Глава 1408. Я знаю твоё тело лучше, чем ты

Глава 1408. Я знаю твоё тело лучше, чем ты

Убийственное намерение Небесной Императрицы вспыхнуло с новой силой. Почувствовав его, Цинь Му равнодушно произнёс:

— Императрица, стоило тебе породить мысль об убийстве, как ты ещё на шаг удалилась от Дао.

— Небесный Преподобный Му, если ты и достигнешь Дао, то разве что языком! — холодно бросила Небесная Императрица.

Она подняла палец, и над головой Цинь Му разверзлась бездна Руин Заката.

— Моё морское око Руин Заката перемололо невесть сколько богов и героев. Ты не первый и не последний! Сегодня я брошу тебя затыкать морское око. Если продержишься там сто лет и не умрёшь — пощажу.

Боевой дух Цинь Му взметнулся до небес. Вытянув палец, он легко черкнул им в воздухе, и между ними тут же хлынули безбрежные воды. В одно мгновение разлилось целое Яшмовое Море, всё дальше отодвигая их друг от друга. Цинь Му встал на Яшмовую Террасу у его края и холодно посмотрел на Императрицу.

Позади него ослепительно вспыхнул свет: один за другим возникли Небесные дворцы, в каждом восседал исконный дух, и лишь дворец Крайней Пустоты всё ещё не был завершён.

«Если мой исконный дух пройдёт Яшмовый Водоём, минует Сцену Казни Бога и войдёт в Девять Слоёв Ада, смогу ли я тогда сразиться с Небесным Преподобным и не бояться смерти?»

В глазах его вспыхнул яркий блеск; в сердце уже шевелилась дерзкая, почти безумная решимость. Он хотел в лоб столкнуться с Небесным Преподобным.

Небесная Госпожа Янь не явилась сюда лично. Будь она здесь сама, Цинь Му не осмелился бы даже подумать о подобном.

Сила Небесной Госпожи Янь была непостижима, тогда как Императрица оставалась лишь древней богиней. Даже если её телом сейчас управлял исконный дух Небесной Госпожи Янь, до полной боевой мощи той всё равно было далеко.

Если бы ему удалось одним рывком пересечь сразу две области, пусть даже ещё не вполне завершённые, его сила и совершенствование выросли бы невероятно. И тогда, быть может, он действительно смог бы потягаться с Небесным Преподобным?

С тех пор как он достиг области Яшмового Водоёма, ему всё не выпадало случая как следует проверить себя: собственное совершенствование, свою силу, свою дао-область и то, до какого предела он уже дошёл.

Воздух между ними задрожал: схватка была готова вспыхнуть в любой миг.

Небесная Императрица уже собиралась ударить, как вдруг из яйца Тайцзи донёсся вздох, и два голоса — мужской и женский — слились воедино:

— Оба остыньте.

Исконные духи Цинь Му в Небесных дворцах уже подошли к краю Яшмового Водоёма, непрерывно взвинчивая его силу, и двинулись к Сцене Казни Бога. Но, услышав голос древних богов Тайцзи, он остановил их. Небесная Императрица вскинула брови, однако тоже сдержалась.

Голос из яйца продолжил:

— Госпожа, Небесный Преподобный Му, шаг назад — и мир станет шире; шаг вперёд — и польётся кровь. Не стоит ссориться из-за такого пустяка. Небесный Преподобный Му, после рождения мы выйдем в мирскую пыль, чтобы закалить своё сердце Дао. Мы обещаем: впредь никогда не станем твоими врагами. Устраивает ли тебя такое обещание?

Убийственное намерение и боевой дух Цинь Му тут же рассеялись. Он громко рассмеялся и отвесил глубокий поклон:

— Благодарю братьев Дао за эту добрую волю. Му глубоко тронут. Прошу лишь одного: не забудьте сегодняшних слов.

— Не забудем, — ответили из яйца наложившиеся друг на друга мужской и женский голоса.

— Раз вы это сказали, я спокоен.

Отступив на шаг, Цинь Му бросил взгляд на Императрицу, развернулся и пошёл прочь:

— Императрица, я подожду снаружи.

Та даже не удостоила его взглядом и спросила:

— Братья Дао, когда вы хотите явиться в мир?

Древние боги Тайцзи слегка удивились его уходу, однако сейчас всё решалось вокруг их рождения, и потому они не стали задерживаться на этой мысли.

— Наших сил недостаточно, чтобы разбить скорлупу. Просим Императрицу помочь нам рассечь её и вывести нас на свет. До смуты во Дворце Предков, боюсь, осталось уже недолго, так что чем скорее мы явимся, тем лучше.

— Хорошо.

Небесная Императрица повернулась и зашагала к выходу из жилы:

— Моё истинное тело скоро прибудет. Тогда мне понадобится ваша помощь: откройте Руины Заката и приведите их к рудной области. Я воспользуюсь силой двух лотосов, чтобы разбить скорлупу.

Древние боги Тайцзи поспешно ответили:

— Императрица, будь спокойна, это нам по силам. Только Небесный Преподобный Му…

— Его участь вас не касается. Вы пообещали не трогать его, но я такого обещания не давала.

Силуэт Небесной Императрицы исчез из жилы и вступил в летящие пески звёздной области Тайцзи. Цинь Му ушёл в другую её половину, где белый песок взвивался стеной до самого неба; силуэт Императрицы тоже вскоре растворился в глубине белых песков.

Издали донёсся её голос:

— Человеку полезно помнить, сколь необъятны небо и земля. Раз уж я сказала, что брошу его в морское око, значит, брошу. Раз сказала, что подавлю на сто лет, — значит, так и будет.

Древние боги в яйце Тайцзи тихо вздохнули.

— Раз Небесному Преподобному Му удалось выжить в Чёрном Дереве, значит, его собственное совершенствование уже достигло немалой высоты; беспокоиться о нём чрезмерно незачем, — сказала женщина в яйце. — К тому же он пригрозил нам, вынудив отдать ему один первородный камень и сотню божественных камней. Если его подавят на сто лет, ничего страшного не случится.

Мужской голос ответил:

— В этом есть резон. Но раз он смог выжить у Чёрного Дерева, значит, получил признание того брата Дао. Уже одно это заставляет нас быть осмотрительнее и хотя бы из уважения оставить ему лицо. И потом…

Он ненадолго умолк, а затем добавил:

— Я ощутил на нём ауру брата Дао Тай-Ши. Мгновение назад от него явственно пришло дыхание Тай-Ши.

Женщина в яйце рассмеялась:

— Ты слишком тревожишься. Осторожничать из-за брата Дао Тай-И ещё куда ни шло, но к чему так бояться Тай-Ши? Ему далеко до нас. Он был вторым извлечённым древним богом-яйцом, уступая лишь Тай-Чу, и удача его тоже несравнима с удачей Тай-Чу. Тай-Чу был куда более зрелым: хоть и родился преждевременно, всё же получил поклонение Создателей, обрёл великую силу и власть. А что есть у Тай-Ши? Его вытащили наружу, а затем подавил Тай-Чу. Даже если он станет на сторону Небесного Преподобного Му, тот всё равно слишком мелкая фигура.

Мужской голос возразил:

— Всё же он тоже один из древних богов Вен, рождённых во Дворце Предков и взращённых пятью первородными великими Дао. Его нельзя недооценивать.

— Тай-Ши слишком далёк от Дао; мы же намного ближе. Если всё время оглядываться назад и опасаться каждого шага, нам самим никогда не стать Дао, — ответила женщина. — С помощью Тай-Ши Небесный Преподобный Му, даже оказавшись в Руинах Заката, не умрёт. И что с того, если его подавят на сто лет? Он прогневил госпожу Тай-Су, а уж одной её ненависти достаточно, чтобы ему было почти невозможно достичь Дао. Незачем думать о нём слишком много.

— И то верно, — согласился мужчина и умолк, дожидаясь прибытия Небесной Госпожи Янь.

Небесная Императрица шла сквозь белую песчаную пустыню Тайцзи, а древние боги всё ещё помогали ей прокладывать путь. Белый песок здесь состоял из погибших звёзд, спрессованных до предела; он был насыщен ужасающей геомагнитной силой, искажал пространство и замедлял любые превращения вещества.

Из-за этого казалось, будто само время застыло. Всё вокруг менялось так медленно, словно мир окостенел навеки.

Но именно потому, что белый песок менялся так медленно, в нём скапливалось колоссальное количество энергии. Стоило ей вырваться наружу — и рождалась чудовищная ци меча.

Такая ци меча рассекала космическую пустоту, пронзала одну звёздную систему за другой и была способна уничтожать целые планеты.

В белой пустыне Тайцзи подобная ци меча была повсюду, и уберечься от неё почти не представлялось возможным.

В обычное время даже Небесная Императрица не решилась бы так легко ступить в столь опасное место.

К счастью, древние боги Тайцзи прикрывали её, и потому ей не приходилось тратить лишних сил на борьбу с пустыней; можно было просто идти вперёд.

Впереди, за стеной летящего песка, показался высокий силуэт. Это был Цинь Му.

На фоне прочих людей он и вправду казался высоким, а лицо его всё ещё сохраняло юношескую свежесть. Лишь на подбородке упрямо пробивалась жёсткая щетина, словно нарочно желая оцарапать его несокрушимую кожу.

Цинь Му уже остановился посреди белой пустыни, и его аура всё нарастала, становясь гуще и сильнее.

Небесная Императрица слегка приподняла брови. Белый песок ревел вокруг него, космическая ци меча прошивала пространство, но, проходя сквозь его тело, не причиняла ему ни малейшего вреда.

Форма была, а субстанции не было: Дао Тай-Ши.

Сам того не замечая, Цинь Му всё это время пребывал на двадцать четвёртых небесах своей дао-области — «Тай-Ши: Форма вопрошает Лазурную Высь».

В таком состоянии никакие искусства не могли ранить его, никакие Дао не могли повредить ему. Даже среди опасностей звёздной области Тайцзи он оставался невредим.

Так он вставал на поистине первородно непобедимую почву.

Пять первородных начал, пять великих Дао: Тай-И есть Хаос — смутный, безбрежный, пустотный; Тай-Чу бесформен и бессубстанционен, он есть Первородная Единая Ци и может меняться вслед за движением сознания; Тай-Ши имеет форму, но лишён субстанции; Тай-Су обладает и формой, и субстанцией, но ещё не обрёл тела; Тайцзи же — это превращения Инь и Ян, из которых рождается всё сущее.

Это пять древнейших и первоосновных Дао. Овладей хотя бы одним — и уже встанешь на первородно непобедимую почву.

Сейчас Цинь Му применял одно из вошедших в Дао великих искусств, которые постиг в Дао Тай-Ши. Это была лишь одна из форм проявления Тай-Ши, но ранить его в таком состоянии можно было разве что божественным искусством уровня Пяти Первородных Начал — или силой, многократно превосходящей его собственную.

И всё же искусство оставалось искусством, а Великое Дао — Великим Дао.

В каждом превращении искусства скрывались изъяны. Лишь став Дао, можно избавиться от них полностью. Иначе не погиб бы Небесный Император Тай-Чу, древним богам Тайцзи не пришлось бы прятаться, Тай-Ши не был бы обречён на столько бедствий, а Тай-Су не явилась бы на свет прежде срока.

Внезапно в ушах Императрицы прозвучал голос древних богов Тайцзи:

— Императрица, мы не можем помочь тебе. Прости.

Она лишь слегка кивнула:

— И не нужно.

Как только эти слова прозвучали, белая пустыня вокруг них внезапно утихла. Ветер смолк, песок осел, и всё кругом погрузилось в мёртвое безмолвие.

В этот миг область божественного сокровища духовного эмбриона Цинь Му внезапно раскрылась. У Императрицы дрогнул уголок глаза: ещё мгновение назад он стоял к ней спиной, а теперь смотрел прямо в лицо. Он не оборачивался — однако она всё равно видела его спереди, и это ставило её в тупик.

— Жалкие фокусы.

Небесная Императрица холодно фыркнула, подняла палец, и над головой Цинь Му снова распахнулась бездна Руин Заката, растянувшаяся на десять тысяч ли, точно гигантская коническая трещина, которая в один миг проглотила его целиком.

Вот что такое Сокровенное Лоно!

Она развернулась, чтобы уйти:

— Не выдержал даже одного удара.

Но в следующую же секунду из бездны грянул оглушительный грохот — словно чудовищная тварь проглотила нечто, чего не в силах переварить, и теперь давилась, не способная ни проглотить, ни изрыгнуть добычу.

Небесная Императрица нахмурилась, остановилась и обернулась. Цинь Му по-прежнему стоял внутри бездны Руин Заката, не шелохнувшись. Какой бы страшной ни была её сила, она не могла причинить ему ни малейшего вреда.

— Императрица, не забывай: твоё физическое тело долгое время находилось у меня в руках.

Стоя посреди бездны Руин Заката, Цинь Му протянул руку и резко сжал пальцы:

— Все тайны твоего тела я изучил до последней мелочи. С помощью микроскопической и макроскопической алгебры я уже построил для него подробнейшую модель!

Он высокомерно улыбнулся:

— Я знаю твоё тело лучше, чем ты сама!

— Грязный мужлан! — холодно усмехнулась Небесная Императрица. — Похоже, мало было отрубить тебе руки — придётся ещё и голову с плеч снять!