2

Самый конец… Перед тем, как он наступил, Химе-тян, будто сама по себе, упала на пол коридора. Или, скорее, её будто дёрнули за руку, следом за рукой потянулось и её тело, и в итоге Химе-тян не смогла удержать равновесие. С выражением полного недоумения, она неуклюже, свалилась прямиком на пол, лицом вниз.

— …Что? А?

— Что-то не так? Оступилась? Хмм?

Айкаву-сан, конечно же, не нарезало. Она слегка улыбалась с видом абсолютного превосходства. Химе-тян попыталась быстро встать на ноги, но это ей не удалось — она, как будто, не смогла перебороть силу тяжести и снова плюхнулась вниз лицом.

А Айкава-сан… не похоже, что она сделала хоть что-то. С учётом расстояния между ними она в принципе не могла что-либо сделать. Поскольку у неё не было никакого метательного оружия, помочь Химе-тян упасть она просто никак не могла, если только она не владела какими-либо навыками эспера…

Нет.

Разве тогда она слегка не сдвинулась?

— Похоже, ты используешь разные виды нитей, экспериментируешь с их весом, скоростью и толщиной — но сами атаки Владеющего Нитью всегда одинаковы. Проще говоря, они режут за счёт скорости и угла. В каком-то смысле это как резать хлеб. А значит, есть два способа их избежать. Первый — двигаться медленно. Второй — двигаться быстро.

Сказанное Айкавой-сан было явно чем-то парадоксальным. Но Химе-тян даже не прислушалась к её словам, она упорно пыталась встать на ноги, но раз за разом её будто что-то тянуло вниз, от чего она спотыкалась и падала, даже не успевая сгруппироваться. Ею словно… ею словно управляли с помощью каких-то невидимых нитей.

— А…

— Ии-тан, ты понял? Да, всё верно. Пока я нахожусь вне установленной вон там зоны нитей, нити, которыми сейчас обвита я, где и за что бы они ни были прикреплены, оканчиваются на этих перчатках. Всё остальное просто, так ведь? Мне надо лишь двигаться быстрее, чем пальцы и руки Химе-тян. Прикладывать больше силы и скорости, чем она.

Когда я это осознал, Айкава-сан уже сдвинулась с места. И в этот же момент Химе-тян, которую будто дёрнули за руки, снова упала на пол. Словно собака на поводке. Но, всё же, управлять всей этой системой нитей проще было именно Химе-тян — всё, что от неё требовалось, — лишь пошевелить для этого пальцами. В этом плане, благодаря своей небольшой фигуре, она идеально подходила на роль Владеющего Нитью, ведь для того чтобы задрать или опустить свои руки, ей требовалось гораздо меньше времени, а это давало заметное преимущество. Чтобы добиться того же Айкаве-сан не только пришлось почти полностью обмотаться нитями, но и двигаться сразу всем своим телом. Так что то, что она проделывала прямо сейчас, было далеко не так просто, как могло показаться.

— Слабость нитей, как оружия для убийства, заключается в наличии интервала между началом атаки и её осуществлением. Этот временной лаг и является решающим, когда имеешь дело со мной. Насколько бы ни были быстры твои нити — им ещё лет сто за мной гнаться. Так что если разницы в скорости нет, то победит тот, кто сильнее — тут правила те же, что и в перетягивании каната, Ичихиме. Жаль, что ты слишком слаба. Тут, всё-таки, нужна сила, а? Даже не представляю, сколько этих опасных нитей сейчас обмотано вокруг меня, но пока я быстрее их, они — не более чем безделушки. Ха, я же говорила, что это одно сплошное представление в цирке. Если ты способна убить лишь тех, кто обездвижен, то серийной убийцей тебе не бывать, может только лишь её подобием.

— З-заткнись, заткнись, заткнись… — всё ещё валяясь на полу, Химе-тян зыркнула на Айкаву-сан. — Э-это…

Конечно. Это невозможно. Чтобы кто-то мог двигать своё тело быстрее, чем Химе-тян свои пальцы — это было что-то невероятное. Будто это не Айкава-сан была быстра, а я был слишком медленным, будто это не её движения были такими, что не уследишь, а я и Химе-тян были ужасно ненаблюдательны, будто в её молниеносных, чуть ли не экстрасенсорных, действиях не было совершенно ничего необычного.

Никакого временного интервала между самим действием и началом действия не наблюдалось вообще. Начало и конец происходили одновременно. Не то чтобы её действия были настолько быстры, скорее сам переход от действия к действию был молниеносным.

— Аа, ах. Мне следовало догадаться, что от такого молокососа больше ждать ничего и не стоит, — Айкава-сан вздёрнула подбородок и, злобно и сухо усмехнувшись, сверху вниз посмотрела на распластавшуюся на полу Химе-тян. — Я была права, сражаться с тобой не на жизнь, а на смерть скучно, так что я всё.

— Ты всё? Прекрати нести чушь — даже если всё так, я всё ещё могу из этого выкрутиться! — завопила Химе-тян. — И даже если Айкава-сан может защитить себя от атак в лоб, пока ты не прорвёшься через зону нитей, ты мне ничего не…

— Я же сказала тебе, что стоит слушать, что говорят другие. «Мы связаны так, что ничто не способно рассечь наши узы» — разве я тебе это не говорила?

Айкава-сан разжала свой кулак, и в нем обнаружился шокер. Химе-тян от удивления широко раскрыла глаза, но было уже слишком поздно. Отдёрнуть нити обратно, лёжа на полу, было попросту невозможно, да и сейчас они всё равно находились в полном подчинении молниеносных движений Айкавы-сан. Осознав это, Химе-тян попыталась снять перчатки, но…

Очевидно, было уже слишком поздно.

Айкава Джун опережала её на сотню лет.

Айкава-сан прижала шокер к своей руке и врубила переключатель.

Быстро промелькнувшая искра обозначила победу, но, по правде говоря…

Всё решилось задолго до этого, ещё в тот момент, когда Химе-тян решилась бросить вызов Айкаве-сан.

Всё ещё валявшаяся на полу Химе-тян замерла так, будто для неё вдруг остановили время. Затем её затрясло и изогнуло, словно сухую водоросль, после чего она так и осталась в этой новой позиции — ещё секунду спустя от неё повалил чёрный дым, и затем она, словно марионетка, которой обрубили нити, плюхнулась обратно на пол. Похоже, она окончательно потеряла сознание, хотя её тело рефлекторно продолжало трясти.

— Эх… А я ведь только переоделась.

Похоже, Айкава-сан оплакивала свою одежду, которая поджарилась так же, как и одежда на Химе-тян. Затем она начала отрывать от неё куски ткани. В процессе этой модернизации её плечи и живот полностью оголились, и смотреть на них было одно удовольствие, но прямо сейчас на это у меня не было времени, и я ещё раз взглянул на Химе-тян. Её мышцы всё ещё дёргало. А уж пальцы, на которые пришёлся основной разряд, трясло вообще довольно жутко. Каждый из них плясал как хотел.

— Я совсем забыла, что у арамидных волокон нет проводимости. Поэтому на мне ещё полно нитей. Так, тут у нас кевларовые? Черт, и что, мне самой всё это распутывать? Ох, сколько возни…

Ворча, Айкава-сан принялась распутывать обмотанные вокруг неё нити, которые не сгорели от электричества. Так как нити потеряли своего владельца, способного быстро собрать их обратно, это было не так уж и просто. Наблюдать за освобождающей себя от нитей Айкавой-сан было довольно забавно. А затем я спросил: «Так вот для чего тебе нужен был шокер?» Всё же, задавать такие вопросы и было моей работой.

— Да. Разве я не говорила? Что он нужен мне, чтобы вытащить кое-кого так, чтобы при этом не покалечить, или что-то такое…

— Я тогда подумал, что ты имела ввиду меня.

— О? С чего это? Я ни за что бы так не поступила с моим любимым Ии-таном, — Айкава-сан приступила к самопокрывательству. — Ну, забота о близоруких детях, в конце концов, входит в мою работу. Решись я сразиться с ней как-то иначе, без травм бы не обошлось.

Используя оружие, она становилась слабее.

Объяснение произошедшего, скорее всего, не требуется — но просто на всякий случай… Айкава-сан, воспользовавшись этим небольшим шокером, подала электричество прямо на используемые Химе-тян нити. Подала разряд электричества, который, по её же словам, может с лёгкостью выбить из памяти два, а то и три последних дня, при этом сняв шокер с предохранителя. То есть тот выдал сразу весь свой заряд электричества, да ещё и под максимальным напряжением. По сути, это было всё равно, что дать ей дотронуться до линии передач высокого напряжения. Так что это был не просто разряд шокера… это, скорее, было сравнимо с гигантской искрой, возникшей от порохового взрыва. Прямо сейчас по всему коридору случались небольшие короткие фейерверки, и даже я сам ощутил присутствие этого разряда, просто потому, что был рядом, — настолько мощным он был.

Насколько бы крепкими ни были используемые Химе-тян нити, большая часть из них не выдержала столь продолжительного напряжения и либо взорвалась, либо сгорела. Но основной разряд пришёлся именно на их владельца. Каждая нить, кроме тех, что электричество не проводили совсем, стала оружием Айкавы-сан.

Если твой противник обладает скоростью, крой её ещё большей скоростью. Если он использует нити, то используй нити против него. Химе-тян посчитала, что Айкава-сан попалась к ней в паутину, но, на деле, всё оказалось наоборот.

Как бы ни была широка паутина…

Орёл всегда прорвётся насквозь.

— ……

……Конечно же, это значило, что опутанная нитями Айкава Джун тоже попала под этот заряд. Если быть точнее, Айкава-сан (о чём она только думала?) пустила разряд шокера сквозь собственную руку, так что током по ней прошлось так же, или даже сильнее, чем по Химе-тян. Так что такой поступок можно было спокойно назвать самоубийственным, но, тем не менее, Айкава-сан выглядела так, будто была в полном порядке. Ни её разум, ни её память, похоже, не отшибло: единственным, что пострадало, оказалась её одежда. Это объяснялось тем, что внутренняя сторона последней была сшита из не проводящих электричество нитей — то, что Айкава Джун переоделась именно ради этого — или любое подобное объяснение придавало происходящему чуть больше смысла, но мне самому как-то не верилось, что в случае с данным подрядчиком всё может быть настолько разумно. В конце концов, мы ведь говорим о той, кто может направить свой самолёт прямо в орудийный ствол, а потом, как ни в чем не бывало, вернуться домой. Пытаться объяснить что-то столь необъяснимое — занятие вредное для здоровья. С нулём соседствует не причина, а единица.

— Ого! Эта нить совсем запуталась! И въедается мне прямо в кожу, ау! Эй, хватит просто смотреть, иди сюда и помоги мне! Ты же не демон какой, в самом деле?

— …………

Молча подойдя к Айкаве-сан, я методично принялся отвязывать от неё одну нить за другой. Хоть подушечки моих пальцев и были изрезаны, я всё-таки смог распутать узел, после чего движения Айкавы-сан больше ничего не сковывало.

— Уи… Спасибо, Ии-тян. Ва-ай Ии-тян, я люблю тебя!

— Прекращай.

Нет, правда, хватит.

— Я просто пыталась поделиться экранным временем с персонажами, которым его не досталось.

— Тогда лучше сыграй Акари-сан.

— С чем связан столь специфичный заказ…

— …Но, всё же, чтоб ты так разозлилась… Довольно неожиданно, — сказал я, глядя на лежащую на полу Химе-тян. — Не обвиняющий, но и не прощающий — обычный, лишённый примесей, гнев.

— Ненавижу тебя! Лица твоего не желаю видеть! Так что, пожалуйста, умри, да, ты, грязная свинья!

— ……?

— Чига Акари.

— Э, нет, давай просто забудем про это.

Хотя, должен признать, это было немного приятно.

— …Ха. Я до ужаса снисходительна, но у меня довольно короткая выдержка. В отличии от тебя. На самом деле неделю назад я превратилась в Супер Саян Джун.

— Мда……

Вполне возможно.

— Сражаться с простодушными дурачками, вроде Зерозаки-куна, довольно весело. Но попусту тратящие своё время подкаблучники логики, вроде тебя, бесят меня сильнее, чем что-либо ещё.

— …Тебя так послушать, то мы тут просто герои школьной драмы какой-то. А это место на школу как-то не тянет…

— Учитель, я просто хотела, чтоб ты взглянул в мою сторону — что-то такое? Это когда там такое придумали? Но знаешь, Ии-тан. На самом деле всё сказанное всё равно ничего не значит, — Айкава-сан улыбнулась и продолжила. — Та моя лекция — она ведь не приведёт к тому, о чём в ней говорится. Последние слова всё равно были за тобой. Что бы я ни сказала, оно ведь всё равно будет представляться чем-то недостижимым. Это ведь как подойти к голодающему и сказать ему: «если нет денег на еду, то питайся одним только хлебом», — на что в ответ последует: «да пошла ты…» — верно? Ты находишься в схожей позиции, так что ты уже подвёл конец этой лекции. А после мне оставалось только прибраться.

Было ли это действительно так?

Меня тянуло не согласиться, но если это всё же действительно было так… то, может, я хоть чуть-чуть, но всё-таки смог спасти Химе-тян. Я, неспособный спасать, и неспособная быть спасённой Химе-тян. Даже если это было лишь сломанным парадоксом.

— Но, конечно же, хахаха, как бы круто ни звучали твои слова, во время их произнесения ты был одет в юбку, так что произвести впечатление на кого-либо они никак не могли.

— Вот если бы ты промолчала, то никто бы об этом даже не вспомнил… в любом случае, теперь всё, наконец-то, закончилось.

— Я же тебе говорила… — Айкава-сан отвесила мне подзатыльник. — Никогда не ставь точку сам. Знаешь, тебе всё же стоит это понять, ладно? Жить продолжается, даже если ты умер.

— Даже если ты умер… — какая свежая точка зрения.

— Ага. Даже ели ты умер, твоё влияние остаётся. Конца, как такового, в природе просто не существует. И в случае смерти всё также… Но поймёт она это только когда станет взрослее, наверно. И даже если это тебе непонятно, стоит вести себя так, будто всё понимаешь. Одно лишь это уже составит огромную разницу.

— И всё равно, я не хочу это всё понимать… — я опустил глаза и взглянул на Химе-тян. — …Что теперь будет с Химе-тян? Этой школе уже не жить… но произошедшее здесь станет огромным событием, речь больше не идёт о том, чтобы сбежать отсюда или сделать так, чтоб её отчислили. Она ведь убила декана.

— А мне откуда знать? Я подписывалась только на то, чтоб вытащить Ичихиме отсюда, а после… после это уже сверхурочные — по крайней мере, мне хотелось бы так сказать. Но, полагаю, уверенности у меня в этом нет. Но всё же, она мне не чужая, так что, я просто придумаю что-нибудь.

— Вот как».

Ну да, она ведь была сострадательна к своим друзьям.

И эта черта уж точно была частью того, что делала сильнейшую Сильнейшей.

— В общем, давай-ка сдадим её в полицию.

— Какая же ты сволочь!

— Ух-ох! Иккун разозлился! Я лишь предложила очевидный выход! Это ведь как покер на раздевание, только азарт разгорелся и ставки ранят.

— Может, ты всё-таки это прекратишь?!

Но Айкаву Джун было уже не остановить.

— Ахаха. Ну, неплохой такой шедевр.

Изображая утратившего человечность, Айкава-сан присела напротив Химе-тян. С некой грустью и отрешением на лице, она провела рукой по щеке спящей Химе-тян, которая наконец прекратила дёргаться.

— Ох же, эта дрянь выглядит довольно мило, когда просто спит. Чёртова малявка.

Пробормотала она.

Айкава-сан была словно старшая сестра, которой в очередной раз пришлось расхлёбывать проблемы младшей сестры, — от этого ощущения была тепло на груди. Айкаву-сан точно нельзя было назвать добрым человеком, и она точно не была той, кто приносит счастье другим, но даже несмотря на это, она, вероятно, не была и той, кто способен бросить на произвол судьбы девочку, вроде Химе-тян.

— …Хм.

— Что такое?

— Упс, её сердце остановилось.

— Она ведь тогда вообще не проснётся!

Пожалуйста, будьте осторожны, когда используете шокер.

А если без шуток, то…

— Ах, ах, как после всего этого она может взять и умереть?

— Какого черта!

— Убийца — один из нас!

— Это твоих рук дело! На кой вообще нужно было снимать шокер с предохранителя?! Её можно было вырубить и обычным разрядом!

— Но тогда бы все эти нити не сгорели…

Она сняла предохранитель только потому, что ей было влом снимать с себя нити!

— Не волнуйся. Я воскрешу её через минутку… И не заводись ты так. Ии-тан, твоего персонажа, любят, в первую очередь за чёрствость. Тебе стоит лучше заботиться об этой своей уникальной характеристике.

Сказав это, Айкава-сан приготовилась начать массаж сердца, но затем, взглянув на меня, будто бы передумала.

— Ии-тан, а сам попробовать не хочешь? Отличная возможность заслужить звание педофила, как-никак.

— Пожалуйста, завязывай играться с чужими жизнями! Сейчас всё серьёзно!

— Значит не хочешь? Ну да, подобный процесс воскрешения и впрямь скорее отдаёт некрофилией.

— Да, да, всё именно так, даже в моем случае трупы выходят за рамки моих увлечений — нет, правда, завязывай уже с этим!

Повелитель бессмыслиц, поддавшись моменту, впервые за всю свою жизнь подыграл и тут же отыграл адеквата.

— Пожалуйста, хватит уже валять дурака! Или у тебя синдром «я могу быть серьёзной, но не дольше пяти секунд»?!

— Какой же ты скучный… Скучный. Дурак. Дубина. Ненавижу тебя, Иккун!

И только после Айкава-сан, наконец, приступила к спасательной операции. Во время массажа сердца был слышен треск рёбер, но мне пришлось убедить себя в том, что по-другому просто нельзя. Прошли пять, а затем и десять минут, после чего Айкава-сан, наконец, поднялась со словами: «Ну, всё, я закончила».

— Она жива, теперь жива.

— Как же просто…

Жить и умирать, быть убитым и убивать — Сильнейший Представитель Человечества была способна обратить даже эти события. Моё раздражение сменилось на ощущение пустоты внутри.

Нет, правда, — всё это для неё не представляло никакой сложности. Притворство и обман, подставные лица и мошенничество, всё это, абсолютно всё никак не относилось к самой Айкаве Джун. А даже если и относилось, то совершенно ничего и не значило.

Айкава-сан закинула Химе-тян к себе на спину и поднялась.

— Может нести её стоит мне? Джун-сан, должно быть, устала.

— …Ня, — Айкава-сан тряхнула головой. — Это моя работа.

Неся Химе-тян у себя на спине, Айкава-сан зашагала по коридору. Шагая следом за ней, я огласил вслух: «Как бы то ни было, первый этап окончен».

— У академии больше нет ни декана, ни стратега, так что нам остаётся только покинуть это место, верно?

— …………

— Почему ты отвечаешь мне четырьмя троеточиями?

Она, что, изображала Тэруко-сан?

Да даже я на такое способен.

— Нет, Ичихиме… — не глядя на меня, ответила Айкава-сан — Хоть она и смогла утаить происходящее от тех, кто внутри, она не смогла сохранить его втайне от тех, кто снаружи. Уже есть те, кто прознали о случившемся на территории академии.

— ……Что ты имеешь в виду?

— Выпускники Повесившейся Школы, которые работают сейчас в «Порядке». Да и умники из семейства Оригами. И, конечно же, все остальные сторонники академии Самиюри, которых полно по всей стране.

— И почему ты заговорила обо всём этом сейчас?

— Что если вся эта толпа сейчас прямо перед центральными воротами.

— …………

Так… так поэтому процесс переодевания занял у неё больше времени, чем она рассчитывала?

В таком случае первый этаж представлял сейчас самую большую проблему…

— Ну да ладно. Пришло время прибраться после вечеринки. Давай-ка, словно ураган, нагло прорвёмся прямо через них, пока они все сюда не нахлынули.

Явно получая удовольствие от происходящего, Айкава-сан прошла дальше по тёмному, плохо освещённому коридору. Её походка даже не пыталась скрыть её абсолютное спокойствие и отсутствие какой-либо тревоги.

— …Не смеши.

Со вздохом, в котором смешались смирение и какая-то бессмыслица, я просто последовал за Сильнейшим Представителем Человечества.