Глава 284. Партнёр
Они сидели на рифе, тяжело дыша, и смотрели друг на друга.
Это было очень тяжёлое время.
Для Ю Джитхэ — субъективно даже тяжелее нескольких месяцев, проведённых в ловушке сна Ноа.
Он сам проходил через подобное не раз и потому воспринял всё относительно спокойно.
Ёрым — нет.
Она сидела с пустым выражением лица и начала делать странные вещи.
«…»
Подняла руки и ощупала собственное тело.
Потрогала нос.
Ущипнула мягкую щёку.
«…»
Провела пальцами по раненной при подъёме лодыжке, испачкала их кровью, растёрла кровь между большим и указательным, а потом поднесла к носу.
«…»
И попробовала на вкус.
Будто это был мёд.
Во рту наверняка остался металлический вкус крови.
«…»
Потом Ёрым посмотрела на мир вокруг.
Раннее утро.
На границе рассвета над Тихим морем поднималось солнце другого измерения.
Вода без течений отражала его как зеркало, и у горизонта два изображения сливались в вытянутый, похожий на мяч силуэт.
— А.
Наконец Ёрым проверила голос.
— А. Мм. Хм…
Собственный звук казался непривычным.
— А…
Но на этот раз голос оборвался иначе.
Тело Ёрым обмякло.
Ю Джитхэ успел подхватить её.
Накопилась усталость.
До сих пор она держалась одной волей, а стоило напряжению уйти — организм мгновенно предъявил счёт.
«…»
Полуприкрытыми глазами Ёрым посмотрела на него.
Никто ничего не сказал.
На измученном лице появилась улыбка.
Ёрым смотрела на Ю Джитхэ и улыбалась.
Он в ответ не улыбнулся.
Просто заметил несколько прядей у неё во рту и пальцами убрал их.
Тогда Ёрым дрожащей рукой схватила свои волосы и демонстративно набила ими рот.
Вот же вредная.
Ю Джитхэ взял другую прядь и засунул ей в ноздрю.
— Ух… кх… кх…
— Ешь всё. Поняла? Всё до последнего волоска.
— Ты больной?..
Это были их первые слова после очень долгого молчания.
Разговаривать о том, насколько тяжело было каждому, сколько они ждали, что пережили и какую боль терпели, обоим казалось неуместным.
Всё уже закончилось.
Ёрым не хотела ни рассказывать, ни слушать.
Поэтому они просто сидели рядом.
— Холодно…
На её бормотание Ю Джитхэ достал из субпространства спортивную куртку и передал ей.
— А. Точно.
Ёрым вынула из кармана сигарету и протянула ему.
«…»
Ю Джитхэ взял её в рот.
Попытался разжечь огонь маной красного рода.
На пальце ничего не появилось.
*Вот как.*
Он сделал вид, будто ничего не случилось, но, похоже, действительно выжал себя досуха.
Пока Ю Джитхэ медленно возвращал на тело Власти и благословения, Ёрым подняла дрожащий палец и зажгла свою сигарету.
Но сил у неё тоже почти не осталось, и огонёк быстро начал гаснуть.
Когда она протянула сигарету к его, пламя уже исчезло.
— А? Погасло…
— Подожди. Я ещё возвращаю защиту.
Ёрым приподнялась и придвинулась совсем близко.
Её расфокусированный взгляд сначала остановился на глазах Ю Джитхэ, затем опустился к сигарете.
Кончик её сигареты коснулся его.
Ёрым втянула воздух.
Огонёк разгорелся и перешёл на вторую сигарету.
Ю Джитхэ тоже спокойно затянулся.
«…»
Сухой табак тихо потрескивал.
Дым расплывался над неподвижной водой.
Ёрым заговорила:
— Слушай.
— Мм.
— Там, внизу… я ненадолго увидела младшую сестру.
— Младшую сестру?
— Ага. Что-то вроде галлюцинации. Она звала меня в утопию для красных драконов. Я отказалась.
Так действовала иллюзия Владыки-черепахи: она пыталась лишить существо желания сопротивляться, ломая сам источник стремления.
Тому, кто мечтает бежать, покажет сломанные ноги.
Пианисту — уничтоженные пальцы.
— И вот мне стало интересно…
Ёрым выдохнула дым и подняла на него глаза.
— А ты… что видел?
Ю Джитхэ тоже выпустил дым.
Пока он сражался с чудовищами в темноте, галлюцинации и голоса приходили и к нему.
Они показывали то, что должно было разрушить его собственную цель.
— Вас.
Одним словом он подвёл итог.
Ёрым не поняла.
И спросила почти шутя:
— Нас? И я там была?
— Была.
— Ну и как?
— Волосы длинные.
— Что? Ненавижу длинные. Мешают.
— Почти до талии.
— Ц-ц. Они вообще не умеют играть. Сценарий говно, матчасть говно, никакой подготовки.
— Согласен.
— И что я там устроила? С ножом бегала и орала, что ухожу из дома?
— Нет…
Лицо Ю Джитхэ стало неприятно тяжёлым.
Такое выражение Ёрым видела редко.
Она перестала спрашивать.
Тогда уже он спросил:
— Очень тяжело было?
— Да это для слабаков.
— Можешь сказать честно. Вы ведь плохие воспоминания храните долго.
Неловкая попытка спросить пришла слишком поздно.
Ёрым спокойно выдохнула дым.
— Ещё раз нырнём?
Только тогда Ю Джитхэ едва заметно улыбнулся.
Ветра не было.
Дым от их дыхания переплетался над тихой водой.
— Я знала, что ты придёшь…
После этих слов Ёрым замолчала.
Они больше почти не разговаривали.
И всё же странное утешение оставалось.
Само присутствие другого человека рядом успокаивало.
* * *
По дороге обратно к первоначальному рифу Ю Джитхэ ненадолго задумался.
На протяжении субъективных шести месяцев он примерно трижды всерьёз собирался прекратить тренировку и вывести Ёрым наружу.
В такие моменты он на секунду возвращал зрительное благословение и смотрел на неё.
И видел, как она снова и снова сопротивляется психическому воздействию.
Тогда он думал:
*Ещё немного.*
*Продержись ещё чуть-чуть.*
*Совсем немного…*
Он прекрасно знал, насколько жалким и мучительным было это время.
И всем сердцем хотел, чтобы ребёнок не сломался.
Именно тогда по тёмному миру однажды прошла огромная вибрация.
Затем появилось сообщение.
<Власть [Ключ (EX)] подтверждает выполнение эмоционального условия.>
<Подтверждённая эмоция: [Желание]>
<Власть [Ключ (EX)] сообщает: на [Обелиск желания] в [Подвале Старинных часов] пролился свет.>
Подвал Старинных часов.
Неизвестное помещение, появившееся однажды без объяснений.
Всего там было одиннадцать обелисков.
До этого светилось шесть.
Теперь загорелся ещё один из пяти оставшихся.
Это была хорошая новость.
Регрессор, который после бесконечных циклов уже почти не мог расти внутри обычного порядка мира, сделал ещё один шаг к новому росту.
Радость.
Веселье.
Ненависть.
Гнев.
Глубокое размышление.
Привязанность.
А теперь — желание.
Какие четыре чувства оставались?
* * *
В тот момент, когда Кёуль попыталась схватить его за руку, первый клон поднялся и посадил её перед собой.
— …Вот так будете?
Кёуль обернулась и сердито уставилась на него.
Клон вздохнул.
— Ладно. Ты права.
— …
— Я его младший брат. Другой человек.
— …Почему соврали?
— Прости. Я не пытался обмануть тебя ради чего-то плохого.
Кёуль несколько секунд смотрела недовольно.
Потом спросила с искренним любопытством:
— …Но почему вы настолько одинаковые?
— Потому что произошли из одного корня.
— …Близнецы?
— Что-то вроде.
— …
Кёуль задумалась.
Через несколько секунд спросила серьёзно:
— …Вы его хорошо знаете?
— Кого? Моего вла… кхм. Нашего старшего брата?
— …Да.
— Хорошо.
— …Вы близки?
— Близки.
— …Тогда я хочу кое-что спросить.
— Что?
Кёуль огляделась и прикрыла ладонью его ухо.
Клон послушно наклонился.
Она прошептала:
— …Что аджосси любит?
Вопрос оказался неожиданным.
— А зачем тебе?
— …Просто.
— Ну… тебя любит.
Удар пришёлся прямо в сердце.
Кёуль почувствовала приятное учащённое сердцебиение, кивнула и улыбнулась.
— …Но кроме меня.
— Сложный вопрос.
Кёуль уточнила, что именно имеет в виду.
Клон немного подумал и прошептал ответ ей на ухо.
Глаза Кёуль округлились от восторга.
— …Вот оно что.
Клон не понимал, почему она настолько рада.
— …Это секрет.
— Что?
— …Аджосси нельзя рассказывать.
— Нет. Старшему брату я должен сообщать всё.
Кёуль испуганно распахнула глаза.
— …Нельзя.
— Надо.
— …Нельзя.
— Надо.
— …Не надо.
Они уставились друг на друга.
— Почему нельзя?
— …А почему надо?
— Потому что он обязан всё знать.
— …Кто так решил?
— Всё равно. Скажу.
Кёуль посмотрела так, словно её предали.
Потом уголки глаз начали опускаться — казалось, вот-вот заплачет.
Она обиженно отвернулась и зашмыгала носом.
«…»
Клон испытал настоящий шок.
Его отправили сюда, чтобы Кёуль была счастлива.
Приказ был настолько же важен, как приказ остановить [Вторую ночь].
А Кёуль плачет?
Кризис.
Первый клон закрыл глаза и поспешно обратился к хозяину: Кёуль задала вопрос о нём, а теперь не хочет, чтобы хозяин узнал ни о самом вопросе, ни об ответе. Что делать?
Ответ Ю Джитхэ оказался неожиданно простым.
*«Как хочет».*
— Ладно. Не расскажу.
— …Правда?
— Правда. Успокойся.
— …
Кёуль повернулась.
Голос вроде был плачущим.
А глаза совершенно сухие.
«…»
И через секунду она уже тихонько хихикала.
Клон почувствовал, что его обвели вокруг пальца.
Оставшееся время Кёуль заставляла его делать самые разные вещи.
Многое ей давно хотелось попросить у настоящего Ю Джитхэ, но она стеснялась: всё казалось слишком мелким и детским.
А попросить «младшего брата», который выглядел точно так же, было намного проще.
Поэтому клону приходилось по пять раз в день готовить рамён.
Его фирменным голосом по часу повторять:
— Ешь.
— Я папа Кёуль.
Кёуль каждый раз заливалась смехом, а клон временами задавался вопросом, чем вообще занимается.
Ещё она требовала носить её на руках.
Каждый день снимать ей носки.
Они вместе рыбачили.
Сделали сотни селфи.
Кёуль заставляла его строить идиотские рожи.
В результате на её часах сохранилось около ста двадцати позорных фотографий «Ю Джитхэ».
Несколько часов клон слушал, как она жалуется на Ёрым.
И хотя настоящего Ю Джитхэ не было три дня, Кёуль провела их почти идеально.
Накануне возвращения она набрала бутылку воды из Тихого моря и забрала с собой.
Так закончилась их неделя.
* * *
Ёрым вернулась к рейтинговому соревнованию.
Оставшееся время пролетело мгновенно.
Когда её общий запас маны вырос ровно в 8,5 раза, маны у Ёрым стало больше даже, чем у Каыль.
Некоторые недоумевали: как она могла стать настолько сильнее буквально за короткое время?
Ответ знали только Ю Джитхэ и Ёрым.
Она начала демонстрировать чудовищную выходную мощность и результаты, которых от новичка вообще не ожидали.
За следующие 40 дней её вклад в зачистки оказался примерно вдвое больше, чем за предыдущие 90 дней.
Имя Ёрым взорвалось по всему миру.
К концу соревнования перед комнатой 301 лежало около 250 писем.
В мессенджере Ю Джитхэ накопилось около 5000 сообщений.
Каждый день десятки людей обращались в PR-отдел Лэйра, пытаясь найти Ю Джитхэ, поскольку он нигде не указывал организационную принадлежность Ёрым.
Почти все известные мировые гильдии пытались переманить её.
Устав от этого, Ю Джитхэ официально зарегистрировал в Союзе вымышленную семью Ю и записал Ёрым и Каыль её членами.
Только после этого поток немного стих.
Наконец соревнование закончилось, и Союз утвердил официальный мировой рейтинг Ёрым.
СМИ называли невероятным результатом уже попадание новичка примерно в первую двухсотню.
Поэтому итог потряс весь мир.
[Ю Ёрым (Kr, 18, MZZ): 93-е место]
Каыль закончила на 498-м месте.
Но рейтинг её почти не интересовал, и она от души поздравила Ёрым.
* * *
Рейтинговое соревнование завершилось.
В один зимний снежный день…
— Мы пришли-и-и-и!
— А-а, заебись.
Девушки вернулись в общежитие.