1

Научная лаборатория безумного демона Шадо Кёичиро — официальное название, конечно, длиннее. Исследовательский институт Шадо Кёичиро состоял в общей сложности из восьми зданий.

Восемь зданий были собраны в пространстве окружённом высокими стенами. Снаружи это выглядело тесновато, но внутри создавалось впечатление настоящей, аккуратно организованной лаборатории. Не то чтобы я чувствовал ностальгию, но обстановка наталкивала меня на некоторые воспоминания.

Здесь было одно, два, три, я смог увидеть четыре здания, похожие на игральные кости, как только мы зашли за стены. Здания выглядели как кости не из-за формы. Ни в одном здании не было ни одного окна, поэтому на первый взгляд было трудно определить, можно ли назвать зданиями эти сооружения, они скорее были похожи на что-то из авангардного искусства. Кстати говоря, я слышал, что такие здания без окон создавались для игровых центров, для безопасности. Может это тот же случай? Если тот, то должен сказать, что они принимали слишком серьёзные меры предосторожности. Этого было достаточно, чтобы я понял, почему злоумышленник не смог ничего сделать.

Шито-кун продолжал идти вперёд, к самому большому зданию, которое казалось главным, а потом сказал «подождите немного», достал ключ-карту из кармана лабораторного халата и провёл ей через кардридер. Он напечатал десятизначный код на клавиатуре расположенной рядом. Я подумал, что сейчас дверь откроется, но это было не так.

— Пожалуйста, назовите ваше имя.

Над кардридером, видимо, был небольшой динамик, который было трудно заметить, и он звучал как явно синтезированный голос. Это было на порядок высокотехнологичней, чем охрана у анахронических ворот.

— Оогаки Шито. Мой ID ikwe9f2ma444.

— Голос и сетчатка подтверждены. Пожалуйста, подождите.

После недолгого ожидания, о котором сказал скрипучий как дверь синтезированный голос, толстая изолированная дверь сдвинулась в сторону. Шито-кун хмыкнул, вошёл внутрь и повернулся к нам

— Поспешите, а то она скоро закроется.

Я, Кунагиса и Сузунаши-сан вошли, как и было сказано. Внутри был белый коридор, напоминающий недавно построенную больницу. Шито-кун шёл как проводник и говорил.

— Это основное отделение, просто думайте о нём как о центральном отделении лаборатории, которое также служит жилым помещением профессора Кёичиро. Остальное я не хочу объяснять, потому что это будет боль в жопе. В любом случае, я приглашаю вас поприветствовать профессора, хорошо? Постарайтесь не грубить ему.

Хоть он по-прежнему и был таким же нудным, как раньше, но Шито-кун, по крайней мере, ответственно исполнял свои профессиональные обязанности. Хоть и грубо, но он всё же руководил нами.

— Профессор ждёт вас на четвёртом этаже. Сюда, в лифт, в лифт, — сказал он и нажал кнопку вызова. — Не тупите, это раздражает.

— Ну извини. Кстати, Шито-кун.

— Что?

— Тут всё хорошо защищено, эта защита на входе, отсутствие окон.

Шито-кун кивнул.

— Это обычное дело для первоклассного исследовательского центра. Думаю, стоит предупредить вас, ребята. Не покидайте учреждение, не сообщив нам об этом. Как только вы выйдете сами, то уже не сможете вернуться.

— Хмм…

— Ну, это не важно.

Мы вошли в лифт и поднялись на четвёртый этаж. Не знаю, как много этажей в этом здании, потому что тут нет окон, но согласно моим инстинктам, я думаю, что четвёртый этаж тут самый высокий. Мы вышли в холл, Шито-кун указал на нечто похожее на комнату для перекура и сказал: «Подожди там».

— Я пойду, доложу профессору. Я вернусь очень быстро, так что сильно не расслабляйтесь. — сказал Шито-кун, а затем он удалился по коридору.

«Что это за хозяин, который велит своим гостям «не особо расслабляться», — подумал я, садясь на диван в комнате курения. Кунагиса села рядом со мной, а Сузунаши-сан села спереди. Сузунаши-сан вынула сигарету из скрытого кармана пальто, зажала между губами и прикурила от зажигалки Зиппо.

— Ахх, я наконец то могу покурить, — Cузунаши-сан выдохнула сигаретный дым с восторженным взглядом. — Асано-сан запретила мне курить в машине.

— Конечно, потому что от этого запаха потом не избавиться.

— Ну, да… Я беспокоилась, что здесь нельзя курить, но всё в порядке. Но вы знаете, я ожидала чего-то более странного. Конечно, место и стены довольно странные, но внутри это вполне обычный интерьер.

— В принципе да… Однако всё же это экстравагантно — использовать такое большое здание в одиночку, — как человек, который жил в квартире размером с четыре татами, я искренне завидовал. — Ай, ладно… только три человека используют это здание?

— Да, — кивнула Кунагиса. — Шито-кун, Мисачи-тян и профессор, всего три.

— Понятно, — я согласился. Вообще-то, моя память была надёжна как никогда. — Ну, несмотря ни на что, это всё ещё экстравагантно.

— Я говорю не только о здании, — Сузунаши-сан держала сигарету кончиками пальцев, продолжая, — Люди тоже кажутся нормальными. Нормальные люди, понимаете? Кажется, я зря беспокоилась.

— Нормальные? — я наклонил голову в сторону. — Нормальные? Как Шито-кун? Я так не думаю… и начнём с того, что шестнадцатилетний сам по себе является ненормальным для нормального исследовательского института.

— Я представляла себе более странные вещи, — Сузунаши-сан смущённо рассмеялась. — Люди, которые будут говорить на языке программирования, или будут бросать в тебя пузырьки со смертельным ядом, будучи голыми под халатами, такого я ожидала.

— У тебя богатое воображение…

Казалось, что Сузунаши-сан смотрит на академиков, исследователей, учёных и других подобных людей через какие-то странные розовые очки. Действительно, с такой точки зрения, Шито-кун попадает под определение «нормальный». Судить людей по предрассудкам — нехорошо, но я полагаю, что в этом случае невероятно грубое предубеждение фактически привело к неожиданно хорошему результату.

— Кстати, Томо. Я хотел бы спросить, если уж мы зашли так далеко. Что ты собираешься делать? Пока всё прошло гладко, но что дальше? Пока ничего не вызывает проблем, так какой ход ты собираешься сделать?

— Эм. Эмм. Эм. Я подумала о разных вариантах, — Кунагиса откинула голову и посмотрела в потолок. — Посмотрим. Сначала я встречу профессора и поболтаю. А до встречи можно и отложить проблему.

— Если я правильно помню, он из седьмого отдела?

— Ага. Хоть и это и не звучит оптимистично, но я надеюсь, мы получим разрешение встретиться. И, Боку-сама-тян припасла козырь в рукаве.

— Козырь в рукаве…

Я повторил её слова, и подумал об одном подрядчике, который всыпал бы мне за такие слова. Самый могущественный в мире подрядчик. Она — комплекс уверенности в себе, даже больше, чем просто уверенности, её можно описать как превосходную и превосходящую: действительно, козырь. Она любит скрываться и мангу, и ещё больше любит язвить, что делает её довольно надоедливой личностью, но союзника лучше чем она нет.

— Томо, разве не было бы проще просто попросить Айкаву-сан помочь?

— Хмм. Надо разбираться со своими проблемами собственными силами. Не хорошо беспокоить людей, прося помочь своим друзьям.

— И всё же, я думаю, это работа для неё…

Пока мы говорили, Шито-кун вернулся. Как он и обещал, довольно скоро. «Профессор согласился встретиться с вами», — сказал он и поторопил нас. Сузунаши-сан положила недокуренную сигарету в пепельницу. Она выглядела немного задумчиво. Микоко-сан говорила мне постараться не позволять Сузунаши курить слишком много, поэтому я не предложил Шито-сану подождать, пока Сузунаши-сан закончит курить. В любом случае, он вряд ли бы послушал меня.

— Сюда. Быстрее.

Сказав это, он прошёл по широкому коридору и остановился перед дверью самой дальней комнаты. Он положил руку на ручку, повернулся к нам и повторил: «Не будьте грубыми».

— Особенно ты, — он обратился ко мне. — Это просто моё мнение, но ты странный. Лучше ничего не говори.

— Ты не сдерживаешься в выражениях. Я знаю… Я не намерен вмешиваться. Я знаю свою роль.

Ответив, я пожал плечами и посмотрел на Кунагису. Кунагиса не проявляла никаких признаков нервозности или чего-то в этом духе. У неё было такое же обычное выражение лица. Я бы не сказал, что ей это нравилось, но, похоже, она совсем не переживала о встрече с Безумным Демоном. Конечно же, Кунагиса на самом деле хотела встретиться ни с кем иным, как с Уцуриги Гайске из седьмого исследовательского отдела.

Я вздохнул.

— Ну… — сказал Шито-кун. — Прошу прощения, профессор.

В этот момент дверь открылась.

Мы вошли в комнату, Шито-кун шёл впереди. По внешнему виду коридора я ожидал, что кабинет профессора будет похож на больничную палату, но это было не так. Кабинет выглядел как обычная комната для приёма посетителей с круглым столом посередине. По другую сторону стола сидел Шадо Кёичиро.

Я слышал, что ему шестьдесят три года, так что я ожидал, что он будет выглядеть старым, но мои ожидание не оправдались. Он не был полностью седой, хотя седые волосы проглядывались, его голова не показывала никаких признаков облысения. Хоть его волосы и нельзя было назвать молодыми, но они всё ещё полнились жизненной силы. И его взгляд. Он не был похож на взгляд старика. При взгляде на него на ум скорее приходил опытный политик, чем исследователь. Хитрый, опытный — такими слова приходили мне на ум.

Шадо Кёичиро.

Атмосфера в комнате была тяжёлая. Достаточно тяжёлая, чтобы называться давящей.

— Хаха, — он посмеялся. — Прошло столько времени. Кажется, уже семь лет? Думаю, уже семь, госпожа Кунагиса.

Тихий голос. Однако, не слабый. Это был спокойный голос, как будто начальник обращается к подчинённому. Если мне позволено описать это каким-либо образом, я бы сказал, что это был голос, принадлежавший кому-то стоящему над другими.

— Ты изменила причёску. Теперь ты ещё больше похожа на ребёнка, тебе идёт, леди Кунагиса. Ты выглядишь даже младше, чем семь лет назад.

— Спасибо, — ответила Кунагиса на голос Шады Кёичиро. — Спасибо, что приняли меня. Я очень благодарна за такой тёплый приём, профессор.

— Хах. Звучишь саркастично.

— Разве? Я не хотела, — Кунагиса пожала плечами. — Но, если это так прозвучало, в конце концов может так и есть.

За профессором стояла миниатюрная девушка. У неё было каре по шею. Через её очки на нас смотрел деловой взгляд. Даже больше, холодный и расчётливый. Она носила костюм. Учитывая, что это не лабораторный халат, она, скорее всего, не была исследователем.

В таком случай, это должна быть Юзэ Мисачи-сан, секретарь профессора.

Шито-кун отошёл от нас и встал напротив Мисачи-сан. Он что-то ей прошептал, затем прошептал что-то профессору. Услышав слова Шито-куна, профессор дважды кивнул, а затем посмотрел на нас.

— Ну тогда, кхе-кхе, прошло семь лет, — профессор повернулся к Кунагисе. — Конечно, семь лет для меня немного, но для госпожи Кунагисы это довольно долгий срок, учитывая, что тебе ещё нет и двадцати. Нам должно быть есть о чём поговорить, но к сожалению у меня не так много времени. В конце концов, я занятой человек.

— Есть о чём поговорить? Не думаю, что у меня есть много о чём поговорить с профессором. И мы оба заняты. У меня тоже есть работа, которую надо закончить.

— Верно, верно. Но тут есть различие, леди Кунагиса. В моем мире мы не называем вещи без промышленной ценности работой, но я полагаю, для детей играть — то же самое, что работать.

— Если играть — то же самое, что работать, полагаю, это касается нас обоих. Мы оба не приносим промышленной ценности. Я полагаю, профессор ещё играет с теорией машин? Если да, то спасибо за ваш тяжёлый труд. В конце концов, в ней слишком много излишков и избытков. Интересно, у вас не слишком много проблем с деталями?

— Вам не понять, леди Кунагиса. Вы ничего не понимаете во мне.

— Наверное. Я тоже так думаю. Профессор прав. Я ничего не понимаю.

Кунагиса дважды кивнула. По сути, тут нет ничего странного, но именно поэтому у меня появилось странное чувство. Я чувствовал, что этот разговор был не совсем подходящим для Кунагисы, которую я знаю. Кунагиса не стала бы участвовать в разговоре, который не был странным.

— Искусственный интеллект — или, скорее, искусственная жизнь. Профессор, я слышала слухи, что вы отказались от этого.

— Я не отказался от этого. Я ни от чего не отказываюсь. Я просто понял, что это было проще, чем я думал, поэтому пошёл обходным путём. В конце концов, я только хочу делать вещи с промышленной ценностью, — сказал профессор с самоуничижительной усмешкой. — Я ничего не делаю в качестве игры. Я не художник создающий вещи на показ. Вам не стоит спорить с учёным о работе, в которую они вложили свою жизнь и душу, леди Кунагиса.

— Конечно, я не собираюсь этого делать. Обсуждать с профессором его занятия? Это было бы до боли бессмысленно.

Кунагиса снова пожала плечами.

Такое отношение тоже было немного странным от Кунагисы, которую я знаю. Я не думаю, что смогу ответить, почему это было так, однако необъяснимое чувство тревоги начало бурлить в моем сердце. Я понял, что сейчас не время и не место для беспокойства по этому поводу. Я покачал головой и отбросил эти мысли в сторону. В таких ситуациях мне стоит думать о ком-то вроде Хикари-сан. Хикари-сан такая милашка. Интересно, что она сейчас делает?

— Кстати говоря, леди Кунагиса, — Шадо Кёичиро сменил тему. — Как поживает твой отец?

— Кто знает, — казалось, Кунагиса колебалась с ответом. — Вы злой, профессор. Этот вопрос злонамеренный. Вы же знаете, что тогда от меня отреклись. И вы были уведомлены об этом.

— Ох, точно. Извини, я старею и начинаю забывать некоторые вещи, — профессор искренне рассмеялся. — Они сказали, что ты не хочешь взрослеть, и оказались правы.

— Хмм, понятно. Тогда, я полагаю, вам стало труднее проводить исследования.

— Не беспокойся. Мне не нужны детские сожаления. У меня стала хуже только память. Но в моем распоряжении множество источников информации, и пока я могу думать, я могу полностью удовлетворять интересы твоего отца, леди Кунагиса.

Это была очень саркастичная манера речи. Это была очень неприятная манера речи. По тому, как он говорил, я понял, что профессор определенно не приветствовал Кунагису в качестве гостя. И с другой стороны, Кунагиса также отвечала аналогичным отношением, так что любой человек услышавший этот разговор, мог бы ощутить отсутствие дружеской атмосферы.

На самом деле, для Шадо Кёичиро, Кунагиса Томо — относительно незначительное существо. Даже сейчас, когда он вёл себя так, будто приветствовал гостя, это было просто шоу. Так же, как Кунагиса ценила Уцуриги Гайске, а не Шадо Кёичиро, так и Шадо Кёичиро ценил отца Кунагисы — точнее, в данном случае, дом Кунагиса, а не саму Кунагису.

Дом Кунагисы — Синдикат Кунагиса не нуждается в представлении. Один из немногих плутократических домов в Японии. Нет, правильнее было бы назвать его образцом для подражания всех плутократов. Они охватывали более 22 200 компаний. Пока вы живете относительно нормальной жизнью, они настолько огромны, что вы никогда не поймёте, что живете в их тени, таков их размер, в их руках весь мир. В этой родословной есть что-то фантомное.

И они как раз оказались покровителями этой лаборатории.

Например, если бы вы представили что-то вроде дома Медичи, это бы идеально подошло к этому случаю. Другими словами, дом Кунагиса не сдерживает себя в финансировании подобного рода личных исследовательских лабораторий и подобных мест для людей с особыми навыками, или, скорее, они очень заинтересованы в предоставлении финансирования для подобной деятельности. Шадо Кёичиро, несмотря на то, что его называли Безумным Демоном, даже находясь в горах, распоряжался отличной лабораторией и занимался своей исследовательской деятельностью потому, что его поддерживала семья Кунагиса. Конечно, семья Кунагиса не предоставляла это финансирование из уважения, безумия или из-за доброты душевной, а скорее потому, что они хотели права на результаты и информацию, полученную этой лабораторией, покупая всё заранее, чтобы получать гонорары и другие выгоды. Тогда может быть правильнее назвать их не покровителями, а инвесторами. Конечно, было бы трудно найти инвесторов, желающих инвестировать в Безумного Демона, так что в этом смысле дом Кунагиса можно назвать хайроллером. Однако это и было причиной.

Именно поэтому Кунагиса Томо и её знакомые смогли попасть за эти стены. Даже если семья от неё отреклась, она всё ещё была прямой дочерью первичной линии в доме Кунагиса, поэтому с ней нельзя было непочтительно обращаться. Шадо Кёичиро не смог отклонить её просьбу.

Вот почему вы могли бы сказать, что к этой ситуации привела Кунагиса, использовавшая власть в качестве щита, чтобы пробраться сюда. Если думать об этом таким образом, язвительное отношение профессора и недовольное отношение Шито-куна, не вызывало вопросов. Мы были теми, кто требовал невозможного.

— …

Конечно, это было бы так, если бы мы говорили только о текущей ситуации.

— Кстати, кто этот парень? — профессор внезапно переключил своё внимание на меня. Он явно считал меня подозрительным и даже указал на меня пальцем. — Я думал, что леди Кунагиса появится с её братом. Я всегда думал, что сопровождающим леди Кунагисы никогда не будет кто-то, кроме её брата. То, что кто-то ещё в этом мире такой безумец, разрушает мои взгляды на него. Хм? Я не узнаю тебя. Ты сын какой-то знаменитости? Или, может быть, ты был кем-то из Кластера?

— Нет, И-тян — друг, — беспечно сказала Кунагиса. — Нао-кун — третий наиболее занятый человек в мире, поэтому он сказал, что у него нет времени, чтобы приехать сюда. Но он попросил передать профессору свои слова. «Моя сестра может сделать что-то небрежное, но я возьму на себя полную ответственность за всё, поэтому, пожалуйста, будьте спокойны», сказал он.

— Ахаха, хорошо, — профессор засмеялся, казалось, впервые за разговор он нашёл что-то смешным. — Кажется, он вполне здоров. Кунагиса Нао, несмотря на свои обстоятельства, всё ещё такой… Хммм. Я не чувствовал, его задора в течение долгого времени. Воистину долгого времени, леди Кунагиса.

Старик выглядел счастливым, как ребёнок, а затем он изменился в лице и сказал: «Итак».

— Теперь давайте поговорим серьёзно. У нас обоих, вероятно, есть свои дела. Так что…

А потом профессор снова посмотрел на меня. Я внутренне пошатнулся от его тяжёлого взгляда, но я не показал этого. Я, вероятно, преуспел, я так думаю. Однако мой маленький успех, казалось, не имел никакого значения для профессора, поскольку он продолжал говорить.

— Можем ли мы попросить ваших друзей покинуть свои места? В конце концов, это важный разговор.

— Вы говорите обо мне?

— Парень, ты это понял так? — профессор хихикнул. — У тебя хороший взгляд, парень. По-настоящему хороший взгляд. Примерно как у Шито-куна. Хороший взгляд.

После этих слов у Шито-куна, стоявшего рядом с профессором за Мисачи-сан, на мгновение промелькнуло недовольное выражение. Он, казалось, уставился на меня, но только на мгновение. Он быстро собрался с силами и отвернулся от меня.

— Тем не менее, это специализированная тема. Я не думаю, что прошу чего-то неправильного. Итак, ты покинешь своё место?

— Да… но.

— Просто слушайся профессора, Иноджи[✱]いの字 (Inoji), Одно из прозвищ главного героя. Означает «Буква И»..

Сузунаши-сан положила руку мне на плечо. Я обернулся посмотреть на неё и обнаружил, что Сузунаши-сан смотрит не на меня, а на профессора. Она улыбалась, как будто ей по душе эта ситуация, но в этом случае её улыбка человека была натянутой, и я знал, что она использовала её как маску. Когда она действительно наслаждалась чем-то, Сузунаши-сан не улыбалась.

— Иноджи — несовершеннолетний, а ещё Иноджи — посторонний, и, кроме того, не эксперт, так что не стоит соваться в трудные взрослые разговоры. Разве не так?

— …Действительно, так, но, — профессор посмотрел на Сузунаши-сан с осторожностью. — А ты кто?

— Меня зовут Сузунаши Нэон. Я их опекун.

Когда она сказала это, Сузунаши-сан подтолкнула Кунагису в спину, тем самым заставив её вернуться на своё место, а затем села рядом с ней. Нет, это было не сидение, которое можно описать как сидение. Это был очень экстравагантный способ сидеть, как будто она наступала своей талией на стул, как будто она выражала доминирование над стулом.

Она направила дерзкий взгляд на профессора.

— Так как я их опекун, я буду участвовать в разговоре. Всё в порядке, не так ли? — она поджала кончики губ и сделала ещё более злобный взгляд. — Мы не можем оставить несовершеннолетних детей, без опекуна, вести переговоры с кем-то столь славным, как профессор. Если вы профессор с академическим мастерством, уважаемый профессор и, более того, профессор, который является другом Кунагисы Томо, то вы, конечно, должны были подумать об этом, поэтому я не могу представить, чтобы мне не разрешили сидеть здесь.

— …

Никто не мог противостоять умению Сузунаши-сан играть злодея. Её физическое состояние также помогло ей в этой роли. Я никогда не смог бы осуществить что-то подобное, потому что мне не хватает такого внушительного телосложения.

Профессор… Довольно смеялся.

— Хахахах … действительно, всё так, Сузунаши-сан, — он кивнул несколько раз, когда говорил. — Действительно, вы правы. Вы правы… правы. Да, я не против, вы можете остаться. Вы можете оставаться столько, сколько хотите. Но мы бы попросили этого парня, поубивать где-нибудь время примерно с час.

— Да. Звучит отлично, — Сузунаши-сан повернулась ко мне и подмигнула. — Всё нормально, не так ли, Иноджи?

— Тогда, так и сделаю. Не то что бы у меня был выбор, — я поднял руки в знак согласия и сказал Кунагисе. — Томо, я тогда буду в курилке.

— Окей, — Кунагиса повернулась ко мне и невинно улыбнулась. — Поняла, И-тян. Я скоро приду, так что не потеряйся.

Эти слова и эта улыбка успокоили меня.

Да, это Кунагиса Томо которую я знаю.

— Итак, Шито-кун, будем ждать снаружи.

— Хорошо, понял. Я покажу тебе территорию… стоп, что?! — Шито-кун вскрикнул. — Не зови меня так беспечно, будто друга.

— Я пошутил, — сказал я. Я оставил остальное на Сузунаши-сан и вышел из кабинета.