Глава 124
Вопрос мог заставить сердце уйти в пятки, но всё было в пределах ожидаемого.
Если бы Дека, лучник с невероятно острым чутьем даже среди участников экспедиции, ничего не заметил, это было бы куда более странно.
Фабиан ответил невозмутимо.
— Да так. По пути сцепился с другой экспедицией.
— Вот почему ты задержался?
Дека тихо цокнул языком и закрыл книгу. Затем он посмотрел на Фабиана серьезным, обеспокоенным взглядом и добавил:
— Не будь таким вспыльчивым. Никогда не знаешь, где и когда придется встретиться снова, так что нет смысла наживать себе врагов без причины.
— Понял. Больше не буду.
Фабиан послушно кивнул.
— Вот и хорошо. Ты, должно быть, сам не свой от всех этих событий… Давай спать.
— Ага.
Дека, обманутый естественной игрой Фабиана, ничего не подозревая, лег в кровать и попытался уснуть.
Фабиан, поднявшийся в постель чуть позже, посмотрел в окно. Сегодня лунный свет был необычайно ярким. Словно пытаясь осветить его преступление.
Фабиан, стараясь не подавать виду, натянул одеяло на голову.
Только когда всё вокруг погрузилось в полную тьму, он смог наконец успокоиться.
* * *
Стоило разрыть землю, как вскоре показалось мертвенно-бледное лицо Эйприл. Я, стиснув зубы, поспешно смахнула с него налипшую грязь.
Я попыталась вытащить Эйприл из ямы, но она была закопана глубже, чем я думала, и это оказалось непросто.
— Отойди.
Вмешался Майер. То, что для меня было сродни выкорчевыванию дерева с корнем, для него оказалось легче, чем выдернуть редиску.
Майер положил Эйприл на землю. Даже тогда она не приходила в себя.
На всякий случай я тут же открыла окно состояния. Показатели здоровья Эйприл были в норме, но она всё еще оставалась без сознания.
Я обеспокоенно спросила Огаста:
— С ней точно всё будет в порядке? Почему она не приходит в себя?
— Физические повреждения и ментальный шок — это разные вещи. Скоро она очнется.
Я тихо выдохнула с облегчением.
Как и сказал Огаст, вскоре ресницы Эйприл мелко задрожали.
— Эйприл, ты в порядке?
— …Джун.
Эйприл медленно открыла глаза. Ее взгляд был затуманен, словно она всё еще не могла выбраться из оцепенения. Только тогда я смогла окончательно расслабиться.
— Я сняла яд, но из-за последствий тебе будет трудно двигаться.
— Я знаю.
Эйприл не могла даже кивнуть, лишь едва шевелила губами.
Глядя на нее, я горько усмехнулась. Хорошо, что я подстраховалась заранее.
Когда мы расставались после завершения прохождения подземелья, меня охватило дурное предчувствие, и я поспешно удержала Эйприл, чтобы дать совет.
— Если собираешься уйти от Фабиана, сделай это тайно. А если нет… по крайней мере, как прибудешь в императорский дворец, дай мне знать.
— Неужели это так необходимо?
— Да. Пожалуйста, не игнорируй мои слова.
Эйприл была недовольна. Похоже, ей не хотелось подозревать Фабиана до такой степени.
Но я настаивала так упорно, что в конце концов она кивнула, согласившись сделать по-моему.
Благодаря этому я смогла встретиться с Эйприл до того, как она ушла.
— Фабиан просто так тебя отпустил?
— Да. У него не было причин меня удерживать.
— …
Всё казалось слишком простым, но я не могла поверить в это так легко.
Пусть это назовут паранойей, но лучше перестраховаться.
Я осторожно попросила Эйприл:
— Стать участником экспедиции в составе моей группы на время?
— Мой навык работает, только если мы в одной группе… Достаточно будет и короткого времени. Как только ты благополучно доберешься до дома, я распущу группу.
— Есть ли в этом необходимость?
На мою странную просьбу Эйприл ответила настороженно. В ее глазах читалось легкое подозрение, не пытаюсь ли я ее использовать.
Даже я понимала, что звучу как мошенник, пытающийся заманить жертву в ловушку.
Если бы не мое предчувствие, что Фабиан обязательно что-то предпримет, я бы отступила.
Я не сдавалась и убеждала Эйприл, пока не поклялась святой Марианной, что у меня нет никаких скрытых мотивов, и только тогда она согласилась вступить в группу.
«Как же хорошо, что я это сделала».
Я и представить не могла, что Фабиан действительно попытается ее убить.
Я использовала на Эйприл навык [Священная преданность].
Этот навык не был всемогущим и имел ряд условий.
Из-за условия, что он работает только внутри одной группы, мне пришлось включить Эйприл в состав, чтобы перенаправить ее урон на другого участника.
Я, конечно, хотела назначить целью себя, но, услышав это, Майер и Огаст подскочили.
— Что за глупости!
— У меня здоровья больше, чем у Эйприл, так что всё будет в порядке. К тому же, если Огаст будет постоянно меня лечить…
— Сестра, с твоим крошечным запасом здоровья, это приведет лишь к тому, что либо Эйприл умрет, либо ты сама.
— …Не настолько всё плохо.
— Еще как плохо! Я повторял тебе не раз, Джун Карентия: ты слишком небрежна к себе!
Майер, который до этого был таким покладистым, вдруг начал неистовствовать. Никогда не знаешь, чего от него ожидать.
Я в замешательстве спросила:
— Тогда кого выбрать?
— Конечно, меня. О чем ты вообще думаешь?
Майер посмотрел на меня с недоумением.
Безусловно, с рациональной точки зрения это был верный выбор. С его защитой он выдержит даже критический удар от нынешнего Фабиана.
Однако выставлять Майера под удар было как-то неприятно и неловко. В глубине души что-то странно ныло и вызывало отторжение.
Еще больше раздражало то, что я понятия не имела, почему…
Может, мне просто не нравится, что наш командир экспедиции пострадает из-за дела, которое затеяла я?
Я долго размышляла над этим, но так и не нашла четкого ответа.
Как бы я ни объясняла это внутреннее беспокойство, Огаст и Майер всё равно бы пропустили это мимо ушей.
В итоге, покорившись доводам разума и логики, я была вынуждена назначить Майера целью.
Затем мы втроем сидели в приемной Майера, ожидая подходящего момента. Я даже надеялась, что рассвет наступит без происшествий.
— Стоит ли прикладывать столько усилий? Может, лучше совершить налет и заодно избавиться от Фабиана?
Майер предложил это совершенно спокойно.
Пока Фабиан проходит подземелья, для Майера он — необходимое зло. Наверное, поэтому он до сих пор оставлял его в живых, несмотря на то, что тот был как бельмо на глазу…
Похоже, Фабиан стал настолько невыносим, что Майер готов был отбросить даже свои принципы.
— Я тоже об этом думала… но нет смысла убивать Фабиана рядом с императорским дворцом. Если его экспедиция заподозрит неладное, пойдут дурные слухи об Ордене Черных рыцарей, а это нам ни к чему.
— Нужно просто сделать всё чисто, чтобы никаких подозрений не возникло.
— У заместителя командира Деки отличное чутье. Он точно поймет причинно-следственную связь. К тому же, если ошибиться с таймингом, Эйприл может всё неверно истолковать.
Она и так насторожена… Даже если она разочаровалась в Фабиане, наше прямое вмешательство в его убийство было бы худшим выбором. Я подчеркнула еще раз:
— Получить Эйприл важнее, чем убить Фабиана.
Майер проворчал, словно это было досадной помехой:
— Эйприл Фиус, она действительно стоит того, чтобы так рисковать? Настолько, что ты готова пожертвовать собой?
— В конце концов, жертвуете собой вы, командир.
— Это не важно. Важно то, что ты была готова на это пойти.
На упрямство Майера я лишь тихо вздохнула.
— Сейчас она еще растет, но… она целительница, уступающая только Огасту. Если есть шанс ее заполучить, это стоит сделать.
Майер, имея при себе Огаста, может, и не видит в Эйприл ценности, но место главного целителя в группе героя не дается кому попало.
Сейчас с нами Огаст, но по мере роста группы нам нужен еще один надежный запасной целитель.
— Убить Фабиана… не поздно будет и после того, как Эйприл сама даст на это добро.
Тем временем настал момент, которого мы ждали, но в то же время боялись.
В тот миг, когда клинок Фабиана пронзил живот Эйприл, боль от раны в полной мере передалась Майеру.
— …!
Увидев кровь, капающую с живота Майера, я пожалела, что, возможно, сделала неверный выбор.
Конечно, Майер был невозмутим, даже чувствуя боль от удара клинком. Невозмутим, но… мое сердце не могло оставаться спокойным при виде этого.
В подземельях участники экспедиции ранятся часто, так что я привыкла к травмам. Но даже зная, что это не повод для паники, я невольно испугалась.
Пусть это лечится, но стоит ли всё это того, чтобы Майер получил ранение?
В этот момент я не могла ответить утвердительно.
Пока я терзалась сомнениями, Огаст умело принялся лечить Майера.
Однако, поскольку причина ранения была не в самом ударе, кровь из раны продолжала сочиться.
Увидев цвет крови, Огаст тихо пробормотал:
— Похоже, он использовал яд.
— Какие же грязные методы.
Майер цокнул языком, словно пораженный такой низостью.
Услышав про яд, я поспешно открыла окно состояния. Несмотря на [Священную преданность], здоровье Эйприл продолжало медленно убывать.
— И правда. Эта магия не может нейтрализовать отравление. Эйприл тоже получает урон от яда.
Нужно было немедленно спасать Эйприл.
Я отбросила терзавшие меня чувства и сосредоточилась на том, что нужно сделать прямо сейчас.
Мы поспешили к месту, указанному в окне группы, но Эйприл там не оказалось.
Мне не потребовалось много времени, чтобы догадаться, что она закопана где-то поблизости.
В результате наших поспешных действий Эйприл удалось благополучно спасти.
Эйприл пришла в себя, но всё еще была не в духе. Из-за последствий отравления она бледным лицом смотрела в пустоту и бормотала:
— Кажется, я… я совершенно не разбираюсь в людях.