Часть 3

Божественный Меч Спасения.

Длина его лезвия составляла около метра. Довольно длинный меч.

Он был обоюдоострым. Толщину его клинка можно с толщиной небольшого топорика сравнить. Ну и, конечно, он обладал безупречным и чистым сиянием, а также величественным достоинством.

Таков был его изначальный внешний вид.

Идеальное священное сокровище, излучавшее элегантность, несмотря на грубость своего предназначения.

Однако в течение многих месяцев и лет божественный меч терял свой блеск.

Довольно долгое время он был покрыт ржавчиной.

Был даже период, когда он не просто ржавым был, а разрушался из-за коррозии, походя на металлическую палку.

После того, как его владелец Рамачандра был побеждён Кусанаги Годо, по клинку меча начало расползаться тёмное пятно, являвшее собой принца Лакшману.

И некоторое время назад…

Белый бог-обезьяна Хануман позволил своему врагу Кусанаги Годо сбежать в дальний угол астрального мира. После всего случившегося Хануману осталось лишь пробормотать, что надо поспешить с воскрешением героя Рамы.

Вслед за этим он подбросил Божественный Меч Спасения вверх.

Почерневший меч исчез вместе с порывом ветра, и в следующее мгновение оказался в небе мира людей, ворвавшись туда ураганом.

Некоторое время меч летел по прямой, а затем начал падать по дуге.

Он был нацелен на центральную часть Японии, которая должна была стать местом воскрешения Рамы.

Вершина горы, где имелись лишь камни и песок.

Дзанг! Божественный Меч Спасения вонзился в скалу средней величины.

Неподалёку от места падения располагались ветхие от времени красные тории — вход в святилище. Вершина горы, где упал меч, располагалась неподалёку от кратера огромного вулкана. Чтобы обойти этот кратер пешком, понадобилось бы больше часа времени.

Священная гора. Гора Фудзи…

Самая мощная духовная область Японии, её духовный центр.

И прямо сейчас Божественный Меч Спасения оказался воткнут в землю недалеко от вершины священной горы Фудзи.

Если бы какой-нибудь японец случайно тут оказался, он бы точно подумал о фантастичности текущей ситуации. Сейчас стоял февраль, на самой горе, можно сказать, самый разгар зимы был.

И тем не менее…

На вершине горы практически не было снега.

И не только это. Снежной шапки на горе, в общем, не было, совсем.

Если смотреть на эту величественную священную гору издалека, то отсутствие снега сразу становилось очевидным. А ведь в это время года белое покрывало снега точно должно накрывать поверхность Фудзи.

Но прямо сейчас все могли увидеть «голую» Фудзи, какой её обычно видишь только летом.

А всё из-за того, что приближалось возрождение Рамачандры. Увеличение температуры самой земли и температуры атмосферы над землёй вызвало странный феномен раннего таяния снега на священной горе Фудзи.

Божественный меч, воткнувшийся в поверхность горы неподалёку от вершины.

Клинок, который должен быть чистым и ясным, всё ещё имел на себе чёрное пятно.

Прошёл день, а за ним и ночь. Когда вершины Фудзи коснулись приветственные лучи рассветного солнца, пятно с клинка Божественного Меча Спасения исчезло. Грязь ушла.

Аура чистоты, заполнившая собой всю гору, как говорят, пробуждала величие бога.

Что же до мечника, который должен держать в руках данный клинок?

Около недели назад герой Рама был сражён богоубийцей Кусанаги Годо.

Местом сражения была Пушпака Вимана. Гигантский летающий корабль размером с город. Он рухнул в Тихом океане неподалёку от японского региона Канто и утонул.

Получается, что тело великого героя тоже утонуло в океанских глубинах вместе с кораблём?

Нет, оно просто растворилось в воздухе, иногда летая вместе с ветром, иногда летая против ветра, но двигаясь по направлению к духовным землям, которые являлись самыми чистейшими в Японии.

Его душа инстинктивно ощущала, что эти земли являлись самыми подходящими для её воскрешения.

— Мой старший брат Рама, величайший благородный, чьё рождение должно быть чистым.

Принц Лакшмана снова материализовался в своей человеческой форме и встал на колено.

Он находился прямо перед Божественным мечом, воткнутым в землю, перед истинным телом своего старшего брата.

— Святая земля, которая очищает и изгоняет любую мирскую грязь. Твой младший брат верит, что величие этого места является самым достойным для твоего возрождения!

Хоть Лакшмана выглядел точь-в-точь как Рама, его кожа была темнее.

Его любовь и уважение к белокожему старшему брату обратились словами силы, и он от всего сердца произнёс:

— Прямо сейчас настало время длани спасения принести земле последние дни, о старший брат!

— Так и есть, принц Рама, — серьёзным тоном негромко произнёс Хануман, который неожиданно появился рядом с принцем Лакшманой и тоже встал на одно колено. — Сейчас в этом мире остался лишь один Дьявольский Король. Волчий король штормов, доблестная королева боевых искусств, королева катастроф, король чёрной молнии, король в маске, король мечей — все они исчезли. И дабы сразить последнего, Кусанаги Годо, — явите же своё второе пришествие прямо сейчас!

Торжественно произнося свои слова, Хануман продолжал стоять, преклонив колено, но вот спину он выпрямил.

— Чтобы уничтожить тьму последних дней и уничтожить Дьявольского Короля-богоубийцу, мы желаем возрождения меча. О, благороднейший из благородных мечей, клинок среди клинков. Ты есть клинок изничтожения Дьявольских Королей. Ты есть белый свет спасения. Ты рождён ради истребления всех ракшас!

Таковы были слова, обязывающие Короля Завершения возродиться снова.

После того, как они отзвучали, прекрасное в своей чистоте небо мгновенно заполонили грозовые тучи.

БАБАХ!

БАБАХ!

Раздался грохот после двух последовательных ударов молнии, осветивших собой землю и окрасивших тёмное небо в светлые тона.

Свет от молний создал на земле тень. И эта тень была не от Лакшманы и Ханумана. Это была тень третьей личности.

— О-о.

— О, тигр среди людей! О, святой король, собравший в себе великолепие среди самых великолепных!

Хануман расчувствовался, а Лакшмана стал громко выкрикивать свои слова.

Третий появившийся медленно взялся за рукоять Божественного Меча Спасения и вытащил его из скалы.

— Я заставил вас двоих ждать.

— Старший брат!

— Мой господин Рамачандра.

Принц Рама кивнул коленопреклонённым младшему брату и верному последователю.

Белоснежные волосы, отдающие синевой. Привлекательные благородные мужские черты лица. Но к этому блистательному виду добавлялся налёт усталости, который, словно ржавчина, старил его.

Как и ранее, на нём были простая синяя рубаха и такие же штаны. А поверх них белая мантия.

Рама вернул свой меч в ножны на спине и произнёс:

— Подумать только, моё второе пришествие так быстро произошло. Да, всё явно иначе, когда используешь Великий ритуал договора. Восстановление сил и тела произошло действительно быстро…

В его голосе не было радости.

Лишь меланхолия от того, что предстоит новый конфликт. Но…

— По поводу того, что происходило, пока меня не было. Леди и джентльмены-богоубийцы провели надлежащее состязание? И, получается, что в самом конце остался…

— Кусанаги Годо.

— Я знаю.

Когда Рама услышал слова Ханумана, его губы озарила улыбка.

— Хах. Надо же, они самолично уничтожили один одного, чтобы иметь возможность противостоять моей великой силе. И ведь действительно простой и смелый план выбрали. О-хо-хо, вот поэтому их и нельзя недооценивать…

Даже сам Рама не мог понять, когда это с ним произошло. Тем не менее, сейчас он испытывал некое стремление, которое сложно было описать.

При этом он улыбался. Тот, кто должен быть совершенно вымотан долгими битвами, рассмеялся так, что даже плечи у него тряслись. Мало того, Рама отчаянно подавлял сильное желание громко расхохотаться как идиот…

Его верные последователи смотрели на Раму дикими взглядами.

— Господин.

— С-старший брат.

— А, прошу прощения, Хануман, Лакшмана.

Рама как-то подавил желание расхохотаться и улыбнулся.

Однако шок от того, что Хануман и Лакшмана видели, как вечно унылый Король Завершения почти что рассмеялся во весь голос, оказался довольно большим. Двое соратников выпученными глазами смотрели на невероятного и великого героя.

Рама посмотрел на них в ответ и сказал:

— Может, на этот раз всё хорошо выйдет.

— Что вы хотите этим сказать, господин Рама?

— Ха-ха-ха. Забыть всякие разные проблемы и просто искренне сражаться.

— Брат! Разве это не означает, что ты поступишь точно так же, как и эти ненавистные богоубийцы?!

— А разве это плохо, мой младший брат?

Лакшмана с укоряющим взглядом попенял Раме, но тот ответил с каким-то живым настроем.

— Даже у меня бывают времена, когда я, как воин, просто хочу разойтись вовсю. А так как моим противником будет Кусанаги Годо, то мне и жаловаться не на что.

Принц Рама на мгновение прикрыл глаза, вспоминая о прошлом.

— Тысячу лет назад в Галлии я сражался с ним дважды. И так же дважды во время моего предыдущего возрождения. Если прибавить к этому нашу следующую битву, то между мной и Кусанаги Годо уже пять сражений произойдёт, — негромко сказав это, он продолжил. — Пять битв. На этом этапе я даже не против назвать его достойным противником. Он мой судьбоносный оппонент.

— Абсурд! Что-то навроде сильного врага, который может составить конкуренцию моему старшему брату, — такого просто не существует!

— Разве? Если обернуться и посмотреть на все бои, которые случились до этого… То счёт поражений и побед будет три один не в мою пользу. Я далеко отстал по количеству выигрышей, более того, можно сказать, что это я занимаю позицию того, кто бросает вызов победителю.

— Старший брат!

— Я всего лишь факты перечислил, Лакшмана, не более.

— Чтобы самый благородный из всех так высоко оценивал какого-то ракшасу раджу — это неприемлемо! Данное деяние идёт вразрез с самими основами небесных принципов!

— Ха-ха-ха. Если это так, то это означает, что я стал таким же, как и эти леди и джентльмены, убивающие богов.

— Господин!

— Прошу прощения, забудьте то, что я только что сказал. Это была шутка.

Преданный младший брат и бог-обезьяна пребывали в недоумении от ситуации. Рама же, в отличие от них, хитро улыбался.

А затем, что было совсем не присуще Королю Завершения, герой-убийца богоубийц произнёс:

— Моя сила и моё тело полностью восстановились, но… всё ещё чего-то не хватает, совсем чуть-чуть. Я немного отдохну и подготовлюсь, чтобы быть в наилучшем состоянии.

— Мой господин, как пожелаете.

— Я собираюсь вступить в бой с могущественным соперником, антиподом по судьбе. Так что подобный отдых перед битвой — это просто хорошие манеры.

— …

Хануман кивнул, услышав слова своего господина, который в необычной для себя манере демонстрировал боевой настрой.

Как Лакшмана, так и Хануман, всё ещё стояли коленопреклонёнными. Белый бог-обезьяна, управляющий ветрами, упёрся лбом в землю и обратился к вдохновляющему своим присутствием господину:

— В таком случае, господин, у меня есть одна просьба.

— Какая?

— Пожалуйста, позвольте мне, недостойному, отправиться на поле боя. Ваше рвение приложить все силы в противостоянии с Кусанаги Годо — оно выгравировано в моём сердце. Вот почему.

Соратник, подчинённый бог с непоколебимой преданностью. Именно такое желание высказал Хануман.

— Я стану авангардом, пока господин отдыхает. И я хочу вызвать Кусанаги Годо на бой.

— Глупо, — резко отказал Рама на просьбу своего преданного спутника. — Понимаешь, я ведь сам желаю сразиться с ним, используя всю свою силу. И я ни за что не отдам этот шанс тебе. Здесь ты не в своё дело вмешиваешься, Хануман.

— Ваша отповедь совершенно верна. Однако, если господин желает провести дуэль с ним… — Белый бог-обезьяна оторвал голову от земли и посмотрел на привлекательное лицо своего господина, находясь при этом в позе просителя. — Пожалуйста, позвольте этому недостойному отправиться впереди вас.

— Что ты имеешь в виду?

— Я генерал моего господина. Когда начнётся решающая битва, я, несомненно, буду вам поддержку оказывать. Вот почему я хочу отправиться вперёд. Результат моего ухода, будь то жизнь или смерть, победа или поражение, — но либо я буду уничтожен, либо Кусанаги Годо.

— О, верный воин, Хануман, — Рама сурово посмотрел на распростёршегося в позе просителя бога-обезьяну. — Если ты выиграешь, то моя очередь не настанет, разве нет?

— Ну, в таком случае ничего не поделаешь. Пожалуйста, отнеситесь к такому исходу, как к тому, что этот безродный Кусанаги Годо просто недостойный вас соперник.

— Ты, если станешь мне мешать, — я ведь без единого сомнения уничтожу тебя прямо здесь, ты это понимаешь?

— Я с самого начала был готов к подобному исходу. Вместо того, чтобы быть обычным зрителем во время решающей битвы господина, я желаю, чтобы господин лично меня уничтожил.

— О-хо-хо. Ты ведь тоже говоришь очень похоже на то, что сказали бы леди и джентльмены, убивающие богов.

Сурово отчитав Ханумана, Рама тут же сменил настрой, а на его лице появилась слабая улыбка.

И такая улыбка тоже была для него редкостью. Сейчас вся его усталость, похожая на налёт ржавчины, просто исчезла.

— Хорошо. Чтобы угодить своему главному соратнику Хануману, я позволю ему пойти вперёд.

— Я благодарен и рад!

— Старший брат. Я тоже хочу взять на себя такую роль!

— Ладно. Отправляйтесь, оба.

Рама больше не возражал. Он и младшему брату позволил пойти в бой раньше его.

Герой понимал чувства своих соратников. Они желали быть полезными своему господину, рвавшемуся в решающую битву. И сейчас Рама стремился в бой совсем не потому, что это было связано с его миссией по истреблению Дьявольских Королей.

— Отправляйтесь на поле боя в качестве авангарда Рамачандры. Бросьте вызов Дьявольскому Королю Кусанаги Годо и возвращайтесь с великолепной победой!

Величественный приказ, достойный такого же величественного и великого героя древней Индии.