Часть 5
— *чавкает* Зелринг-удон очень вкусный!
Мы решили пообедать в «Лорелее». Закончив есть первую порцию зелринг-удона, Аиша со словами «Добавки!» отдала пустую тарелку официанту. Такая еда как-то не подходит для кафе, разве нет?
— Есть зелринг-удон в кафе...
— Вам не нравится удон? — с озабоченным лицом спросила Джуна, на что я отрицательно покачал головой.
— Нет, просто я беспокоюсь, приемлемо ли так громко чавкать удоном в кафе с такой замечательной атмосферой.
— После той передачи много людей хотят поесть удон. Так как мы до сих пор не избежали продовольственной проблемы, этот дешёвый ингредиент стал очень популярным.
— ...Простите, что недостаточно стараюсь.
— Что вы, что вы, я думаю, Казуя сделал всё возможное, чтобы выполнить свой долг.
От изящной улыбки Джуны у меня на сердце стало тепло.
*Удар* *Удар*
Да, только поэтому, так что, Лисия, хватит меня пинать под столом.
— Вам не кажется, что Сома как-то по-особенному относится к Джуне?
— Ах... *чавкает*... я тоже это... *чавкает*... заметила.
— ...Ничего не могу с этим поделать. Конечно же, я буду нервничать, разговаривая с такой красивой девушкой. Аиша, определись, ешь ты или говоришь.
— *чавкает*
Значит, выбрала еду? Я решил замолчать цуккоми-шутку, возникшую у меня в голове.
— ...И это после того, как сказал мне, что я красивая, — прошептала Лисия.
— Просто я считаю, что твоя красота и красота Джуны слишком отличаются.
— К-как ты услышал?
Если не хочешь, чтобы тебя услышали, говори ещё тише. В конце концов, я не глухой герой, который игнорирует бормотание девушки и говорит: «А? Ты что-то сказала?»... У меня уже есть некоторые необычные соображения на её счёт с тех пор, как я использовал её колени как подушку.
— М-мог бы и притвориться, что не услышал.
— Будто бы я мог это сделать. Я здоровый парень, так что не стоит говорить такое, из-за чего я могу неправильно тебя понять.
— Ара, ара, ваше лица такие красные. Вы оба такие невинные, — Джуна смотрела на наш спор, продолжая улыбаться.
Рядом с ней Аиша, надувшись, чавкала удоном.
— *чавкает*... почему вы замечаете симпатии принцессы, но... *чавкает*... игнорируете меня... *чавкает*... Ещё добавки!
— Наверное, с моей стороны будет наглостью сказать такое, но... может, он не принимает вас всерьёз из-за вашего поведения?
— Госпожа Джуна?! Я что-то делаю не так?!
— Это всё ваше обжорство. Во время первой аудиенции в королевском замке вы, когда напрямую обращались к королю, выглядели достойной храброй женщиной, но в последнее время вы только едите, и это очень разочаровывает.
— К-как такое могло случи-и-иться?!
Аиша посмотрела на меня, словно умоляя: «Это же неправда, Ваше Величество?». Я и Лисия улыбнулись ей, сделав знак «Х» своими руками. В конце концов, я согласен с мнением Джуны на все сто.
— Очевидно, что ты превзошла Пончо на его собственном поле.
— Интересно, куда делась та храбрая Аиша.
— У-у-у! В моём лесу не было такого разнообразия блюд, и я ничего не могу с собой поделать!
— И вообще, почему ты пытаешься соблазнить меня, когда у меня уже есть невеста?
Три девушки с недоумением посмотрели на меня. Я сказал что-то странное?
— Эмм... Сома, в нашей стране для богатых многожёнство допустимо. Ты что, не знал?
— И наоборот, если женщина обладает достаточными финансовыми возможностями, то возможно и многомужество, пусть это и несколько необычно.
— Если будет действовать ограничение на одного супруга, то, если бы что случилось, род может прерваться.
Лисия, Джуна и Аиша с серьёзными лицами ответили на вопрос. Они что, серьёзно? ...А, и так вижу, что да. Общество в этом мире до сих пор не вышло из средневековья. Рождаемость нестабильна, гигиена и медицина не развиты; вдобавок, это были беспокойные времена, в которые люди редко доживали до старческого возраста. Кроме того, средневековое общество ценило концепцию «дома», поэтому, при наличии финансовой возможности, они хотели иметь как можно больше детей в качестве наследников. По этой причине они приняли практику многожёнства, и я мог это понять.
— Но мать Лисии была единственной королевой...
Если бы король тоже принял многожёнство, то у отца Лисии было бы несколько жён, так? На самом деле, Хакуя уже донимал меня пожеланиями поскорее сделать несколько наследников.
— Королевскую прерогативу[✱]Права, обязанности, привилегии и т.д. правителя. https://ru.wikipedia.org/wiki/Королевская_прерогатива унаследовала моя мать, так как она была внучкой правящего перед Альбертом короля.
— Тогда получается, что это король вошёл в семью!
— Верно, именно поэтому для него не было никакого смысла иметь несколько жён. Только дети моей матери имеют право наследования... Впрочем, я не знаю, есть ли у меня сводные братья или сёстры.
— А это нормально, что король передал престол мне?
— С этим нет проблем. Мой отец, конечно, король, но без согласия моей матери он не мог отречься от престола.
Получается, отречение короля было не только его решением, но и было признано королевой?
— Более того, поскольку только я обладаю правом наследования, нынешняя ситуация не сильно отличается от вхождения тебя в семью. Разница заключается лишь в том, у кого будет королевская прерогатива — у меня или у моего мужа.
— ...Тогда разве не лучше, чтобы правила ты как королева?
— В таком случае каждая из твоих реформ требовала бы моего согласия. Тебе не кажется это надоедливым?
— То есть... конечно, да.
Я не считал Лисию глупой, но если мне придётся согласовывать каждый свой план, то реформы затормозились бы ещё больше. Более того, если принимающий окончательное решение и проводящий реформы — два разных человека, то могла возникнуть оппозиционная фракция, которая мешала бы их совместной работе и создавала кучу препон для реформ.
— Так вот почему твой отец принял решение передать всю власть мне...
— Верно... И сейчас я вижу, насколько впечатляющим оно было.
Но это бремя скинули на нас двоих. Мы оба тяжко вздохнули.
— Поэтому, если ты хочешь нескольких жён, то... это возможно.
— И ты с этим согласна?
— Хоть я и не в восторге от этого, но если это удержит тебя на троне...
— Ты слишком много думаешь...
— Но максимум может быть восемь жён, включая меня.
— Это слишком много! Я не смогу нести ответственность за стольких жён!
Не то чтобы меня не привлекала возможность создать гарем... Но так или иначе, я мог вообразить себе только тяжёлое будущее. Я не был хорош в общении с женщинами, и было ясно, что при увеличении их количества моё смущение также будет расти.
— Кстати, почему именно восемь?
— По одной на каждый день недели.
В этом мире в неделе было восемь дней. И только поэтому восемь?!
— Тогда что делать, если несколько девушек будут рядом одновременно?
— Очередь будет быстрее двигаться. Или можем приглашать друг друга в свой день...
— Понятно. Тогда не обязательно раз в неделю, да? Как и ожидалось от госпожи Джуны.
О нет, Аиша и Джуна присоединились к разговору. Одновременно, да... Не то чтобы мне это было неинтересно (вернее, не было мужчины, который НЕ БЫЛ таким заинтересован), но ради этого мне придётся остаться на троне. Мой прагматичный характер с отвращением относился к правлению, но, всё-таки, я хотел достичь мужской мечты, так что моё сердце колебалось то в одну, то в другую сторону. Как мне хочется сбежать отсюда...
— Ты не должен, нодэсу! Хэл, тебя нельзя это делать, нодэсу!
— Ты ничего в этом не понимаешь!
Я услышал ссору молодых парня и девушки, сидящих вдалеке от нас. Они оба были одеты в форму той же военной академии, что и мы. Парень был высоким, 190 см, и с красными волосами. По ширине его пиджака было понятно, что у него крепкое телосложение. Девушка напротив него была маленького роста, со светлыми волосами, подстриженными каре, и треугольными ушками. Она тоже из племени мистических волков?
— Нет, эта девушка из племени мистических лис, — опровергла мою мысль Лисия. — Это можно понять по хвосту. У неё лисий хвост, видишь?
— То есть я не могу считать лис и волков племенем мистических псов, несмотря на то, что они оба относятся к семейству псовых?
— Скажешь такое — разозлишь и мистических волков, и мистических лис. Мистические псы относятся к кобольдам, и сравнивать их — это как назвать человека обезьяной.
— ...Пожалуйста, объясни мне позже, о чём лучше не говорить при других расах.
Если король на публике нечаянно скажет что-то непозволительное, это выльется в международный скандал. Как и ожидалось, я не знал всех тонкостей и подводных камней. Пока я думал над этим, девушка-лиса горестно закричала:
— Хэл, я прошу тебя, дэсу. Тебе нельзя в герцогство Кармин, дэсу! Герцог Георг Кармин враждует с новым королём, дэсу. Может начаться гражданская война, нодэсу!
— Вот почему я должен идти. Сражения — это мой шанс продвинуться в жизни.
Юноша лет восемнадцати, названный Хэлом, бесстрашно рассмеялся. Девушка-лиса выглядела подавленно.
— Твоё представление войны слишком беспечное, нодэсу.
— Каэдэ, ты чересчур беспокоишься.
— Хэл, твой отец волнуется за тебя, и он попросил вернуть тебя домой, нодэсу!
— Моего отца этого никак не касается! Он — трус, в трудные времена спрятавшийся в столице, несмотря на годы службы дому Кармин. Слышать его не хочу!
— Твой отец уловил происходящие перемены, нодэсу. Единственный, кто пытается бороться без веской причины — это герцог Кармин, нодэсу.
Эти двое продолжали ссориться. Глядя на них обоих, Лисия хлопнула в ладоши.
— Я вроде бы видела его раньше. Это офицер Хэлберт Магна.
— Так ты его знаешь, Лисия?
— Он старший сын знаменитого военного дома Магна, и, говорят, с момента его поступления в военную академию ему не было равных в боевом мастерстве. Завершив обучение, он был назначен в армию... Так он вернулся домой?
— Этот парень неожиданно известен. А про девушку что скажешь?
— Так... Никогда её раньше не видела.
— Это Каэдэ Фоксия, — ответила Джуна вместо Лисии. Она что, знакома с ней? — Эта девушка часто приходит в кафе. Если правильно помню, она маг и приписана к королевской гвардии.
— Если она в королевской гвардии, то, скорее всего, владеет магией Земли.
Магия в этом мире была одного из шести атрибутов: Огня, Воды, Земли, Ветра, Света и Тьмы. Первые четыре атрибута манипулировали соответствующими элементами. Свет был в основе магии исцеления. Магия Тьмы не ограничивалась управлением тьмой; вся магия, которая не попадала под предыдущие пять атрибутов, классифицировалась как магия Тьмы. Мои Телекинез и Множественное Параллельное Мышление также относились к атрибуту Тьмы.
Маги направлялись в разные виды войск в зависимости от используемого ими атрибута. Огненные маги шли в армию, маги Ветра — в военно-воздушные силы, маги Воды — во флот, а маги Земли и Тьмы (которые, кстати, были очень редки) — в королевскую гвардию. Маги Света исполняли роль военных врачей и распределялись равномерно между всеми видами войск. Честно говоря, я был против такого метода распределения, поскольку ему явно не хватало гибкости, однако армией, ВВС и флотом командовали три герцога, и в их управление я вмешаться не могу. Когда я улажу дела с герцогами, то непременно начну структурную реформу всей армии.
Пока я размышлял об этом, Каэдэ и Хэлберт продолжали ссориться:
— У этого неопытного юного короля нет ни единого шанса против герцога Кармина!
— Герцог Кармин странно себя ведёт, нодэсу! Единственные, кому выгодна внутренняя борьба — это соседние страны. Амидония хочет вернуть завоёванные у них предыдущим королём земли. Республике Тургис, которая покрыта вечной мерзлотой, нужны плодородные земли. Если начнётся гражданская война, они точно вмешаются. И это не единственное, что не понимает герцог Кармин, нанодэсу...
Ого, эта девушка хорошо понимает положение дел в соседних странах.
К западу от нашей страны (не знаю, есть ли в этом мире понятие «стороны света», но чтобы легче понять, буду использовать их) лежит княжество Амидония, половина территорий которого была захвачена в ходе экспансионистской политики короля Эльфридена перед Альбертом. Прошло уже пятьдесят лет, но они до сих ждут шанса вернуть потерянные территории. Таким образом, княжество было враждебной к нам страной.
Южнее Амидонии, на самом краю континента находилась республика Тургис, большую часть которой, как и сказала Каэдэ, занимает вечная мерзлота. Судя по карте этого мира, температура падала в южном направлении. То ли потому, что мы находились в южном полушарии, то ли север и юг здесь были не как на Земле, то ли это был эффект какого-то магического феномена, но на юге Эльфридена было холоднее, чем на севере.
Имея такие национальные особенности, республика Тургис провозгласила политику «Северного курса». Среди стран, с которым республика граничила, Великая Империя Хаоса была слишком сильна, чтобы воевать с ней, а страна наёмников Зем была их союзником. Поэтому «Северный курс» был нацелен на Амидонию и Эльфриден.
Каждая страна была готова воспользоваться любой слабостью нашей страны.
— Вот что происходит в соседних странах, нодэсу! И о чём герцог Кармин думает, нодэсу?
— ...Герцог Кармин, конечно же, думал над этим.
— А сам подумать не можешь, нодэсу?
— Конечно, я думал! Я слышал, что многие дворяне отвернулись от короля, в спешке собрали свои войска и перешли под командование герцога Кармина. Разве неспособность обеспечить их лояльность не доказывает некомпетентность короля?!
— Мы до сих пор не знаем, способный король или же некомпетентный, но до сих он не сделал ни единой ошибки! А дворяне, перебежавшие к герцогу Кармину — это недовольные экономическими реформами нового короля, лишённые привилегированных прав или у которых конфисковали имущество после расследования их мошенничества, нодэсу! Они хотят вернуть утерянное, свергнув короля. Так почему ты думаешь, что страна не стала лучше, нодэсу?! — надавила Каэдэ на Хэлберта, который старательно отводит глаза.
— ...У герцога Кармина обязательно есть идеи на этот счёт.
— Снова Кармин, а собственное мнение у тебя есть, нодэсу?!
— З-заткнись! Ты не можешь видеть будущего!
— Я поняла, нодэсу! — ясно заявила Каэдэ Хэлберту, который вызывающе с ней говорил. — Каэдэ поняла, нодэсу! Это страшный человек. Новый король этих трёх герцогов...
— Так, хватит, — перебил я Каэдэ, вклинившись в беседу этих двоих.
Они с удивлением посмотрели на незваного наглеца. Игнорируя Хэлберта, который сказал: «Ты кто такой, ублюдок!», — я улыбнулся Каэдэ, с разинутым ртом смотревшей на меня.
— Вы же понимаете, что если будете много болтать, вас могут арестовать?