Глава 39

Сору залилась краской от смущения. 

— Не нужно говорить так, — прошептала она. 

— Это не лесть! Правда, госпожа очень красивая. Маленькое личико вызывает умиление, чёрные блестящие волосы — просто чудо, а особенно глаза… они словно драгоценные камни, так прекрасны, что на них можно смотреть, теряя рассудок! 

Услышав такие похвалы впервые в жизни, Сору не знала, куда себя деть. Всё, что люди говорили о ней — это только "отталкивающая", "зловещая" и тому подобное, и потому она смутно считала свою внешность уродливой. Особенно глаза — сероватые и тусклые, пугающие, зловещие, одним лишь взглядом могли заставить сердце сжаться от страха. Она столько раз это слышала, что слова въелись ей в уши. 

А теперь кто-то называет это красивым — она чувствует лишь растерянность и неловкость. Сору решила, что это просто слова поддержки и опустила голову. 

— Мне всё равно, как я выгляжу, — пробормотала она. 

Принцесса-призрак, приносящая несчастья, не должна волноваться о внешности, как обычная девушка. Мысль о том, что она безобразна, была для неё лишь слабым осознанием, которое никогда особенно не волновало. 

— Поэтому не стоит говорить такое, — повторила она. 

— Ну что вы! Я серьёзно! Просто вы маленькая и ещё юная — вот люди и смотрят с предвзятостью. Но если присмотреться, нет ни одного места, где бы вы не были красивы! Это всё из-за слухов и песен, доносящихся из долины — они настроили всех против вас. Но вот увидите, пройдёт всего несколько лет, и вы станете красавицей, затмевающей саму принцессу! И тогда и господин... 

Ёми, которая с жаром выпаливала слова, резко замолчала. Похоже, она испугалась, что зашла слишком далеко и могла обидеть Сору. Но та в ответ просто мягко улыбнулась, показывая, что не держит зла. 

— Спасибо… за заботу. 

— Я ведь не из вежливости это сказала… 

Словно разочарованная, она тяжело вздохнула. 

— Госпожа слишком строга к себе. 

— Я просто... 

— Могу войти? 

Сору, запинаясь, смущённо пыталась ответить на угасающий голос Ёми, но вдруг резко подняла голову. Как она вообще не заметила, что он подошёл так близко? Совсем рядом ощущался тусклый свет и тепло. 

—Потревожил? 

Как и полагается человеку с нетерпеливым нравом, он не стал ждать ответа на молчаливую паузу и сразу переспросил. 

Сору поспешно вымолвила: 

— Н-нет… Входите. 

Как только она дала разрешение, дверь с глухим скрипом отворилась, и он вошёл в комнату. Будто бы всё вокруг просветлело от его появления — Сору на миг буквально лишилась дара речи. Хотя за всё это время ей следовало бы уже привыкнуть, каждый раз при встрече с ним её охватывало странное, почти трепетное чувство: будто она оказывалась под гнётом его сильной, почти давящей энергетики. 

— Можно, я немного посижу здесь? 

Он спросил это ровно, сухо, пока она молча перебирала пальцами складки на подоле. 

Сору кивнула: 

— Не нужно спрашивать у меня разрешения. Это ведь и ваш дом. 

— …Благодарю. 

Со скрежетом отодвинув стул, он с глухим стуком опустился на сиденье напротив. Как обычно, сдержанный, сегодня он казался особенно мрачным. От него исходило какое-то странное, почти гнетущее напряжение. Лицо Сору тоже омрачилось — тревога непрошено проскользнула в сердце. 

"Не случилось ли чего снаружи?.. Что за тень на его лице?" 

— М-может, принести вам что-нибудь попить? — неуверенно предложила она. 

— Не нужно. 

— Т-тогда... я, пожалуй, выйду на время. Если понадобится что-то — позовите. 

В неловкой тишине Ёми, держав в руках лекарственные отвары, осторожно удалилась из комнаты. Однако даже после этого Джахён долго молчал. 

Сору, время от времени поглядывая на его суровый профиль, не выдержала и первой нарушила тишину: 

— Кажется, у вас сегодня было много дел… 

— Да. 

— Что-то… неприятное произошло? 

— Да, произошло, — коротко отрезал он. 

Он редко говорил о себе — настолько редко, что даже эта скупая фраза удивила и встревожила Сору. 

— Это из-за меня? — тихо спросила она. 

— Нет. Не из-за тебя, — его голос прозвучал резко, почти отталкивающе. 

Она замерла, ожидая — заговорит ли он дальше. Если уж сам поднял разговор, значит, имел на то причину. И действительно, после долгой паузы, глядя перед собой каменным лицом, он заговорил: 

— В последнее время в столице происходят пугающие вещи. Люди исчезают — кто-то убивает их одного за другим. И двор, как бы это ни было горько признавать, совершенно бессилен. Можно сказать, вся страна Хверанг охвачена смятением. 

Сору, услышав это впервые, остолбенела. Рот сам собой приоткрылся от неожиданности. Она ведь почти ни с кем не разговаривала, кроме Джахёна и Ёми — и о происходящем за пределами дома не знала ровным счётом ничего. 

"Значит, пока я просто сидела здесь... там творилось такое?.." 

Раньше духи со всех концов приносили вести, и, сидя в храме, можно было узнать обо всём, что творится в мире. А теперь, если никто не расскажет — она даже не узнает о таких бедах… Лицо её омрачилось, и она пробормотала: 

— Не знала, что такое творится… 

— Мрачные новости. Зачем только слушать такое? 

"Если так думаешь, зачем же рассказываешь мне это сейчас?" — внезапная мысль пронзила голову Сору, и она напряглась. 

Джахён продолжил ещё более серьёзным тоном: 

— Я думал, тебе это знать не обязательно. Но… сегодня ко мне пришли люди из министерства заклятий. Сказали, это проделки ёкая. 

Словно гром среди ясного неба — кровь застыла в её жилах. 

"Это из-за меня?.. 

Первой именно эта мысль всплыла в голове. Она вспомнила лицо женщины из недавнего сна — изуродованное, искажённое мукой — и пальцы её задрожали. Неужели она забыла, насколько её присутствие приносит несчастья другим? Волна страха и отчаяния снова нахлынула. 

"Так… всё-таки… он рассказывает мне это потому, что..." 

－Не хотите ли вы сказать… 

«чтобы я ушла из этого дома, чтобы не навредить никому?» 

Не в силах договорить, Сору судорожно сглотнула. Джахён первым сухо произнёс: 

— Они хотят использовать тебя как приманку, чтобы поймать ёкая. 

— Говорят, если ты выманишь его, заклинатели закона смогут его уничтожить. Конечно, пообещали защитить тебя, чтобы ты не пострадала. 

Он говорил быстро, словно пулемётной очередью, и добавил: 

— Если не хочешь — можешь отказаться. 

— Нет… Я согласна. Я стану приманкой. 

Сору ответила сразу, будто и не раздумывала, радуясь хотя бы тому, что может хоть чем-то помочь. 

Воцарилась тяжёлая тишина. Она подумала: «Неужели я что-то не так сказала?» и с растерянным лицом посмотрела на него. 

Тогда Джахён, чуть повысив голос, сказал: 

— Есть риск, что ты попадёшь в опасную ситуацию. Этот монстр уже убил сотни людей. Заклинатели говорят, что защитят тебя, но если что-то пойдёт не так… 

— Не беспокойтесь. Что бы ни случилось — я справлюсь. 

Она попыталась улыбнуться, чтобы его успокоить, но в тот же миг рядом раздалось резкое: 

— Чёрт! 

Сору вздрогнула. Джахён яростно закричал: 

— Почему ты... 

Он тяжело дышал сквозь сжатые зубы, словно сдерживал бурю внутри, а затем не выдержал и с грохотом ударил по столу: 

— Почему ты улыбаешься после всего, что с тобой случилось?! Что за «всё в порядке»! Тебя снова используют, как всегда! 

— Я... я просто… рада, что могу хоть чем-то помочь… 

Она не понимала, почему он так зол. Может, её улыбка задела его? Сору прикрыла ладонью рот, словно испуганный щенок, и опустила плечи. 

— Я всегда приносила окружающим лишь несчастья. Когда другим было тяжело, я не могла ничем помочь. А теперь, когда есть хоть что-то, что я могу сделать… для меня это настоящая радость. 

— Так что… не колеблясь, используйте меня. Я хочу быть вам полезной. 

— Даже после всего, что с тобой случилось… — прошептал он сдавленным голосом, словно что-то сдерживал. 

— Ты всё ещё хочешь помогать другим? Мне? 

— Да. 

— И ты… не ненавидишь людей? 

— Ненавидеть?.. Это бессмысленно. Единственное, что в этом мире неправильно — это я сама. Только я одна… неправильная. 

— Порой бывает страшно. Но ненавидеть — такого нет. 

— Глупая. 

Джахён вздохнул, или скорее простонал, и тихо произнёс: 

Сору едва заметно улыбнулась. Наверное, он считает её глупой. В глубине души она тоже не хотела больше ни боли, ни страха. 

— Но ведь Ёми… и вы — вы спасли меня. Вы не отвернулись. Так что… всё хорошо. 

— Ладно. Завтра я передам им твой ответ. 

— Хорошо. 

— Тогда отдыхай. 

Он поднялся. Сору осталась сидеть, прислушиваясь к его шагам. Звук открывающейся и закрывающейся двери. Шорох снятой и брошенной одежды. Тяжёлый вздох, когда он сел на кровать. Казалось бы, ничего особенного, но почему-то ей стало спокойно. 

Наверное, так чувствует себя человек, греющийся у костра в холодной темноте. Он был груб, не ласков, всё время злился на неё… но рядом с ним было гораздо спокойнее. 

«Знал бы он, как мне было тревожно… просто сидеть одной в комнате и ждать, когда он придёт. Боялась, что я больше не нужна и меня отправят куда-то далеко…» 

Её лицо потускнело. Как только она осознала это чувство облегчения, её тут же охватила вина. 

«После того как узнала, что погибло столько людей… неужели я радуюсь только тому, что я ему нужна?..» 

В комнате никого не было, но ей стало стыдно. Она прикрыла лицо рукавом. 

«Наверное, сейчас у меня уродливое выражение лица. Как у жадного… призрака…» 

Огромная благодарность моим вдохновителям! 

Спасибо Вере Сергеевой, ,Анастасии Петровой, Ксении Балабиной, nunaknowsbetter Кристине Костриковой,Вильхе,Dia Dia,Altana Angrikova,Екатерине Таран и Марине Ефременко,Dary за вашу поддержку! ✨Ваш вклад помогает создавать ещё больше глав, полных эмоций, страсти и неожиданных поворотов! 

Вы — настоящие вдохновители!