Глава 59. Алисия (1).

— У-у-у...

После утренних занятий Алисия шла к помещению исследовательского клуба, прижимая ладонь ко лбу.

Лоб распух так, что чёлка едва скрывала шишку. Обычно следы от щелчков Варгана исчезали к следующему дню, но на этот раз он явно перестарался. Боль то стихала, то возвращалась пульсирующими толчками.

И каждый такой толчок напоминал о ночи.

Алисия должна была хвалить себя вслух, пока господин не оставался доволен. Стоило ей замяться, погрустнеть или сказать что-нибудь самоуничижительное — следовало наказание.

Щёлк!

Словом, столько раз подряд по лбу она ещё не получала.

Кто-то легко коснулся её спины.

Алисия вздрогнула всем телом и сработала на чистом рефлексе.

— Я великолепна! Я лучше всех и красивее всех!...

— Алисия?..

— Э-Эмили?..

Поняв, кто стоит сзади, Алисия шумно выдохнула. А через секунду вспыхнула до ушей.

Рот приоткрылся, но ни одного подходящего слова так и не нашлось.

Варган подобные реакции видел регулярно. Эмили — впервые.

Она сразу насторожилась и отвела чёлку с её лба.

— О господи, это что?! Тебя шершень ужалил? Какого размера он был?!

— Всё хорошо! Правда, ничего страшного.

— Ничего страшного? Да у тебя там синяк! Это Варган сделал? Он совсем охренел?! Как можно было довести...

Алисия мгновенно зажала ей рот и оглянулась по сторонам.

— Тише, пожалуйста! Я сама виновата. Мы почти у клуба, нас услышат!

Она качала головой так испуганно, что Эмили на миг забыла даже возмутиться.

А потом поняла, что ей нечем дышать.

Алисия тоже сообразила не сразу.

— Ой! Простите!

Она отдёрнула ладонь.

Эмили закашлялась и потёрла горло.

— Простите, Эмили! Я не хотела... Что же теперь делать?..

Алисия тут же принялась лечить её магией.

Травмы, разумеется, не было, поэтому лечить оказалось нечего.

Плечи Эмили задрожали.

— Что?! Вам больнее?

Алисия усилила заклинание.

— Ха-ха-ха! Всё, хватит! Алисия, прекрати!

— Но...

— Кто вообще лечит магией после того, как человеку на секунду закрыли рот? Это уже не забота, а перебор.

Алисия наконец прекратила лечение.

Эмили вытерла выступившие от смеха слёзы.

— Надо же. А ты, оказывается, тоже умеешь паниковать и делать глупости.

— Не понимаю, о чём вы...

— Обычно ты такая собранная, будто вообще не человек. Всегда всё умеешь, всё замечаешь, ни одной ошибки. Хотя рядом с Варганом ты часто смущаешься, это я видела.

— У-у...

Теперь покраснели даже уши. Алисия спрятала лицо в ладонях.

Эмили снова рассмеялась.

— И как ты до сих пор скрывала, что бываешь такой милой?

— Пожалуйста, не издевайтесь надо мной.

— Всё, всё. Не буду. Красота плюс такое обаяние — опасное сочетание. Начинаю понимать, почему Варган так с тобой возится... Но со лбом он всё равно переборщил. Хочешь, я вылечу?

Алисия покачала головой и выпрямилась.

Она служила дому Шугенхарц. Посторонним нельзя было показывать такую слабость.

Несколько спокойных вдохов — и привычное самообладание вернулось.

Эмили заметила перемену.

— Так вот как ты обычно это прячешь...

Алисия промолчала.

— Точно не лечить? Синяк быстро не сойдёт.

— Не нужно. Я заставила господина волноваться. Пусть синяк останется — как наказание.

— По-моему, ты уже достаточно наказана... Ладно. Раз сама так решила, спорить не буду.

Эмили подумала, чем сменить тему.

— Кстати, что будешь делать с заданием?

Раз в семестр в Академии наступала пора, когда преподаватели словно сговаривались и заваливали студентов работой. Каждый придумывал что-то своё, иногда весьма странное. За хорошие результаты можно было получить каттию.

— С каким именно?

— С заданием Луизы. Она дала такое простое, что я теперь не понимаю, где подвох.

Для первого класса формулировка звучала так:

「Сформулируйте, что вы хотите успеть сделать до смерти.」

— Вот именно! — продолжила Эмили. — Объём любой, форма любая, тема даже не обязана быть связана с профессией героя. У всех ответы будут разными. И как она собирается это оценивать?

— До сдачи ещё далеко. Можно подумать спокойно.

— Можно, конечно, но всё равно слишком расплывчато... А?

Они остановились.

Перед новым помещением клуба — заметно просторнее прежней тесной комнаты — стояла толпа.

Сначала Эмили решила, что это новички. Но людей было слишком много, и почти ни одного знакомого лица.

Из толпы доносились обрывки разговоров.

— Слышал? Первокурсник убил альтифа III класса угрозы!

— Говорят, они с невестой вдвоём его прикончили.

— Да нет. Невесту вырубили, а первый на курсе справился один.

— Какая разница?! Это разумный альтиф! Ты вообще слышал, чтобы первокурсник убивал разумного?

Эмили посмотрела на Алисию.

— Я понимала, что будет шум. Сама охренела, когда узнала. Но... скажи мне одну вещь.

— Да?..

— Как нам теперь попасть внутрь?

* * *

Слухи работают быстрее любой почты.

Сегодня в Академии обсуждали сразу две истории.

Первая — «ликвидация епископа Каликулеа», в центре которой оказался я.

С самого утра от любопытных не было отбоя. Эрике досталось не меньше. Вместо первых занятий нас обоих отправили на разбор происшествия.

Кто такая Каликулеа?

Знали ли мы, что она прячется в театре?

Почему вообще туда пошли?

Вопросы лезли один за другим.

Разумеется, о подготовке я не сказал. Доказательств того, что я заранее знал об епископе, у них всё равно не было. Да и расследование велось в первую очередь не ради этого.

Так что всё прошло нормально.

Хотя нет.

После целого дня шёпота, выкриков и чужих взглядов у меня уже шумело в ушах.

А ещё нам с Эрикой запретили покидать Академию до конца первого семестра.

Вторая история касалась Лиама.

К моему удовлетворению, даже без Эмили он прошёл по сюжету оригинала. После Турнира классов один из его товарищей, заклинатель духов, попросил вступить в исследовательский клуб. Там Лиам и обнаружил, чем тот на самом деле занимается.

Клуб заявлял, что помогает неграмотным простолюдинам. На деле этих же людей обирали.

Им подсовывали договоры, которые они не могли прочитать. Документ насыщали магической энергией, затем обе стороны ставили печати согласия — и неравноправный договор вступал в силу.

Неграмотные люди подписывались, не понимая условий, и фактически оказывались в кабале.

Лиам раскрыл схему и добился огласки.

Полезный опыт: и характер закалил, и силу нарастил.

Правда, его скандал слегка потерялся на фоне моей истории с Каликулеа. Но проблему он решил, а значит, всё в порядке.

Сейчас меня занимало другое.

В коридоре перед нашим помещением толпились студенты.

『Заткнулись и расступились.』

Шум оборвался мгновенно.

Люди разошлись, оставив посередине свободную дорожку.

Показательная картина. Любители слухов, которые прибежали сюда поглазеть, в большинстве своём не могли снять даже простенькое проклятие.

Я прошёл между ними, открыл дверь клуба и зашёл внутрь. Перед тем как закрыть её, усилил звукоизоляцию и запирающие чары дополнительной магической энергией.

До последней секунды в щели маячили любопытные лица.

Будь моя воля, смёл бы весь этот мусор метлой.

Щёлк.

Дверь закрылась.

Стало тихо.

На меня смотрели шестьдесят четыре глаза.

Тридцать два человека, прошедшие отбор, в отличие от толпы снаружи умели ждать. Никто не перебивал. Все молча следили, пока я шёл к центральному столу.

Шаги ровно отдавались по комнате.

Я остановился и улыбнулся.

— Рад видеть вас снова. Как вам известно, я Шугенхарц Троа Варган, глава Арбол Фрутал. Прежде всего — поздравляю.

Я обвёл взглядом отобранных участников.

— Вы были выбраны.

* * *

После короткой речи и объяснения принципов Арбол Фрутал мы разделились по группам.

Обычно члены Корня, то есть руководящий состав, заседали бы отдельно. Но сегодня был первый день, поэтому руководители разошлись по закреплённым за ними группам, чтобы провести вводные встречи.

Я присоединился к Стволу.

— Повторю ещё раз. Вступив в Арбол Фрутал, вы обязаны регулярно выполнять установленный объём работы и отрабатывать положенное время. Старший курс никаких поблажек не даёт. Вопросы есть?

— Ого... А вы и правда похожи. Особенно глаза — почти один в один.

Алексерия подалась ко мне через стол.

— Можно поближе посмотреть?

Сидевший рядом Браккиум, её жених, поймал Алексерию за руку и усадил обратно.

Она надула щёки.

— Ну что ты? Он похож на Райна, мне стало интересно.

— Сиди спокойно. Это было невежливо.

— Но я старше по курсу.

— А он глава клуба.

Алексерия демонстративно отвернулась.

Да, это та самая женщина, которая в позапрошлом году была председателем студенческого совета, потом брала академический отпуск и теперь учится на четвёртом курсе.

«Райн», судя по всему, домашнее сокращение от Райнкарвена, нынешнего председателя совета.

Алексерия обиду забыла почти сразу.

— А вот ещё вопрос. Когда вошёл, ты говорил со всеми на «ты», а теперь вдруг такой вежливый. Почему?

Я промолчал.

Я терпеть не могу таких людей.

Почему у всех толковых людей обязательно не хватает какого-нибудь винтика в голове?

— Если вопросов больше нет, на этом вводную встречу закончим.

— Эй! Меня просто проигнорировали!

Я уже собирался встать, когда заговорила Франческа, до этого молча слушавшая остальных.

— Шугенхарц Троа Варган. С детства о тебе говорили, что такие гении рождаются раз в поколение. Твоё имя знали даже в нашем королевстве.

— Полагаю, у вас есть вопрос обо мне.

Франческа кивнула.

С ней, по крайней мере, можно было разговаривать без цирка. Я снова сел.

— Что именно вас интересует?

— После того как тебе исполнилось тринадцать, о тебе почти перестали говорить. А те редкие слухи, что всё-таки доходили, были уже не похвалой.

— Не думал, что вы так хорошо обо мне осведомлены. Польщён.

Звяк.

Она подняла чашку и сделала глоток ещё тёплого чая.

— Почему ты столько лет жил тихо, а теперь снова оказался в центре внимания?

В тринадцать прежний Варган действительно изменился до неузнаваемости.

Он исчез из общества и стал жить так, чтобы о нём почти ничего не было слышно.

«Жил тихо» в его случае, разумеется, не означало «жил порядочно».

Просто гадости совершались так, чтобы о них не говорили.

Слух о погибшем слуге дома Портретт почти не распространился. Разговоры о том, что Варган забросил магические исследования, тоже оставались в узком кругу.

А потом он внезапно поступил в Академию, и его имя снова оказалось у всех на слуху.

Пусть Франческа была из другого государства, она всю жизнь вращалась среди знати и успела собрать обо мне немало сведений.

— Или, — добавила она почти небрежно, — у тебя появилась причина снова действовать открыто?

В её тоне было больше уверенности, чем вопроса.

Я улыбнулся.

Самой доброй улыбкой, на какую был способен.

— Трудно ответить подробно. Поэтому скажу коротко.

Я выдержал паузу.

— Ради мира и стабильности.