Глава 11. Я буду с тобой вечно.

Этот безумец окончательно лишился рассудка.

Я до последнего сомневался, но он действительно посмел явиться.

— Абель, здесь присутствуют гости. Как ты смеешь повышать голос?

Когда я пригрозил ему, пытаясь утихомирить этого бесцеремонного юнца, он на мгновение сжался, издав неясный звук, но тут же стиснул зубы и снова пошел в атаку.

— Но, дядюшка, вы же и сами знаете! Давать уроки такому позору дома Арджент... Это нанесет непоправимый удар по доброму имени господина Крейга!

— Позор? Ты смеешь поминать позор, хотя сам не добился и доли того признания, которое заслужила твоя сестра, будучи на два года младше?

— Это наверняка какое-то недоразумение! Чтобы я уступал этой никчемной девчонке? Это же просто бессмыслица!

Да, я знал, что он с придурью, но чтобы настолько...

Похоже, он совершенно не осознает, насколько неуместны его нынешние слова.

Как бы ни ценились в аристократическом обществе честь и престиж рода.

Немногие позволят себе унижать собственного сородича, называя его «позором» в присутствии посторонних.

Виктор Арджент.

Мой отец, посвятивший плоть и кровь мечу и Империи, когда-то презирал меня за изучение магии, но он никогда не позволял себе отчитывать меня при чужаках.

Ибо он прекрасно понимал, какой вред репутации семьи наносят подобные сплетни и слухи.

И вот этот двенадцатилетний мальчишка так распускает язык.

Трудно было подавить желание преподать ему суровый урок.

— Значит, ты ставишь под сомнение проницательность господина Крейга?

— Я не сомневаюсь в нем! Просто считаю, что необходимо место для доказательств!

Вот, значит, как ты запел?

Весьма избитый сценарий.

И в то же время — довольно хитрый.

Этот мальчишка, должно быть, уже оставил надежду получить наставления Одена сам.

А потому он хочет хотя бы сломить дух Лилиет, запугать ее и внушить, что она — пустое место.

— О, место для доказательств. Желаешь помериться силами?

— Именно так, господин Крейг!

— Даже если это никак не изменит того факта, что я, старик, буду обучать твою сестру?

— Даже если так, я хочу доказать это! Показать, насколько никчемен и бездарен тот, кого вы решили учить!

Понятно.

К тому же, если повезет, он надеется разочаровать Одена и помешать ему присматривать за Лилиет.

«Раз не досталось мне, пусть не достанется никому».

Видимо, таков его мотив.

Как ни посмотри, а для своего возраста его голова работает в весьма скверном направлении.

— Лилиет! Я, твой брат, испытаю тебя! Надеюсь, как член семьи Арджент, ты не струсишь перед поединком, на кону которого стоит честь!

Когда раздался яростный крик Абеля, я быстро взглянул на состояние Лилиет.

«Как я и думал».

Лилиет дрожала.

Страх перед Абелем, который всегда жестоко обходился с ней, впитался в саму ее плоть.

— Лилиет, что ты об этом думаешь?

— Вы... вы спрашиваете меня?

— Да. Если ты не хочешь, ты вправе отказаться. Господин Крейг выбрал тебя. И в этом выборе нет нужды сомневаться.

— Дядюшка, а как вы считаете, что мне лучше сделать?

Спрашиваешь моего выбора?

Ну, это довольно непросто.

Разумеется, идеальным финалом было бы, если бы Лилиет приняла вызов и эффектно сокрушила Абеля.

Тогда она преодолела бы свой страх гораздо раньше, чем я планировал.

И у Абеля стало бы меньше поводов изводить ее.

Останется переменная в лице Касдии, но с этим я как-нибудь справлюсь.

«Проблема в рисках».

Несмотря на свой характер, талант Абеля отнюдь не посредственен.

До недавнего времени он получал куда более качественное образование, чем Лилиет, так что нынешний разрыв между ними был очевиден.

Я рассчитывал, что пройдет минимум год, а то и два.

Тогда талант Лилиет расцвел бы, и она смогла бы сравняться с Абелем.

Если же они сразятся сейчас, и Лилиет получит травму, решив, что никогда не сможет его победить, это будет катастрофой.

Чтобы не рисковать, стоило бы мягко проигнорировать этот вызов.

Однако, заглянув в глаза Лилиет, я почувствовал, как мои губы зашевелились сами собой.

Несмотря на то, что она явно дрожала.

Словно завороженный этим взглядом, молящим о честном ответе.

— Как твой дядя, я не хочу, чтобы ты шла по тернистому пути. Ты — одаренное дитя. Тебе нет нужды поддаваться на подобные провокации; пройдет несколько лет, и ты превзойдешь Абеля. Преподать ему урок никогда не поздно. Однако...

— Однако что?

— Как Баал Арджент, а не просто твой дядя... я бы хотел, чтобы ты разок щелкнула его по задравшемуся носу.

Я не посмел сказать «как Ю Шин У».

Но это была моя предельная искренность.

— Дядюшка, вы... вы правда верите, что я смогу победить брата?

— Кто знает. Я не могу этого гарантировать. Как ни крути, Абель силен. Твой талант велик, но нет поручительства, что ты победишь прямо сейчас.

— И все же... почему?

В ее вопросе не было вызова.

Лишь чистое любопытство, на которое я ответил молчанием, снова вложив в ее руку деревянный меч и опустившись до уровня ее глаз.

Тот момент, когда я впервые решил наставить Лилиет на верный путь.

Тот момент, когда я впервые увидел плохой финал злодейки Лилиет в оригинальном романе.

Чувства и воспоминания тех дней прокрутились в моей голове.

Да, я определенно думал об этом.

Будь рядом хоть один человек, который поверил бы в это дитя, всё могло бы не закончиться так трагично.

И я решил, что стану этим единственным осколком веры.

Значит, ответ уже предрешен.

— ...Мне просто хочется верить, Лилиет. Верить, что ты сможешь. Что ты — ребенок, который ни в чем не уступит Абелю.

— Ах...

Дрожь Лилиет, внимавшей моим словам, прекратилась как по волшебству.

Издав тихий вздох, она долго смотрела на меня, а затем крепко сжала рукоять меча.

— ...Я попробую.

— Ты уверена? Если ты делаешь это лишь потому, что твой дядя настоял...

— Это не из-за вашего настояния. Я никогда не считала это принуждением.

Я спросил, опасаясь, что мои слова станут для нее не источником мужества, а тяжким бременем, но Лилиет решительно покачала головой и светло улыбнулась.

— Вы — первый человек, который в меня поверил. Я еще слаба, но хочу отплатить вам за это. Я докажу, что ваш взор не ошибся.

— ......?!

Это длилось лишь краткое мгновение.

Но тогда мне показалось, что в зрачках Лилиет отразился я сам.

Обычно глаз — это лишь поверхность, отражающая объекты.

Но речь шла не о физических или теоретических законах.

Я и сам не понимал, что говорю.

Просто в ту секунду я почувствовал, как в уголке сердца Лилиет пророс крошечный росток моей сущности.

«Неужели».

Только тогда я смутно осознал.

Причину, по которой старик Оден отказался брать это дитя в прямые ученики.

И причину, по которой он обратился ко мне с той просьбой.

Тоска меча.

Звездная благодать, таившаяся в теле Лилиет, осторожно приподнимала голову.

***

В итоге Лилиет приняла предложение Абеля.

Однако, поскольку при нынешних условиях поражение Лилиет было предрешено, я добавил свои условия.

Поединок состоится через десять дней, в день отъезда Одена из поместья Арджент.

Разумеется, никакого боевого оружия, а право определять победителя остается за Оденом.

Обе стороны обязаны беспрекословно подчиниться его решению.

На этом всё.

— Ха-ха, надо же. Я-то думал, ты — хрупкий цветок, чей бутон еще не раскрылся, но мой взор меня не обманул. Весьма дерзкий ответ.

— М-мне неловко, пожалуйста, прекратите, господин Мечник.

Когда Абель ушел, Оден посмотрел на Лилиет и довольно расхохотался.

Честно говоря, я и сам был удивлен.

Тень Абеля всё еще должна казаться Лилиет огромной.

Я ожидал, что она испугается и откажется.

И в этом не было бы ничего странного.

Даже если бы так случилось, я бы не разочаровался в ней.

«Видно, чтобы пасть до уровня злодейки, нужно иметь недюжинную смелость в сердце».

Разве это не похоже на тех тихих отличников в очках, которые, если уж выходят из себя, перестают видеть берега?

В любом случае, как ее сторонник, я был горд.

Даже если она проиграет в этот раз, она что-то вынесет для себя.

— Однако мир не настолько прост, чтобы всё решалось одной лишь решимостью. Ты и сама это понимаешь.

— ...Да, я знаю. Поэтому прошу вас.

Лилиет низко поклонилась Одену, взывая к нему.

— Пожалуйста, дайте мне сил, чтобы я смогла одолеть брата.

— Сможешь ли ты выдержать? Чтобы победить его, интенсивность тренировок станет поистине изнурительной.

— Я готова. Какими бы тяжелыми ни были тренировки, я вынесу их без единого слова жалобы.

— Ха-ха! Твой напор не уступит иному мужчине. Что ж, хорошо. Очень хорошо.

Глядя на это, я невольно начал видеть в Лилиет главного героя оригинала — Леона.

Тот парень тоже обладал несгибаемым упорством, за что и заслужил безраздельную любовь Одена.

Странная, но в то же время трогательная сцена.

И что более всего наполняло мое сердце трепетом...

«Тоска меча Лилиет теперь направлена на меня».

Это была внутренняя перемена в ней.

Лилиет, которой не на кого было опереться, обладала благодатью «Тоски меча», но ей не к кому было ее обратить.

Из-за этого ее талант не мог раскрыться полностью.

В оригинале она в конце концов находит объект для этого чувства, но это становится семенем гибели, ведущим к трагедии.

И я беспокоился об этом.

Сводить ее с Леоном ради раскрытия таланта — риск.

Но оставлять всё как есть — значит ждать десять лет до их встречи.

Для меня, знающего об этой благодати, это было бы непростительным расточительством.

Но теперь всё иначе.

Пока я остаюсь рядом с Лилиет, скорость ее роста будет колоссальной.

Поскольку ее «Тоска» направлена на меня, финал, где она осознает, что ее чувства к Леону — не любовь, а лишь отблеск мастерства, и умирает в одиночестве, не наступит.

Если отбросить все оправдания, я был просто счастлив до глубины души от осознания того, как много я значу для нее.

— Лилиет.

— Да..! Дядюшка.

— М?

Когда я негромко позвал ее, в ее голосе послышалась какая-то излишняя собранность.

И лицо вроде бы покраснело... что с ней?

— Что-то случилось?

— А, нет. Просто...

— Просто?

— Вы сегодня впервые назвали меня по имени. Я так обрадовалась, что...

А, вот оно что?

Если подумать, я действительно не звал ее по имени, всегда обращаясь «племянница».

Я не делал этого намеренно.

Но то, как она радуется такой мелочи, было настолько мило, что мое сердце едва не остановилось.

— Тогда обычно я буду звать тебя племянницей, а по имени — лишь изредка.

— Что?! П-почему?

— Ха-ха, разве не ради того, чтобы увидеть твою очаровательную реакцию?

— У-у, вы жестоки.

Лилиет надула щеку.

Впервые вижу ее обиженной, и это тоже ужасно мило.

Моя племянница прекрасна, что бы она ни делала.

Я ткнул пальцем в ее щеку, выпуская воздух, и слегка наклонился.

— В любом случае, Лилиет, запомни одно.

— Да, что именно, дядюшка?

— Я всегда буду рядом с тобой. Я всегда буду на твоей стороне, и даже если ты проиграешь Абелю, я не разочаруюсь. Я буду поддерживать тебя вечно.

— Вечно... правда?

Видимо, как бы она ни старалась казаться взрослой, ей не скрыть тревогу в сердце.

Слова «вечно» или «навсегда» часто звучат как самая сладкая ложь.

Особенно для Лилиет, у которой до сих пор не было ни одного союзника; мысль о том, что единственный обретенный защитник может исчезнуть, пугает ее больше всего.

Конечно, когда Лилиет вырастет, может наступить день, когда я ей больше не буду нужен.

Но, по крайней мере, до тех пор я не намерен оставлять ее.

Теперь, когда ее «Тоска меча» обращена на меня, мое присутствие стало необходимым для ее роста.

— Да. Пока ты сама не возненавидишь своего дядю, я буду рядом.

— Этого никогда не случится.

— Значит, и беспокоиться не о чем.

От ее ответа, в котором сквозила не только решимость, но и какой-то холод, я на мгновение опешил.

Ого, на миг промелькнула тень той самой «злодейки».

Не надо так, милая племянница.

Вскоре Лилиет, чуть вскинув глаза и смущенно глядя на меня, спросила:

— Вы можете дать обещание?

— Конечно. Если хочешь, я могу оставить тебе какой-нибудь залог.

— Тогда, я...

Лилиет замялась, бросая на меня косые взгляды.

Она то приподнималась на цыпочки, то опускалась, то неловко переминалась с ноги на ногу.

Пока я в недоумении наблюдал за этими маневрами, не понимая их сути.

Она раздосадованно выпятила губу и начала выразительно покачивать головой из стороны в сторону.

А, вот оно что.

*Шорх. Шорх.*

— Хе-хе...

Когда я осторожно погладил ее по голове, Лилиет издала тонкий, радостный смешок.

На самом деле, я и сам давно хотел это сделать.

Но медлил, считая, что мы еще не настолько сократили дистанцию в наших отношениях.

Кто бы мог подумать, что Лилиет попросит об этом первой.

«Как же хорошо быть дядей Лилиет».

В этот момент я чувствовал большее удовлетворение, чем когда достиг седьмого круга магии.

— Навсегда вместе с дядюшкой...

Должно быть, она была действительно счастлива.

Лилиет, словно заевшая пленка, повторяла одни и те же слова, и выглядело это бесконечно трогательно.

***