Глава 1193. Божественные искусства Тай-Ши и неизменности вещества
Глава 1193. Божественные искусства Тай-Ши и неизменности вещества
Корабль-призрак с грохотом вырвался из-под воды: в тот миг, когда он пробил гладь реки Вздымающейся, брызги брызнули во все стороны цветной яшмой, и под лучами восходящего солнца над палубой повисли радуги.
Корабль-призрак поймал ветер и, вспарывая волны, двинулся к Цинь Му.
Цинь Му взмыл в воздух и опустился на его палубу.
— Старший брат, — поклонился он в знак приветствия.
— Младший брат. — Вэй Суйфэн, Император Бескрайних Облаков, ответил поклоном; едва он поднялся, как за его спиной проступили десятки тысяч чёрных гробов.
Гробы неподвижно высились над палубой. Один за другим они открывались, и из каждого выступали воины Армии Пернатого Леса — кто богом, кто демоном.
Цинь Му улыбнулся и громко проговорил:
— Сегодня я пришёл сдержать своё слово: выведу вас всех из оков неизменности вещества!
Вэй Суйфэн был тронут; тронуты были и воины корабля-призрака, но ни один из них не осмелился вымолвить слово.
И тут в воздухе вдруг замахал крыльями феникс — с глухим ударом на палубу опустился каменный гроб.
Вэй Суйфэн едва заметно сдвинул брови. Этим фениксом была Фэн Цююнь, служащая под началом Матери Земли. А в гробу покоился древний труп Высшего Императора — он тоже оказался поглощён кораблём-призраком.
В тот же миг из-за кормовых построек палубы с любопытством высунул голову большой куродракон.
Это был Линь Сяо — мастер из свиты Госпожи Юаньму.
Кроме того, вечно безумствующий Граф Драконов из Страны Графа Драконов на этот раз стих и затаился; а в большом зале, где были запечатаны и тело Небесной Императрицы, и Цзюэ Учэнь, восемь Графов Драконов — будто услышав слова Цинь Му — медленно повернули к нему свои драконьи головы.
Вэй Суйфэн оглянулся через плечо и равнодушно произнёс:
— На этом корабле всякой нечисти хоть отбавляй. Если младший брат всё-таки сломает божественное искусство корабля-призрака — боюсь, спокойно ему тоже не жить.
Цинь Му вздохнул:
— Воистину так. Нечисти здесь много — да вся мелкая. Вот Небесная Преподобная Лин сама себя запечатала в Небесной Реке, слилась с нею воедино — вот там нечисть и впрямь страшная. Старший брат, можно начинать?
Вэй Суйфэн поколебался и кивнул.
Фэн Цююнь встрепенулась от волнения, а у наполовину окаменевшего Графа Драконов в глазах полыхнуло пламя — он готовился в любой миг вырваться на свободу.
Цинь Му утишил сердце и привёл в движение Дао Тай-Ши: из межбровья у него заструились руны Великого Дао — всё гуще и гуще.
Все вокруг слышали: точно зов богов, точно зов всего живого, — голоса выпевали одно имя, имя Тай-Ши!
Это звучал голос Дао Тай-Ши — голос диковинный, тот самый, что уже однажды пробуждался, когда Вэй Суйфэн в своё время попытался расколоть яйцо древнего бога.
Вэй Суйфэн не мог сдержать волнения:
«Похоже, младший брат разыскал записки Небесной Преподобной Лин, что я ему оставил. Он до конца разобрался в её божественном искусстве неизменности вещества — и через него подступился к Великому Дао, сокрытому в яйце Тай-Ши! На этот раз мы спасены!»
Он отлично знал, каких трудов стоит постичь божественное искусство Небесной Преподобной Лин.
Записки у него пролежали немало времени, и, сколько он в них ни вчитывался, понять их так и не сумел.
А Десяти Небесным Преподобным Райских Небес эти записки достались ещё раньше — и тоже без всякого толку.
Цинь Му же за считанные годы прозрел их тайну. Такой талант — во всём мире не сыскать!
Раскрыть же Великое Дао Тай-Ши, сокрытое в яйце, было делом ещё более неподъёмным — тяжесть не меньшая, а то и вящая, чем с записками Небесной Преподобной Лин!
Откуда же ему было знать, что Цинь Му прозрел записки не одним лишь собственным умом: если бы не Сутра Бескрайнего Бедствия Старого Будды, ему и с её помощью на разгадку ушли бы десятки тысяч лет.
По уму и сообразительности Цинь Му вовсе не был первым среди людей — он лишь ловко пользовался всем, что попадалось ему под руку: методами, искусствами, сокровищами.
Рун Великого Дао Тай-Ши становилось всё больше; складываясь в диковинные сочетания, они понемногу начинали давить на корабль-призрак.
Корабль-призрак, как и все вещи и люди на нём, был поглощён неизменным веществом — оно не прибывает и не убывает. Но сейчас Вэй Суйфэн и прочие вдруг ощутили: вещество вокруг помаленьку начинает меняться!
И тут у Цинь Му ёкнуло сердце — словно несколько чужих сил тихо, без единого звука, проникли сюда; будто речным ветром повеяло, и по телу несколько раз пробежал холодок.
Он взглянул на Вэй Суйфэна — тот тоже это почувствовал, на лице его застыло недоумение.
У обоих в груди повеяло стужей.
На корабль-призрак кто-то наложил глаз.
Корабль-призрак хоронил в себе слишком много тайн: не только тело Небесной Императрицы, но и Цзюэ Учэнь. К этому не могли быть равнодушны и сама Небесная Императрица, и Госпожа Юаньму, и Небесный Преподобный Хао, и Небесный Преподобный Сяо — все, чьи руки в своё время запятнала та постыдная история!
Нечисть на борту — это ещё ничего не значило; зато те, кто нагрянет сейчас, — вот это большие господа!
Цинь Му, не колеблясь, развеял божественное искусство Тай-Ши и тихо сказал:
— Старший брат, остаётся два шанса!
Вэй Суйфэн напрягся — и тут же понял: два шанса, о которых говорил Цинь Му, — это два шанса вернуться в прошлое!
Уйти от этих древних существ можно было лишь одним способом: разгадать искусство Небесной Преподобной Лин в прошлом!
Только вернувшись туда, можно связать Преподобным руки: в погоне за ними те не посмеют отправиться следом.
Ведь если Преподобные уйдут в прошлое, их прошлые «я» исчезнут.
Вэй Суйфэн собрался духом и привёл в движение божественное искусство корабля-призрака.
Корабль-призрак внезапно тронулся с места; над рекой поднялся туман — всё гуще и гуще.
Корабль заскользил в тумане, и вдруг снаружи засверкали молнии, загремел гром — удар за ударом бил мимо бортов.
Цинь Му и Вэй Суйфэн переглянулись, меняясь в лице: корабль вошёл в туман, неизменное вещество уже уносило людей и вещи обратно в прошлое, — но те жуткие преследователи, что таились за ним, от своего не отступили и бросились следом!
— Они не поднимались на борт — они вошли прямо в туман!
Вэй Суйфэн похолодел: он уже слился с кораблём-призраком в одно целое и мгновенно почувствовал бы любого, кто ступит на палубу.
Те, кто ворвался в туман, боялись божественного искусства Небесной Преподобной Лин — боялись быть поглощёнными и оттого не осмелились ступить на корабль. Но сила их была так велика, что, пробравшись в туман, они начали своим исполинским ци менять самый состав тумана!
Ни Цинь Му, ни Вэй Суйфэн не знали, сколько их там, в тумане. И дело было не в том, что те просто-напросто перекраивали туман: их истинная цель — не дать кораблю-призраку уйти в прошлое, втащить его обратно в настоящее!
Божественное искусство корабля-призрака — это было не то совершенное искусство неизменности вещества, что в своё время являла Небесная Преподобная Лин. Преподобная лишь создала самый корабль; полноценно достроить это искусство они с Цинь Му докладывали вдвоём.
Понятно, что прозрения их тогда было недостаточно — полностью повторить искусство Небесной Преподобной Лин им не удалось.
А раз в искусстве остались прорехи, то и у преследователей есть возможность вытянуть корабль-призрак обратно в настоящее!
— Младший брат, ты ломай искусство неизменности вещества — а я буду разворачивать искусство неизменности вещества! — рявкнул Вэй Суйфэн.
У Цинь Му дрогнуло сердце. Что будет, если в один миг и ломать, и разворачивать искусство неизменности?
Он даже думать об этом не решался.
Ведь цельное искусство неизменности вещества создала Небесная Преподобная Лин — и даже сама она применяла его лишь однажды!
А божественное искусство Тай-Ши досталось Цинь Му от яйца Тай-Ши — он ни разу его не разворачивал!
Оба искусства были редкостно диковинны: одно делало вещество неизменным, другое было о том, что есть форма, но нет вещества, — обо всём этом не сказать словами, тайна на тайне.
В тумане сверкали молнии и гремел гром; сквозь пелену смутно виднелось, как за бортом небо то темнеет, то светлеет — солнце восходит и заходит, моря высыхают в тутовые поля, а поля снова становятся морями, горы подымаются и рушатся, и во всём этом — что-то жуткое.
И вдруг туман начал редеть. Перед кораблём проступила огромная человеческая тень: вставшая прямо на его пути, давящая наперёд, — и от этого страшного гнёта корабль-призрак вместе с туманом стало сносить назад!
У этого существа достало силы вытащить корабль-призрак из прошлого обратно в настоящее!
За бортом корабля солнце вставало на востоке и закатывалось на западе; моря становились тутовыми полями, поля — морями, горы вырастали и рушились.
Вэй Суйфэн уже развернул божественное искусство корабля-призрака — искусство неизменности вещества — и яростно прокричал:
— Младший брат!
Цинь Му больше не колебался: с гневным рыком он собрал в кулак все силы — и привёл в движение божественное искусство Тай-Ши!