Глава 239

Тысячелетия жизни наделяют человека способностью легко улавливать чужие намерения по одним лишь словам. Тончайшие различия в выражении лица, тембре голоса и ритме дыхания способны обнажить сокровенные мысли, и это особенно ярко проявлялось, когда собеседник оказывался глупцом.

— Лаум ведь перешёл черту с царем Земли, верно? — спросил Мурму.

Он казался спокойным, но на деле всё обстояло совсем иначе. Его дыхание участилось, губы слегка дрожали, а голос упал до неестественно низкого тона.

Изгнание командира легиона Ваала, Лаума, из рейтингов привело к тому, что позиция Мурму поднялась на одну ступень. И хотя это должно было стать поводом для радости, Мурму вовсе не чувствовал себя счастливым.

— Когда я в прошлый раз отправлялся на Землю, я не признал царя Земли, — признался он.

Вэй Чжунцы прихлебнул чай, ожидая, пока Мурму закончит.

Мурму столкнулся с До Джуном около месяца назад совершенно случайно, во время поездки на Землю ради блюда под названием «жареная курица». Проблема заключалась вовсе не в том, что он не узнал его, — дело было в его отношении.

— Оглядываясь назад... Кажется, я вёл себя несколько неуважительно по отношению к царю Земли, — пробормотал Мурму, явно раскаиваясь.

— Хм.

Хотя Мурму пытался выглядеть невозмутимо, его бегающие глаза выдавали его с головой.

— Как ты думаешь, что мне сделать, чтобы искупить вину? — спросил он у Вэй Чжунцы.

— Не думаю, что Небесный Демон сильно обеспокоен этим. Если бы ты действительно проявил вопиющее неуважение, ты бы сейчас здесь не сидел. Не переживай. Даже если Небесный Демон спустится в Обитель глубин, вряд ли он станет тебя убивать.

— П-правда?

— Пожалуй, — ответил Вэй Чжунцы.

В ситуации, когда на кону стояла чья-то жизнь, слово «пожалуй» звучало пугающе неопределенно. Мурму крепко сжал кулаки, его лицо побелело, как у призрака, в то время как Вэй Чжунцы закрыл глаза.

Он предложил:

— Если тебя это так тяготит, пойди и принеси искренние извинения. Истинные намерения всегда доходят до сердца.

*

Новый год вступил в свои права: календарь на 2020 год уже несколько дней висел на стене.

На Центральных Равнинах смена года или времен года не имела особого значения, но празднование нового года на Земле вызвало у До Джуна ностальгическую улыбку. Хотя течение времени не привносило глобальных перемен в его жизнь, оно всё же обладало для него особым смыслом.

Он обменялся новогодними поздравлениями с семьей и знакомыми, а также отведал суп с рисовыми клецками.

Каждый день на Земле казался ему драгоценным.

Отложив газету, которую он читал, До Джун принялся завязывать галстук, собираясь на работу. Он планировал приехать в офис пораньше, чтобы подготовиться к подписанию соглашения о сотрудничестве между Бюро охотников и мэрией Сеула.

Затем он услышал два голоса, доносившихся со стороны ларька с едой.

— Извинения?

— Да. Мне нужна твоя помощь, чтобы извиниться перед царем Земли. Когда я в прошлый раз заглянул на Землю за курятиной, я, кажется, вёл себя немного... дерзко.

Первый голос принадлежал Кириэлю, а второй — кому-то знакомому До Джуну: жителю Обители глубин, назвавшемуся Мурму. До Джун помнил, как покупал ему жареную курицу.

— О? Кажется, я могу с этим помочь, — произнес Кириэль.

— П-правда? — удивился Мурму.

— Расскажи мне во всех подробностях. О какого рода глупом поведении идет речь?

До Джун почесал затылок и продолжил свой путь на работу.

*

Лицо Кириэля искривилось, пока он слушал рассказ Мурму. Он ожидал пустяковой проблемы, но история оказалась куда хуже, чем предполагалось.

Он перечислил проступки Мурму:

— Ты разговаривал с ним на равных.

— Ага.

— Ты похлопал его по плечу.

— Было дело.

Кириэль постучал по калькулятору, его лицо помрачнело, в то время как Мурму сглатывал слюну и в тревожном ожидании ждал его вердикта.

— Основываясь на моем обширном опыте на Земле... — начал Кириэль и замолчал.

— Да?..

— Смертная казнь.

Услышав это, Мурму отшатнулся назад от ужаса, разломав пластиковый стул и взметнув в воздух облако пыли.

Хакасэ на секунду поморщился, тяжело вздохнул и продолжил работу, мысленно вычитая стоимость стула из зарплаты Кириэля.

Кириэль продолжил:

— Но я могу тебя спасти. Должен заметить, что я живу на Земле уже целых шесть месяцев. Держу пари, по уровню приспособленности к земным условиям в Обители глубин мне нет равных.

Мурму с трудом сглотнул. В Обители глубин он значительно превосходил Кириэля как по старшинству, так и по положению. Но в этот момент Кириэль казался поистине выдающейся личностью. Выжить на Земле в течение шести месяцев — это вам не шутки.

Мурму произнес с предельной серьезностью:

— Я питаю к тебе глубочайшее уважение. Искренне.

— То-то же. На Земле я твой старший. Задирать нос только потому, что ты какая-то шишка в Обители глубин, здесь тебе не поможет, усек?

— Усек.

Кириэль пояснил:

— Прежде чем извиняться, важно произвести хорошее впечатление на царя Земли. Но сейчас за тобой уже закрепилась репутация заносчивого глупца.

— Э-этого не может быть...

— Но ситуация не безнадежна.

— О, умоляю, подскажи! Пожалуйста! — Мурму практически умолял.

— Ладно. Я тебя перевоспитаю.

— Перевоспитаешь?..

— Да. Посредством такой штуки, как волонтерство.

Кириэль вспомнил, как заглянул в словарь, чтобы проверить определение работы До Джуна в качестве «госслужащего». Там говорилось, что эта роль посвящена развитию государства и общества, а также служению народу.

*

Ким Мина уже седьмой год работала социальным работником в центре сообщества Пангбэ-3 дун, отвечая за распределение помощи малоимущим и пожилым людям, живущим в одиночестве. Она также курировала волонтерскую программу центра, хотя та буксовала из-за нехватки участников.

Ни с того ни с сего к ее столу подошел мужчина и заявил:

— Я пришел записаться в волонтеры.

— Простите? — переспросила она, глядя на ослепительно красивого молодого человека лет двадцати на вид.

Мужчина указал на табличку на ее столе с надписью «Запись волонтеров».

Он был настолько невероятно хорош собой — пожалуй, даже красивее любой телезвезды, что Ким Мина видела на экране, — что она на мгновение потеряла самообладание. Слегка смутившись, она улыбнулась и произнесла:

— О... эм, вы имеете в виду волонтерскую программу?

— Да.

— У вас есть какой-нибудь опыт волонтерства?

Мужчина кивнул и ответил:

— Я славлюсь своим волонтерством даже в Обители глубин. Рожден служить — это тело создано именно для этого.

— Понятно... Эм, пожалуйста, сначала заполните вот этот бланк. — Ким Мина протянула ему заявление.

Мужчина поднял два пальца.

— А?.. — Ким Мина растерялась.

— Мне нужно два бланка. Я пришел с другом.

— С другом?

— Да, вон там. — Он указал в сторону зоны ожидания для посетителей. Там сидел другой молодой человек, столь же привлекательный.

Ким Мина снова мысленно ахнула. Неужели они знаменитости? Но я их совсем не узнаю...

Спустя мгновение она получила два заполненных бланка. Почерк был неразборчивым, а в графах имен значились «Кириэль» и «Мурму». Она лишь пожала плечами, решив, что они иностранцы.

— За это дают волонтерский сертификат? — поинтересовался Мурму.

— Да, мы засчитываем отработанные часы.

— С меня хватит и этого. Мы хотели бы начать немедленно.

— Прямо сейчас?

Ким Мина оглядела помещение соцслужбы, где до потолка громождались стопки мешков с рисом. Это был «Нарами» — правительственная гуманитарная помощь для пожилых и людей с ограниченными возможностями. Хотя получатели должны были забирать ее сами, многие не могли сделать это из-за проблем со здоровьем, и рис оставался неразосланным.

*

Раздался звонок в дверь.

Ким Боксун, перешагнувшая восьмидесятилетний рубеж пожилая женщина, жила в крошечной студии площадью менее семнадцати квадратных метров. Покашливая, она с трудом поднялась на ноги и отворила дверь. Перед ней стояли двое молодых людей.

— Вы... вы кто такие? — испуганно спросила она неожиданных гостей.

— Вы Ким Боксун?

— Да, это я.

Кириэль запустил руку в небольшую пространственную сумку. Оттуда выскользнул двадцатикилограммовый мешок риса с надписью «Нарами», который он аккуратно внес в квартиру.

Ким Боксун тяжело вздохнула, сообразив, что это помощь из центра сообщества, и пробормотала:

— Мне следовало самой забрать его...

Хотя она так говорила, женщина прекрасно понимала, что ей ни за что не унести такую тяжесть в одиночку.

Внезапно ее пробил приступ кашля. Она прикрыла рот рукой и зашлась надрывным кашлем. Мурму заметил на ее ладони слабый след крови.

— Смертная, ты больна? — спросил он.

— Похоже, просто простуда...

Пропустив ее ответ мимо ушей, Мурму активировал магию, сканируя ее состояние с помощью легкого гудения. Несмотря на ее легкомысленное отношение, здоровье женщины находилось в плачевном состоянии.

Он порылся в своей сумке, извлек маленькую пилюлю и протянул ей:

— Выпей это.

— Что это?

— Концентрированный экстракт из сердца энгелона. Вернет тебе силы.

Испытывая сомнения, Ким Боксун запила пилюлю водой. Чудесным образом кашель прекратился, а боль отступила.

— Я... Что...

Тем временем Кириэль окинул взглядом ее жилище. Стало очевидно, что в одиночку, да еще и с ограниченной подвижностью, поддерживать чистоту в доме невероятно трудно. Без лишних слов он принялся за генеральную уборку. Он также заметил, что бытовая техника вроде холодильника, микроволновки и рисоварки давно сломалась.

— Секундучек. — Он подхватил неисправные приборы и исчез.

Ким Боксун осталась стоять в полном оцепенении с приоткрытым ртом. Минут десять спустя Кириэль вернулся, и старая потрепанная техника выглядела теперь совершенно новой и полностью исправной.

Разумеется, ремонт он перепоручил Хакасэ. При всей своей наглости, высокомерии и глупости этот ящер определенно мастерски обращался с механизмами.

Воспользовавшись моментом, Кириэль поставил вариться рис в починенной рисоварке. Используя навыки, отточенные во время работы в уличной лавке с едой, он приготовил несколько гарниров. Продукты он, разумеется, купил на собственные деньги.

— Это ведь тоже считается волонтерством? — поинтересовался Мурму.

— Нет. Наша задача заканчивается на доставке риса, — ответил Кириэль.

— Тогда не пора ли нам отправиться в следующий дом?

Однако Кириэль ненавидел лишнюю суету. Чтобы его не дергали по поводу дополнительной волонтерской работы, он решил разобраться со всем разом.

— Ну что ж, мы выдвигаемся.

С этими словами Кириэль и Мурму направились к следующему дому.

*

Ким Мина в последнее время была завалена работой, и виной тому оказались те самые двое парней, записавшихся в волонтеры. Телефон к тому же разрывался от звонков.

— Да, это Ким Мина из центра сообщества Пангбэ 3-дун. А, здравствуйте. Как ваши дела?

Большинство звонящих выражали благодарность «двум молодым людям, которые приходили волонтерить». Судя по услышанному, они не только разнесли рис, но и оказали массу другой помощи.

— Да, я обязательно передам им ваши слова, сэр.

Положив трубку, Ким Мина посмотрела на два волонтерских заявления, лежавших на ее столе. Те двое парней так и не вернулись за своими сертификатами.

Она встала из-за стола и подошла к руководителю центра:

— Сэр, вы не возражаете, если в этот раз мы добавим еще два имени в список выдающихся деятелей Пангбэ?

*

Выдающиеся деятели Пангбэ 3-дун

Их фотографии красовались на стенде в центре сообщества Пангбэ 3-дун. До Джун молча рассматривал их какое-то время, пока его взгляд не зацепился за одно из лиц.

На снимке были запечатлены два парня, держащие в руках волонтерские сертификаты. Впрочем, До Джун разглядывал стенд не один. Рядом стояла женщина лет тридцати на вид. Судя по бейджу с государственным удостоверением на груди, она была сотрудницей центра сообщества Пангбэ 3-дун.

— Когда эти двое только появились, я прямо не знала, что и думать, — поделилась она.

— О, правда?

— Да. Они вдруг заявили, что хотят стать волонтерами, и выдали что-то вроде: «Я лучший волонтер в Обители глубин». Понятия не имею, где это вообще находится, но... сколько же звонков с благодарностями в их адрес я получила.

— Похоже, они хорошие люди.

— Разве нет? — Ким Мина на мгновение слегка покраснела. — Ой, прошу прощения за болтовню. Мы ведь едва знакомы.

Ким Мина коротко поклонилась и вернулась внутрь центра.

Оставшись один, До Джун мягко улыбнулся, еще секунду посмотрел на фотографию, а затем повернулся и зашагал домой.