Глава 53

Хочешь мира — готовься к войне (2)

Мой дорогой начальник оперативного штаба, Карл.

Когда я скривился при виде его усов, в которых словно поселился злой дух самого фюрера, Карл пробормотал: «Неужели мне настолько не идет?» — и, заявив, что сперва побреется, покинул помещение.

А затем вернулся уже с чисто выбритым лицом.

Вот так-то лучше, сразу видно — статный, привлекательный мужчина.

— Ха-ха.

Карл неловко рассмеялся.

Глядя на усатого Карла, я на мгновение поймал себя на весьма дурных мыслях.

Речи, написанные Карлом, и ораторский талант Максимилиана, который зачитывал их, покоряя сердца рейнджеров.

Казалось, объедини их — и на свет появится исекай-версия адского дуэта однояйцевого и хромого, восставшего из глубин искаженной преисподней.

М-да, это уже перебор.

Даже если мы и собираемся распространять гуманистическую пропаганду, делать это нужно куда более утонченно.

Вместо этого мы решили перейти к более продуктивному обсуждению.

— Я планирую расширить наши кавалерийские силы. Как показала личная разведка, рельеф близ снежных гор вполне позволяет задействовать конницу без особых проблем.

— За день-два с таким не управиться. Даже если отбросить вопрос расходов, в долгосрочной перспективе это потребует уйму времени.

— Верно. Искусство верховой езды оттачивается лишь долгими годами тренировок.

Замечание было вполне справедливым.

Если только речь не идет о кочевниках, которые буквально рождаются в седле, кавалерию невозможно просто наштамповать по щелчку пальцев.

Грубо говоря, пехотинцем может стать любой призывник — сунь ему в руки копье, и строй готов, но верховая езда — это совершенно иная стихия.

Мало того, что обучить конника невероятно сложно, так это еще и стоит баснословных денег.

— Допустим, трудности обучения мы решим, потратив на это время, но ключевой проблемой остаются финансы.

Карл пристально посмотрел на начальника службы тыла.

Интендант замялся, а затем тяжело вздохнул.

— В доступном бюджете еще есть некоторый резерв, однако, учитывая затраты на содержание существующих войск... масштабное расширение кавалерии нам не по карману.

— Но если того требует необходимость, мы обязаны это сделать.

Карл произнес это решительно и твердо.

— Если рассматривать орков как противника, в полевом бою пехота на пехоту мы так просто не отступим. Однако одной лишь наковальней врага не одолеть; молотом, наносящим решающий удар, всегда выступает кавалерия.

— А чем тяжелее молот, тем лучше. Ты это имеешь в виду?

— Именно так.

Кавалерия — это бог войны.

А рыцарские ордены — непобедимы.

Пока не существует огнестрельного оружия, а у орков нет магов, подобных чародеям из людских Магических Башен, эта истина остается непреложной.

В этом вопросе мы с Карлом были абсолютно солидарны.

Не зря же я считаю его лучшим умом армии герцогства.

И хотя между реальным полем боя и «Эланом» есть существенная разница, Карл и по сей день продолжает безраздельно властвовать там как бог стратегии.

Его военный гений, на мой взгляд, смело можно назвать даром свыше.

В прошлый раз я наблюдал, как он, возомнив себя Ганнибалом, безупречно реализовал тактику окружения и уничтожения.

К тому же, сейчас наши с Карлом мнения полностью совпадали.

— Чтобы сэкономить время, нам придется вести перестройку стен и расширение кавалерии параллельно, но это обойдется вдвое дороже. Даже если столица поможет с ремонтом стены, полностью избежать трат не выйдет, а конницу нам и вовсе предстоит создавать исключительно своими силами.

— Ох...

При упоминании о больших расходах лицо начальника тыла приобрело землисто-синий оттенок.

— Господин интендант.

— Да, Ваше Высочество.

— Что, если выжать бюджет до последней капли?

В знак ободрения я похлопал начальника тыла по плечу.

И я ни в коем случае не делал при этом лицо Цао Цао, который славился тем, что выжимал все соки из своих снабженцев.

Однако, как ни странно, интендант мгновенно вытянулся по струнке и громко отрапортовал:

— Ваше Высочество, из расчета каких затрат на одного человека мне следует оценивать формирование кавалерии по вашему приказу?

— Нынешние рыцарские ордены по умолчанию включают в себя оруженосцев, но если учитывать только самого всадника и запасную лошадь, разве мы не уложимся в четверть от стоимости содержания одного рыцаря?

— Я проведу расчеты, исходя из этих данных!

Мне показалось, я даже услышал, как с яростным скрипом завертелись шестеренки в мозгу начальника тыла.

Безусловно, даже такой вариант предполагал колоссальные траты.

По простым подсчетам, добавление тысячи тяжелых кавалеристов обойдется в ту же сумму, что и содержание двухсот пятидесяти рыцарей.

Легкая кавалерия обошлась бы немного дешевле, но это не отменяло того факта, что конница сама по себе — безумно дорогой род войск.

Видимо, масштаб расходов поражал воображение: отчаянно считавший в уме интендант внезапно изменился в лице.

— Даже если взять четверть суммы, наш предел — около пятисот человек. По моему скромному мнению, такое расширение тяжелой кавалерии полностью истощит доступный бюджет. От резервов не останется и следа. Если внезапно потребуются дополнительные военные расходы, мы окажемся в крайне затруднительном положении.

— Это с учетом расходов на само обучение?

— Да. Когда подготовка завершится, затраты на содержание немного снизятся, но... и эти суммы весьма внушительны. К тому же, нам придется закупать дополнительных боевых коней.

— Пятьсот человек. Число немалое, но, признаться, весьма скромное для наших амбиций.

Даже если выжать бюджет вместе с душой, спустить всё до последней монеты, не оставив ни гроша на черный день — мы еле-еле наскребем на пятьсот всадников.

Вроде бы и немало, но всё равно остается горькое чувство неудовлетворенности.

В идеале мне хотелось бы создать полноценные отряды конных лучников и тяжелой кавалерии.

Конные лучники изматывали бы врага тактикой роя, а в решающий момент тяжелая кавалерия и рыцарские ордены единым сокрушительным ударом, словно острием копья, сминали бы их ряды.

Но, как бы ни были полезны конные лучники, стрельба из лука на скаку — искусство далеко не из легких.

Столкнувшись с этими суровыми реалиями, я глубоко задумался.

«Легкую кавалерию мы еще как-то сможем компенсировать — эту роль фактически выполняют оруженосцы рыцарских орденов. Но вот если бы удалось сэкономить на самом процессе обучения...»

И почему только в окрестностях Севера нет кочевых племен, которые буквально живут в седле?

Вон, даже Когурё в свое время с успехом использовало покоренных всадников мохэ, массово мобилизуя их в качестве легкой кавалерии.

Будь у меня под боком такие кочевники, я бы с радостью взял пример с Когурё: предложил бы им отличные условия, подчинил и сделал своими конниками. Но, к моему великому сожалению, этот мир не спешил радовать меня подобными удобствами.

Из воздуха кочевников не сотворишь, так что мне оставалось лишь разочарованно кусать губы. И тут...

— Хммм...

Подождите-ка.

Внезапно меня осенило, и я спросил:

— А что, если мы сократим расходы за счет ускорения процесса обучения?

— Ускорения обучения, Ваше Высочество? Это, конечно, оставило бы нам чуть больше пространства для маневра при нашем урезанном бюджете...

Ответил интендант, немного поразмыслив. Однако Карл тут же выразил свои опасения:

— Ваше Высочество. Но если мы урежем сроки подготовки, мы не сможем гарантировать должную боеспособность кавалерии. Обычным людям требуется уйма времени лишь для того, чтобы уверенно держаться в седле. Сокращение этого этапа неминуемо приведет к падению боевой мощи.

— На этот счет у меня есть одна идея. Что, если исключить затраты на обучение и посчитать только расходы на содержание, боевых коней и экипировку?

— При таких расчетах у нас появится резерв еще на несколько сотен человек.

— Вот как. Что ж, это просто замечательно, ведь мне как раз пришла в голову отличная мысль.

Поистине революционная идея.

* * *

Я изложил Карлу черновой вариант системы унтер-офицеров и поручил штабу проработать ее основы должным образом.

На этом наше совещание подошло к концу, и я тотчас вызвал к себе Виллейна.

— Зачем звали, Ваше Высочество? Выступать в поход не планировали.

— Я хочу кое-что с тобой обсудить.

— Обсудить?

Виллейн навострил уши.

— Где именно обитает племя Серебряной Гривы? Далеко отсюда?

— Наше племя... далеко на юго-запад от столицы Империи. Мы живем рядом с Западными лесами.

— Не так далеко, как я думал. Что скажешь, если я пообещаю достойные условия — согласится ли твое племя и другие зверолюды вступить в мою армию?

— Вступить в армию Вашего Высочества?

— Да, именно. Встать под мои знамена.

В этом и заключалась моя гениальная идея.

Я видел, как Виллейн, приписанный к рейнджерам, держится в седле. Для того, кто никогда не обучался верховой езде, он скакал просто превосходно.

От природы зверолюды обладают превосходящей физической силой и гибкостью по сравнению с людьми, а кроме того, им гораздо проще улавливать эмоции лошадей.

Идеальные условия для освоения искусства верховой езды, где всадник и лошадь должны стать единым целым.

Конечно, нельзя исключать, что Виллейн, будучи как-никак Великим Воином, просто обладает исключительными талантами, но...

— Кажется, ты говорил, что все зверолюды — охотники?

— Верно. Мы все — охотники.

У зверолюдей каждый охотник — это, по сути, воин.

А самые выдающиеся из них становятся Великими Воинами.

А что, если набрать этих зверолюдей, превосходящих обычных людей в физической силе и боевых навыках, и обучить их кавалерийскому делу?

Хлопот, конечно, не оберешься, но это наверняка будет куда проще, чем пытаться сделать конника из обычного северного мужика.

Немного поразмыслив, Виллейн ответил:

— Хм... Если плата будет хорошей, желающие найдутся. Немало. Нам нужно зарабатывать много денег.

— Отлично. Виллейн, я хочу поручить тебе одно важное задание.

— Важное задание?

— Чрезвычайно важное. Я лично напишу послание, а ты обойдешь свое и другие племена зверолюдей, чтобы набрать добровольцев в армию.

— О-о-о...

— Те, кто поступит на службу, получат почетное право непрерывно сражаться с монстрами. Прямо как ты сейчас.

На безрыбье и рак рыба — раз уж нет кочевников, воспитаем кавалерию из зверолюдей, чьи превосходные физические данные идеально подходят для этой роли.

А если что пойдет не так, они могут спрыгнуть с коня и продолжить сражаться с невероятной ловкостью и яростью.

— Понял. Я пойду и соберу выдающихся воинов. Ваше Высочество может не беспокоиться.

— Великолепно. Рассчитываю на тебя.

Зверолюдам, которые с самого рождения являются охотниками и воинами, будет только в радость сражаться с монстрами за приличное жалованье.

А мне будет выгодно относительно легко пополнить ряды кавалерии, заодно заполучив в армию столь боевую расу.

Разве это не взаимовыгодное сотрудничество, где выигрывают все?

Нет зубов — жуй деснами. За неимением степняков, в дело пойдут шерстяные.