1

Итак, текущие события привели к тому, что мне пришлось предать Химе-тян — но опять же, опять же, что с этим поделать. Нет, конечно, выбранная мною стратегия предполагала, что я выберусь из этой ситуации при помощи грубой силы, но в данный момент — в данный момент я шёл через абсолютно незнакомое мне здание школы якобы для того, чтобы провести Шиоги-тян к Айкаве-сан — довольно мутная была ситуация.

Другими словами сейчас у меня было два варианта. Я мог завести Шиоги-тян куда-то в совершенно другое место или же привести её прямо к кабинету декана и Айкаве-сан, туда, куда направлялась сейчас и Химе-тян. Если я захочу предать, я могу предать, если захочу вырваться, то смогу и это. Расклад был просто прекрасен, предлагая мне на выбор две крайности.

Но даже с учётом этого…

— Что бы я ни выбрал, итог будет один и тот же.

— Ты что-то сказал?

— Нет, ничего.

— Тогда лучше скажи мне, они и правда, в этом здании? Насколько я помню, Юкарики убегала в противоположном направлении.

— Это было уловка. Химе-тян скорее всего подумала, что ты расправишься со мной очень быстро.

— Хмм… вот значит как.

И хотя будущее уже было определено, причиной, из-за которой я колебался, была эта Шиоги-тян. Да, мне каким-то образом удалось немного её успокоить, но она всё равно продолжала вести себя несколько отстранённо. Разумеется, мы ничего друг о друге не знали, так что в такой отстранённости не было ничего необычного, но всё же было здесь что-то противоестественное.

А ещё ведь случившееся с Тамамо-тян. Тамамо-тян жестоко убили, а затем использовали как инструмент. И сейчас я шёл рядом с той, кто использовал её как инструмент. Не то чтобы я мог проникнуться симпатией к Тамамо-чан, но всё же…

А ещё происшествие с деканом — было ли верным считать, что за этим стояла Шиоги-тян? Я, по крайней мере, всё же подозревал в этом её. Как и Тамамо-тян, хотя нет, ещё брутальней, Оригами Ноа тоже была расчленена на части, после чего её голову подвесили к потолку. Если причиной этому было восстание, возглавляемое стратегом, то идущая сейчас рядом со мной Хагихара Шиоги просто пыталась косить под дурочку? Или, может, раз она стратег, то уже обо всём знает, но не желает дать это понять.

Я не мог ни доказать, ни опровергнуть ни одно из этих предположений.

Фух. Эти размышления понемногу начинали меня изматывать. Как же всё это муторно, может просто довести своё предательство до конца? Если продолжать в том же темпе, то я сдружусь с Шиоги-тян, да и одолеть Айкаву-сан будет довольно весело. Всё равно нет никакой принципиальной разницы друг тебе Айкава-сан или же враг. А ещё у Шиоги-тян очень красивые волосы. Интересно, она разозлится, если я дотронусь до них?

— Чего ты на меня так пялишься? Как невежливо…

Шиоги-тян остановилась и, обернувшись, с подозрением посмотрела на меня. Похоже, она ощутила моё убийственное намерение. Впрочем, в личных отношениях первое впечатление тоже играло огромную роль.

— Нет, тебе показалось.

— Да неужели?

— Ужели. Но, знаешь, Шиоги-тян…

«У тебя очень красивые волосы…» — хотел было сказать я, но успел остановить себя в последний момент. Это ведь Шиоги-тян, за всю свою жизнь она, должно быть, слышала это далеко не раз. В таком случае вероятность того, что она проигнорирует мои слова, была довольно высока, а ещё ведь после этого она может начать считать меня обычным жалким мальчишкой. Тогда мне стоит преподнести более нестандартный комплимент.

— Да, что?

— Шиоги-тян, у тебя довольно большая грудь.

В ответ на это она споткнулась.

Это был первый раз, когда кто-то на моих глазах взял и споткнулся на пустом месте.

Выпрямившись, покрасневшая до кончиков ушей Шиоги-тян пронзительно зыркнула на меня, но её рот просто открывался и закрывался, снова и снова и в итоге она так ничего и не произнесла. Вместо этого, резко махнув своими красивыми волосами, она гордой поступью зашагала по коридору дальше. Хмм, похоже, комплимент не удался (впрочем, я ведь всё равно именно этого и добивался).

Ну и ладно. Суть человеческих отношений всё равно в том, что в итоге придётся сдаться.

— Ах, да, — после того, как мы прошли ещё какое-то расстояние, будто только что, вспомнив о чём-то, произнесла Шиоги-тян. — Я ведь так и не узнала, как тебя зовут. То, что я не знаю, как к тебе обращаться, весьма затруднительно, так что, не будешь ли ты любезен представиться.

— А… Я отказался от своего настоящего имени.

И.

В тот момент, когда я было собрался дать на это какой-то пустой ответ, я случайно взглянул в окно, во двор школы. Так как сейчас мы находились на втором этаже, двор был не так уж и далеко под нами — и вот это «не так уж и далеко под нами» оказалось проблемой. Из-за того, что двор находился не так уж и далеко под нами, я смог разглядеть Юкарики Ичихиме, петлявшую среди кустов, растущих между двумя зданиями.

— ……

Почему она там? Она уже должна была успеть добраться до учительского корпуса… Я не мог представить ни одной причины, по которой она могла оказаться в том месте. И хоть вскоре Химе-тян и исчезла за деревьями, в том, что она мне не показалась, я был уверен.

— Что-то не так?

— Нет, эмм… эмм.

Может ли быть, что она снова беспокоилась обо мне, и поэтому… Волнуясь обо мне, она вернулась обратно во двор, но меня там не оказалось, и поэтому она стала искать Шиоги-тян и меня?

Что за…. Ну что за надоедливая дура. Это уже за гранью обычной приставучести. Даже если я и обладал скрытым талантом притягивать к себе необычное, странное и безумное, я всё равно не был настолько ценен, чтоб обо мне так пеклись. Да насколько же она собирается быть похожей на неё? Черт… Теперь я по-настоящему зол.

— Эм, так как тебя зовут?

— ……. А, да. Имя… имя, имя…

Похоже, Шиоги-тян пока ещё не заметила Химе-тян. Заметь она её, то тут же поспешила бы выпрыгнуть из окна. Но Шиоги-тян нужна мне на тот случай, если я решу бросить вызов Айкаве Джун. Да и Химе-тян тоже пока нас не заметила. Если бы заметила, то поспешила бы спрятаться от нас подальше.

Тогда мне остаётся только продолжать быть мошенником.

— Тогда давай оно будет загадкой, — я повернулся к Шиоги-тян так, чтобы перекрыть ей вид во двор. — Я дам тебе подсказку, с помощью которой ты можешь попытаться угадать моё имя.

— О. Мне нравится такая идея. Люблю подобные вещи.

«А я ненавижу». Но, конечно же, я не сказал это вслух.

— Сколько всего подсказок?

— Три. Три раза ты можешь задать мне вопрос. Они могут быть любыми, но напрямую спрашивать моё имя, конечно, нельзя.

— Ммм. Ладно, вызов принят.

После этих слов Шиоги-тян на секунду задумалась.

Забыв на время о Химе-тян, она погрузилась в эту игру.

— Так, вопрос номер один. Назови мне все свои клички и прозвища.

— Клички и прозвища?

— Юкарики зовёт тебя Наставником, а Смертоносная Красная Ии-таном, так ведь? Вот все остальные.

— А. На данный момент мои псевдонимы это Ии-тан и Наставник, помимо них есть Иккун, И, как буква, Ии-ни, Ино, Иноске, Повелитель бессмыслиц, а также Мошенник. По-моему, всё

— Большая часть из них не особо и милые… буква «И» — ключевая?

— А это второй вопрос?

— Нет, просто хотела кое-что подтвердить. Просто, почему тогда Юкарики зовёт тебя Наставником?

— Кто её знает… Мне самому интересно. Может потому что считает себя ученицей Повелителя бессмыслиц?

— Хэ…Ладно, второй вопрос. Если романизировать твоё имя, то сколько гласных и сколько согласных получится?

Ох. Хоть я и придумал эту игру, лишь чтобы отвлечь внимание Шиоги-тян, но в этот момент я не мог ей не восхититься. Чего и стоило ожидать от Стратега — она задала хороший вопрос. И то, что она не просто спросила количество букв, было наиболее примечательно.

— Восемь гласных, семь согласных.

— Хмм, ясно. Тогда последний вопрос. Если представим, чтоあ — это 1, い — это 2, う — это 3 и т.д., вплоть до ん — которое тогда будет 46, то сколько в сумме даст твоё имя?

Я ощутил, что мне только что поставили шах и мат. Соображает она довольно быстро.

— 134.

— Какое странное имя…

Шиоги-тян весело рассмеялась.

— Но кто знает. Может и это имя тоже ненастоящее. На самом деле я горжусь тем, что назвал своё настоящее имя лишь однажды.

— Вот как?

— Да. И хоть ты, скорее всего, и угадала, обращаться так ко мне тебе всё же не стоит. За всю мою жизнь было лишь три человека, которые звали меня по настоящему имени, — и ни одного из них сейчас нет среди живых.

— ……Только трое?

— Первой была Ии Харукана, моя младшая сестра. Она погибла во время столкновения двух самолётов. Второй — Кунагиса Томо, моя подруга. Она жива, но не жива, мертва, но не мертва. А третьей была Омокаге Магокоро. Она… что же сказать про неё… После того, как её тело подверглось различным экспериментам, она сгорела дотла в багряном огне.

— И это случилось с ними потому, что они обращались к тебе по настоящему имени?

— Я считаю что да.

— …Тогда как стоит звать тебя мне?

— Как пожелаешь…

Сказав это, я ещё раз выглянул во двор. Хорошо, Химе-тян больше не наблюдается. То, что она могла сейчас где-то прятаться, было тоже достаточно маловероятно. Похоже, мы всё же смогли не попасться ей на глаза.

…Чем я тут вообще занимаюсь? В то время как я ещё не решил предавать или нет, я совершенно спонтанно помог Химе-тян ускользнуть. Так что же я вообще творю? Это всё очень странно. Я даже умудрился сболтнуть лишнего.

Мне даже пришлось припомнить те три плохих воспоминания. И о них я тоже совсем позабыл.

…Нет.

Я никогда об этом не забывал.

И вспоминать не было необходимости, ведь я и так всегда о них думал.

— А, к слову, мне тут надо кое-что сделать.

Шиоги-тян достала из кармана что-то, похожее на мобильный телефон, — это был передатчик идентичный тому, что мы нашли у Тамамо-тян.

— Да, да. Прямо сейчас я следую своему новому плану — для этого я как раз обзавелась сообщником. Да, можете положиться на меня, прямо сейчас я нахожусь…

Отчёт о своих действиях. Обмен информацией играет важную роль для обеих сторон, так что необходимость такой связи была понятна. Если бы солдаты творили на поле боя всё, что хотели, то никаких войн бы не было в принципе. Однако если декан была мертва, то кто же сейчас был на связи? Кто-то из учителей или, быть может, Зигзаг…

— Тогда прошу меня извинить, госпожа декан.

Сказав это, Шиоги-тян окончила сеанс связи.

Конечно же, я не позволил удивлению отразиться на моем лице. Однако во мне сейчас бушевал целый ураган сумятицы. И почему новые темы для размышлений даже не думают заканчиваться? Что она только что доложила? Кому именно она только что звонила?

Можно, конечно, представить, что здесь есть ещё кто-то с титулом «декан»… Впрочем, есть вероятность, что Шиоги-тян сейчас притворялась… Но зачем тогда ей разыгрывать эту сцену здесь и сейчас?

Но если Шиоги-тян не знает о смерти декана, то она выпадает из списка подозреваемых. Если подумать, то у меня не было ни мотива, ни доказательств, чтобы обвинять её изначально. Я считал так только потому, что декана расчленили схожим с Тамамо-тян образом. Но если подумать над этим ещё…

— Шиоги-тян. Пришла моя очередь задать вопрос… Это ты убила Сайджо Тамамо?

— Ааа? — с огромнейшим удивлением произнесла Шиоги-тян. — Зачем мне, Хагихаре Шиоги, убивать своего союзника?

— …Ну, чтобы. Ты же подложила во двор только одну её голову…

— Ой, да ладно, не глупи. Я не владею необходимой для этого техникой. Такое только Зигзаг мог сделать…

Хм, если подумать, то шеи декана и Тамамо-тян были перерезаны разными способами. По шее декана можно было заметить, что её голова была срезана грубо, а срез шеи Тамамо-тян был гладким и ровным. Химе-тян говорила, что Владеющий Нитью Зигзаг как раз способен на это. Эксцентричная личность, способная использовать для убийства нити, бывшие для нас не более чем заменой альпинистскому снаряжению.

— Убийство собственных союзников — полный бред. Я просто использовала эту голову, потому что она попалась мне под ноги, когда я искала, что можно использовать для очередной стратегии.

— ……

Это ничуть не менее странно. Но, наверное, с этим нельзя было ничего поделать, она ведь, всё-таки, была Стратегом. Похоже, что у Шиоги-тян отсутствовали некоторые человеческие черты. Можно даже было сказать, что виной всему сама Повесившаяся Школа, но у меня складывалось ощущение, что и с ней самой что-то было фундаментально не так.

Но именно потому, что Шиоги-тян была стратегом, убийство собственных союзников и было для неё бессмысленным, — собственноручно сокращать количество своих фигур на доске — немыслимо. Нет ни одного гроссмейстера, который отказался бы иметь на доске коня, просто потому, что считал его бесполезным.

Иначе говоря, Зигзаг был полной противоположностью стратега, скорее он походил на Тамамо-тян — был этаким берсеркером.

Но что же тогда получается? Как объяснить закрытую комнату? Как объяснить расчленённое тело? Судя по местам срубов, декан всё-таки не была жертвой Зигзага. Тогда должен быть другой подозреваемый. Шиоги-тян на эту роль не подходит — до этого я подозревал её только из-за того, что считал, что она убила Тамамо-тян, но теперь это обвинение было с неё снято. Подозревать в убийстве декана Тамамо-тян тоже не приходилось — она уже тоже была мертва.

Тогда в итоге подозреваемый всё-таки преподаватель? К слову, то, что вплоть до этого момента мы так ни на одного и не наткнулись, достаточно подозрительно. Если кто-то из учителей убил декана и теперь контролировал Шиоги-тян, словно кукловод, управляя каждым её движением, то…

То здесь шла борьба за власть.

Довольно обычная причина для столь необычных событий. И ведь никакой надежды на какое-то другое объяснение. И только ради этого во всё это втянули Шиоги-тян, Химе-тян, Тамамо-тян, Айкаву Джун и меня? И перекинув вину на нас, убийца рассчитывал уйти от наказания?

Столь ложные ожидания просто необходимо исправить.

— Что-то не так? А то ты что-то затих.

— Нет, всё нормально. Резко замолкать — это одно из моих увлечений. Кстати, Шиоги-тян, давай продолжим с загадками. Ты читаешь детективы?

— А зачем?

Шиоги-тян наклонила голову на бок.

— Э… ну, чтобы время убить. Или по учёбе, или ещё из-за чего…

— Учиться по книгам… «Живой человек способен вдохновить сильнее кучи текста» — как говорил Таяма Катай.

— Подтекст «книги ничего не дают» был безусловно крут, но получается ты читала Таяму Катая?

— Да, его ведь читают многие старшеклассники, разве не так?

Она произнесла это так, будто здесь не было ничего удивительного.

— Ну, значит, загадка. Представим следующую ситуацию…

Скрыв от Шиоги-тян тот факт, что говорю сейчас о реальном событии, я примерно описал ей убийство в комнате декана. Рассказал ей про закрытую на замок железную дверь, про состояние трупа, найденного внутри, и про голову, подвешенную к потолку. Про закрытые на двойной замок окна, то, что это был последний этаж, и то, что в комнате имелась вытяжка, я тоже упомянуть не забыл.

— …Как просто, — выслушав меня, сказала Шиоги-тян. — Ну так в чём же тогда вопрос?

— Это просто?

Конечно же, я спросил об этом, чтобы узнать мнение самой Шиоги-тян, но в то же время мне хотелось посмотреть, как она на это отреагирует, — вдруг убийца — это всё-таки она. Однако никаких признаков тревоги с её стороны мною замечено не было. Она просто была разочарована, потому что, похоже, ожидала задачку посложнее.

— Тогда, твой ответ?

— Дверь просто с самого начала не была закрыта, — словно это само собой разумелось, сказала Шиоги-тян. — В описанной тобой ситуации все просто думали, что это убийство в закрытой комнате, но никто ведь не проверял, действительно ли дверь была заперта на замок, так ведь? Тогда они могли просто принять за убийство в закрытой комнате то, что им не было.

Кто-то когда-то сказал: «Когда мне необходимо определить можно ли считать ситуацию убийством в закрытой комнате или же нет, всегда есть два варианта. То, что это происходило действительно в закрытой комнате или же нет». Теперь я понял: то, что это было похоже на убийство в закрытой комнате, не означало, что оно им было. Это было распространённое заблуждение.

Если попытаться прикрыть обман другим обманом, то ложь станет явной. Но если ты нагло соврёшь с самого начала, то уже не нужно врать дальше — речь ведь о чём-то таком? Если изначально дверь была просто закрыта, а не заперта на замок, то убийцей декана мог быть кто-угодно. Тогда то, что мы приняли смерть декана за убийство в закрытой комнате, было лишь нашей ошибкой и…

— Нет, это не так.

Если бы тем, кто попытался открыть дверь был я или Химе-тян, то ответ Шиоги-тян мог бы быть верным. Но этим человеком была Айкава Джун. А ожидать от Айкавы Джун такой непрофессиональной оплошности не приходилось.

— Вот как? Тогда, да. Само убийство могло произойти в другом месте. Тело расчленили, а затем через «щель» забросили внутрь — например, через ту же вентиляцию из соседней комнаты забросить тело внутрь по частям не составило бы проблем. Из-за наличия системы вентиляции заходить в комнату совсем не обязательно, да и подвесить голову к лопастям не должно быть так уж и сложно.

— Но лопасти можно снять только изнутри комнаты.

— Вот почему вентиляция — это только пример. Забросить части трупа внутрь, наверно, можно было и как-то ещё, так ведь? Через систему вытяжки пыли или водопроводные сооружения.

— Хмм…

— Или, может, у убийцы просто имелся дубликат ключа от двери.

Безнадёжно: решить эту загадку не стоило и мечтать. Впрочем, говорить о мечтах и надеждах в истории об убийстве довольно странно.

В итоге, я ощутил, что зашёл в тупик. Я уже был готов принять любую протянутую мне руку помощи. Интересно, как Химе-тян оговорилась бы в этой фразе.

…Хм?

Только что я будто хотел подумать о чём-то ещё…

— Ну ладно, забудь об этой загадке. Прошу прощения за то, что она настолько скучна. Но, тем не менее, эта школа — довольно странное место…

— Правда? А мне здесь нравится.

— …Неужели ты никогда не задумывалась о том, что могла бы вести более нормальную жизнь?

— И какая другая жизнь позволила бы мне реализовать мои навыки стратега? — смеясь, ответила Шиоги-тян. — Твоему Бессмысленному Уравнению ведь тоже нигде нет места. Кстати, раз уж речь зашла, а ты учился в обыкновенной старшей школе?

— Нет, я не получил даже обязательное образование. А затем… — о ЕР3 она, наверняка, слышала, но поднимать эту тему мне не хотелось — …Ну, я сдал экзамены и поступил в университет.

— Серьёзно?

— Я тебя не обманываю. Просто не говорю правду.

— Но если ты делаешь это с целью обмануть собеседника, то в чём разница?

Время, место, обстоятельства и прочее. Беседа между стратегом и мошенником, которому на всё это наплевать. Ложь, обман, жульничество, мошенничество, преувеличение, укрывательство и сокрытие. Имеют ли беседы право на то, чтобы быть настолько несвязными?

— Шиоги-тян, у тебя есть мечты о будущем?

— Будущее — это лишь пока ещё не наступившее настоящее. Если я всё-таки смогу окончить эту школу, то, скорее всего, буду работать на «Порядок».

— «Порядок»… одно лишь название этой организации меня утомляет. И в итоге ты станешь каким-нибудь Чжугэ Ляном или Ганнибалом? Мне кажется, что девичье счастье можно найти и в другом.

— О. Какая архаическая точка зрения. Предлагаешь мне стать домохозяйкой?

— Я не предлагаю тебе такое. Я лишь говорю, что работа в таком месте скорее сделает тебя несчастной. Ну как хочешь, в конце концов, счастье в глазах смотрящего. Но, тем не менее…

Я бесцельно тянул время, пока мы взбирались по лестнице на следующий этаж. Поднявшись, мы пошли дальше по коридору — в этот момент я решил выяснить у Шиоги-тян то, что мне уже давно хотелось узнать.

— Что ты намереваешься делать, если я всё-таки приведу тебя к Айкаве-сан? Мне кажется, что такой стратег, как ты, вряд ли бросит вызов Сильнейшему Представителю Человечества, не предусмотрев для этого какой-либо план. Но в тоже время я не могу представить, что какая-либо стратегия может помочь справиться с человеком-космо-флотилией[✱] Здесь обыгрывается термин one man army (буквально: «армия из одного человека») — хорошо вооружённый и натренированный боец. Обычно он достаточно умён и силен, чтобы в одиночку завалить несчитанное количество врагов. Отсюда и название..

Никакая грубая сила против Айкавы-сан не поможет. Коварством и хитростью её тоже не победить. Придумать, как ранить Айкаву-сан, не способен даже мошенник вроде меня. Да, как и говорила Шиоги-тян, если Айкава-сан узнает, что я её предал, то это может её ненадолго шокировать, но этот шок будет быстро преобразован в «нужно жить дальше» энергию. Настолько потрясающей была Айкава-сан.

— Пусть не стратегия, но, по крайней мере, у меня есть одна тактика, — с уверенностью ответила Шиоги-тян. — Смертоносная Красная может и является Сильнейшим в Мире Подрядчиком, но в то же время она не Подрядчик, являющийся Сильнейшим в Мире — я буду целить сюда.

— …Мхм.

— Даже если моим противником является Сильнейший Представитель Человечества, я остаюсь Хагихарой Шиоги. Даже черти боятся стоять у меня на пути. Я проявлю все свои силы, всё на что способна, брошусь в бой, с ходу не скупясь ни на коварные методы, ни на атаки исподтишка.

Значило ли это, что она собиралась проскользнуть за спиной у Айкавы-сан? Я бы не сказал, что у Айкавы сан вообще есть тыл, или же слабости, которыми можно было бы воспользоваться, или лицемерие, которое… В общем, осуществить эту идею будет очень и очень сложно…

Но следом я понял другое. Да, и впрямь. Та закрытая комната. Мои мысли переметнулись туда. Да насколько бы тщательно не было спланирована эта подстава, она была организована против Айкавы Джун. Против Айкавы Джун, которая была лишена слабостей и лицемерия, которая не была знакома с концептами «невозможно» и «слишком странно». Она просто не поддавалась логике. Она уже давно раскрыла все те убийства в закрытых комнатах, что только свершатся спустя несколько поколений. Закрытая это комната или «дверь просто не была заперта на замок» роли не играло. Такие трюки на Айкаве-сан не сработают.

Но в то же время Айкава-сан всё ещё не догадалась, что же случилось.

— Почему…?

Как же так? Это самый нелогичный момент. Для Сильнейшего Представителя Человечества неспособность разгадать это убийство — просто вопиющее нарушение установленного миропорядка. Детектив, не способный раскрыть преступление, серийный убийца, который не убивает людей, повелитель бессмыслиц, работающий на благо других — всё это было просто преисполнено парадоксами.

Тогда… — нет, поэтому. Может акт расчленения несёт менее глубокий смысл? Тело Оригами Ноа нашинковали на части бензопилой… — или, точнее будет сказать, по нему зигзагообразно прошлись бензопилой.

Переосмысление… в закрытой… в таком русле… получение ответа.

В этот же момент я одновременно подумал о чём-то ещё более важном. О заблуждении, на котором держалась вся эта закрытая комната. Я обнаружил то фундаментальное недопонимание, которое отвернуло меня от правды.

Ответ Шиоги-тян, когда я спросил про смерть Тамамо-тян.

«Ой, да ладно, не глупи. Я не владею необходимой для этого техникой. Такое только Зигзаг мог сделать…» — «Ой, да ладно, не глупи».

Будто я ошибся в чем-то очевидном. Если продолжать припоминать, Тамамо-тян тоже говорила что-то в этом же духе. Это ощущение, будто спутал одно с другим, восприятие фактов, рождённое из недопонимания, — а ведь изначально эти факты звучали так, будто никакой такой Шусей Юмы и не существует…

Так, будто я уже…

Так, будто я уже знаком с Зигзагом — но не рассматривал я это не из-за того, что не мог это даже осознать, а потому что даже не мог о подобном подумать — предшествующая ложь.

Я был обманут до этого.

— …Не может быть…

Эти слова принадлежали не мне, а идущей следом за мной Шиоги-тян. До ужаса бледная, она, как вкопанная, замерла на месте. Её глаза потускнели. На лице отражались шок и… отчаяние. Не понимая, что вызвало такую реакцию, я на время оставил свои размышления.

— …Что такое, Шиоги-тян?

— Та загадка — она ведь про декана?

— -!

Я испытал сильнейшее сожаление. Чёрт, она всё поняла.

В том, что к достигнутым мной заключениям, пришла и Хагихара Шиоги, не было ничего удивительного, — не просто ведь так она была здесь стратегом. Проследовав от моих слов и беззаботного настроения, с которым я загадывал ей эту загадку, к их возможным первопричинам, она поняла, что я говорил о реальном событии, и что это за событие было. Реверс-инжиниринг — специализация стратегов. Хоть её действия уже не раз убеждали меня в том, что звание стратега она носит по праву, я всё равно её недооценил. Ухватившись за столь малый кусок информации, она смогла осознать всю картину происходящего.

Этот потрясающий интеллект.

Столь грустный, незадачливый интеллект.

— Пого… нет. Но, декан, радио…

Выражение лица Шиоги-тян было таким, словно она готова разразиться истерическим смехом. Она выглядела как призрак. В её поведении не осталось ни следа изящества, шатаясь, она приблизилась ко мне. Будто в поисках спасения. Будто желая, чтобы я её обнял.

Во мне бушевал конфликт. Стоит ли соврать? Смогу ли я придумать ложь, в которую она поверит? Даже если я могу повлиять на направление мыслей Шиоги-тян, смогу ли я повлиять на вывод, к которому она придёт?

Должен ли я наврать ей ещё сильнее?

Даже если это уже больше не чушь?

— Эй… моя… — её голос обрывался после каждого произнесённого слова. — Моя мать, она…?

— Да. Её убили уже довольно давно.

Мошенник не соврал.