Глава 86. Нормализация Берка (1)
Нормализация Берка.
Церковь.
В прошлом я уже наведывался сюда, чтобы «позаимствовать» монахов — самый доступный в эту эпоху слой высокообразованных интеллектуалов.
Те монахи и по сей день выполняли роль, схожую с армейскими капелланами: обучали необразованных солдат, давая им профессиональные знания.
И в этот раз, как и тогда, мой визит был спонтанным, без предупреждения.
Как и в прошлый раз, ведомый монахами, я без проволочек встретился с епископом.
— Давно не виделись, Ваша Светлость. Чем обязан столь неожиданному визиту?
Епископ Жанбер.
Глава северной епархии, седовласый старец, слегка склонил голову.
— Давно, это верно. Сегодня я пришел, чтобы обсудить кое-какие конструктивные вопросы.
— Конструктивные вопросы, вы сказали?..
Епископ, до этого хранивший на лице благостное выражение, едва заметно изменился в лице.
Я медленно огляделся по сторонам.
— По пути сюда я заметил, что ремонт храма прошел весьма успешно. Он стал настолько величественным, что мощь Богини ощущается в полной мере.
— Все это благодаря пожертвованиям, которые Ваша Светлость так щедро выделили под предлогом реставрации. Мы глубоко признательны вам за это.
— Пустяки. Богине вряд ли есть дело до ветхости или величия храма, но разве это не один из способов для правителя выразить свое почтение?
— Благодаря вам даже подданные Берка не могут скрыть изумления и на все лады восхваляют благочестие Вашей Светлости.
Мы обменялись любезностями.
В обмен на «вербовку» монахов я тогда предоставил средства на ремонт и расширение храма, а также освободил их от земельного налога.
Однако в этот раз мне не нужно было ничего просить напрямую, а значит, и торговаться, как тогда, не требовалось.
С какой-то стороны, я брал на себя часть работы, которую должна была выполнять церковь, так что это было выгодно обеим сторонам.
Рука руку моет, как говорится.
Поэтому я решил зайти издалека.
— Причина моего визита сегодня проста: я хочу узнать побольше о жизни моих подданных.
— О жизни, вы сказали?
— Подданные Берка связаны с герцогом светскими обязательствами, но разве не церковь связывает их узами веры? Особенно учитывая, что именно церковь утешает их в самых низах, вы наверняка лучше всех осведомлены об их быте.
— Это так, но… чего именно желает Ваша Светлость?
— Ничего особенного.
Я ответил небрежно:
— Когда сегодня начнется месса?
— Она уже идет. Ее проводят благочестивые священники, которые по зову сердца избрали путь лишений, отправившись на Север.
— Вот и отлично. Как только месса закончится, я собираюсь собрать людей для небольшого опроса.
— Небольшого опроса, вы сказали?
— Это будет время, когда я смогу выслушать их тяготы и утешить их. Можете одолжить мне место, как только служба завершится?
— …
Епископ Жанбер на мгновение замешкался, словно не понимая смысла моих слов.
А затем его рот приоткрылся, а глаза округлились.
***
Иосиф II из династии Габсбургов настолько дорожил своим народом, что проводил реформы, крайне радикальные для того времени.
Отмена крепостного права, земельная реформа, издание гражданского и уголовного кодексов, гарантирующих равенство и права граждан, программы помощи и стипендиальные системы — и так далее.
Недаром его предсмертными словами были: «Надеюсь, что во всей Европе воцарится вечный мир».
Кроме того, еще раньше король Генрих Великий говорил нечто подобное.
Если Бог дарует мне много времени, то каждый французский подданный сможет есть курицу по воскресеньям.
Французы называли его Добрым королем Генрихом или Великим за то, что он поставил цель «по курице на человека» и правил страной с любовью к народу.
Улучшение уровня жизни людей, населяющих мои земли, было не менее важной задачей, чем создание сильной и грозной армии.
«К тому же, у меня условия получше, чем у них. Вот почему хорошо стоять на плечах гигантов».
Монархи прошлого завершали свои институты и развивали технологии, проходя через метод проб и ошибок.
Тот же Иосиф II в свое время не получил особого эффекта, а потом, захлебнувшись в катастрофе под названием «а давайте-ка отрубим королю голову», пришедшей из Франции, скончался в отчаянии.
А я?
Я могу решать стоящие передо мной проблемы, если их можно реализовать в текущих условиях — значит, всё в порядке.
Ха-ха, прошу прощения. Выглядит неплохо, я заберу это себе.
Дело не в том, что я такой гениальный, просто после «молитвенного согласования» с первоисточником можно спокойно всё скопировать.
На первом курсе университета я ворчал: зачем мне учить эту скучную экономическую историю или развитие институтов, если я специализируюсь на военной истории?
Оказывается, всё-таки пригодилось.
Видимо, выбор исторического факультета был одним из лучших решений в моей жизни…
Нет, отменяю. Пожалуй, это не так.
— На этом сегодняшняя месса окончена, но прошу вас, задержитесь ненадолго.
— Хм? Что-то еще будет?
— Священнику есть что сказать?
В любом случае, народные нужды, которыми я пренебрегал, будучи поглощенным армией, теперь, когда появилось немного свободного времени, требовали внимания.
Как только священник подал знак, я вышел вперед.
Средневековая фэнтези-версия Гёкджэна.
Только теперь с услугой «выездного обслуживания».
Священники, заметно нервничая, отступили, а я, тяжело ступая, поднялся на помост.
Люди, собиравшиеся расходиться по домам, один за другим садились обратно, их взгляды естественным образом устремились на меня.
— Кто это? Был ли такой среди священников?
— Это не та одежда, которую носят священники.
Послышался гул голосов.
Хотя нельзя сказать, что они часто видели меня в лицо, но когда собирается такая толпа, всегда найдется тот, кто узнает.
— Это ведь Его Светлость герцог, не так ли?
— Боже мой, боже мой, если присмотреться — и правда! Это же Его Светлость!
— Зачем герцог пришел в церковь?
— Да нет же, вы, остолопы! Не сидеть же нам просто так, надо же поприветствовать его!
Люди, шумевшие до этого, начали вставать, чтобы поклониться, но я, поднявшись на помост, легко махнул рукой, останавливая их.
— Это Эстиан Берк. Не нужно церемоний, садитесь и слушайте.
Мое внезапное появление вызвало любопытство в глазах собравшихся.
И это были взгляды, полные доброй воли.
По правде говоря, даже я понимал, что причин для плохой репутации среди них у меня нет.
Сильная армия и высокие налоги обычно идут в комплекте, как товары «1+1» в магазине.
Но я, твердо решив, что повышения налогов быть не должно, вывернулся наизнанку, чтобы найти другие источники дохода.
Я создал сильную армию при низких налогах и даже нашел окончательное решение для монстров, которые вечно колотили в наши стены.
«Все-таки…»
Видя эти полные доброты взгляды, я почувствовал удовлетворение: всё, что я делал, имело смысл.
Пока они, затаив дыхание, ждали, что скажет герцог, внезапно явившийся в церковь, я обвел взглядом присутствующих.
— Перейду сразу к делу. Я пришел к вам сегодня по простой причине. Проблемы из-за законов или недавние жизненные трудности — неважно. Те, кто хочет озвучить проблему и попросить о решении, выходите вперед.
— …?
Люди смотрели в недоумении, поэтому я поспешно добавил:
— Даже самая мелочь подойдет. Если урожай не задался и трудно прокормиться, или цены на какие-то товары слишком подскочили — это тоже годится. Если это проблема, которую я могу решить, я приму меры.
Шум в толпе мгновенно стих.
Ощущение было странным.
Хотя эпоха другая, это не значит, что похожих понятий не существует.
Я вспомнил корейский Гёкджэн, но концепция подачи прошения во время случайного визита короля или лорда была вполне актуальна.
Все знали, что если случилась беда, нужно бежать к чиновнику или лорду, требовать суда и решения по закону.
— …Это…
— Я, тот…
Но толпы, желающей пожать мне руку или выстроиться в очередь с жалобами, не возникло.
Видя, как они осторожно оглядываются, я применил метод «поставь себя на место другого».
Представьте, что вы стоите в карауле, и вдруг перед вами с вертолета спускается генерал.
Он хлопает вас по плечу и спрашивает: «Нет ли проблем?», но чтобы высказать жалобу, нужно немало мужества.
«Хм…»
Но если этот генерал скажет: «Если скажете, что не так, я сразу приму меры и дам отпуск»?
Разве нельзя было бы тогда рискнуть и сказать: «Из-за нехватки штата в части не приходят новобранцы»?
— Если это не личная проблема, а та, что затрагивает многих из вас…
— …?
— …я выплачу вознаграждение в зависимости от серьезности вопроса.
— …!
Вознаграждение.
В мире нет людей, которые не любили бы деньги.
Наверное.
Один только епископ Жанбер чего стоит.
Он вовсе не коррумпированный священник, помешанный на деньгах.
Но раз он согласился на мои условия, когда я предложил освобождение от налога и пожертвования, значит, большинство проблем в мире можно решить деньгами.
Глаза людей округлились.
«В последнее время из-за этого тяжело жить».
«И не только мне, Гансу из соседнего дома и Макс из дома напротив тоже страдают».
Если сказать о трудностях, то не только попытаются решить проблему, но еще и денег дадут?
— Ваша Светлость! На самом деле, в последнее время часто бывают заморозки, поэтому с урожаем беда!
— Встаньте в очередь, в очередь! Что за грубость! Нужно соблюдать порядок!
Люди начали поднимать руки и кричать наперебой.
Логика была проста.
Когда вред от инвазивных видов становится слишком велик, достаточно пустить слух, что они полезны для мужской силы, или назначить награду — и от бычьих лягушек или нутрий не останется и следа.
Я начал сервис «выездных прошений», и если за это еще и платят в зависимости от характера жалобы, то почему бы не воспользоваться?
Это настоящий «Produce Berk»: голосуйте за свою жалобу.
— Братья, это безопасность Его Светлости. Сначала встаньте в очередь и говорите спокойно.
— Если людей так много…
Пока священники, стоявшие в стороне, помогали наводить порядок, тихо открылась входная дверь.
И.
С размеренным стуком шагов на помост поднялась Роэна и встала за моей спиной.
— …Сэр Роэна?
— Да, Ваша Светлость.
— …Кажется, я не говорил вам, куда направляюсь. Как вы меня нашли?
— Я адъютант Вашей Светлости. Естественно, что адъютант сопровождает господина.
Ответила Роэна тихим, спокойным голосом.
А затем, слегка приподняв уголки губ, добавила:
— Кажется, как раз появилось дело, которое нужно уладить. Я помогу вам.
— О, эм.
Что это.
Я ведь не говорил, что иду в церковь, как она узнала?
Пока я замер в раздумьях, Роэна, словно прочитав мои мысли, ответила:
— Я искала Вашу Светлость, и глава магической башни подсказал мне. Сказал, что здесь ощущается мощный поток маны, так что Ваша Светлость наверняка в церкви.
— …Леонард?
— Именно так.
Роэна кивнула и принялась умело помогать священникам наводить порядок.
— …Хм.
Что-то странное сегодня в атмосфере.
Может, она что-то услышала?
Я на мгновение склонил голову, а затем начал вызывать людей из очереди по одному для личной беседы.
В голове всплыла тревожная мысль.
…Надеюсь, Хелена не наговорила там чего лишнего?
Я украдкой обернулся и встретился взглядом с Роэной, которая как раз смотрела на меня.
Она загадочно улыбнулась и, слегка прищурившись, склонила голову.
Что-то не так, как обычно.
Да нет, вряд ли.
Я постарался отбросить беспокойство и спросил мужчину, который так рьяно тянул руку:
— Итак, какая у тебя тягота?
— Да, Ваша Светлость. Как я уже говорил, в этом году из-за заморозков урожай сильно пострадал от холода. Урожайность резко упала, и я хотел попросить Вашу Светлость…
— Послушай, человек, как Его Светлость может исправить заморозки? Говори хоть что-то разумное.
Мужчина вспылил из-за реплики, донесшейся сзади.
— Нет, ты что, не слышал? Его Светлость ясно сказал: даже если это мелочь, связанная с плохим урожаем, говорите.
Правда, он сам, похоже, не был уверен, и его голос постепенно стих.
— Хм…
Плохой урожай, значит.
Конечно, это можно решить только снижением налогов или помощью.
Я ведь не могу управлять погодой.
Если когда-нибудь Айша призовет Короля Духов, может, тогда что-то и получится, но не сейчас.
Подумав немного, я пробормотал:
— Действительно, такие проблемы возникают сразу.
— Да?
— Земледелие зависит от погоды, а если урожай погиб, нет другого способа просить о помощи. Наверняка часто случается, что землю закладывают в долг. Разве не так?
— Да, всё верно.
Это обычное дело.
Те, кто занят в других отраслях или обладает особыми навыками, помогают друг другу через гильдии.
Например, если у кого-то сгорела лавка, гильдия как группа интересов помогает ему встать на ноги.
Но к крестьянам это не относится.
Даже если есть чувство общности внутри деревни, нет организации вроде гильдии, которая объединяла бы их и контролировала.
Гильдии купцов, гильдии пекарей — о таком слышали, а вот о гильдии крестьян — нет.
«Структура, которую в любом случае нужно было привести в порядок».
Эти структурные проблемы накапливались, пока не взорвались крупнейшим народным восстанием в Европе до Французской революции — Крестьянской войной в Германии.
Значит, решение можно найти прямо там.
— Крестьянская гильдия.
— Да?
— Нет, «крестьянская гильдия» звучит не очень. Назовем это сельскохозяйственным кооперативом.
Когда немецкие крестьяне подняли масштабное восстание, они объединились и создали «Швабский крестьянский союз».
Так почему бы и здесь не создать нечто подобное?
Будем называть это «Сельскохозяйственный кооператив Берка».
— --
###