Глава 61. Дифелия (1).

Заседание студсовета закончилось, и Дифелия наконец решилась перехватить Эрику у выхода.

— Э-Эрика, подождите!...

На самом деле неловкость тянулась не первый день: в последнее время они почти не разговаривали. Теперь обе будто разом забыли, с чего вообще начинают обычную беседу.

— А?.. Да.

Эрика остановилась. Её обычно холодное лицо дрогнуло. Дифелия молчала, Эрика тоже; дальше стоять столбом было уже невозможно.

Дифелия стиснула пальцами деревянный подлокотник кресла и всё-таки выдавила:

— У вас после этого есть время?

Не дав Эрике ответить, она поспешно продолжила:

— Если вы свободны... может, сделаем задания вместе? У меня в комнате.

По тому, как побелели её пальцы, было ясно: одна эта просьба далась ей с боем.

Эрика заметила это и наконец расслабилась.

— Хорошо. Давай вместе.

— Эрика!...

Лицо Дифелии просияло так, будто ей только что вернули что-то очень важное.

Эрика отвела глаза. Вместе с облегчением пришёл стыд: ведь она сама могла заговорить первой и не вынуждать Дифелию так мучиться.

До общежития они шли рядом. Прежняя лёгкость между ними не вернулась за одну минуту, но разговор понемногу оживал. Обе жили в корпусе B, так что далеко идти не пришлось.

Комната Дифелии напоминала маленькую оранжерею. На подоконниках, полках и у стен стояли растения, а окно было заметно больше обычного и пропускало много света. В комнате пахло цветами, свежей зеленью и чем-то тёплым, домашним.

— Я заварю чай. Подождите немного.

— Не обязательно...

Дифелия сразу поникла.

— Не хотите?..

— Нет, хочу. Правда. Завари.

Улыбка вернулась мгновенно. Дифелия тихонько замурлыкала себе под нос и принялась расставлять чашки и чайник.

Эрика осталась за столом. Она по привычке искала глазами, чем можно помочь девушке с ограниченной подвижностью, но помощь не требовалась: посох Дифелии двигался рядом, словно живой, подхватывал нужные вещи и подавал их прямо в руку.

— Вы ведь любите чай с лимоном?

— Да. Спасибо.

Дифелия поставила перед ней чашку.

— И сахар здесь. Я приготовила кубики.

— Спасибо.

Эрика заметно оживилась.

Она любила сладкое и никогда не пила чай без сахара. Эрика бросила в чашку несколько кубиков и тщательно размешала их ложкой. Затем осторожно попробовала напиток — и на мгновение в её обычно бесстрастных глазах вспыхнул почти детский восторг.

— Рада, что вам нравится.

— А?.. Да. Очень вкусно.

Эрика слишком поздно поняла, что выдала себя. Она поспешила спрятаться за похвалой чаю.

Дифелия смотрела на неё с тёплой улыбкой. Эрика казалась ей особенно милой именно в такие минуты — когда изо всех сил пыталась скрыть эту сторону характера.

Но вскоре Дифелия снова посерьёзнела.

Она позвала Эрику не только ради заданий. Нужные слова вертелись на языке и всё не выходили.

Эрика это заметила, поставила чашку и стала ждать.

Дифелия решила зайти издалека.

— Давайте сначала разберём задание профессора Фабиана. Оно, кажется, самое объёмное.

— Давай.

Эрика не стала торопить её.

Тема касалась фамильяров. Они разложили книги, сравнили конспекты, несколько раз поспорили о формулах и дополняли друг друга там, где одна чего-то не помнила. Обе учились серьёзно, поэтому даже сухое задание быстро дало им повод нормально разговаривать.

В какой-то момент каждая вызвала фамильяра. Рядом с маленькой птицей Дифелии появился белый кролик; Эрика призвала чёрного ворона.

Однако девушек больше интересовали не сами существа, а магические круги вызова — сложные геометрические конструкции, плотно заполненные формулами.

Эрика удерживала свой круг и указала на одну из секций.

— Перенос обеспечивается вот этим блоком. По принципу он похож на мою пространственную магию, но есть ограничение: материальное тело нельзя переместить, пока оно полностью проявлено здесь.

— Вот как... Теперь понятно! Вы очень точно объясняете, Эрика.

Дифелия несколько раз кивнула, явно довольная.

Эрика отвернулась, скрывая неожиданное смущение, и протянула руку ворону. Тот спокойно шагнул ей на пальцы.

— Какой милый. А как его зовут?

Эрика замолчала.

Дифелия тут же решила, что полезла не туда.

— У него нет имени, да?..

Не угадала.

— ...Черныш.

— Черныш! Хорошее имя. У него как раз такие красивые блестящие чёрные перья — очень подходит.

— Правда?..

— Конечно.

— Ну... хорошо.

Эрика улыбнулась чуть неловко, но явно не была недовольна. Она погладила ворона по шее.

Дифелия поняла: дальше тянуть нельзя.

— Кстати... почти все фамильяры вашего жениха тоже чёрные, верно?

— Да. У фамильяров дома Шугенхарц в основном стихия тьмы.

Эрика взглянула на неё внимательнее.

Вот оно.

Настоящая причина приглашения.

До этого момента Эрика считала, что Дифелия с Шугенхарцем почти не общалась. Почти...

И тут память подбросила картину: Дифелия вручает ему что-то похожее на письмо и тут же торопливо уходит.

«Почти не общалась», значит.

— Я сейчас скажу странную вещь, — начала Дифелия. — Но в этом нет... ничего такого. Правда. Пожалуйста, не поймите меня неправильно. Хорошо, Эрика?

Чем больше она страховалась заранее, тем подозрительнее всё звучало.

Дифелия спрятала под столом дрожащие руки. Дыхание тоже стало чаще, отчего ситуация выглядела ещё двусмысленнее.

Эрика машинально кивнула.

Дифелия сглотнула.

— Я хочу узнать Варгана получше... как человека!

У Эрики в голове стало пусто.

«Я ослышалась?»

Но Дифелия немедленно нанесла второй удар:

— Только ему ничего не говорите! Пожалуйста! Он не должен узнать, что я спрашивала!

«...Что?»

* * *

『20:17. Арена D-23. Победитель — Шугенхарц Троа Варган. Повторяю: победитель — Шугенхарц Троа Варган.』

Механический голос остался за спиной. Мы с Алисией шли к общежитию, а проигравший ещё рыдал где-то на арене.

Теперь это уже не моя проблема.

— Господин, примите поздравления! Ещё десять каттий — теперь у вас шестьдесят, и первое место остаётся совершенно недосягаемым...

— Не поздравляй меня с тем, что и так должно было случиться.

Алисия радовалась даже сильнее, чем если бы выиграла сама. Другой на её месте обиделся бы, если бы его так оборвали, но она только продолжала улыбаться.

Заодно проверим, насколько внимательно она смотрела.

— Бой длился меньше пяти минут. Что ты успела вынести из него?

— Я следила за господином Феликсом. Его техника относится к школе дома Хайод. Сравнивала её со своей и отдельно отмечала решения, которые могут быть эффективнее моих.

— «Прославленная школа фехтования» — слишком громко сказано. Не заметила, насколько её переоценивают?

— До уровня господина Брама ему далеко. Но Феликс поступил десятым во вступительном рейтинге не случайно. Особенно хорош у него укол: в этом он действительно специализируется.

Неплохо.

На такую примитивную ловушку она больше не покупалась. И главное — училась отделять репутацию от реального качества.

— Сносно.

— Благодарю за высокую оценку.

Она отвесила безупречно вежливый поклон. Я пошёл дальше, не дожидаясь, и Алисия быстро нагнала меня. Когда наши взгляды встретились, она снова улыбнулась.

Похоже, недавний спад уверенности и самооценки действительно остался позади.

— Господин, можно задать два вопроса?

— Говори.

Ситуация была настолько привычной, что я даже не повернул головы.

Её взгляд на миг скользнул к браслету на моём запястье.

— Этот браслет... вам его, случайно, не Эрика?..

— Нет. Его дал Хейлион. Это не украшение, а тренировочная реликвия, которая ограничивает выход маны. Активирую послезавтра.

Я мельком посмотрел на неё: следующий вопрос.

— Да... И ещё. Сегодня уже двадцать седьмое. Месяц скоро закончится. Может, мне тоже провести рейтинговый бой и заработать каттии, пока не поздно?

— Нет. До тридцатого ничего не предпринимай. Скоро подвернётся подходящий случай. Если к тому времени ничего не произойдёт, я разрешу тебе выбрать соперника самой. До моего распоряжения рейтинговые бои запрещены.

— Поняла. Буду ждать приказа.

Она не спросила, чего именно я жду.

То ли поняла по моему лицу, что ответа не будет, то ли просто привыкла исполнять указания без лишних вопросов. По её совершенно безмятежному виду второй вариант казался даже вероятнее.

Скрип.

У моей комнаты Алисия обогнала меня, открыла дверь и придержала её, а потом аккуратно закрыла, не хлопая.

Как обычно, перед тем как отпустить её, я решил проверить прогресс.

— Я полностью снял магическую защиту. Накладывай.

— Да, господин.

Алисия подняла выход маны до предела и наложила на меня иллюзорное проклятие.

Во время боя с Артелионом она умела обманывать только зрение — чёрным дымом и ложными образами. Теперь проклятие затрагивало ещё слух, обоняние и осязание.

Гул...

Мана завибрировала.

Комната исчезла. Я почувствовал влажный запах предрассветного тумана и оказался у лесного озера. На листе висела прозрачная капля. Я коснулся её — палец ощутил холод. Капля сорвалась вниз.

Кап.

По воде разошлись круги, и я отчётливо услышал падение капли.

Да. К проклятиям у Алисии тоже был талант.

Проклятия — одна из тех школ, где почти всё решает врождённая склонность. Без неё человек порой не способен освоить даже основы. У Алисии склонность была.

Не было бы способностей — я бы и не стал её учить. И всё же видеть, как из разрозненных навыков постепенно складывается система, было приятно.

Есть у проклятий и ещё одна особенность: предрасположенность часто передаётся по крови. В главной линии рода Шугенхарц, например, ими владеют почти все, кроме второго сына и нашей матери.

Правда, по-настоящему глубоко в эту область полезли только я и старший брат.

— Хватит. Снимай.

Мир вокруг вернулся в норму.

Алисия тут же начала тревожно вглядываться в моё лицо.

Я щёлкнул её по лбу.

Щёлк!

— Ай!

— Со мной всё в порядке. Не выдумывай проблему там, где её нет.

Проклятие даже не было опасным. И она прекрасно знала: попробуй она применить что-нибудь действительно вредное, я бы не стоял смирно и не ждал.

— Дальше.

— Да!

Мы продолжали ещё какое-то время. Когда проверка закончилась, Алисия глубоко поклонилась и направилась к выходу.

— Тогда до завтра утром, господин.

Завтра будет двадцать восьмое апреля.

Для Варгана двадцать восьмое апреля всегда было днём повышенной осторожности. Лучше не лезть ни в какие конфликты, не перенапрягаться, а в идеале вообще лечь спать пораньше и переждать сутки.

— До завтра. Иди.

Дверь медленно закрывалась. Даже в узкой щели Алисия продолжала улыбаться — и, скорее всего, не перестанет, пока окончательно не исчезнет из моего поля зрения.

Она всегда слишком легко выдаёт всё, что думает. Сейчас в её лице не было ни намёка на тревогу.

Значит, пока не догадалась.

Тем лучше.

Если Алисия поймёт, что значит для меня двадцать восьмое апреля, начнётся лишняя суета.

В этот день мне нельзя без необходимости пользоваться магией. Тренировку Хейлиона, разумеется, придётся отложить. Обычные занятия — тоже. Особенно опасно колдовать на людях: приходится следить даже за привычными движениями, чтобы магия не сорвалась машинально.

Скрип.

Дверь закрылась окончательно.

И я остался один.

Алисии совершенно незачем видеть, как злодей Варган кашляет кровью.