Глава 85. Ночь в имперской столице Йосрахим выдалась суетливой.
Нам выделили гостевой дом прямо у императорского дворца. Красивый сад и антикварная архитектура особняка впечатляли, а интерьер был буквально оклеен обоями всех мыслимых стилей и заставлен диковинными украшениями со всего света.
Едва переступив порог особняка, сестра Армида разочарованно протянула:
— Но ведь приехала Великая святая, почему император не вышел встретить?
— У императора есть статус, как он может выйти? Да и даже если бы он плевал на статус — не может. Тут замешаны слишком щекотливые политические вопросы.
Сестра Армида склонила голову набок.
— Что?
— Империя Йосрахим — сюзерен сил Света, но внутри неё немало и сторонников Инь-Ян, верно?
— Если здесь подать неверный политический сигнал, другие страны сил Света поднимут тревогу. Вдруг они решат, что империя Йосрахим решила сменить веру на доктрину Инь-Ян? Тогда сплоченность сил Света рухнет.
— Если здесь подать неверный политический сигнал, другие страны сил Света поднимут тревогу. Вдруг они решат, что империя Йосрахим решила переметнуться к доктрине Инь-Ян? Тогда сплоченность сил Света рухнет.
Армида тихо вздохнула:
— М-да. Люди живут так сложно.
— Валькирия тоже не отстают.
— Мы-то что?
Я украдкой покосился на сестру Армиду. Эта женщина так долго жила в Кроносе, а до сих пор совершенно не улавливает атмосферы и того, как тут всё устроено.
Впрочем, так даже лучше. Если бы сестра Армида тоже ввязалась в эти игры, у меня бы уже живот от боли скрутило.
— Точно. Жить бы тебе, сестра, как живешь.
— Это я-то что?
— Твоя жизнь сама по себе — сплошное безмятежное спокойствие.
— Это сарказм?
— Самый искренний комплимент из всех возможных.
Сказав это, я забрал ключ и двинулся внутрь.
Я выбрал просторную комнату на первом этаже с видом на заднюю лужайку. Хотя она была меньше остальных, мне она пришлась по душе: отсюда было так удобно тайком ускользать наружу. Перелез через забор — и ты уже на улице.
Немного погодя, плотно поужинав, я начал собираться на ночную вылазку.
* * *
— Ничего не изменилось.
Я шагал по знакомым улицам столицы. По обеим сторонам тянулись те же элитные рестораны и бары. Воспоминания о том, как в школьные годы мы с друзьями тайком сбегали из академии и напивались до беспамятства, ожили так ярко, словно всё было вчера.
Вскоре я свернул в один из роскошных баров поблизости.
— Вход воспрещен!
Однако на входе меня завернули швейцары. Это был престижный бар, куда хаживала лишь аристократия, так что меня в афропарике и костюме альфонса внутрь пускать отказались.
Как раз когда мы шумно препирались, изнутри донесся чей-то голос:
— Пропустите. Это мой гость.
Это был барон Луто. Администратор в парадном мундире растерянно протянул:
— Барон, это доставит неудобства другим высокопоставленным гостям.
— Напротив, для них это будет честью.
— Простите?
— Этот человек — Белоликий.
При этих словах многие посетители уставились на меня. Среди них были и военные аристократы, и ревностные последователи веры. В конце концов, я был героем, у которого в возлюбленных ходили две Великие святые, и единственным человеком, разгромившим прославленного полководца Бастайна.
— А, да...
Вскоре я последовал за встретившим меня бароном Луто в тихий отдельный кабинет. Помещение было полностью изолированным — идеальное место для конфиденциальной беседы. Стоило мне устроиться за столом, как тут же подали выпивку и закуски.
— Не знаю, придется ли вам по вкусу.
Увидев богатый стол, я кивнул.
— Я в качестве не привередлив. Главное, чтобы было много.
— Тогда я рад.
Я удобно откинулся на спинку стула и пристально уставился на барона Луто.
— Ну что ж, перейдем сразу к делу. Когда день икс?
— За три дня до того, как Великая святая посетит владение Карл.
Значит, ровно через десять дней.
— Из-за этого визит Великой святой не отменят?
— Нет, не отменят.
Этот ублюдок за кого меня держит? И так ясно, что в самом владении разразится нешуточный кризис, какой уж тут нормальный визит Шуры.
— Ладно. Тогда выкладывай, кто будет мне помогать. Я ведь даже в лицо не знаю этого виконта Брайана. Мне необходим проводник.
— Это рыцарь по имени сэр Роланд.
Я прищурился. Роланд был рыцарем, который отвечал за мою охрану в годы учебы в дворянской академии. Молчаливый и преданный человек, было странно видеть его в таком деле.
— Роланд?
— Это рыцарь, который близко служил великому княжичу Яну, погибшему в Великом храме Дивинума.
— И что с того?
— После смерти великого княжича Яна он, насколько мне известно, оказался в опале во владении и затаил сильную обиду.
— Вот как? Ему точно можно доверять?
— Да. Он очень рьяно участвует в этом деле.
Я чокнулся с бароном.
— Ладно, допустим. Но скажи мне: какова истинная цель этого предприятия? Какая вам выгода с того, чтобы нейтрализовать виконта Брайана?
— Вам обязательно знать?
— Было бы неплохо. Я берусь за заказ, но дело слишком мутное. Надеюсь, никто из высокопоставленных особ не должен погибнуть?
— Полагаю, в тот день — нет. Разумеется, ничего такого, что могло бы запятнать репутацию Белоликого, не случится.
— Точно?
— Да. Гарантирую своей жизнью.
Я откусил кусок хорошо приправленного мяса.
— Хорошо. Теперь скажи, что делать после того, как все закончится.
— Вам нужно отправиться в особняк графа Обрея.
Я замер с бокалом в руке. Граф Обрей — один из моих дядьев. В прошлом он занимал третье место в очереди на наследование великого герцогства, но после моей гибели поднялся на второе. Иными словами, если Йозеф умрет, следующим великим герцогом станет именно он.
Картина вырисовывалась предельно ясная. Я нейтрализую виконта Брайана, кто-то устраняет Йозефа, и в финале дядя забирает владение Карл себе. Сразу виден чистый, аккуратный сценарий.
— И как мне попасть в дом графа?
— Сэр Роланд вас проводит.
— Вот как? А что потом?
— Граф сам со всем разберется.
— М-м. Неплохо.
— Да. Тогда я полагаюсь на вас, Белоликий.
Осушив бокал, я протянул руку.
— Прежде чем продолжить, нужно выплатить аванс, верно? Наше детективное агентство за мутные заказы берет только предоплату.
— Да, я как раз подготовил.
Барон Луто достал пространственный мешочек и высыпал содержимое — посыпались золотые монеты. Это было 6 тысяч риф, оплата за заказ. Я пересчитал их одну за другой, и, убедившись, что сумма верна, прибрал всё к рукам.
— Кстати, есть еще один вопрос.
— Да, слушаю.
— Я слышал, что во владении Карл есть еще один Мастер. Кто это был... говорили, он был учителем фехтования того самого «порочного» великого княжича.
— А, вы о графе Майере.
— Да, граф Майер. Он не станет переменной в этом деле?
Барон Луто замахал руками.
— Насчет него можете не беспокоиться. Сразу после прошлогодних событий он сложил с себя полномочия перед великим герцогом Карлом и теперь живет в затворничестве.
— Почему? Его изгнали?
— Нет. Великий герцог Карл отчаянно хочет, чтобы граф вернулся. Граф Майер — это сама военная мощь владения Карл.
Я усмехнулся.
И то верно: отец никак не мог изгнать графа Майера. Помимо своей упрямой принципиальности, граф отличался редчайшей преданностью. К тому же он был Мастером среднего уровня, главнокомандующим всеми силами владения Карл и единственным аристократом этого удела, которому всецело доверяла имперская семья Йосрахима.
Держа графа Майера при себе, отец мог одновременно получить и мощную военную силу, и доверие империи Йосрахим.
Граф Майер — аристократ чистокровного йосрахимского происхождения.
— Понятно.
Разговор с бароном Луто быстро закончился. В конце концов, мы встретились не ради пьянки, да и у меня нет хобби пить всю ночь с мужиками.
К тому же завтра мне предстояло встретиться с дядей на аудиенции. Ошибки недопустимы, так что лучше лечь спать пораньше.
* * *
«Интересно, всё ли пойдет по плану?»
Я снова зашагал по ночным улицам столицы, погруженный в раздумья. Всё в этом деле выглядело донельзя просто и понятно. Дядя, метивший в великие герцоги, и старая столичная знать, оттертая от кормушки после моей смерти, объединили силы, чтобы перевернуть игру? Простейшая, кристально ясная интрига, где интересы сошлись идеально.
Проблема в моем отце, великом герцоге Карле.
Отец наверняка знает об этом раскладе, и я понятия не имею, что он сейчас делает.
В прошлой жизни отец держал под личным контролем каждый мой шаг. Хотя номинально мне и доверили владение, я не мог ступить и шагу по собственной воле — эдакая марионетка, машина для штамповки подписей. Короче говоря, стоило замаячить хоть малейшей угрозе для власти, как отец немедленно брал всё в свои жесткие рукавицы.
Однако теперь в эту заварушку ввязался дядя — главная угроза для Йозефа. Разумеется, отец уже во всем разобрался. Поскольку за кулисами стоял император, его собственный шурин, открыто он выступать не станет, но предпринять что-то обязан.
— Хех. Этот план провалится на 100%.
— Вероятно, так и будет. Великий герцог Карл — не тот человек, которого можно так легко провести.
Услышав ответ на свои мысли из уст старика, я с досадой зажмурился. Ох уж этот старый хрыч. Старик Клауд собственной персоной. Сделав вид, что ничего не слышал, я продолжил идти.
Вскоре на перекрестке прямо передо мной появился старик Клауд с заложенными за спину руками. Я естественным движением сменил направление, чтобы избежать встречи с ним.
Старик Клауд пошел следом за мной.
— Ты ввязался в интересное дельце.
Похоже, он подслушал разговор с бароном Луто. Этот старик всегда терпеть не мог сталкеров, а сегодня сам взялся за эту роль.
Я с раздраженным видом обернулся.
— Слушай, старик, давай-ка делать вид, что мы незнакомы.
— Я говорю это из беспокойства. Великий герцог Карл — очень опасный человек.
— Я знаю.
— Тогда зачем ты участвуешь в этих интригах?
Я похлопал по пространственному мешочку в кармане.
— Мне заплатили. Целых 6 тысяч риф. И мне нужно всего лишь нейтрализовать виконта Брайана. Очень простое дело.
Великий герцог Клауд подпер подбородок.
— Оттого и странно. Виконт Брайан — фигура, которую и с точки зрения императора, и с позиции того хитрого премьер-министра выгоднее было бы убрать. Почему же они так упорно пытаются сохранить ему жизнь?
— А что с ним не так?
— Виконт Брайан присосался к великому княжичу Карла и великой герцогине Хелен и внушает им странные мысли. Например, о восстании против империи.
Я яростно сжал кулаки. Я ведь знал, что виконт Брайан рано или поздно натворит бед. Пусть он и состоял в радикальной фракции, следовало вести себя осмотрительнее, но, заручившись поддержкой Йозефа и тетушки Хелен, этот тип пустился во все тяжкие, творя всё, что заблагорассудится.
Пока мы с графом Майером оставались на месте, его удавалось держать в узде, но стоило нам исчезнуть, как он наверняка разгулялся вовсю, возомнив себя хозяином жизни.
— Господи, старик, тебе заняться нечем? Интересуешься всякой ерундой.
— Владение Карл — большая угроза для империи. Если они поднимут восстание, будет много хлопот.
Истинная правда. Даже при всей своей слабости владение Карл оставалось огромной занозой для империи. Стоило бы ему заключить союз с орками и громогласно объявить о независимости — и империя мгновенно оказалась бы в пренеприятнейшем положении.
Потому что Великая стена Метерии, сдерживающая орков, будет прорвана в одночасье.
К тому же владение Карл граничит с равнинами орков, так что им очень удобно объединяться с ними и получать поддержку.
— И что ты собираешься делать?
— Раз уж виконт Брайан дает повод, почему бы заодно не вычистить всё там? Если чешется затылок, в войне будет много проблем.
Как раз в следующем году империя Йосрахим должна была столкнуться с орками в генеральном сражении. В прошлой жизни владение Карл было растерзано внезапным ударом оркской орды под предводительством Гролмога, но в нынешней, судя по всему, его предстояло растерзать этому старику Клауду.
В общем, это владение — сплошная головная боль. Если не ударишь здесь, ударят там.
— Не делай этого. За владение Карл можно не беспокоиться. Там есть великий герцог Карл.
— Оттого и тревожнее. Он человек, чьи мысли невозможно прочитать.
— И всё же он не тот человек, который предаст империю.
— Откуда такая уверенность?
— Интуиция.
Ответив, я ускорил шаг.
Теперь мне стало предельно ясно, почему отец просто сквозь пальцы смотрит на этот кризис. Империя и старик Клауд нацелились на владение Карл. Для отца это была та самая ситуация, когда радикальных сторонников независимости, присосавшихся к Йозефу и тетушке Хелен, приходилось зачищать своими руками.
Старик Клауд продолжал идти следом.
— Впрочем, с этим покончено, давай поговорим о другом.
— О чем?
— Сколько тебе лет?
— Тридцать один.
— Вот как? И как ты стал Мастером высшего уровня?
Я стиснул зубы. Похоже, этот старик просканировал ману в моем теле. В обществе меня считали Мастером среднего уровня.
— Много ел, вот и вырос.
— Хех. Похоже, отвечать честно ты не хочешь.
— Раз понял, то и хорошо. Всего доброго.
Я оборвал разговор, но старик преследовал меня до конца.
— Кстати, как ты отразил мою ментальную атаку? Я спрашиваю из любопытства, такого еще никогда не было.
— Потому что привык. Если бы это была другая ментальная атака, я бы попался.
— О-о. Привык к смерти и ужасу настолько, что можешь противостоять моей ментальной атаке? Видимо, жизнь у тебя была не из легких.
— Не говори мне об этом. Тебе не понять.
— Нет. Возможно, и пойму. Может, мы с тобой одного поля ягоды.
Я пристально посмотрел на старика Клауда.
— Да ни черта ты не понимай. Если бы понимал, разве стал бы сейчас играть в солдатики перед лицом войны? Нашел бы себе новую боевую подругу да предавался бы утехам. Когда сам Гролмог идет напролом, его нужно дипломатично умасливать, а ты что вытворяешь? Ц-ц-ц...
— Ты так рассуждаешь потому, что не ведаешь текущего расклада. Думаешь, я развязываю войну оттого, что мне приспичило? Положение безвыходное, вот и приходится.
— Старик, жизнь — штука непредсказуемая. Сегодняшнее благо обернется бедой, а беда — благом. Ты воображаешь, будто служишь благу империи, а в итоге собственными руками можешь ее угробить.
— Ты думаешь, я проиграю Гролмогу?
Я раздраженно топнул ногой.
— Ты вообще слушал, что я говорил? Нельзя побеждать. Победа — это поражение. С ума сойти можно.
— А?
— Эй, неважно. Уходи. Мне пора.
Добравшись до своего временного пристанища, я легко перемахнул через забор. Подумать только: я-то считал этого старика одиноким мастером, полностью превзошедшим суету мирскую, а он, оказывается, где-то подцепил замашки сталкера и теперь промышляет домогательствами к людям.
Видимо, перед смертью люди меняются.
< Ночь в имперской столице Йосрахим проходит в суете. > Конец