Часть 3
— Хмм…
После окончания боя Годо напряг зрение с целью проверить поверхность… Поверхность висевшей в ночном небе Луны.
— Плохо. Совсем ничего рассмотреть не могу…
— А что не так с Луной, Твоё Величество?
На лице подошедшей Эны угадывался вопрос. Годо ответил:
— Да ничего такого. Просто меня беспокоит, не появился ли где-нибудь на Луне каньон.
— Каньон? На Луне?
На этот раз вопросительное лицо сделала Мария Юри.
— Я сказал каньон, но, вообще, на Луне кратеры всё покрывают…
Спутник Земли, Луна, постоянно повёрнут к планете одной и той же стороной.
Это общеизвестно. Как и то, что обратная сторона Луны, которую земляне никогда не видят, изуродована множеством кратеров.
«Лицевая» же сторона, которую видят люди, очевидно, более красива.
Само собой, кратеры и лунные моря существовали и на видимой стороне. Однако по зрелищности они проигрывали общей неестественной белизне, которую можно обозвать общим узором «лицевой» поверхности луны.
Однако Годо беспокоили некоторые вероятные последствия.
Что ожидаемо, первой догадалась Эрика.
— Годо, только не говори, что…— итальянская девушка вздохнула, глядя на прекрасную поверхность Луны. — «Вепрь», которого ты только что призывал, получил в качестве цели именно её. Что-то вроде: «Размажь Ханумана в воздухе, ну и Луну ещё поломай до кучи».
— Ну-у…
— Ты именно это и сделал, так, Кусанаги Годо?..
Пока Годо какое-то время не знал, что отвечать, до Лилианы тоже дошло.
Сребровласая девушка, которая на пару с Юри была из группы «серьёзных» произнесла свои слова с немалым сожалением:
— Условие использования воплощения «Вепря» — это назначение ему цели уничтожения в виде большого объекта. Но иногда это воплощение можно использовать в качестве некоего злобного духа в обмен на позволение разрушать… Наверное, стоит сказать, что это слишком уж гибкие условия в плане того, что он может творить после вызова, учитывая его силы.
— Тут я согласна с Лили.
Комментарий сребровласой девушки-рыцаря тут же был одобрен Эрикой.
— Этот кабан хоть и является наземным млекопитающим по большей части, но, оказывается, он и на такие высоты взлетать способен.
— И прямо сейчас он как раз уже может приближаться к Луне. Кстати, как-то раньше я читала научно-фантастическую повесть, похожую на этот случай. Там, как главный герой, так и злодей каким-то лучом взяли на буксир по планете и «уронили» эти планеты на базы друг друга.
— Надо же. Звучит показушно бредово, как раз в моём в вкусе.
— Ну а на мой вкус такое слишком уж неразумно. Но то, как сражаются Чемпионы… В некоторых аспектах очень даже похоже.
— Да. «Вепрь» как раз очень явно следует данной тенденции.
Гениальные девушки-рыцари кивнули друг дружке.
Такие слова были вполне ожидаемы от двух рыцарей из числа спутниц Годо. А ещё они обе заметили сомнения, которые начал смутно ощущать парень.
— Луна, значит. Даже Эна никогда бы не подумала о том, чтобы по Луне вдарить!
При этом химе-мико, которая вместе с Эрикой состояла в группе «безбашенных», усмехнулась вместе со своей коллегой по группе.
— Ну, естественно, что мысли у того, кто бога убил, очень далеки от нормальных!
— Вообще, хоть и едва смутно, но когда я смотрю на Луну, то ощущаю некоторый дискомфорт. Такое впечатление, что она чуть-чуть отличается по виду от того, какой она раньше была.
В отличие от радостной Эрики Юри говорила обеспокоенно.
Так как она обладала несравненной силой духовного зрения, «смутно» в устах химе-мико Марии Юри было куда более надёжным доказательством, чем точные наблюдения какого-нибудь гениального учёного.
Среди Годо и остальных девушек данное утверждение состояло в категории здравого смысла.
Эна продолжила смеяться.
— А-ха-ха-ха. На Луне реально новая «дыра» где-то появилась.
— Не могу придумать ничего такого, что могло бы опровергнуть данную возможность.
— Ожидаемо, что «Вепрь» не смог продемонстрировать разрушительную силу, достаточную для уничтожения Луны, но, похоже, достижение в виде долететь до неё своим ходом он, всё же, получил. Хотя, если бы Кусанаги Годо оказал ему серьёзную поддержку, да ещё Ланселот помогла, то, наверное, даже уничтожение Луны не стало бы недостижимой мечтой, да?..
— А ещё у Годо есть такой козырь, как «Белый жеребец», максимальная разрушительная сила которого до сих пор толком неизвестна.
— Беру свои предыдущие слова назад. То, о чём я говорила, это не мечта. Наоборот — это кошмар.
Эрика и Лилиана говорили чуть ли не в унисон.
А семена для этого разговора Годо сам же и посеял, так что комментировать их слова ему трудно было.
Чтобы ещё больше не углубиться в данную тему, Годо произнёс то, что сразу стоило сказать:
— В общем, я в любом случае рад, что все спасены. Это здорово.
— Да, всё полностью благодаря Годо. Но… — Эрика отбросила свою обычно элегантную манеру речи и расстроенно нахмурилась. — Мне вот интересно, после той атаки мы были «всего лишь в критическом предсмертном состоянии» или реально умерли?
— Не думай об этом слишком много. В любом случае, состояние у вас всех было «ещё такое, которое вполне можно исправить, если применить способности Веретрагны». Так я к этому отношусь, разве это плохо?
— Чтобы принять подобное объяснение, нужна способность упрощать на уровне Годо и других Чемпионов…
— Ну, раз Твоё Величество так говорит, то Эна не будет сильно много об этом думать, — произнесла Эна несколько озадаченно.
— Нас атаковали двумя стрелами принца Рамы. Чудо уже то, что мы всего лишь таким состоянием отделались. На самом деле было бы совсем не странно, если бы нас уничтожило до состояния «даже пыли не осталось».
— Как раз в таком состоянии в Токийском заливе всё и оказалось.
Похоже, что Лилиана тоже никак не могла принять случившееся.
Годо, который каким-то образом понял, какой трюк стоял за всем произошедшим, положил конец разговорам тихой фразой:
— Должно быть, дело в следующем — эти стрелы каким-то образом учитывали мои интересы.
— Учитывали интересы? — Эрика, которая могла похвастаться великолепной сообразительностью, вопросительно склонила голову набок.
Тут всё дело в так называемой «мужской гордости» ну или чисто в «мужских делах». Именно поэтому сейчас даже эта дьяволица в девичьем облике имела трудности с пониманием того, о чём речь идёт.
Со стороны Годо подробно углубляться в подобную тему было бы не очень дальновидно. Поэтому он сразу же закрыл рот. Одна лишь Юри, явно что-то поняв, обменялась с ним взглядом. Но с её стороны это вполне ожидаемо.
Похоже, что только она одна и поняла это посредством интуиции, превосходящей логику.
— В любом случае. До боя против Рамы я успел разобраться с Хануманом. Подготовка к последней битве прошла идеально. Всё как надо получилось. — Годо специально говорил беззаботным тоном. — Даже бессмысленная междоусобица, как оказалось, не такой уж и бесполезной вышла.
— Что ты имеешь в виду, Кусанаги Годо?
— Во время нашей общей свалки Ханумана закинуло на двенадцать тысяч лет назад, так? Скорее всего, это очень сильно его ослабило, — тут же ответил Годо на вопрос Лилианы.
На этот раз он победил белого бога-обезьяну, повелевающего ветром, довольно-таки легко.
Раньше, когда Хануман сражался с его названной старшей сестрой Лю Цуйлянь, создавалось впечатление, что он довольно могущественный враг. Но это как раз было до того, как Хануман был отправлен во времени на двенадцать тысяч лет назад.
И, похоже, истощение сил таким огромным вышло, что души Персея и Сунь Укуна настолько потрепало, что они вообще где-то исчезли, пока пытались вернуться назад.
Даже для бессмертных богов подобный промежуток времени никак нельзя назвать коротким. В астральном плане даже «ушедшие в отставку» боги проживали. Они просто уставали, прожив «вечность».
Что Хануман делал все эти двенадцать тысяч лет?
Может быть так, что он даже в «анабиоз» впадал. Так Годо думал. И если так и было, то это объясняло, почему в древней Галлии и недавней междоусобице Чемпионов не наблюдалось двух Хануманов сразу.
Спать в течение двенадцати тысяч лет…
Скорее всего, Хануман поставил перед собой цель как можно меньше истощить душу и сохранить как можно больше сил.
Всё-таки, жизненная сила и боевой дух Бога-еретика основывались на его твёрдом и уверенном осознании себя.
Но, всё-таки, слишком долгий сон в течение сверхпродолжительного периода времени смог по-своему ослабить душу Ханумана.
Поэтому на этот раз он не смог долго продержаться в бою против Годо.
— Но всё сказанное — это лишь моё воображение.
— Даже если так и есть, Годо, это не меняет факт того, что ты сильно вырос. До такой степени вырос, что с лёгкостью смог сокрушить в бою могущественного врага, наподобие Ханумана, — Эрика кивнула. — Теперь тебе точно должно хватить сил и умений для сражения против Короля Завершения.
После этого Годо покинул выжженный район.
Когда он сказал сотрудникам Комитета компиляции истории, прибывшим на место происшествия, что хочет где-нибудь отдохнуть, они для него прямо в центре Токио отель подготовили.
— Да было бы вполне нормально, если бы и не такое чрезмерно вычурное место выбрали, — сказал Годо, обращаясь к Амакасу Томе, подвозившему их на машине.
Организовать место отдыха он просил не из прихоти, а из-за Шидзуки, которая явно головомойку ему устроит, если он сейчас дома появится.
Даже если бы ему какой-нибудь отель меньше трёх звёзд подобрали, Годо бы не возражал. Да ему бы даже общественной сауны вполне хватило, но…
Стоя перед дверью номера, Амакасу улыбнулся.
— Кусанаги-сан крайне серьёзно вовлечён в то, что «судьбой мира» можно назвать, разве нет? Но… могу я спросить?
— Что такое?
— У меня сложилось такое впечатление, что всё нормально было бы, начни вы последнюю битву сразу же после предыдущего сражения. Простите, я никак не намерен поторапливать вас, мне просто интересно. Конечно, небольшой отдых позволит снова задействовать использованные воплощения Веретрагны. Тут я всё понимаю.
— Да всё нормально, — по-доброму улыбнулся Годо. — Даже если начало битвы задержится на полдня или больше, мы не будем возражать.
— Мы?
— Да. Тут, скорее, если я начну бой не полностью подготовленный, то моему противнику это куда меньше понравится.
— А-а…
Амакасу удивлённо моргнул после слов Годо. Наверное, подобное отношение было сложно принять тому, кого «ниндзя» обзывают, и кто куда больше ценит знания и сообразительность, чем сражения.
В любом случае, Годо был спокоен.
Он не сгорал от нетерпения. Но и стремления задержать начало боя у него тоже не было.
Завтра он разберётся со своим противником. Годо был полностью уверен в этом, пока принимал душ и засыпал. Сейчас ему больше всего надо именно отдохнуть.
Если бы Годо был боксёром, ну или ещё каким бойцом, бросившим вызов чемпиону мира.
Если бы из-за огромного количества пройденных тренировок к началу боя у него отсутствовала всякая неуверенность.
То, наверное, он тоже смог бы достичь того душевного равновесия, которое у него сейчас было. Перед решающей битвой Годо оставался загадочно спокоен. Осталось лишь сразиться.
Когда он включил телевизор, там как раз были новости о том, что в мире происходит.
«Повышение температуры, которое не присуще поздней зиме».
«Признаки вулканической активности наблюдаются по всей Японии».
«Беспрецедентный уровень опасности вулканических извержений, введённый метеорологической службой по всей стране одновременно».
От просмотра разнообразных новостей состояние Годо не особо изменилось.
После завтрашнего противостояния произойдёт какое-никакое разрешение всего того, что творится в мире.
Кстати, той же ночью в новом месте, которое организовал комитет, Лилиана, судя по всему, завершила изготовление секретного лекарства.
На следующее утро, когда Годо завтракал в ресторане отеля, сразу все его спутницы и доставили ему эту «микстуру». Среди них ещё одна гостья была.
— Элис-сан.
— Мы тоже успели, господин Кусанаги.
Как и должно, в городском отеле высокого класса не возникло никаких казусов, когда там в духовном теле оказалась красивая девушка европейской внешности. Годо кивнул на улыбку Элис.
На столе перед ним выставили три стеклянных бутылочки.
Каждая из них содержала жидкость своего цвета: красного, синего и чёрного. И цвета эти настолько яркими выглядели, что прямо кричали, что всё это крайне ядовито. Но важен был именно эффект данных составов.
Годо, нисколько не сомневаясь, выпил все три лекарства подряд.
Вкус у них оказался ужасен. Но последующие опьянение и размытость всего, что он видел, оказались ещё ужаснее.
У него не только голова кружилась, а ещё и всё вокруг стало искривляться так, словно он через трясущееся желе смотрел. Весь ресторан стал похож на сюрреалистичную картину.
Но где-то после двух минут это состояние полностью прошло…
А затем перед Годо словно возникла Эрика и спросила:
— Как ты Годо? Что-нибудь странное чувствуешь?
— Пока что ничего такого не замечаю. Но, думаю, пойму, когда что-то реально использовать попытаюсь.
— Такое прямо «всеобъемлющее» описание как раз в твоём духе.
Эрика буквально в восхищении была, а Лилиана несколько обеспокоенно произнесла:
— Я кое о чём сообщить хочу. Согласно словам принцессы, когда ты окажешься на «настоящем» поле боя, составить компанию тебе только один человек сможет, судя по всему.
— Только один?
— Да. Принцесса сказала, что у неё видение было, — это уже Эна ответила с недовольством на лице, которое никак не могла скрыть.
Рядом с ней грустно произнесла Юри:
— Прошлой ночью мы об этом говорили… о том, кто пойдёт с Годо-саном, но…
— В конечном итоге мы так и не пришли к какому-то решению. Так что пришлось нам лотерею устроить.
— Это, скорее, стоило назвать соревнование в неудаче. Той, кто одержала победу, оказалась эта лиса в человеческом обличье. С моей точки зрения сомнения в честной игре отвергать не стоит, так что её выигрыш мне принять трудно.
— Ты просто реально неудачница, Лили. Клянусь, что я не делала ничего, за что мне стоит чувствовать себя виноватой.
— А-а…
Юри, Лилиана и Эна — все трое одновременно сделали пасмурные лица.
И лишь Эрика с самого начала сохраняла элегантный вид. Годо всё понимал, но тут же вопросительно голову склонил.
— Лотерею устроили? Я вот думаю, что в таком случае Эрика, наоборот, продула, так как ей придётся на опасное поле боя отправиться.
— Вот же, Годо. На это и иной взгляд можно иметь, знаешь ли, —собранно произнесла Эрика. — Великое сражение, где на кону стоит судьба целого мира. И пригласительный билет на эту битву, да ещё и на место прямо у ринга, был великолепно выигран Эрикой Бланделли.
— Вот как?
— В любом случае, будь благодарен. Я составлю тебе компанию в сражении до самого его конца.
— Что ж, так и быть.
После того, как всё уже настолько далеко зашло, он не станет говорить, что запрещает ей идти, ну или что-то в том же духе.
Годо сразу же согласно кивнул. Ну а Эрика чрезмерно нагло улыбнулась, уподобляясь настоящей львице.
Затем, вместе со спутницами он вернулся в номер, в котором на ночь оставался. Он переглянулся с Элис, говоря тем самым, чтобы она начинала ритуал переноса в Астральный мир.
Два часа спустя…
Ведомые духовным телом Элис, Годо и Эрика появились в сером домене.
Край Астрального мира, вход в мир богов.
— Слушай Годо, до нас дошёл доклад, что на горе Фудзи находился бог войны. И, судя по всему, это был принц Рама. Нормально, что мы вот так вот проигнорировали данную информацию?
— Нет проблем. Если мы о нём речь ведём, то он точно заметит мои передвижения.
— Почему-то я испытываю ревность… Ты говоришь о нём так, словно он твой сердечный возлюбленный.
— Что ж, господин Годо. Пожалуйста, следуйте тем инструкциям, которые я вам до этого дала.
Подстёгнутый принцессой Элис, Годо сразу же и начал.
До этого он забрался на территорию бога судьбы, чтобы увидеть самый дальний угол мира. На этот раз он обострил все свои чувства, чтобы в этот самый дальний угол отправиться.
Магическое чутьё у Годо практически отсутствовало, но на этот раз он был под эффектом тех отвратительных, но чудодейственных лекарств.
И тут он начал перемещение.
Эрика быстро схватила его за руку, став его единственной сопровождающей.
Последняя битва скоро начнётся.
Прям сейчас Годо ощутил уверенность в том, что гонг начала матча уже прозвучал.