выпуск.

— Хочу сказать, такое отношение идёт тебе больше. По крайней мере, это лучше, чем когда ты халтурно пытаешься нести чушь.

Но и отношение к происходящему самой Шиоги-тян впечатляло, хоть она и упустила только что Химе-тян, она продолжала оставаться непоколебимой. Даже несмотря на то, что её план только что опять полетел к чертям. Похоже сейчас проявлялась другая её сторона, не та, что пять часов назад.

— …Полагаю, от напарника Смертоносной Красной этого вполне стоило ожидать.

— Напарника? Эй-эй. Я просто приманка, которую во всё это втянули. Разве у неё вообще могут быть напарники… Напарники должны быть равными, знаешь ли. А равного Сильнейшему Представителю Человечества быть не может, это попросту не логично.

— Напарником Сильнейшего является Слабейший. Приманка? Тебя что, заставили поклясться своим вздором? То, с какой лёгкостью ты проник в Повесившуюся Школу и встретился с Юкарики Ичихиме, — в Повесившуюся Школу, которая охраняется чуть ли не как королевский дворец… Да ещё и умудриться создать такую путаницу, чтобы эта красная проскользнула внутрь незамеченной… Да кто после этого поверит в то, что ты просто приманка?

— ……

Айкава-сан — так вот зачем тебе нужен был я? Она изначально планировала отправить меня в пекло, чтобы затем проникнуть внутрь следом. Вообще, это ведь всё объясняло. Но ничего более.

— Ты меня переоцениваешь. Я же уже говорил тебе, верно? Это была удача или случайность.

— Если бы это и вправду было так, у меня не возникло бы столько проблем… возможно, ты сам это не осознаешь, но тогда, если желаешь, я могу поделиться этим с тобой, это будет твоим последним подарком, прежде чем ты отправишься на встречу с подземным миром.

— Отправлюсь на встречу со служанками? Круто, какое замечательное предложение. Я ведь просто обожаю служанок.[✱]Каламбур. Слово «преисподняя» по-японски — 冥土 (Meido). «Служанка» по-английски — "maid".

— …Твой талант, он очень опасен. Ты не делаешь совершенно ничего, но всё вокруг тебя начинает погружаться в пучины безумия… Ежели Ничего Не Случилось — назовём это так. Неужели ты никогда этого не замечал? Вокруг тебя постоянно приключается что-то необычное, ты всегда притягиваешь к себе странных личностей, разве это не так?

— …Ни разу за всю душу.

Хотя, если честно, я не мог вспомнить, когда такое вообще не случалось. Или же, было ли во мне хоть когда-нибудь что-то настолько красивое, как душа?

— Излагая более популярным языком, ты тот-кто-примагничивает-к-себе-особенных-людей и тот-кто-вызывает-происшествия. Или, если ещё проще, ты обычный смутьян… И в этом случае отсутствие у тебя какой-либо мотивации невероятно бесит. По крайней мере, такого стратега, как я, — добавила она. — Вот почему мы называем мерзких созданий вроде тебя Бессмысленным Уравнением[✱]Буквально «ничего не стоящий», что пишется как 無為式 (Mutameshiki). Окончание "Shiki" всплывало в «Хитошики»..

Система, существующая только ради того, чтобы быть бесцельной и чьё единственное назначение — быть бессмысленной, — более бессмысленной чем нуль или Хитошики. Абсолютное уравнение, создающее проблемы одним лишь своим существованием.

— …Да. Мы с тобой схожи, но если твою цель тебе назначают, то я отвергаю все те причины, что мне пытаются предложить, а потому мы совершенно разные. Если ты — стратег, то я, полагаю, — мошенник.

— …Вот как, — Шиоги-тян закрыла глаза и кивнула. — …Значит мне лучше убить тебя сразу.

Шиоги-тян приблизилась ко мне на два шага, тем самым обозначив, что наша беседа окончена. Я продолжал ждать, даже не пытаясь принять какую-либо стойку. Шиоги-тян, похоже, посчитала это подозрительным, но всё равно продолжила сближаться, сокращая дистанцию до расстояния, называемого «шаг-удар», и затем… пока мы не оказались на расстоянии «шага и клинка», как назвали бы это в кендо.

— Постой.

Я взял таймаут.

Плечи Шиоги-тян резко упали.

— Н-ну, знаешь ли…

— Не пойми неправильно. У меня нет намерений быть тебе врагом.

— …? В смысле? — она снова отступила назад. Выглядела она при этом так, словно была готова начать рвать на голове волосы. — Кем, кроме врага, ты ещё можешь быть в такой ситуации?

— Предателем.

Я смело произнес эти слова. Соединив в себе своё текущее и прежнее отношение к происходящему, я отбросил в сторону чувство страха.

— Пре-да-телем?[✱]Ещё один каламбур. «Предавать» пишется как 裏切り, что можно прочесть как «удар в спину».

— Ага. Сама подумай, победить второй дан в кендо у меня нет ни шанса. Да и сбежать у меня, похоже, не получится… так что мне остаётся только предать, так ведь?

Мошенники, льстецы и их слащавые речи.

— Предать… что именно ты имеешь ввиду?

— Я могу сказать тебе, куда сбежала Химе-тян, и где укрывается Айкава-сан.

— …Другими словами, информация. Но я ведь могу и отказаться от такой сделки, — ответила Шиоги-тян, изучающе оглядывая меня. — Ведь я могу просто сломать тебе пару костей, и ты заговоришь.

— Но ведь меня такой исход не устраивает. Совсем-совсем не устраивает, Шиоги-тян. Если решишь так поступить, то, позволь заявить сразу, я буду врать. И предупреждаю тебя заранее, у меня это очень хорошо получается.

— А я вполне уверена в том, что всё-таки смогу выбить из тебя правду.

— Но уверена в этом ты до конца не будешь. Если верить твоим словам, я ведь — равный Айкаве-сан, верно? А в таком случае, это моё предательство играет для тебя большую роль. Ты же стратег, ты понимаешь. Ведь ты сама говорила, что «Смертоносная Красная сострадательна по отношению к своим друзьям». И это правда. Айкава-сан ведь не погналась тогда за тобой. А то, что она сострадательна по отношению к своим друзьям, означает, что её друзья — её слабость, — я ведь прав?

— Так, то есть, если я с тобой что-то сделаю… — будто пытаясь добиться подтверждения, начала Шиоги-тян, — То Айкава Джун обрушит свой гнев на академию, но если вместо этого ты предашь её сам…

Доверять сложно. Вот почему предательство — это всегда больно.

— То это создаст брешь, которой с радостью воспользовался бы стратег, верно?

— …Да. Но что, кроме того, что тогда с тобой ничего не сделают, выигрываешь в этой сделке ты?

— Если честно, мне плевать. Нет, правда, до текущего момента я на полном серьёзе помогал Химе-тян с побегом и точно так же собирался ввязаться в драку с тобой и проиграть. Но я не испытываю к тебе особой ненависти. Бесчеловечность, не относящаяся к людям как к людям, — на самом деле мне это симпатично.

— …..!

Мои слова, похоже, удивили Шиоги-тян, потому что она отступила на несколько шагов назад. На самом деле, я думал, что она начнёт это оспаривать, поэтому такая реакция оказалась для меня неожиданной. Но, как бы то ни было, я не мог позволить себе упустить возможность ухватиться даже за такое неожиданное проявление слабости, поэтому я продолжил.

— Даже если у меня нет ни смысла, ни цели, ты сама работаешь не на себя. Твои цели выбирают за тебя. Хоть между нами и есть различия, мы схожи. Шиоги-тян, знаешь, я обожаю гордых, ни к чему не стремящихся, одиноких людей — а становиться врагом тех, кто мне симпатичен, у меня нет никакого желания… Я лучше буду им другом.

— Иными словами… — Шиоги-тян, как будто, была поражена и, прежде чем ответить, сделала глубокий вдох. — Ты хочешь сказать, что испытываешь чувство любви конкретно к стоящей сейчас перед тобой Хагихаре Шиоги?

Прозвучали её слова.

— ………

Что-то здесь было не так… или, скорее, не так было всё… но какая разница. Может в этом заключался стиль стратега Шиоги-тян. В таком случае всё, что мне оставалось, ответить на это в моем стиле. Нет, не просто ответить, а окончательно её убедить.

— Можешь понимать это как хочешь. И, конечно же, это предательство… нет, ты зовёшь это сделкой. Не то чтобы она для меня что-то значила, но она выступает в роли нашего поединка, поединка между мошенником и стратегом. Прямо сейчас мы не подписываем контракт, в соответствие с которым обязуемся…, или что-то такое, мы просто продолжаем наш поединок. Вполне возможно, что в результате ты падёшь жертвой моего обмана. Поэтому если в тебе нет уверенности, что ты способна победить меня с помощью стратегии, то и соглашаться на эту сделку тебе не стоит. Можешь сломать мне руку, ногу или что-то ещё. Я не окажу никакого сопротивления.

— …..

Совсем недолго Шиоги-тян выглядела так, будто её поставили перед тяжёлым выбором, — правда в этот раз её попытка скрыть это была весьма очевидна — спустя ещё мгновение-другое она взглянула на меня с подозрением и…

— В таком случае, если ты, мистер Мошенник, считаешь, что способен меня обмануть, то, будь добр, попробуй.

Она протянула мне левую руку.

— Об этом не надо даже говорить. Я хорошо умею как обманывать, так и обманываться. Особенно когда дело доходит до симпатичных мне девушек.

В ответ я протянул правую руку.

— ……

— ………..Хахаха.

Хагихара Шиоги рассмеялась как самая обычная школьница.