Глава 142. Преданность
2
— Попробуйте выпить это, сэр Лансель. Вдруг что-то вспомнится. Медовый чай из области Малле!
— Чай я выпью, но это не значит, что забытые воспоминания вдруг сами собой всплывут.
— Тогда я сделаю массаж головы! Это точно работает, поверьте!
— Такое чувство, что ты мне сейчас все волосы выдерешь. Давай остановимся на этом.
— С-странно… я слышала, что это помогает вернуть память…
— Я, конечно, не лекарь, но если бы дело решалось почесыванием головы, я бы всё вспомнил ещё давно.
— Сэр Лансель, сегодня я нейтрализую этот ядовитый гриб и… эй, куда вы пошли, сэр Лансель!
Мэриголд.
Что вообще с этой девчонкой?
— Сэр Лансель, вы случайно в этой жизни не получали сильный удар по голове?..
— Я в порядке, хватит уже ходить за мной хвостом.
— Угх…
В особняке Данте Мэриголд повсюду таскалась за Ланселем под предлогом «сопровождения».
Говорила, что, несмотря на внешность, она неплохо владеет мечом… но по её поведению это «сопровождение» больше походило на приставание.
— Сэр Лансель. Сегодня точно сработает.
Две недели.
В конце концов, когда Мэриголд снова протянула ему очередную странную травяную бурду, Лансель не выдержал, развернулся и сказал:
— Хватит. Ты надоедаешь.
— Н… надоедаю…
Как только слова сорвались с его губ, у неё из глаз хлынули слёзы.
— Сэр Лансель… сказал, что я… надоедаю… надоедаю… н-надоедаю…
— …
Она шлёпнулась на пол. Ланселя накрыло глупое, липкое чувство вины, но слово «прости» так и не вышло.
С того дня Мэриголд действительно перестала к нему цепляться.
Поздним вечером, когда он задремал после тренировки на выносливость, она пришла к нему во сне.
Мэриголд — всё ещё 15-летняя — сидела, уткнувшись лицом вниз, и ревела навзрыд.
— Ты такой злой, сэр Лансель, уааа!
============
[Симулятор падшей дворянки]
— Имперский календарь, 816 год, 23 июня. Погода: переменная облачность.
— Обнаружена проблема состояния! Состояние Мэриголд резко падает. Все характеристики сильно снижены. Если состояние уйдёт в минус, возрастёт риск болезни.============
— Ц…
Лансель распахнул глаза — и тут же пошёл в соседнюю спальню, которую выделил Мэриголд.
Дверь он открыл без стука. Почему-то она проигнорировала нормальную кровать и свернулась калачиком на полу.
— Эй, спишь?
Тишина.
— …
— …
В итоге Лансель просто подхватил её на руки.
Он уже собирался уложить её на кровать, как вдруг почувствовал рывок — и, потеряв равновесие, свалился рядом.
— …Сэр Лансель.
— Значит, не спала.
— …
По её лицу всё ещё тянулись дорожки слёз. Лансель неловко отвернулся. Подумаешь — один раз сказал, что она надоедает… и вот так? Что же у них вообще было за прошлое?
— Слушай.
Лансель и сам ещё не взрослый.
Прошлая жизнь была короткой, а сейчас он тем более далёк от настоящей зрелости. Но он заставил упрямые губы шевелиться.
— Прости, что сказал «надоедаешь». Но пытаться выдавить из меня то, чего я сейчас не помню, бессмысленно. Разве нет?
— …Обнимите меня, пожалуйста.
— Что?
Любого парня перекосит, если девчонка вдруг попросит такое в лоб.
Но Лансель и сам не понял как — уже притянул Мэриголд к себе. Почти на автомате.
Она тихо устроилась у него на груди.
— Ик…
Плечи дрожали — вот-вот снова сорвётся в рыдания. Лансель не успевал за тем, как резко она меняется.
«Я ведь не стою всего этого.»
Это было логично. Она — героиня этой игры. В Империи полно мужчин выше, сильнее, важнее. Перед ней должны были открываться любые дороги.
Почему именно он?
— Мэри, мне кажется, ты кое-что путаешь, так что скажу прямо. Я — никто. Мелкий дворянин с окраины. Я не тот, за кого стоит цепляться вот так.
— Сэр Лансель — это сэр Лансель.
— В этом-то и ошибка. Я не тот Лансель, которого ты помнишь, Мэри. Если воспоминания другие, как это может быть один и тот же человек?
Мэриголд прижалась к нему ещё сильнее.
Так отчаянно, будто он рассыплется и исчезнет, стоит ей разжать руки.
— Какие бы у вас ни были воспоминания, в каком бы вы ни были состоянии, как бы вы ни выглядели и как бы ни жили… сэр Лансель — это сэр Лансель.
Её голос был мокрый от слёз, но в нём была железная уверенность.
— Единственный человек в этом мире… мой единственный муж, мой благодетель, мой хозяин… сэр Лансель.
— …
— Так же, как вы когда-то думали обо мне…
Лансель промолчал. Он вообще не понимал, откуда у неё такая привязанность.
Он не знал, что сказать. Он точно знал одно: он не заслуживает такой слепой любви.
Он всего лишь упрямец, который хочет добиться успеха как рыцарь — и найти сюзерена и императорскую принцессу из своих воспоминаний.
И всё же.
Мэриголд…
— Я, конечно, хочу, чтобы вы вспомнили… но даже если не вспомните… для меня сэр Лансель всё равно сэр Лансель.
— …
— …Важнее моей собственной жизни…
В конце концов Лансель просто закрыл глаза, так и не вырвавшись из её хватки.
И только когда дыхание Мэриголд стало ровным и тихим, он сам провалился в сон.
Предчувствие, что сон будет тяжёлым, оказалось верным.
Да.
Только не в той форме, которую он ожидал.
— Лансель.
Он открыл глаза от голоса.
— Мой Лансель.
И Мэриголд пришла к нему… с рогом.
Однорогая Мэриголд.
3
— Что за…
Это сон?
Нет. Не похоже.
Ощущение кровати под спиной, ветер из окна, слабый запах полевых цветов… и то, что приближалось к нему так, словно собиралось наброситься…
— Мэри?
Даже если это однорогая Мэриголд…
— …?
Слишком уж всё было настоящим.
Даже если бы это был осознанный сон, настолько чётко быть не могло. Лансель инстинктивно понял: это не иллюзия.
— Мэри… это ты?
На её голове торчал один рог — чужой, пугающий, будто только что вырос. Лансель не мог отвести взгляд от этой нелепой детали.
— Угх!
Он не мог подняться. Как ни пытался напрячься до боли — тело не слушалось. Только дёргался.
Будто всё тело стало мокрой ватой. Оставалось лишь смотреть, как однорогая Мэриголд медленно приближается.
— Лансель.
— Ха… ха…
Мэриголд снова открыла рот, наклоняясь к вспотевшему Ланселю.
— Не старайся ради меня так отчаянно.
Он не понимал, что она хочет сказать.
Как добыча в липкой паутине, Лансель просто принимал её приближение.
— Тебя снова съедят.
…
— Кх!
Он резко сел.
Чувство липкого ужаса — будто его накрыло и утянуло — не отпускало. Всё тело было в холодном поту.
Он повернул голову и увидел Мэриголд, которая спала, обняв его руку. На лице — высохшие следы слёз, но выражение куда спокойнее, чем вчера.
— Фух…
Кошмар.
Хотя он совсем не ощущался как сон, Лансель заставил себя так думать. Кошмар — и всё.
Он попытался осторожно высвободить руку.
Но девчонка держалась, как пиявка, и пришлось повозиться.
— Доброе утро, сэр Лансель! Вы хорошо поспали!
— …Да. А ты?
— Я полна сил!
После того вечера Мэриголд будто чуть пришла в себя.
— Сэр Лансель, я ещё подумала. Ничего страшного, если вы не вспомните сразу. Может, когда-нибудь само вернётся. А пока я буду рядом и помогу вам осуществить мечту стать лучшим рыцарем, сэр Лансель!
— Ты? И как ты это собираешься делать?
— Для начала научу вас фехтованию!
— Ха, Мэри. Я знаю, что ты сильна, но тебе ещё рано тягаться со мной. У меня даже в прошлой жизни был боевой опыт. А физическая подготовка, после полного элитного курса дома Данте…
Проиграл.
За 7 обменов.
— …
— В-всё в порядке, сэр Лансель?
— …Это была разминка. Ещё раз.
Проиграл снова.
За 5 обменов.
============
— Имперский календарь, 816 год, 25 июня. Погода: пасмурно.
— Мэриголд проводит продвинутую тренировку меча.
※Обновлён список собеседований на подработку: преподаватель фехтования в академии, придворный рыцарь, имперский рыцарь, группа для опасных экспедиций, охотник на демонов, капитан рыцарей, драконоборец, кандидат в героя, караульный, генерал повстанцев.============
— …Сильная. Это она главная героиня или кто?
— Хи-хи… это всё благодаря вам, давным-давно, сэр Лансель.
— …
Как бы там ни было.
Учиться у неё стоило.
С того дня Лансель примерно год изучал у неё меч. И это оказалось хорошей школой.
В год, когда Ланселю исполнилось 19, за ним пришли люди из рыцарского ордена Вайолет.
— Лансель Данте. Её Высочество принцесса дарует вам честь вступить в рыцарский орден Вайолет. Считайте это великой милостью.
— Смиренно принимаю благодать Её Высочества.
— А кто женщина рядом с вами?
— А… это моя наставница по мечу и оруженосец.
— …?
— Просто считайте её оруженосцем.
— …Хорошо.
Мэриголд заметно надулась при словах «орден Вайолет», но мешать Ланселю не стала.
— Мэри, я намерен стать самым успешным рыцарем в этой земле. Если ты остаёшься рядом — готовься. Будешь держаться за мной, я разделю с тобой богатство и честь. Но если захочешь уйти — я не стану держать.
На это Мэриголд пробубнила что-то с кислым лицом.
Лансель сделал вид, что не услышал.
4
Честно говоря, Ланселю было трудно понять сердце Мэриголд.
Даже если они прожили долгую жизнь вместе в мире, которого он не помнил, её преданность была… слишком странной.
На войне, в походах, в момент победы и в момент отступления.
Мэриголд всегда сражалась ради Ланселя — не ради славы, не ради себя — и молча тащила на себе то, от чего другие шарахались бы.
Она просто оставалась рядом с Ланселем, который гнался за успехом и продвижением.
И Ланселю было трудно понять её.
— Мэри, у тебя есть множество способов быть счастливой. Не обязательно со мной. Твоя жизнь не обязана быть привязана к моей.
— Хи-хи. Мне так нравится, вот и всё. Просто разрешите мне быть рядом. Я не уйду. Никогда.
Никогда.
Лансель криво улыбнулся.
— Вперёд!
— Все в атаку!
Война.
Только война.
Годы, когда он гнался лишь за успехом, пролетели одним мгновением.
И прошло 10 лет.
…
===============
[Время игры: 10 лет 0 дней]— Мэриголд исполнилось 25.
— Достижение получено.
▶Богиня поля боя +300 очков.
— Итоговый счёт: 300 очков. (До «Наследования памяти», 5-й этап: 3350/1500)
[Сохранение 01 — Преданность]
— Цикл сохранён как «Сохранение 01».
— Просмотр воспоминаний.
…
— Мэри, у тебя есть множество способов быть счастливой. Не обязательно со мной. Твоя жизнь не обязана быть привязана к моей.
— Хи-хи. Мне так нравится, вот и всё. Просто разрешите мне быть рядом. Я не уйду. Никогда.
— «Никогда» для регрессора… ты понимаешь, насколько это длинная история?
— Неважно, насколько длинная.
— Даже если это десятки жизней?
— …Вы ведь делали это для меня тоже, сэр Лансель. Какая бы ни была моя жизнь, сколько бы я ни чудила, вы всегда оставались рядом.
— Я был таким старательным?
— Конечно.
— Неожиданно…
[Преданность — Сохранение 01]
5
— Что это такое?
Лансель моргнул, уставившись на экран, который появился впервые. Информация была слишком чужой.
— С 18-летием, сэр Лансель! Чего такой кислый в такой хороший день?
Хлоп-хлоп-хлоп!
— …?
На празднике в доме Данте, где он «проснулся», Мэриголд хлопала в ладоши.
— Что будем делать в этой жизни, сэр Лансель?