Глава 56. Моя академия героев (6).

— Ты совсем охуел?! Поднять руку на преподавателя — и где? В Академии героев!

Кабинет директора был обставлен безукоризненно, но сейчас порядок только сильнее подчёркивал ярость хозяина. Токко Хакчу стоял за столом, красный как варёный рак, и орал так, что дребезжали стёкла.

Перед ним сидел виновник переполоха — Чхве Ноа.

Узнав о случившемся, директор немедленно примчался в зал и первым делом увёл Ноа подальше от свидетелей. Ему хотелось замять скандал, пока тот не вышел за стены Академии. Но мальчишка не оценил заботы. Напротив, выглядел так, будто обидели именно его.

— Преподаватель сам велел ударить. Я и ударил.

— Чего?! Ах ты, мелкий ублюдок...

Токко Хакчу схватился за шею и тяжело опустился в кресло. Гипертония, которую он годами усмирял овощами и постной едой, снова дала о себе знать.

«Да что за проклятие на мою голову свалилось?»

Он хотел тихо досидеть здесь до возвращения в Ассоциацию. Никаких громких дел, никаких скандалов — только безупречная статистика. Однако учебный год едва начался, а неприятности шли одна за другой.

Он ещё не закончил объяснительную по вчерашнему убийству злодея, а сегодня Ноа уже отправил в больницу преподавателя.

Десять лет Токко Хакчу проработал в Академии. За это время ему попадались и избалованные отпрыски знатных домов, и герои, которые впоследствии сами становились злодеями. Но такого отмороженного курсанта он видел впервые.

«Откуда он вообще взялся?»

Директор снова посмотрел на Ноа. Худой мальчишка сидел напротив и беззаботно улыбался. С виду — обычный ребёнок, ему во внуки годится.

И этот ребёнок одним ударом свалил Ма Донгука.

Поверить было трудно. Ма Донгук превратил собственное тело в живую броню и одной лишь физической подготовкой добрался до B-ранга. В профессиональной среде его знали все. Когда директору сообщили, что тот лежит без сознания, он решил, что в Академию снова ворвался злодей.

Даже теперь от одного воспоминания сердце неприятно проваливалось.

Вчера — убийство. Сегодня — избитый преподаватель. Это уже походило не на случайность, а на откровенное пренебрежение.

«Он что, совсем за людей нас не считает?»

Раздражение поднялось из самой глубины. Токко Хакчу терпеть не мог, когда ставили под сомнение его власть.

Пусть наружу ничего не просочится, но спустить дело на тормозах он не мог.

— Даже у наглости есть предел, — процедил он. — Ты натворил достаточно, чтобы ответить по всей форме.

— Да я просто не знал, что он такой слабый.

— Остальное расскажешь дисциплинарной комиссии. Она соберётся в ближайшее время.

Наверняка выдающийся талант годами позволял мальчишке плевать на окружающих. Значит, кто-то должен был наконец поставить его на место.

Это не мелочная месть старого человека. Разумеется, нет. Просто опытный герой обязан исправить опасные заблуждения новичка.

Токко Хакчу уверенно кивнул собственным мыслям.

— А комиссия точно нужна? — спросил Ноа. — По-моему, херовая затея.

— Что ты сказал?! Ты до сих пор ничего не понял? Это не тот случай, когда можно отказаться! Герой отвечает за свои поступки. И не надейся, что возраст тебя спасёт!

— Я не об этом. Если будет комиссия, сюда приедет мама. Вы точно хотите с ней встретиться?

Токко Хакчу осёкся.

— Жаль, — продолжил Ноа. — Я собирался после семестра вернуться домой и хорошо о вас отозваться. Но решайте сами.

— Э-э...

Директор совсем забыл, кто стоит за этим ребёнком.

Формально Ассоциация героев считалась независимой организацией. На деле же её руководство было тесно связано с аристократией, и Токко Хакчу прекрасно это знал.

«А если он дома наврёт с три короба?»

Он сам был героем A-ранга, так что без веской причины его не тронут. Но мечта возглавить Ассоциацию после такого точно сдохнет.

Лицо директора окаменело.

Ноа посмотрел на него и тихо усмехнулся.

— У меня скоро следующий урок. Я могу идти?

— ...Иди.

— И будем считать, что комиссии не будет. Всего доброго.

Дверь закрылась.

Токко Хакчу ещё долго смотрел ей вслед.

— Тяжёлая, сука, жизнь...

Он тяжело вздохнул, придвинул клавиатуру и снова принялся переписывать отчёт так, будто происшествия не было.

* * *

Работа героя не заканчивается после задержания злодея. Вину ещё нужно доказать в суде, а потом добиться приговора. Не хватит улик — преступник выйдет на свободу, сколько бы сил ни ушло на его поимку.

Поэтому сбор доказательств ценился не меньше, чем победа в бою.

Ма Чжухи, действующий герой B-ранга и преподаватель курса «Криминальная психология и методы допроса», считалась в этом деле настоящим специалистом. Лучше всего ей удавалось получать признания. Её способность относилась к типу Очарования: она находила трещину в чужой воле, расширяла её — и человек сам выкладывал всё, что знал.

После утреннего скандала началась первая дневная лекция.

— Как я уже объяснила, задержать злодея недостаточно, — сказала Ма Чжухи с кафедры. — Порой гораздо важнее добиться от него показаний.

Она умела держать аудиторию. Курсанты слушали, не отвлекаясь, и один за другим тянули руки.

— Профессор, какие ограничения действуют во время допроса?

— А если у задержанного есть ментальная защита?

В аудитории стоял живой гул. Ма Чжухи с удовлетворением оглядела слушателей.

«Как всегда, безупречно».

Пять лет подряд её курс занимал первое место по оценкам курсантов. Среди преподавателей она была одной из самых молодых, однако уже успела закрепиться в Академии. Если всё пойдёт так же, со временем можно будет подумать и о директорском кресле.

Для первого занятия у неё был заготовлен проверенный номер.

— Раз уж сегодня мы только знакомимся, давайте сыграем. Игра простая, но полезная для будущих допросов.

Правила действительно были несложными. Двое по очереди задавали вопросы и пытались угадать цвет, задуманный соперником. Говорить правду никто не обязан. Нужно было отделить ложь от истины — почти как на настоящем допросе.

— Способности разрешены, — добавила Ма Чжухи. — Телепатия, чтение мыслей, что угодно. Запрещено только причинять физический вред. В реальной работе за такое можно угодить под суд. Победивший меня получит поощрительный балл.

Руки взлетели сразу по всей аудитории.

— Прекрасно. Тогда начнём с первого ряда.

На кафедру вышел уверенный в себе юноша.

— Правила понятны?

— Да!

— Судя по лицу, вы тоже менталист.

— Моя способность — чтение мыслей.

— Тем лучше. Остальным будет полезно посмотреть.

Юноша записал свой цвет на листке и встал напротив преподавательницы.

— Первый вопрос за вами.

Он закрыл глаза, проник в её сознание и спросил:

— Какой цвет вы загадали?

В чужой голове уже мелькали мысли. Ещё немного — и ответ окажется у него в руках.

Но вместо одного цвета он увидел десятки. Красный, синий, зелёный, белый — они сменяли друг друга без всякого порядка.

— Что за?..

Ма Чжухи улыбнулась.

— Чтение мыслей не всесильно. Если злодей умеет защищаться, одной способности будет мало. Поэтому и нужны профессиональные приёмы.

— Понял. Спасибо за урок.

— Теперь моя очередь. Здесь сегодня жарковато, не находите?

Она сняла жакет и повесила его на край стола. Влажная рубашка облепила фигуру. Когда взгляд юноши невольно задержался на ней, Ма Чжухи поймала его взгляд и мягко произнесла:

— Назовите ваш цвет.

В её зрачках вспыхнул розовый свет.

Лицо курсанта сразу поплыло. Рот приоткрылся, по подбородку потекла слюна, дыхание стало тяжёлым и частым.

— Ч-чёрный...

— Молодец.

Несколько человек брезгливо поморщились. Ма Чжухи щёлкнула пальцами, и юноша пришёл в себя.

— Я... Что сейчас...

— Благодарю. Можете вернуться на место.

Аудитория зааплодировала. Ма Чжухи дала им насладиться эффектом и продолжила:

— Как видите, мне хватило одного вопроса. Чем выше мастерство дознавателя, тем быстрее он добивается признания. Лучшим менталистам A-ранга порой не требуется даже говорить: подозреваемый сам выдаёт им всё. До такого уровня доберутся не все, но основы вы освоите.

Она оглядела аудиторию.

— Кто следующий?

Теперь желающих не нашлось. Никому не хотелось повторять позор первого участника.

Именно этого Ма Чжухи и ждала. После демонстрации курсанты обычно окончательно признавали её авторитет.

— Тогда продолжим лекцию...

— Я попробую!

Все разом обернулись.

На последнем ряду, у самой стены, сидел худой мальчик с поднятой рукой.

Ма Чжухи сразу его узнала.

Чхве Ноа.

О нём говорили в новостях, в учительской, в коридорах — везде. А утром он едва не убил Ма Донгука, её единокровного брата. Близки они не были, но вид Донгука на больничной койке всё равно оставил неприятный осадок.

«Щенок без опыта, а уже решил, что ему всё позволено».

Да, его ранг был выше. Но ранг отражал главным образом боевую силу. Способность без опыта — всё равно что пистолет в руках ребёнка.

Ма Чжухи была уверена, что с ребёнком справится.

Заодно отомстит за брата и напомнит, кто в аудитории главный.

— Выходите.

Ноа встал напротив неё. Ни тревоги, ни сомнений. Ма Чжухи умела читать людей и ясно видела: он действительно не боялся.

Это раздражало.

— Правила помните?

— Да.

— Тогда начинайте.

— А время на ход ограничено?

Наверное, понял, что второго шанса не получит, и собирался выжать из первой попытки всё. Пусть. Чем отчаяннее он будет стараться, тем эффектнее окажется поражение.

— Времени достаточно. Можете не торопиться.

— Отлично. Начинаю.

Ноа протянул к ней руку.

Ма Чжухи не успела понять, что он делает, как тело перестало слушаться.

— Э-э?..

Невидимые нити подчинили её мышцы и суставы. Типичный признак ментального воздействия.

Но как этот помешанный на драках мальчишка пробил её защиту?

Пока она пыталась разобраться, Ноа подошёл ближе.

— Я только что заметил: ментальные способности лучше применять, когда человек этого не ждёт.

В его руке появился подозрительный кнут.

— Подождите! — выпалила Ма Чжухи. — Я запретила причинять вред!

— Не волнуйтесь. Следов не останется.

— Нет. Игра окончена...

Губы сомкнулись против её воли. Тело выгнулось, задница оказалась выставлена на всеобщее обозрение.

«Нет. Только не это».

Годы, потраченные на образ строгой и безупречной преподавательницы, рушились у неё на глазах.

«Я тебя уничтожу. Только освобожусь — и уничтожу».

Щёлк-щёлк

Щелчки доносились из рукояти кнута: Ноа крутил встроенный регулятор.

— Вы всё-таки преподаватель. Значит, я должен постараться как следует.

На шкале было написано MAX.

Ма Чжухи похолодела.

«Только не говори, что...»

— Начинаем.

Она дёрнулась, но не издала ни звука.

Кнут рассёк воздух.

Свист!

Хлёст!

Боль ослепила. Перед глазами вспыхнули белые пятна, сознание поплыло. Даже злодеи, которые когда-то держали её в плену и пытали, не причиняли ничего подобного.

Слёзы хлынули сами собой.

Сейчас она назвала бы ему пароль от счёта, выдала бы государственные тайны — что угодно. Только бы он остановился.

Ма Чжухи умоляюще посмотрела на Ноа.

— М-м-м! М-м!

— Поразительная стойкость, профессор. Вы до сих пор не сдались. Но я ведь ещё не задал вопрос, значит, мой ход продолжается.

Она отчаянно замотала головой.

— Ничего страшного. До конца занятия ещё далеко. Спрошу минут через тридцать.

Кнут снова взлетел.

Через полчаса Чхве Ноа добился желаемого, как настоящий менталист A-ранга.

Не задав ни единого вопроса.